Форум Мозенрата в Стране Черных Песков

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Форум Мозенрата в Стране Черных Песков » Фанфики » Влюблена во тьму


Влюблена во тьму

Сообщений 1 страница 16 из 16

1

http://i68.fastpic.ru/thumb/2015/0911/b6/dbafd511b850cb0b54c0226712d7feb6.jpeg
Автор: Agent_207
Рейтинг: PG-13
Жанры: Фэнтези, Мистика, Ужасы, Драма, Ангст, Юмор, Психология, Философия, Детектив, Романтика, Повседневность, Стихи, Songfic, Гет, POV.
Размер: Макси
Статус: Закончен
Описание: Фурии погибла, её день рождения стал днем смерти... но история на этом не заканчивается. Желая отомстить врагам, она призвала демона и заключилась с ним контракт. Стоит ли это желание того, чтобы обречь свою душу на вечные страдания? Даже если преследуемая цель окажется важнее своей собственной жизни...
Серия фанфиков:
1.Влюблена во тьму
2.Звенья одной цепи
Официальный саундтрек:
Shadowlink4321 - Monochrome no Kiss
Immediate Music - Dark Side Of Power
Xandria - In Love With the Darkness
Celine Dion - My Heart Will Go On
Evanescence - Bring me to Life
The Dark Crow Smiles [remix]
Skillet - Whispers In The Dark
Skillet – Awake and Alive
A Gleam in the Distance
The Dark Crow Smiles
Urashakai no chitsujo
Xandria - Black flame
Si Deus Me Relinquit
The Rasmus - Guilty
Fabulous Treatment
Shitsuji tarumono
A Diabolic Waltz
Coldplay – X&Y
Nigram Clavem
Home Again
La gardenia
The butler
Oute wo
Ciel

Глава 1: месть или душа?
http://i65.fastpic.ru/thumb/2015/0911/60/ccf1c0e9df5a1043924ce5acd0c97760.jpeg
POV Фурии
После смерти я попала в неизвестное измерение. Здесь не было видно его пределов. Ни пола, ни стен, ни высоты. Сбегая во тьму, я не чувствую боли. Моя душа всегда скиталась во тьме. Всегда…с того самого дня и до сих пор. Я ничего не чувствует. Только тьму, переполняющую меня… Моя душа не может быть чистой. Тьма меня никогда не отпустит! Она – единственное, что во мне осталось! Тьма – это все. Я совершила путешествие во тьму, но по-настоящему, я и не выходила из нее. Я долгое время жила во тьме. Я привыкла к ней, и в конце концов тьма стала моим миром. Я каждый раз вспоминала самые яркие события. Но одно из них было самым невероятным, потому что оно так и не произошло. Его предотвратил Орден Василиска, тайная организация, борющейся за сохранение древних знании, чистокровных аристократов и магических рас. Потрясающая история. Мы положили конец уничтожению волшебных рас, изгнали недостойных волшебников из мира магии, отменили правила и саму судьбу...оставив лишь свободу и право выбора. И всё было бы прекрасно, если только… Мы часто гадаем, что ожидает нас на другой стороне. Что происходит, когда мы умираем? Иногда мы задумываемся и прокручиваем в голове различные сценарии, иногда в ужасе прогоняем эту мысль при первом же появлении. Некоторые считают, что смерть – это всего лишь начало, ворота в новый мир, где нас ждут захватывающие приключения. Другие верят, что смерть принесет встречу с самыми дорогими людьми. Кто-то надеется на перерождение или переселение душ. А есть и те, кто убежден, что там ничего нет. Ни туннелей, ведущих к свету, ни новых приключений, ни рая, ни ада, ни трогательных встреч, ни новой жизни в теле щенка. Только пустота, в которой мы рассыпаемся в невидимую пыль, навсегда исчезнув из памяти живых. Я принадлежала к последней группе людей – той самой, которая не ожидала от смерти ничего, кроме небытия. Когда я погибла, что-то в моей душе изменилось. Я стала холодной и замкнутой в себе. Мне стало всё безразлично... кроме одного. Сэндлер сказал, что у него есть хозяин, а вот кто это, я так и не смогла узнать. Ярость и желание отомстить вспыхнули во мне с новой силой. Я отомщу моим врагам! Неважно какой ценой, но я сделаю это! Клянусь! Я уже не помню, как пришла к такому выводу. Уже совсем ничего не помню. Единственное, что осталось, это непреодолимое чувство мести. Оно словно сжигает меня изнутри. Я больше не та девочка, что была раньше. В семь лет беззаботное детство кончилось, мечты разрушились, светлое будущее превратилось в нечто неисполнимое. Только месть. Я пойду на все, лишь бы избавиться от этого чувства. Нет... пойду на все, чтобы избавиться от тех, кто обрек меня на такую жизнь! Мне нужна сила, чтобы добиться этой цели! И пускай я даже отдам душу ради этого! Лучше уж она будет вечно страдать в Аду, но с исполненным долгом, чем продолжать свое жалкое существование здесь, на этой грешной земле. Я решила и больше от своих слов не отступлюсь. Сверху начали падать белоснежные перья. Откуда я знаю, где верх, а где низ? Что происходит? Внезапно тьма стала осязаемой. Она ластилась ко мне, унимала боль, слизывала кровь, сочащуюся из ран. Послышался звук шагов, но какой-то острый. Кажется, каблуки… что-то приближалось. Но я никак не реагировала. Я привыкла к бреду вместо сна, который порой не отличался от яви. Шаги остановились. Мне ничего не видно из-за невероятно плотной темноты. Но рядом со мной явно кто-то стоял, не прячась, а просто-напросто сливаясь с ней.
– Совсем еще молодая девушка, но уже утратила всяческую веру? Интересно… – глубокий, бархатный голос. Чуть насмешливый, но приятный. – Ты призвала меня, а значит, нам придется заключить контракт, согласно которому я выполню любое твое желание. За плату, разумеется. Тебе стоит лишь озвучить желание и назвать мое имя. Какое оно будет и это имя, не имеет значения, но ты должна точно знать, кому его даешь. Каковы будут условия контракта? – прозвучал вопрос.
– Ты поможешь мне отомстить всем, кто хоть как-то виновен в том, что обрек мою жизнь на вечные страдания. А до тех пор, пока не падет последний виновный, ты мой демон – Мозенрат Фантомфайт! Любой ценой оберегай меня, никогда не лги и не предавай! И все это в обмен на мою душу, – я сказала без единого колебания.
– Отрекшийся единожды от веры, не войдет во врата Господа.
– Стал бы тот, кто верит в Бога, призывать тебя?
Почему-то мой ответ его рассмешил.
– Спрошу лишь раз, хочешь ли ты заключить договор?
– Довольно! Заключи договор и поскорей исполни мое желание!
Белые перья, которыми было усеяно окружавшее пространство, взмыли вверх, неумолимо меняя свой цвет на черный. Я падаю? Или поднимаюсь? Хотя, какая теперь разница. Плевать, что со мной случится. Я уже сделала свой выбор между местью и душой. Я выбрала месть. Мой правый глаз обожгло холодом. Я чувствовала, что эта боль несет спасение, и потому она так приторно сладка. Какой только боли я не испытала за всю жизнь, безотчетно раскладывая ее по категориям и видам. Но такой боли я не встречала – освобождающей, завершающей и закрепляющей. На лице незнакомца появилась демоническая улыбка, обнажая его небольшие клыки. Демон ухмылялся, радуясь новой жертве. Отныне наши души связаны нерушимым контрактом, по истечению которого он поглотит мою душу.

Как можно призрачной мечтою греться,
И спать спокойно, глубоко дыша,
Когда от боли в клочья рвется сердце,
И жаждой мести сожжена душа?

Глава 2: возмездие
http://i67.fastpic.ru/thumb/2015/0911/ae/d66c2a20df0c920285b013d88870adae.jpeg
Я очнулась в незнакомом месте. Это был древний зал, в центре которого был нарисован оранжевый рунический круг с тигровой лилией. Я была одета в серую потертую одежу. Я слезла с постамента и встала босыми ногами на каменный пол. Вокруг меня были испуганные люди в бардовых балахонах с изображением оранжевой лилий в руническом круге. Послышался стук каблуков и приближавшееся чувство защищенности. Передом мной была одна чернота, в котором виднелись очертания человека. Приглядевшись, мне удалось разглядеть в черноте остроносые лакированные сапоги до колена на резной шпильке, черные руки с острыми когтями и красные глаза с вертикальными зрачками. Мозенрат пугал и пристыжал одним только видом, от него исходила аура опасного голода и угрозы. Дурманящее очарование убийства, осознание своей силы, недвусмысленная откровенность, готовность выполнить любой приказ – все это был демон. Мысли не складывались в логическую цепочку, голове было горячо. Но здесь не требовалось интеллекта – пылающего желания мести хватало с лихвой. Душа трепетала в неистовом предвкушении. Наш договор – не чета человеческим юридическим бумажкам. Это не просто договоренность. Не просто печать. Это тонкие невидимые нити, связывающие меня и демона. С этой минуты он не просто служит мне – он словно укутан тончайшим слоем моей редкой души. Он становится почти что частью меня. Демон может чувствовать любое, даже самое малейшее движение моей души. Я знаю, что моя душа достанется только ему. Даже если мне вздумается убежать. Даже если я решу расторгнуть контракт. Демон не сможет сделать это. И никто не сможет. Никто не властен отобрать у него мою душу. Пентаграмма – гарант его прав на нее.
– Госпожа, – отчетливо сказал демон. – Приказывайте мне.
– Убей их всех! Это приказ! – сжав кулак, прокричала я.
Печать на моем правом глазе вспыхнула ярким светом. Это была пентаграмма фиолетового цвета, заключенная в круг с острыми шипами. Люди в бардовых балахонах уже бегут к нам, чтобы выполнить приказ своего предводителя. Это ошибка, которая будет стоить им жизни... хотя и без нее у них не было бы ни малейшего шанса. Мозенрат убивал их одного за другим, сначала первых подбежавших, затем непосредственных палачей. Он делает это элегантно и жестоко. В чужой смерти нет ничего хорошего. Но только так я могла спасти свою жизнь. Нет-нет. Я не оправдываю себя. Я так пожелала сама. Затем, среди всеобщего хаоса, демон настигает предводителя. Он убивает его не спеша, но все так же элегантно. В убийстве бывает своя красота. Кровь брызжет фонтаном из ран, что демон ему наносит, из обезумевших глаз, капает из носа и рта, но он будет жить до последней секунды, испытывая ужасную боль. Наконец, я отвела глаза. Это послужило демону сигналом. И он легко (а ему это действительно не составляет никакого труда) и резко дергает голову предводителя, ломая ему шею. С оставшимися демон уже не медлит и не церемониться. Тем более, я уже насытилась видом крови, не отворачиваюсь, но и не слежу за действиями демона. В конце концов, мы остаемся вдвоем, среди разбросанных трупов и моря крови. Ну вот, теперь мы можем продолжить наш диалог.
– Как тебя зовут? – спросил Мозенрат.
– Мое имя Фурия. Я чистокровная леди Ричардсон, – ответила я.
– Что ж, неплохо. Тогда мне стоит принять вид подходящий для служения леди.
И вынырнув из густой черноты, обретая человеческое обличие, демон шагнул мне навстречу. Это был высокий молодой человек с черными волосами, коротко отстриженными сзади и более длинной челкой. Волосы были немного взлохмачены на затылке, а длинные пряди падали на лицо в изящной манере. У него очень красивые и выразительные темно-синие глаза. Он был одет в черный фрак с серебристыми пуговицами и ласточкиным хвостом; белую рубашку, черный жилет, черный галстук, прямые брюки чёрного цвета и черные лакированные туфли на невысоком каблуке. На поясе брюк повязана серебряная цепочка, идущая в карман, где лежат серебряные часы. Ногти у демона были окрашены в черный цвет, а на тыльной стороне левой ладони была изображена черная пентаграмма, заключенная в круг, покрытый шипами.
– Я стану вашим мечом. Но за месть вам придется дорого заплатить.
– Души? – я была не по годам сообразительна, и все больше и больше восхищала демона своими открывающимися талантами. Я ступаю через трупы... Странно, но я совсем не стесняюсь демона. Что это? Запоздавший шок? Обреченность?
– Я дам их тебе столько, сколько захочешь.
– Уверены?
– Довольно!
«Уникальная душа, единственная... и она принадлежит мне!» – подумал демон.
– Сожги это место дотла. И забери меня куда-нибудь отсюда.
– Да, моя леди, – глаза демона вспыхнули красным.
Он шагнул ко мне, бережно взял меня на руки и пошел к выходу. Там, где он проходил, вспыхивало пламя, которое сжигало все: тела, металл, даже камень, – и на почтительном расстоянии следовало за своим хозяином. Сжигать подземелье оказалась не так легко, ведь всюду одни только камни, но необходимо скрыть все улики, да и тел слишком много – такое массовое убийство привлечет нежеланное внимание. Когда мы вышли из здания, оно уже пылало. Сквозь треск огня слышались чьи-то крики и стоны. А я засыпала. И последнее, что я услышала, было:
– Я отнесу вас туда, где начнется новая история…

Когда я очнулась, первое, что я ощутила, было приятное дуновение ветра. Затем я почувствовала тепло чьих-то сильных рук и легкое покачивание от ходьбы. Всего несколько секунд я наслаждалась полным покоем, не думая ни о чем, кроме того, что мне сейчас хорошо и комфортно, но затем воспоминания обрушились на меня подобно лавине. Через пару минут, демон остановился и опустил меня на землю. Я оглянулась. Мы стояли на пепелище поместья Фантомфайтов. Посреди руин, когда-то бывших родным древней семьи, стою я, оплакивая свою прошлую жизнь и самому себя. Впрочем, на глазах моих нет слез. В моем взгляде читалась уже не боль, а решимость, в то время как на лице наблюдавшего за мной демона, появилась хищная улыбка.
«Кто же вы теперь, Фурия Ричардсон? И насколько глубока тьма вашей души? Постижима ли она? Что ж, я обязательно выясню это».

Не зная сомнений, не ведая страха,
Иду я по трупам, ведомая лишь местью.
Я помню счастливое, светлое детство,
Как смех мой носился под сводом поместья.
Всё отняли. Ничего не осталось.
И душу не тронет презренная жалость.
Я буду идти, жестоко карая,
Всех тех, кто мешает вершить справедливость,
Убитую честь воскресить не давая.
И с тьмою связавшись, забывшая о вере,
Мне не увидеть светлых ворот рая.
И демон мою душу погубит,
Во мне убивая благие порывы.
Но я не сдаюсь, не знаю пощады,
Во мне много злобы, что сердце сжигает.
Иду я, суровая, забывшая святое,
И он за мной идёт, усмехаясь.

Глава 3: Фурия Фантомфайт
http://i68.fastpic.ru/thumb/2015/0911/3e/43c3812d8f2ac3d71d1f2a1e169ca63e.jpeg
Мозенрат вытянул вперед левую руку, пентаграмма в круге с шипами зажглась фиолетовым светом, а глаза демона вспыхнули малиновым пламенем. Раньше я ни разу не видела, как демон восстанавливал поместье. А сейчас я наблюдала сие невероятное зрелище, широко распахнув глаза. Сначала пейзаж внизу начал искажаться, дрожа, словно я смотрела на него сквозь призму раскаленного солнцем воздуха. Деревья стали медленно раздвигаться, земля выравниваться, покрываясь зеленым газоном, аккуратно подстриженной живой изгородью и цветущими кустами синих роз. А затем посреди уже готового сада возник призрачный образ огромного трехэтажного особняка, я сразу узнала знакомые очертания. Еще пару минут и величественное поместье Фантомфайт уже обрело материальную плотность, высокие окна поблескивали, отражая красноватое зарево угасающих граней небесного кристалла, по стенам змеился пышный плющ, а из старинного фонтана в форме змеи, струилась вода.
– Не может быть... – не веря своим глазам, прошептала я.
– Я же обещал, что не буду вам лгать. – с легкой улыбкой ответил демон.
– Это... это же. – я все ещё прибывала в шоке от увиденного.
– Какой же я демон, если бы не смог сделать такую еренду? – после эти слов, он галантно протянул мне руку. Я мило улыбнулась и последовала за Мозенратом. – А вам, как леди, положено жить в прекрасном поместье. – Словно по волшебству двери медленно отворились, а Мозенрат торжественно произнес: – С этого дня вы владелец этого особняка. Добро пожаловать домой, Миледи!
Главный холл был очень просторным, он идеально подходил для встреч с важными гостями. В холе были красивейшие колоны и блестящий пол. Здесь также присутствовала широкая и большая лестница, которая была разделена на две стороны. Каждая лестница вела в разные комнаты. По всей лестнице была постелена синяя ковровая дорожка. Отполированные черные перила блестели, отражая сияние светильников на стенах. Внутренний интерьер поместья не поддается описанию. Все портреты в золотых рамах, резная мебель, а стены сделаны из серебристого мрамора.
– Идемте, миледи. Я подготовил вам подходящую комнату.
– Не называй меня миледи. Мозенрат, не пойми меня неправильно, но подобное обращение меня несколько дезориентирует. Лучшее зови меня по имени. И называй меня на «ты», мне так привычней, – попросила я.
– Как пожелаешь, Фурия, – ответил демон с легкой улыбкой.
С того дня он всегда был со мной. Мозенрат. И то чувство, что я ощущала, не было простым. Я чувствовала себя поглощенной иллюзией защищенности, спокойствия за свою жизнь. Ну, естественно, ведь потому что теперь моя жизнь принадлежит ему.

Поместье Фантомфайт, 11 октября, 1995 год, 9:00
Сознание возвращалось ко мне постепенно. Уже примерно через минуту я смогла открыть глаза. Моему взору предстала большая комната с широким подоконником и огромным окном (слева от меня), на котором висели шторы благородного синего цвета, а стены были в красивых нежно-голубых оттенках. На потолке висела недорогая, но весьма красивая люстра. Кровать была на четырех столбах с синими бархатными пологами, а возле неё стояли две темно-коричневые тумбочки. С левой стороны кровати была отделанная серебром дверь, которая вела в ванную; а справой стороны стоял платиновый шкаф для одежды. На полу постелен синий мягких ковер с изящными серебристыми розами. Напротив кровати был большой камин из белого мрамора, а над ним висела картина ночного неба с белой луной. С левой стороны камина стоял черный двустворчатый книжный шкаф с прозрачными дверцами, а справой стороны – была темно-коричневая дверь, которая вела в коридор на третьем этаже. Я приподнялась и посмотрела на себя. На мне была одета белая пижамная футболка с белыми шортами. Через пятнадцать минут я привела себя в порядок и переоделась. На мне была одета темно-синяя кофту с серебристой синеглазой змеей, обвивающей черную розу; хлопковая темно-синяя мини-юбка и черные туфли на низком каблуке с ремешком. Из шкафа я взяла книгу в черном переплете и села на кровать. Я листала страницы до тех пор, пока я не нашла нужную.

Демоны
Существа, обладающие сверхъестественными способностями и питающиеся душами людей. Один из способов получения души – заключение контракта с человеком. Человек заключает контракт для достижения определённой цели, которая обговаривается изначально. По условиям такого контракта демон обязан служить человеку, выполнять его приказы и помогать в достижении цели. Когда демон выполняет договор со своей стороны, он забирает душу человека.

Контракт скрепляется печатью-рисунком, который можно найти и на теле человека, и на теле демона. Она представляет собой окружность с определёнными символами (у каждого демона своя печать), похожую на пентаграмму. Печать контракта связывает человека и демона: таким образом, демон обязуется служить своему хозяину, а человек впоследствии не сможет сбежать от демона. Чем ближе печать расположена к глазу человека, тем сильнее связь.

Демон предстаёт перед будущим хозяином в человеческом обличии на своё усмотрение, однако имя ему хозяин даёт сам. В человеческом облике у демона всегда чёрные ногти, а глаза время от времени приобретают ярко-малиновый или красный цвет, когда демон использует демоническую магию, злится или испытывает другие сильные эмоции.

От чтения меня отвлек звук открывающийся двери. В комнату вошёл Мозенрат, держа в руках поднос. Я положила книгу на тумбочку и повернулась лицом к демону.
– Доброе утро, Фурия, – к кровати подошёл Мозенрат и поставил поднос на тумбочку. – Что пожелаешь на завтрак? Французские булочки, гренки или же лепёшки?
– Гренки, – буркнула я, принимая из рук демона чашку чая. Всё ещё сонная, я привыкла, что в постель мне подают завтрак. Чай и какое-нибудь хлебобулочное изделие – истинный завтрак настоящих знатных англичан.
– Сегодня я заварил чай Каркаде.
Я, отпив из чашки, удивлённо вскинула брови.
– Необычный вкус… но неплохой.
– Рад, что тебе понравилось, Фурия – улыбнулся Мозенрат.
После завтрака Мозенрат решил показать мне поместье.

По сравнению со мной, кабинет кажется просто-напросто гигантским. Огромный тяжелый дубовый стол, книжные шкафы, тяжелые синие шторы, несколько черных кресел и синий ковер с изображением серебристых роз. Стол стоит прямо так, что хозяин сидит спиной к большому окну и лицом – к двери. Чуть правее находятся два удобных кресла для переговоров и маленький столик между ними. Так, все ясно, третий этаж полностью предполагается для проживания хозяина особняка. Кроме ванной комнаты, там есть уютная спальня и большой рабочий кабинет. На втором этаже оказались жилые помещения и ванные комнаты. Мы спустились на первый этаж.

Столовая – это большая белоснежная комната с длинным прямоугольным столом, за которым могут собраться до двадцати гостей одновременно. Около стола стояли серебристые старинные стулья с резными ножками и мягкими синими спинками и сиденьями. На стене висел большой темно-синий гобелен с изображением серебристой синеглазой змеи, обвивающей черную розу; ниже был написан девиз серебристыми буквами: «Suum malum quique».

Кухня – это достаточно большое помещение, в котором есть все необходимое для приготовления изысканных и вкусных блюд. Стоят сверкающие духовки и плиты. Все сияет и вычищено до блеска. Большой стол, раковина для мытья овощей и посуды... все стоит на своих местах и совершенно не мешается проходу. На двери со внутренней стороны – вешалка с белыми фартуками. Здесь нет ничего лишнего или ненужного. Это место для профессионала. Лучшие кулинарные блюда рождаются именно здесь! Чаще всего тут пахнет вкуснейшими блюдами, которые очень и очень редко повторяются. Точнее сказать – никогда не повторяются.

Малиновая гостиная получила такое название по цвету шелка, которым обиты стены и мебель. На белых панелях стены лепной золоченый декор в виде классически уравновешенных венков. Сочетание белого и темно-малинового придает комнате особую живописность. Все здесь торжественно: паркет в звездах, хрустальный дождь высоких торшеров, черное фортепьяно, мебель на тонких, изящно выгнутых ножках; зеркала в резных золоченых рамах и парадные портреты.

Библиотека являла собой огромное помещение, наполненное светом даже в самых дальних углах благодаря большим окнам, украшенным разнообразными витражами. Здесь было множество столиков с креслами, у стен стояло несколько диванов. Также здесь имелся камин, возле него тоже стояли удобные кресла и журнальный столик для любителей почитать у камина. Библиотека была просто великолепной и уникальной.

В игральной комнате были белые стены, большие окна с зелеными занавесками, красивая серебристая люстра, на полу расстелен зеленый ковер, коричневые столики и мягкие кресла, расположенные по всему периметру комнаты. На стене висел тир для метания дротиков, а в самом центре комнаты стоял стол для бильярда. Также здесь имелся камин из белого мрамора, возле которого стояли удобные зеленые кресла.

Танцевальный зал просто поражал своими размерами. Светлая, огромная комната. Высокие витражные окна, изящные мраморные столбы. Хрустальная, изящная люстра. В углу зала стояло старинное черное фортепьяно, выполненное в романском стиле. 

При свете дня поместье выглядело ещё прекраснее. Это было великолепное трехэтажное здание с превосходным садом, где можно было часами гулять и наслаждаться чистым воздухом, любуясь прекрасным видом на живописные окрестности. Многолетние деревья, окружающие поместье, надежно скрывали его от любопытных глаз, создавая тем самым идеальные условия для того, чтобы никто не тревожил покой его жителей. Само поместье Фантомфайт было расположено в туманом лесу на окраине Лондона. Вокруг поместья был огромный сад, поражающий своим великолепием. В саду было посажено много красивых цветов: розы, астры, нарциссы, фиалки, гвоздики, маки, васильки, колокольчики, тюльпаны и лилии. Посреди сада был расположен фонтан в форме змеи. Кристально чистая вода бурным потоком с многочисленными брызгами выплескивалась изо рта пресмыкающегося. В капельках воды отражались все цвета радуги. Имеющиеся в саду аллеи и тропинки, сплетенные в лабиринт ходов, вели к уютным беседкам, скрытым кронами деревьев, и солнечным полянам, что придавало саду завораживающей таинственности. Сад находятся под действием чар, способствующих росту растений и плодоношению. Им не страшны заморозки. А еще на территории сада была огромная оранжерея с очень редкими волшебными растениями, половина из которых вообще считалась мифом.

Мы с Мозенрат спустились в подвал, на первый этаж. В погребе была коллекция изысканных вин и эля. В кладовке хранились ящики с товарами, припасами, материалами и другими вещами. На втором этаже была фотолаборатория и архив, где хранились документы с делами компаний "Фантомфайт". На третьем этаже оказалась тренировочная комната, алхимическая лаборатория и большой ритуальный зал.

Я приняла решение – Фурия Ричардсон должна исчезнуть, но для этого мне нужно изменить внешность и фамилию. Демон сказал, чтобы изменить внешность, нужно войти в род, но для этого мне придется пожениться на Мозенрате. Процедура вхождения в род была очень проста: серебряный кубок, серебряный кинжал, разрез на руке у меня и Мозенрата, последующий за этим ритуал. Кубок вспыхнул положительным синим светом. После того, как мы выпили из кубка, Мозенрат достал плоскую шкатулку из полированного черного дерева. На крышке красовалась серебристая черноглазая змея, обвившая белую розу. Внутри шкатулки было два родовых кольца. Я надела на безымянный палец левой руки серебристое кольцо с темно-синим сапфиром, похожий на змеиный глаз, который изнутри светиться успокаивающим синим светом. Во внутренней стороне кольца написан девиз рода Фантомфайт: «Suum malum quique». Мозенрат надел на средний палец левой руки серебристое кольцо с черным агатом в виде ромба. Во внутренней стороне кольца был написан девиз рода, как и на моем. Последней часть ритуала заключалась в том, что мы должны были поцеловаться. Мне было немного страшно. И не потому что я целоваться нормально не умею! А потому что Мозенрат – демон! Его губы накрыли мои… В моей душе всколыхнулась целая гамма чувств. Я даже не могу их описать, могу сказать лишь одно – мне нравится… Очень нравится… Захотелось отдать ему свою душу… Моя душа затрепетала под губами Мозенрата… Демона словно пронзило электрическим током. Он ощутил вкус моей души… как же она прекрасна! Ритуал завершился благополучно. Отныне я официально Леди Фурия Фантомфайт. Статус, богатство, компания "Фантомфайт" и прекрасный муж – все это теперь мое. Но случилось ещё кое-что. Мозенрат подвёл меня к зеркалу. На меня смотрела тёмная фея. Темно-синий костюм феи остался прежним, но в моей внешности были изменения. Мои глаза стали пронзительно синего цвета, а волосы стали прямыми, которые теперь достигали лопаток, в точности как у Руби. Но в отличие от моей кузины, волосы у меня черные, а не светло-коричневые. Кстати, чуть не забыла упомянуть, левый глаз у меня синий, а правый – фиолетовый из-за пентаграммы, но я могу в любой момент наложить на него иллюзию, чтобы мой глаз выглядел нормальным. Мозенрат протянул мне книгу в черной обложке с серебристыми розами по краями и серебристой надписью: «Fantomfayt». Я аккуратно взяла книгу в руки и начала листать её, пока не наткнулась на одну запись. На странице сверху было написана фамилия рода – Фантомфайт. Ниже – герб: серебристая синеглазая змея, обвивающая черную розу; еще ниже – девиз: «Suum malum quique» – «Каждому свое зло». Под гербом было написано мое имя:
Имя: Фурия Фантомфайт.
Раса: темная Фея.
Титул: Леди Фантомфайт (lady Fantomfayt).
Элементы: ледяное пламя, плазма, боль, тени и иллюзия.
Способности: парселтанг, зрение чистокровности, сила изменения и магия душ.

– Что думаешь? Оставишь ли ты глупости вроде мести, чтобы просто счастливо жить? – спросил меня демон, сверкнув малиновыми глазами с вертикальными зрачками.
– Звучит заманчиво... но я вернулась не за счастьем, – с холодной уверенностью заявила я, положив родовую книгу на стол. – Я вернулась, чтобы сражаться. После того, как я стала Леди Фантомфайт... я могу идти только вперед. Клянусь своим злосчастным именем, что непременно добьюсь мести! – твердо поклялась я.

Поместье Фантомфайт, 12 октября, 0:00
На ночном звёздном небе цвета индиго светила луна, заливая своим серебряным светом тёмный кабинет, в котором, кое-кто находился, сидя на подоконнике высокого раскрытого нараспашку окна в полном молчании и одиночестве. На улице было безветренно, а воздух был чист и свеж. Сверчки издавали мерный стрекот, а зеленовато-голубой свет светлячков делал ещё светлей и без того ясную лунную ночь. Я сидела у окна и блаженно вдыхала в себя ночной воздух, наслаждаясь его теплом и свежестью, прикрывая глаза. Я наслаждалась ночным пейзажем своего сада, раскинутым сейчас передо мной. Но вдруг дверь кабинета тихонько без всякого скрипа притворилась и внутрь также бесшумно проскользнула высокая тёмная фигура во фраке, которая, словно тень, подошла ко мне сзади, из-за чего я едва вздрогнула, но тут же расслабилась, зная, кто побеспокоил меня.
– Фурия, уже слишком поздно, тебе пора в постель, – прозвучал мягкий бархатный голос. Я не хотела даже поворачиваться к своему мужу, тем более уходить отсюда, ведь спать мне совершенно не хотелось в такую волшебную ночь.
– Я всё равно не засну сейчас, Мозенрат, – отозвалась неохотно я и после, чуть помедлив, предложила демону: – Лучше сядь просто рядом и подожди, пока я не устану и не захочу спать.
Демон удивлённо вскинул брови, однако покорно сделал то, о чём его попросила я. Мозенрат, сидя рядом, устремил внимательный взгляд на меня, с лёгкой улыбкой наблюдая за мной. Я знала, а точнее чувствовала, что на меня смотрят, поэтому больше не могла позволить себе маленькие вольности в присутствии своего мужа.
– Отчего ты напряглась, дорогая? Моё присутствие тебя смущает? – также кротко улыбаясь, спросил Мозенрат.
– Нисколько. С чего ты взял? – с раздражением в голосе ответила я, так как демон был прав.
– Я имел удовольствие видеть твою улыбку, когда ты ещё не заметила меня. Тебе нравится этот ночной пейзаж, я прав?
Я, напрягшись ещё больше, слабо кивнула и сдавленно прошептала: «Да». Улыбка на лице демона стала ещё шире, и он приблизился почти вплотную ко мне.
– Что ты делаешь, Мозенрат? – с недоверием спросила я, чуть отстранившись, так как отодвинуться ещё дальше не позволяла оконная рама, в которую я уткнулась спиной.
– Не бойся, Фурия, просто обними меня.
– Зачем это? – ещё большее недоумение выразилось на моем лице.
– Просто доверься мне, – прошептал Мозенрат, обняв обеими руками мое тело. И я робко положила свои руки на широкие плечи демона, через мгновение вцепившись в них изо всех сил, чтобы не упасть. Демон, резко поддавшись вперёд, спрыгнув вниз с третьего этажа, коснувшись и оттолкнувшись ногами земли, тотчас же прыгнул вверх, попутно раскрыв чёрные пернатые крылья за спиной, взлетев в самое небо.
– У тебя крылья? Но у демонов же их нет? – удивилась я, рассматривая за спиной демона чёрные большие крылья.
– С чего ты взяла, Фурия? Хоть мы и отверженные ангелы, но крыльев тоже не лишены, – улыбнулся Мозенрат, крепко прижимая меня к себе.
Больше я не задавала вопросов и не произнёсла ни одного слова, с упоением смотря на бесконечное, усыпанное звёздами, с большой белой луной тёмно-синее небо над собой и впереди, а также на далёкую теперь землю внизу, разрезая неподвижный свежий ночной воздух вместе с чёрнокрылым демоном. Мозенрат видел и знал, что мне очень нравилось то, что он устроил для меня, поэтому улыбка не сходила с моего лица.
– Теперь ты быстро заснёшь?
– А ты как думаешь, Мозенрат? – с лукавым огоньком в глазах ответила вопросом на вопрос я, посмотрев на своего мужа, на что тот тихо усмехнулся.
– Тогда проведём эту волшебную ночь вместе, Фурия, – новый взмах крыльев, и демон со мной устремился в бесконечную даль к горизонту.

Поместье Фантомфайт, 0:45
Я переоделась в спальную белую одежду и залезла на кровать.
– А, луна уже так высоко, – загадочно произнесла я и посмотрела в окно.
В моих сапфировых глазах отражались бледные лучи спутницы ночи.
– Отдыхай, дорогая. Спокойной ночи, Фурия. – Мозенрат наклонился и заботливо укрыл меня теплым одеялом, затем захватил серебряный подсвечник и направился к двери.
– Мозенрат, побудь здесь, пока я не усну. – тихо попросила я.
– Боже мой, показываешь свои слабости, – усмехнулся мужчина в черном фраке, остановившись у двери с подсвечником в руке.
– Это просто приказ, – уже сонно прошептала я.
«Не ври мне, Фурия, я знаю, когда ты мне приказываешь, а когда просишь. Это была просьба. И от чего так стало вдруг тепло в области сердца… какое странное чувство».
Он вернулся, подошел к кровати и склонился надо мной.
– Я всегда буду с тобой. До самого конца, – прошептал он и поцеловал меня в лоб. – Если ты заблудишься во тьме и нет выхода, если горечь воспоминаний разъедает душу, а одиночество кажется бесконечным, словно ночной кошмар, я всегда буду рядом с тобой. – Тихий шепот ласкал слух, успокаивая и усыпляя. – Что бы ни произошло, как бы ни изменился мир вокруг, даже если прежняя жизнь рухнет, друзья станут врагами, а серебро превратится в прах, я останусь верен тебе. До последнего удара твоего сердца.
– Будь со мной всегда, – прошептала я во сне и глубоко вздохнула.

В этом дальнем отраженье,
В этих отблесках огня
Притаилось пробужденье
Дней тоскливых для меня…
Мне в сердце угодил осколок льда,
Как будто повинуясь чьей-то воле…
Я даже не почувствовала и боли -
На теле не осталось и следа…
Но – мне в глаза напрасно смотришь ты:
В них нет любви и солнечного света,
И спрятаны давно мои секреты
Под совершенством вечной мерзлоты….

Отредактировано Agent_207 (2016-11-27 15:24:52)

0

2

Глава 4: моя личная армия
http://i70.fastpic.ru/thumb/2015/0911/4c/7291039b502077cd901ac47de8a2924c.jpeg
Будучи в семнадцатилетнем возрасте, я стала владельцем известной компании Фантомфайт, занимающейся производством противоядии от змеиных ядов, модной одеждой, женских духов, детских игрушек, а также ювелирных и кондитерских изделии. А недавно компания стала издавать книги, автором которых являлась Натали Эстероэль, хотя об этом никто не знал, кроме приближенных к семье Фантомфайт. Жница писала восхитительные романы. Благодаря моей исключительной коммерческой хватки корпорация невероятно выросла в мгновение ока. Мне нет равных во всей Европе. Говорят, что никто, кроме меня не может так мастерски угадать тенденцию в новом сезоне. Отныне в мои обязанности входит расследование наиболее опасных и загадочных преступлений. Параллельно с этим я разыскиваю людей, погубивших мою жизнь, с целью отомстить им. После воскрешения, я стала практически бесчувственной девушкой, сосредоточенной исключительно на своих деловых интересах и жажде мести.

Руководитель компании "Фантомфайт " – Сэм Раданиэль (Элементалист). На вид этому мужчине было двадцать шесть лет. Его причесанные волосы темно-русые, которые практические закрывают шею. Чёлка на бок, слегка прикрывает голубые глаза. Фигура у парня можно сказать атлетическая, он следит за своим телосложением. Тело от природы покрыто легким бронзовым загаром. Нужно сказать, что по поводу своей внешности Сэм особо никогда не переживал, хоть и всегда поддерживал себя в порядке. Из одежды предпочитает рубашки или футболки, свободные куртки, джинсы.

Секретарь – Шэрон Раданиэль (Полуангел), жена Сэма. На вид ей было около двадцати лет. У неё были светло-карие (в ярости могут стать жемчужно-белыми) глаза и рыжие пышные волосы, которые доходили до лопаток. В бою она использует магию света, сюрикены и катану. Шэрон очень спокойна, любознательна и предприимчива. Не злопамятна, вежлива в общении. Изредка она бывает эгоистичной или упрямой.

Целительница – Эмма Марлоу (Вейла). Её двадцать три года. У неё серые глаза и короткие белокурые волосы, немного отливающие медью. Большую часть времени она проводит в алхимической лаборатории, пытаясь изобрести противоядие от всех змеиных ядов. 

Дизайнер одежды – Эйлин Латаниэль (Колдунья). Ей двадцать два года. У неё темно-малиновые глаза и темно-каштановые прямые волосы, которые доходили до талии. Эксцентричная девушка с передовыми взглядами. Приветливая, находчивая и по мнению окружающих, совершенно невменяемая. Не по эпохе уверенная в себе дама, ярая феминистка. Дерзкая как в поведении, так и в своём видении современной одежды. Не стесняется оголять ноги и часто пререкается с Мозенратом из-за его консервативного взгляда на моду. Предпочитает одевать детей и подростков, так как очарована юностью. Именно ей я обязана своим роскошным гардеробом. Эйлин – одна из лучших швей Лондона. Из-под ее легкой руки вышло не одно красивое платье и множество ослепляющих глаз костюмов. Та еще креативщица, в последнее время она изрядно шокирует публику своими новыми нарядами, которые сама именует «модными».

Дворецкий – Джеймс Найтлерис (Демон), муж Клэр и старший брат Мозенрата. На вид ему двадцать четыре года. У него было атлетическое телосложение, светло синие глаза, бледная кожа, волосы иссиня-черные, где-то даже отдающие оттенок синевы, немного растрепаны. Редко расстаётся с парой очков с прямоугольными стёклами и в тонкой оправе. Джеймс обычно носит черный костюм-тройка: белая рубашка, черный пиджак-ласточка (под которым надет серый жилит) и черные брюки. Образ дополняют черные лакированные туфли на низком каблуке, белый платок в кармане пиджака и черная ленточка, скреплённая брошью с тёмным сапфиром. На указательном пальце левой руки носит серебристое кольцо с морионом (в форме триллианта), а во внутренней стороне написан девиз: «Non temetis messor» – «Жнеца не убоись». Ногти окрашены в чёрный цвет, а на тыльной стороне левой ладони черная (в приступе ярости или от сильных эмоций печать сияет синим светом) пентаграмма, заключенная в тройной пятиугольник. Джеймс редко улыбается, но когда это делает, выглядит немного зловеще. Уравновешенный демон, он не любит показывать своих эмоций. Он любитель философии и ирландских танцев. Первое соответствует его душевному спокойствию, а второе – это приятные воспоминания об Ирландии, способ дать себе немного развеяться. Особенно сильно демон любит риверданс, который может отбивать даже на тонких перилах лестницы. Порой Джеймс может быть даже чересчур снисходительным и даже... добрым. Только вот добиться отношений, при которых демон проявит эти свои качества очень и очень сложно. В качестве метательного оружия демон использует золотые ножи и вилки.

Экономка – Клэр Найтлерис (Полудемон). Ей двадцать лет. Её каштановые прямые волосы, по длине, доходили до локтей, а темно-фиолетовые (раньше они были темно-карими) глаза напоминали аметисты. Когда в ней пробуждается демоническая сущность, её глаза становятся фиолетовыми, перечеркнутыми хищной вертикальной чертой зрачка. Я никак не могла поверить, что в моем поместье поселилась моя сестра. Клэр решила рассказать мне свою историю. 14 декабря 1974 года у семьи Ричардсон родилось двое детей: Джаспер и Гейл. Дети были окружены теплой и заботой, это было похоже на прекрасный сон, но их счастье рассеялось, словно дым. В 1978 году в поместье проникли маги Ордена "Тигровая Лилия". Они стерли память моим родителям о детях, отравили Джаспера и похоронили его Впадине Дрейка, а Гейл взяли в плен. Её пытали, резали на руках и нога странные символы, а в конце поставили клеймо в виде лилии на спину моей сестры. Тогда казалось, ожог и станет причиной конца: Гейл никогда не испытывала такой ослепительно белой боли... и в этот момент она поняла, что должна быть злой. То, что произошло потом, это было невероятно. Страх, который терзал её изнутри, внезапно превратился в силу электричества, которая убила последователей ордена "Тигровая Лилия". В процессе побега Гейл встретила Джейкоба Дарквелла, который забрал её с собой в особняк. Он принял мою сестру в свой род, изменил её внешность, и стал дня неё приемным отцом. В семнадцать лет она призвала демона и заключила с ним сделку. Условия контракта были просты: Джеймс ей помогает отомстить магам Ордена "Тигровая Лилия", а взамен поглотит душу Клэр. После того, как Клэр вышла замуж за Джеймса, она стала носить фамильное серебристое кольцо с прямоугольным темно-фиолетовым аметистом, а во внутренней стороне кольца был написан девиз: «Non temetis messor». И с тех пор, она всегда носит фамильную реликвию на большом пальце левой руки. В девятнадцать лет месть Клэр осуществилась. Согласно контракту Джеймс должен был поглотить душу моей сестры, но он сделал кое-что другое. Демон убрал печать контракта с правого глаза Клэр, а затем провел сложный ритуал, который превратил мою сестру в полудемона. Ровно через год, я в Лондоне встретилась со своей пропавшей сестрой. Клэр решила стать моей верной прислугой, сказам мне: «Моя цель – защитить тебя». Я согласилась, но при условии, что она никогда не предаст меня. Клэр поклялась: «Я, Клэр Найтлерис, клянусь своим телом и тем, что самое дорогое для меня, что я буду вечно верна семье Фантомфайт». Напоследок я решила удалить клеймо со спины своей сестры. Я налила жидкость из бутылочки на марлевую салфетку, а затем крепко прижала салфетку к лицу Клэр и попросила сделать глубокий вдох. Через полминуты она уже полностью лишилась чувств. Однако прежде чем приступить к ритуалу, я еще на всякий случай потрясла сестру за плечо – никакой реакции. Поднеся левую ладонь к выжженному клейму, я закрыла глаза, позволив своей силе свободно проходить через пальцы. Вскоре от клейма начала подниматься легкий дымок с неприятным запахом горелой плоти, затем кожа вновь сделалась красной как при свежем ожоге, а спустя всего пару секунд клеймо бесследно исчезло, словно бы испарилось. Теперь моя сестра была свободна. И её больше ничто не связывает с кошмарами прошлого. Теперь все они останутся лишь в самых дальних уголках её памяти, подобно забытым книгам в старой библиотеке. Ах, да, ещё следует добавить, что моя сестра хитрая, скрытная, романтичная, умная, часто меняется на милую, весёлую, добрую, но порой бывает наглой и вспыльчивой.

Горничная – Натали Эстероэль (Жница). На вид её девятнадцать лет, но точного возраста никто не знает. У неё пшеничные длинные прямые волосы до колен; челка, порой прикрывающая изумрудные глаза, иногда отдающие черным оттенком, когда девушка сердится, и светящиеся зеленым когда радуется. Натали очень спокойная, но в тоже время можно сказать, что она вспыльчивая, немого замкнутая и весёлая. Мастерски управляется с любым видом огнестрельного оружия. Обычно Натали метко стреляет из винтовки или пары пистолетов, но против сверхъестественных существ использует косу смерти с черным древком и острым лезвием. Кстати лезвие очень сильно отравлено, так что одна рана от такой косы может убить человека из-за яда. (Причем яд настолько мощный, что действует уже спустя две минуты). Раны от такой косы даже у демонов плоховато заживают. Она всегда носит косу с собой, но об этом никто не знает, кроме меня и Мозенрата. Натали носит на указательном пальце левой руки серебристое кольцо с изумрудом (форма огранка триллиант), которое на самом деле является спрятанной косой смерти. Во время боя жница становится решительной и хладнокровной.

Повар – Майкл Дарониэль (Дампир). Высокий восемнадцатилетний юноша с красными глазами и прямыми коричневыми волосами до середины шеи. Он всегда носит белую футболку, черный пиджак, черные брюки и черные лакированные туфли. Майкл – человек очень жизнерадостный, целеустремленный, на лице которого всегда видна немного лукавая улыбка. Он готов при каждом удобном случае поддаться своим собственным авантюрам или авантюрам друзей и обладает слабостью к приключениям. Дампир всегда хочет отличиться, показать, на что он способен, проявить свою страсть к героическим поступкам. В любой затруднительной ситуации он проявляет инициативу, и даже более того, склоняет друзей к необдуманным поступкам, которые обычно плохо заканчиваются. В отличие от других слуг поместья, дампир редко и неохотно признает свою вину. С незнакомыми людьми он держится холодно, но вежливо. Хитер, расчетлив, обладает аналитическим складом ума и отличной памятью, что позволяет ему выпутаться практически из любой ситуации. С врагами достаточно жесток и редко оставляет их в живых. Порой Майкл удивляется холодности Мозенрата, который безразличен ко всякого рода авантюрам. Дампир обладает сверхчеловеческой силой, ловкостью, скоростью, регенерацией, стойкостью к повреждениям и не нуждается в крови, а также он безупречно владеет огнестрельным оружием.

Садовник – Джейк Фаолан (Оборотень). Невысокий, хрупкий на вид, нескладный юноша лет шестнадцати. Узкие плечи, длинные руки с немного узловатыми пальцами. Глаза желтые. Круглое лицо обрамлено короткими, хаотично остриженными в духе носителя, светло-рыжими волосами. С губ редко сходит улыбка, брови обычно удивленно приподняты. Он искренен, чувствителен и справедлив. Не расстается с позитивным настроем. Готов отдать жизнь за семью Фантомфайт. Все свободное время проводит среди растений и животных. Он может превращаться в оборотня или волка. Но в любом облике он остается в здравом уме и может контролировать себя. Джейк Фаолан обладает огромной физической силой –  это и есть его главное оружие (если не считать различных вещей, которые можно поднять и кинуть во врага)

Лакей – Снэйк (Гибрид человека и змеи). Его возраст сложно определить. На вид ему можно дать семнадцать лет, но вот реальный возраст никому не известен. Первое, что бросается в глаза при встрече с чешуйчатым – это его кожа и волосы. У него серебристые прямые волосы, чуть вьющиеся ближе к кончикам. Чаще всего несколько растрёпаны. Одна прядь всегда торчит на манер стружки из под рубанка. Две пряди лежат на переносице, скрещиваясь и доставая, примерно, до середины прямого носа. Вторая отличительная особенность – кожа. У Снэйка она несколько бледнее, чем у обычного человека, но не настолько, чтобы именно этим отличаться. Отличие заключается в том, что некоторые участки кожи «заросли» серебристыми чешуйками. Нет, далеко не все... дай Бог, чтобы хоть треть тела парня была ими покрыта. Но всё же какая-то часть тела покрыта чешуйками. Точные места, покрытые змеиной чешуёй – не известны. Почти неизвестны, за исключением трёх «точек» на лице – обе щеки и участок кожи над левой бровью. Лицо Снэйка имеет почти овальную форму. Лоб не высокий, переходящий в чётко выраженные надбровные дуги. На «пересечении»  надбровных дуг и лба располагаются тонкие брови, того же цвета, что и волосы. Не пушистые, но длинные и густые ресницы обрамляют золотые змеиные глаза с вертикальными зрачками. Скулы, собственно как и прямо нос с острым кончиком, не самые ярко выраженные части лица. Подбородок остренький, губы тонкие, зубы ровные и белые, но вот клыки несколько больше, чем у обычного человека и острее, собственно как и другие зубы лакея. Скромная голова парня держится на тонкой, длинной шее, которая в свою очередь переходит в также несколько вытянутое тело. Телосложения парень среднего, отчасти возможно худощавое и в тоже время жилистое. Руки крепкие, жилистые, а пальцы длинные и цепкие с ухоженными ногтями. Ноги крепкие, также как и остальные части тела жилистые. Можно сделать предположение, что парень ловок и гибок. Будучи лакеем в доме Фантомфайтов, Снэйк носит классический костюм тройку. На ногах чёрные туфли и прямые брюки, идеально выглаженные. Выше надеты белоснежная рубаха, поверх которой жилетка и черный фрак с серебристыми пуговицами и ласточкиным хвостом. Фрак одного тона с брюками, а вот жилетка несколько светлее и имеет «чешуйчатый» узор. На шее повязана черная ленточка. Ах да, и самое главное во всём внешнем виде - это некоторое количество змей, постоянно болтающихся на шее чешуйчатого. Характер у него довольно таки не обычный характер... собственно как и всё прочее, что касается Снэйка. Нельзя его назвать разговорчивым, болтуном или же душой компании. Так нельзя, но можно полностью противоположными прилагательными. Замкнут, не общителен и мрачен. Кстати, общение (в случае со Снэйком) это отдельный разговор. Не то, чтобы он не любит разговаривать... нет, скорее он просто недолюбливает разговоры. Если же он что-то говорит, то говорит исключительно «через змей», чем порой капитально путает окружающих. Снэйк и его ползучие друзья немного странные. Хотя все странности, на мой взгляд, заключаются в противоречивости характера. С одной стороны сторонится людей, не общителен, малоэмоционален (если вообще у него есть эмоции). Но с другой стороны явно видно, что парню не хватает общения. После того, как я взяла его лакеем, Снэйк начал меняться. Замкнутость переходит в стеснительность (и то преимущественно из-за внешности), сам чешуйчатый становится более словоохотливым, отчасти даже дружелюбным. Однако всё равно не перестаёт таскать с собой кучу своих змей и общаться через них. Лицо Снэйка, чаще всего не выражает практически никаких эмоций. Самая настоящая змея с холодным и трезвым умом. Яркие вспышки эмоций – не являются прерогативой Снэйка. Ему свойственна, скорее уж, некая заторможенность эмоций, ибо тогда, когда всем положено бояться, чешуйчатый стоит и просто смотри. Или действует, но не выдавая страха (если его вообще испытывает). Иногда бывают моменты, когда на его лице появляются гнев (не из сильных и лишь один раз), удивление и ещё парочка эмоций. Умён и находчив. Ну а, скромность, заботливость и прочее не могут быть порождение злобы. Снэйк умеет разговаривать со змеями и управлять ими; обладает обострённым обонянием; неплохо готовит, и невосприимчив к змеиным ядам.

В поместье семьи Фантомфайт обитает особенная прислуга. Она способна устранить нежеланных гостей из поместья любыми способами. Мы тщательно отбирали прислугу, которая по совместительству ещё и моя личная армия. Чтобы защитить достоинство, и честь семьи Фантомфайт мы наняли только самых лучших слуг.

Глава 5: жестокая игра
http://i65.fastpic.ru/thumb/2015/0911/1c/8a8b784c79969df544b2656b6aeedf1c.jpeg
Поместье Фантомфайт, 20 октября, 9:00
В саду слышалось журчание фонтана, в воздухе витал головокружительный аромат тысяч цветов, которые только дополняли друг друга, словно кто – то составил их в завораживающую композицию. На траве и листьях виднелись капли воды, переливающиеся словно бриллианты, в ярком солнечном свете. Сегодня, как и всегда, день в благородной семье Фантомфайт начинался с утренней чашечки чая. Я сладко спала в своей уютной постели, когда в комнату мягко проскользнул муж с подносом.
– Просыпайся, любовь моя, – Мозенрат распахнул шторы, впуская в комнату солнечный свет и подойдя к столику, где оставил поднос, стал наливать горячий душистый чай в фарфоровую чашечку. – Завтрак из припущенного лосося с мятным салатом уже готов. К нему тосты, шотландские лепёшки и французские булочки. Что пожелаешь?
– Лепешку, - сонно сказала я, приподнимаясь и протирая заспанные глаза.
– Сегодня после завтрака нас посетит признанный ученый из Рима, профессор Гастон. После ланча ожидаем господина Дарнелла из компании «Посейдон».
– А, тот, кому я доверила производство игрушек на фабрике в Индии…
– По-видимому, он итальянец и можно не жалеть усилий на то, чтобы прием пришелся ему по вкусу.
– Этот запах…Эрл Грей?
Я отпила немного чая, наслаждаясь его вкусом.
– Да. Эрл Грей Джексона. Буду ожидать тебя в обеденном зале.
Когда уже демон практически дошел до двери, я кинула ему в спину дротик, который схватила с тумбочки, как только муж отвернулся. Не поворачиваясь, Мозенрат ловко поймал дротик двумя пальцами, особо не напрягаясь.
– Что ты хотела? – спросил он, повернувшись ко мне лицом. – Быть может, отложим игры на потом? – демон улыбнулся мне своей хитрой улыбкой.
– Да, хорошо, Мозенрат, – обычным тоном сказала я.
«Зачем ты это сделала? Пытаешься таким образом подловить? Или тебе до сих пор кажется, что я не демон, а наш контракт – всего лишь твой дурной сон? Нет, малышка, все это чистейшая правда. Я – демон и мы заключили контракт, по которому я помогаю тебе отомстить, а ты – отдаешь мне на съедение свою душу», – размышлял демон.

Сегодня я надела современное синие платье с открытыми плечами, на ноги – синие туфли, а на руки – черные шелковистые перчатки по локоть. Фамильную реликвию я надела на безымянный палец поверх перчатки левой руки. Я никогда с кольцом не расстаюсь и всегда ношу его с собой, будь у меня руки свободные, или же в перчатках.
После ланча к нам приехал господин Дарнелл. Это был синеглазый шатен лет сорока, одетый в темно-коричневый деловой костюм. Приехавший посол остался довольным гостеприимством и пошел в игровую комнату обсуждать со мной юридические тонкости.
– Темпы развития добычи драгоценных камней в Индии просто поразительны. Также растет множество талантливых людей…
– «Вы зачарованы глазами мертвеца». Не повезло. Я пропускаю ход.
Я беседую с господином Дарнеллом, которому доверили производство игрушек в Индии. Хотя, беседую – громко сказано. Скорее, это похоже на монолог многоуважаемого гостя, я же всего лишь озвучиваю ход игры, за которую по его приезду, немедленно усадили сыграть. Господин Дарнелл не смог отказать, ведь он считает меня капризной девушкой, которой по какой-то насмешке судьбы досталось многомиллионное состояние, и ему невдомек, что нам все известно о его махинациях с фабрикой и наказание уже близко.
– Это отличная возможность! Я бы хотел расширить дело своей компании…и нанять больше рабочей силы.
Дарнелл запнулся, потому что увидел, что меня нисколько не интересуют дела и я увлечена игрой, сосредоточены только на ней и не отрываете взгляда от игровой доски.
– Ваш ход.
– Конечно. Ну, тогда, прошу простить. Отлично, пять. Возвращаясь к делу. Если бы я получил от вас еще около двенадцати тысяч фунтов… Конечно же, вы не останетесь в убытке, леди. Я стану ногами компании «Фантомфайт» в Южной Азии и еще более…
– «Вы лишились ноги в лесу сомнений». Опять ваш ход – я свой пропускаю.
– Хорошо. Шесть.
– Подождите. Три.
– Но…
– Вы же лишились ноги. Теперь вы можете преодолевать лишь половину пути.
– Какая жестокая настольная игра. Нет ли какого-нибудь способа вернуть ногу?
– Потерянное однажды никогда больше не воротишь. «Вас сожгли в багровом пламени».
Что ж, это будет довольно интересно. Будет исполнено, а пока… сыграем наши роли до конца, и пускай гость в полной мере прочувствует наше гостеприимство.

– Все готово к ужину, – Мозенрат прерывал игру своим появлением.
– А, ужин в том саду. Ждал с нетерпением!
– Тогда продолжим позже, – произнесла я.
– Ну, даже без продолжения ясно, что я проиграл.
– Не люблю прерывать начатую игру.
– Девчонка.
А вот это, вы зря сказали. Хоть это и было произнесено шепотом, уже на выходе из комнаты, но у меня очень хороший слух, да и демон все прекрасно слышал.
– Вы что-то сказали, господин Дарнелл? – спросила я.
– Я имел в виду, что детская гибкость ума – крайне необходимое качество для предпринимателя. Потому-то Фантомфайты первые в индустрии игрушек этой страны.

– Да, удивили вы меня. Итак, насчет контракта… – Дарнелл решил перейти к делу.
– Сначала продолжим нашу игру, – предложила я.
– Вот как… Прошу извинить, но моя следующая встреча…
– Детям очень нравится играть в игры. Вы сами понимаете.
– Тогда могу ли я воспользоваться на минуту вашим телефоном?
– Я принес вам чай, – Мозенрат встретился в дверях с гостем, у которого надо сказать, было очень недовольное выражение лица.
– Сейчас вернусь.
Мозенрат подошел ко мне, налил чай и протянул чашку. Я принюхиваюсь к аромату, исходящему от напитка, как делаю это всегда.
– Что это? Почему такой слабый запах? – нахмурилась я.
– Чтобы угодить нашему гостю, я заварил итальянский чай.
– Итальянский? – переспросила я.
– В Италии чаще пьют кофе, поэтому хороших сортов чая у них немного. Он вам не по вкусу?
– Да. Он мне не нравится.
– Сейчас принесу десерт.
– Да. Оставайся учтивым до самого конца… как и положено в гостеприимном доме Фантомфайтов.
– Да, любовь моя.
Разрешение на действие получено и пришло время нашему гостю в полной мере отведать того, что бывает с теми, кто идет против семьи Фантомфайт.

– Знаешь, как мне надоело возиться с детьми. Да, я уже продал фабрику. Теперь только осталось набить кошелек деньгами этой змеюки. Рабочие? Да плевать я на них хотел. Ну, в общем, все остальное оставляю на тебя. Да, никаких проблем. В конце концов, она всего лишь девчонка.
Дарнелл повесил трубку телефона, и в неверном освещении ему кажется, что за спиной, в дверном проеме, появилось белое призрачное лицо. Его глаза расширяются от страха, он поворачиваете голову, чтобы лучше разглядеть эту белую маску, но там уже ничего нет.
– Показалось.
В вашем голосе столько облегчения, но хочу разочаровать, вам не показалось и это только начало.
«Зачарован глазами мертвеца».
Вы ведь слышите этот голос, господин Дарнелл? Голос Леди Фантомфайт, подписывающей вам смертный приговор без малейших колебаний.
– Глупость какая-то. Мне не сюда. И не сюда… Какой огромный особняк. Я даже обратную дорогу найти не могу, – Дарнелл открывает двери одну за другой в поисках комнаты, где осталась Леди Фантомфайт, но не может ее найти.
«Зачарован глазами мертвеца!» – из неоткуда послышался голос.
Дарнелл опять слышит эти же слова. Итальянец уже давно бродил по этажам поместья, безуспешно пытаясь найти выход. Гостя на протяжении всего пути пугал дух и итальянец все время вспоминал ходы в игре. Дарнелл увидел, как навстречу по темному коридору плывет призрачный силуэт. Глаза итальянца расширяются от ужаса и, кажется, он забыл, как дышать.
– Не подходи!
Дарнелл начинает пятиться по коридору назад. В конце концов, он не выдерживает и побежал со всех ног в противоположном направлении. Я знаю, о чем сейчас его мысли. Он мечтает как можно быстрее выбраться из поместья. Но я не дам этого сделать, вы в полной мере насладитесь гостеприимством семьи Фантомфайт.
«Я пропускаю ход».
Ну вот, гость упал. Нельзя же бегать по лестницам, а теперь у него сломана нога. Как неосторожно, многоуважаемый гость.
«Вы лишились ноги в лесу сомнений».
Дарнелл ползет со сломанной ногой, отчаяние гонит его.
– Куда вы направляетесь? – Мозенрат выходит из темного коридора, приближаясь к гостю, а Дарнелл все еще отчаянно ползет и демону даже не надо ускорять шага, чтобы идти рядом. Как же Мозенрату нравится выражение животного ужаса на лице гостя. – Вы еще не оценили наше гостеприимство в полной мере. У нас еще остался десерт. Вы и так уже лишились ноги и можете преодолевать лишь половину пути. Почему бы вам не расслабиться и получить удовольствие?
В конце концов, гость заполз в какое-то помещение, пытаясь спрятаться. Он еще не знает, что именно сюда и должен был попасть.
– Черт! Ничего не вижу!
Дарнелл нащупал позади себя щеколду еще одной двери.
– Это кладовая? – итальянец спрятался внутри. – Как тут тесно, – произнес Дарнелл и вымазал в чем-то руки. – Что это? Пахнет сладким.
– Какой же нетерпеливый у нас гость, – демон открыл заслонку печи, чтобы Дарнелл мог увидеть лицо Мозенрата. – Тянет руки к десерту, который еще даже из печи-то не вытащили.
– Печи?! Открывай! Выпусти меня!
Дарнелл отчаянно дергает дверь в надежде открыть ее.
– Неужели итальянцы не знают? Здесь, в Англии, мы частенько используем сало для приготовления десертов вроде рождественского пудинга или пирожков с начинкой, – улыбнувшись на прощание итальянцу, демон закрыл заслонку.
«Вас сожгли в багровом пламени».
Полный ужаса и боли, крик итальянца звучит прекрасной музыкой для меня.
– Что это был за голос? – спросил Майкл, который на улице растапливал печь.
– Кто знает, – ответил стоящий рядом Джейк. – О, Клэр.
– Хорошо сегодня поработали. Не хотите немного сладкого лимонного пирога? – предложила Клэр с подносом в руках. – Сладости помогаю справиться с усталостью.
Майкл и Джейк обняли её за ноги со словами: «Клэр, какая же ты хорошая. Спасибо тебе». Клэр вздохнула, отдала поднос ребятам и уже собралась уйти, но вспомнив об одной просьбе, она остановилась и обратилась к слугам:
– Кстати, Майкл, позже зайдет торговец. Попроси его поменять кухонную печь на новую.
– Печь? – не понял дампир.
«Господин Дарнелл, надеюсь, гостеприимство дома Фантомфайт удовлетворило вас от самого мозга и костей» – со злорадством подумала Клэр Найтлерис.
С улицы послышались крики и вои итальянца. Я хихикнула.
– Ну что за дикие крики, как будто свинью режут. Неужели, он и правда думал, что сможет выбраться отсюда, умолчав о продаже фабрики…и попытавшись прикарманить деньги на наем рабочих. Безмозглый лицемер, – после эти слов я замолчала на несколько секунд и посмотрела на игровую доску, где была надпись: "Happy End", а затем продолжила шепотом: – Потерянное однажды никогда больше не воротишь.
Вот, что бывает с теми, кто пытается обмануть меня, Леди Фантомфайт. Как же жестоки мои слова. Хм, что ж, надо признать, что мне удалось позабавить демона. Я жестока и бессердечна. Девушки жестоки по определению, но я жестока вдвойне и это радует. Я не колеблюсь. А какой изощренный способ придумала для наказания этого итальянца.
«Фурия, не сомневайся ни в чем. Покажи мне интересное представление. Я уже очень давно не получал удовольствия от исполнения контракта», – ухмыльнулся Мозенрат.

Я всегда вижу, когда мне врут.
По этой причине я всегда остаюсь одна.
Людям не стоит доверять.
Каждый день не приносит радости,
День вчерашний не дарит сладости,
Я на грани борьбы и слабости,
Я стою у черты над пропастью.

Глава 6: похищение
http://i72.fastpic.ru/thumb/2015/0911/e1/416de66c5fe6df184a82c59d3b672de1.jpeg
Поместье Фантомфайт, 22 октября, 10:00
– Проклятие, снова перегрызли, – раздраженно сказал Майкл, глядя на перегрызенные провода в деревянном полу.
– Опять мыши? – спросила Натали.
– Я слышал, что их очень много развелось в Лондоне, но кто бы мог подумать, что они доберутся и до нас, – задумчиво произнес дампир.
Услышав писк, Натали, Джейк и Майкл вскрикнули и увидели пробегающую мышь.
– Получай, мышка! – оборотень схватил белый постамент и швырнул его в мышь. Дампир и жница закричали, а постамент врезался в пол, подняв облако пыли и грохот, который было слышно во всем поместье. – Убежала, – хихикнул оборотень.
– Не хихикай тут! Смерти нашей хочешь?! Дубина! – разозлился дампир.

Сегодня я надела темно-синее платье с рукавами, длиной до запястий. В поместье Фантомфайт съехались высокопоставленные люди, связанные со мной спецификой работы. Закрывшись в тускло освещенной игровой комнате, они катали шары по бильярдному столу и обсуждали ловлю крыс. За дверью послышались крики: «Ой, вон ещё одна!» и «Не упусти её!».
– Как же шумно. Значит, даже здесь тоже есть мыши, – эти слово произнес пятидесятилетний сероглазый мужчина, у которого темно-русые волосы были собраны в хвост.
Хорошая фраза, лорд Альберт. Что-то мне подсказывает, что вы имеете в виду совсем не грызунов.
– Как долго эти маленькие монстры, пожирающие нашу пищу и распространяющие болезни, будут бегать по поместью? – Спросил шатен лет пятидесяти.
– Бегать по поместью? Им специально позволили делать это, – эти слова произнес русый двадцатилетний мужчина с легкой ироничной усмешкой.
– Именно, она всегда стремится сделать все с первого раза. Ваша очередь, Леди Фантомфайт, – эти слова произнесла красноволосая женщина лет тридцати.
– Пас. Не в моих интересах бить по шару, если удар бесполезен.
Я сижу в кресле в расслабленной позе, с кием в руках, всем своим видом говоря, что намного лучше всех собравшихся в этой комнате людей. Просто живое воплощение одного из смертных грехов – гордыни. Честно, демону смешно смотреть на меня, такую молодую и хрупкую, строящую из себя чуть ли не повелительницу мира. Но, тем не менее, все эти люди уважают? Нет, пожалуй, боятся меня. И пускай я добилась этого с помощью демона, но фактов это не меняет. В конце концов, это часть нашего контракта и демону нравится смотреть, как все эти влиятельные люди пресмыкаются передо мной.
– Мы отошли от темы. Когда уберут мышей? – Задал вопрос Альбер.
– Совсем скоро, когда мыши захотят получить запретный сыр. У нас есть ключ от кладовки, в которой он хранится. Однако, искать мышиную нору и выяснять, как она устроена – слишком утомительно. Я надеюсь, вы готовы заплатить за это.
Демону нравится мой тон. Такой издевательский, что даже он может позавидовать.
– Змеюка.
– Лорд Альберт, у вас есть причина, чтобы называть меня так? – произнесла я сквозь зубы.
– Вы пропустили хороший удар. Что будете делать, леди?
Еще один из находившихся в комнате мужчин решил снять напряжение.
– Пора заканчивать с этой глупой игрой. Когда вы будете готовы заплатить?
– Этой ночью, – ответил Лорд Альберт.
– Я пришлю бентли с посылкой чуть позже. Буду ждать вашей благодарности.
– Вы собираетесь загнать все шары в лузы?
Удивлению в голосе молодого зеленоглазого блондина нет предела, когда он видит, как я сажусь на край бильярдного стола и прицеливаюсь кием для нанесения финального удара.
– Конечно, – на моих губах появилась усмешка, свойственная Мозенрату.
– Жадность вас когда-нибудь погубит.
Альберт, до чего же настырный человек, все лишь бы ему нотации читать. Наверное, ему я тоже кажусь девчонкой, но при этом он зол оттого, что вынужден считаться со мной и отсюда столько агрессии в голосе.
– Жадность?

С уходом гостей, я направилась в кабинет. По дороге я увидела Натали, Джейка и Майкла, бегающих за мышами с криками: «Они побежали сюда!», «И здесь тоже!». Задумавшись, я встала посреди коридора. Через пару секунд ко мне подошел Мозенрат.
– Фурия, сегодня я приготовил для тебя яблочный пирог. Он почти готов.
– Принеси его в мои покои. Мне надоела их болтовня, – произнесла я.
– Как пожелаешь, – ответил демон, улыбнувшись уголками губ.
Мозенрат не мог больше выносить беготни и криков. Всего за 0.1 секунды, демон поймал двух мышей правой рукой, кинул их в сачок, а потом обратился к слугам:
– Чем занимается ерундой, лучше займитесь своей работой.
– Хорошо, – виновато произнесли Майкл, Джейк и Натали.
Я поднялась на третий этаж и вошла в кабинет.
– Наконец-то, тишина, – вздохнула я.
В моем особняке, стараниями слуг, крысы будут выловлены, а вот поймать ту крысу, которая завелась в Лондоне ой как не просто. Вот только не успела я додумать, что у меня есть подозреваемый, как нос и рот мне перекрыли странно пахнущей тканью.

– Серебристая змея с неограниченной властью, отравляющая своим ядом всех, кто восстает против закона и порядка. Скольким вы помогли и скольких вы убрали, Фурия Фантомфайт? – голос блондина, стоящего передо мной, звучит издевательски.
– Значит, вы и есть Стивен Челлендж? – задаю вопрос, скорее всего так, чисто для проформы, ведь мышь я уже нашла, точнее, она сама нашла меня, набросившись на сыр, который я положила в мышеловку. Я сидела на полу и была связана ремнями.
– Эй, малышка Фантомфайт, итальянской мафии трудно живется в этой стране. У англичан на уме только чай. Даже если те, кто занимаются такой работой, могут получить много денег, то им придется поднапрячь свои чайные умишки. Поэтому мы торгуем наркотиками.
– В фармацевтическом законе, в шестьдесят восьмой статье сказано: «Даже опиум считается ядом». Это решение королевы – не позволять дилерам распространять наркотики, – цитирую статью, а сама еле сдерживаюсь, чтобы не рассмеяться в голос.
– Ну почему англичане такие занудные? Королева! Королева! Все вы помешаны на своей королеве. Вы следуете правилам и стараетесь привыкнуть к ним, разве мы не одного поля ягоды? Давайте работать вместе.
Этот грязный итальянец посмел прикоснуться ко мне! Протянул руку и взял меня за подбородок, произнося последнюю фразу. Не то чтобы я не терпела чужих прикосновений, просто этот человек – лишь торговец наркотиками, упырь каких мало и как он смеет прикасаться ко мне. К Леди Фантомфайт. Да еще и унижать меня предложением сотрудничества. Неслыханная наглость. Он, скорее всего уже предвкушает победу, уверена, что смог загнать меня в угол и завязать пасть неукротимой серебристой змеей. Как бы ни так. У меня еще есть мой главный козырь.
– Мне нужно вернуться, я приказала своему мужу забрать ключ от кладовки у правительства. Извини, но у меня нет желания возиться с грязными крысами.
– Не недооценивай взрослых, змеюка! – Стивен направил на меня пистолет. – Я уже послал своих подчиненных в твой особняк. Где ключ? Если не скажешь, то твоих слуг убьют одного за другим.
«Ха-ха, насмешил. Убьют они как же», – я мысленно усмехнулась.
– Какой милый зверек. Что ему не прикажешь, он все выполняет. – Пока я это говорила, склонила голову чуть набок и на моих губах появилась фирменная усмешка Мозенрата, выражающая презрение и жалость одновременно.
О, кажется, я разозлила этого Стивена. Иначе как объяснить то, что он ударил меня по лицу кулаком с такой силой, что я рухнула на пол.

Несколько минут спустя
– Провалили?! Бесполезные твари! Вот поэтому вы – мусор. Ладно. Возвращайтесь назад. Что там? Кролика испугались? Что с вами? Это переходит все границы, – голос Стивена сменился с насмешливо-презрительного на испуганно-настороженный. – Хватит притворяться, идиоты! Э-эй, что случилось?
А вот и главный гвоздь программы. Мозенрат Фантомфайт собственной персоной. Нетрудно догадаться, что он разобрался с людьми на том конце провода.
– Похоже, игра в салочки закончилась, – выдавливаю из себя усмешку, потому что ребра болят ужасно и легкие при каждом вдохе обжигает будто огнем.
– Замолчи, тварь! Эй, если вы сейчас же не ответите, головы оторву!
Воцаряется гробовое молчание, я практически физически могу ощутить, как напрягается Стивен. До слуха долетает знакомый голос моего мужа. Разобрать, правда, что он говорит, не удается, но мне это и не особо надо. Я тихо прошипела приказ на змеином языке, но мой муж прекрасно расслышал мой голос и понял, о чем я говорила.
– Будет исполнено, я немедленно приду и заберу тебя.
Сидя на капоте машины, которая перевесилась над пропастью, Мозенрат расспрашивал парней про их босса.
– Поспешу сообщить вам, господа, я очень нетерпелив, вы ведь не хотите упасть туда, правда? – добавил масла в огонь Мозенрат. Парни испугались.
– Стивен Челлендж! Его база находиться в северной части восточного Лондона!
– Что ж, счастливого пути. – Демон спрыгнул с капота, и машина упала в пропасть. Глянув на часы, Мозенрат произнес с долей досады в голосе: – Ох, уже так поздно, – сзади послышался взрыв. – Нужно поторопиться, иначе ужин придется задержать.

Когда демон добирался до особняка Челлендж, около него стояли сотни людей с автоматами наизготовку. Ха, его таким не остановить. Все начали нападать на Мозенрат, но он успешно отбивался от всех. Некоторые люди пытались убежать, но не тут-то было. Все, кто пытался преградить путь демону, были либо покалечены, либо убиты.
– Сломал! Он сломал мне кость! – кричит один из мужчин, когда его рука, будто сама по себе, ломается в десяти местах сразу. Ах, как же прекрасна боль, звучащая в его голосе, так бы вечно и слушал, а вокруг море трупов и запах крови витает в воздухе. Демоническая сущность Мозенрата просто ликует, и трепещет от восторга, но…
– Простите, я очень спешу.
Как только демон зашел в столовую, в его сторону полетело несколько пуль, от которых Мозенрат прикрылся подносом, захваченным из поместья. В прыжке, демон запустил поднос, который сразу сбил с ног около десяти бандитов. Вскочив на стол, Мозенрат на ходу захватил целую стопку тарелок, остановился и начал метко бросать их во врагов.
– Проклятие! Позовите ребят из восточного крыла! Я из тебя сейчас решето сделаю!
Мозенрат мастерски уворачивался от выстрелов и отстреливался столовым серебром. Вилки и ножи попадаю либо в шеи, либо в головы бандитов. Эти люди все продолжают стрелять, но ни одна из их пуль не может достать демона. Он высоко прыгает, практически достав до потолка, и кидает в оставшихся в живых наркоторговцев, превратившиеся в смертоносное оружие, столовые серебро и добивает их. Через пару минут враги были повержены, а демон висел на люстре вниз головой.
– Ну и ну, и это отняло у меня несколько минут, – вздохнул Мозенрат.
Спрыгнув с люстры на пол, демон снова взглянул на часы – пять часов сорок три минуты. Мозенрат открыл дверь в комнату, в которой держали меня. Стивен схватил меня и держит около виска пистолет, но он все равно нервничает. А вот я, наоборот спокойна как никогда. Ну, еще бы! Я ведь знаю, что мой муж не даст мне умереть.
–Я пришел за своей женой, – Мозенрат поклонился. Лорд Фантомфайт всегда должен вести себя подобающе.
– Ха, я думал сюда придет устрашающего вида мужчина, а это лишь «Ромео» во фраке. Принес предмет?
– Да, – демон знает, что как только он достанет ключ, подельники Стивена, спрятавшиеся в потайной нише за одной из картин, тут же застрелят его. – Вот он.
– Моз… – мой голос дрогнул, и я не смогла выговорить имени своего мужа.
Демону попали выстрелом в голову, что очень неприятно прошу заметить. Нет, никакой адской боли он не испытал, просто легкое жжение в области пробитого пулей виска. Но, честно сказать, это стоило сделать хотя бы ради того, чтобы увидеть выражение моего лица. Расширенные в ужасе глаза, недопроизнесенное имя из-за того, что мне сдавило горло. Хотя, я, конечно, знала, что он не может умереть, по крайней мере, не от простой пули, но с эмоциями, заглушившими доводы рассудка, совладать не смогла. Все-таки, я настолько человечна. Неужели, я успела привязаться к демону? Если так, то игра может принять неожиданный поворот.
– Эй, долго ты еще собираешься играть с ними? Что, спать там собрался? Мозенрат, вставай. Хватит валять дурака. Так мы точно не успеем к ужину.
– Извиняюсь, любовь моя. – Мозенрат встал, держа в руках десять пуль. – Современные пистолеты лучше, чем сто лет назад, но даже они не способны справиться со мной.
– Что встали?! Убейте его! – раздался истерический крик наркодельца и подельники, повинуясь приказу, начинают стрелять.
Мозенрат с легкостью ловит все пули и отправляет их обратно, точно в головы стрелявшим, которые тут же с глухим стуком падают мертвым грузом на пол. Когда демона «убили», я хоть и знала, что он не умрет, однако очень испугалась. А теперь, когда он на моих глазах пролил кровь эти людей, я даже бровью не повела.
– Ох, теперь у меня вся одежда в дырках, – демону и впрямь было немного жаль свой чудесный костюм, который сейчас больше напоминает решето.
– Все из-за того, что ты тут дурака валял, – буркнула я.
– Похоже, они с тобой плохо обращались, – Мозенрат стал подходить ближе.
– Еще один шаг, я убью её! – дрожащим криком отвечал Стивен, а демон остановился.
– Давай скорее, у него изо рта воняет, – спокойным голосом ответила я.
– Если я подойду, тебя убьют, – так же спокойно ответил Мозенрат.
– Сволочь. Хочешь нарушить контракт?! – нахмурившись, высказалась я.
– Ничего подобного, я ведь твой верный муж, в конце концов, – немного поклонившись, возразил Мозенрат.
– О чем, черт возьми, вы говорите! – не выдержав, заорал Челлендж.
– Фурия, приказывай мне, я в твоем распоряжении, – Мозенрат подставил два пальца к правому уголку рта, и наклонил голову в левую сторону.
Я убрала иллюзию с правого глаза и произнесла:
– Спаси меня! Это приказ! – печать на моем глазе засветилась фиолетовым цветом.
– ЗАМОЛЧИ!!! – не выдержал Челлендж и выстрелил. Стивен остекленевшим взглядом смотрит на то, как я, живая и невредимая, повернула голову и теперь смотрю на него. – П-почему она не умерла?
– Это ваше, – держа пулю около грудного кармана пиджака Стивена, сказал Мозенрат. – Возвращаю её вам. – Демон положил пулю в карман, и у Челленджа перекрутило правую руку, что держала меня. От боли он кричал, держась за руку.
Мозенрат осторожно взял меня на руки.
– В этот раз игра выдалась скучной, – безразличным тоном заявила я.
Демон аккуратно посадил меня на стоящее неподалеку кресло и начинал освобождать от ремней, которыми меня связали. В это время Стивен очухался от боли и произнес:
– Подожди! Будь моим телохранителем. Я буду платить тебе в пять, нет, в десять раз больше, чем она! Я дам тебе женщин и выпивку, только...
– Извините господин Челлендж, но меня не интересуют людские разборки, – развязав мне руки и повернувшись лицом к Стивену, сказал демон. – Ведь я и демон, и Лорд Фантомфайт.
– Д-демон?!
Откуда-то сверху стали падать тени черных перьев, а комната постепенно начала темнеть. У демона в этот момент загорелись глаза малиновым пламенем. Я сидела в кресле, закинув ногу на ногу и подперев подбородок тыльной стороной правой ладони.
– Фурия заключила со мной контракт, я её верный муж. – Мозенрат подставил левую руку к правому глазу. – Через жертвоприношения и желание я связан со своей женой. Все это в обмен на её душу.
– К сожалению, игра окончена… – сказала я, презрительно смотря на Челленджа.

Мозенрат нес меня на руках от самого особняка наркоторговцев. Практически сразу я погрузилась в сон. Наверное, слишком много переживаний для одного дня. Проснулась я только на подходе к дому. Мозенрат заметил, как в ужасе, широко открываются мои глаза. Он знал, что я сейчас видела. Мне кажется, что это не закатное солнце своими прощальными лучами окрасило особняк в желто-багровые тона. Я вижу огонь, зарево пожара, такого же как тот, который уничтожил особняк три года назад. Но вот я моргаю, и иллюзия развеивается и до моего слуха доносится облегченный вздох демона.
– Очнулась?
Я смотрю на демона с недоумением, еще не до конца придя в себя со сна. И как только мой взгляд становится более осмысленным, и я уже собралась что-то ответить Мозенрату, но тут от особняка раздался радостный крик Джейка.
– Госпожа, с возвращением!
К нам навстречу бегут Джейк и Натали но, не добежав несколько метров, останавливаются, ошарашено уставившись на нас. Да уж, сцена та еще – Лорд Фантомфайт, несущий на руках свою жену. Особенно, если эта жена – всегда строгая, невозмутимая и независимая Фурия Фантомфайт.
– Похоже, вы вдвоем неплохо повеселились. – Произнесла Натали.
Мозенрат из последних сил сдерживается от того, чтобы не рассмеяться во весь голос из-за абсурдности ее предположений. А вот мне, похоже, не до смеха. Первые несколько секунд я непонимающе смотрю на нее, а потом, когда до меня доходит смысл сказанного, мои щеки слегка покраснели.
– Опусти меня на землю, Мозенрат!
Он послушно поставил меня на ноги. Возможно, предположения горничной не настолько абсурдны, как мне показалось сначала. Мое поведение подтверждает это со всей четкостью и ясностью. Ведь, если бы под ними не было никаких оснований, вы бы не отреагировали так бурно на подобного рода заявления. Становится все интересней. Какой все-таки иногда судьба может преподнести интересный подарок. Тысячи контрактов и везде одно и то же. Пускай, с момента заключения нашего с тобой контракта прошло не так много времени, но Мозенрат должен признать, что за столь короткий срок никому не удавалось меня так удивить, как мне. Демон продолжал восхищаться моей жестокостью и хладнокровием. Не понимаю, как я могла все это спокойно вынести, да еще и потом полностью довериться демону, уснув на руках. Я и впрямь его удивила. Да еще и эти чувства к нему. Демон не ожидал такого от меня.
«Я чувствую как азарт начинает бурлить во мне, чувствую возбуждение и почти дикую радость, которых я не испытывал уже давно. Нет, твою душу я просто так не отдам. Молодец, Фурия, ты пробудила во мне желание бороться. Я буду упиваться твоей решимостью, жестокостью, безразличием к окружающим. Ах да, ведь еще остается твоя влюбленность в меня. Что ж, тогда я отвечу тебе взаимностью. Я ведь и впрямь могу быть добрым, нежным и ласковым. Я стану твоим самым верным мужем, ты будешь тонуть в этих чувствах все глубже и глубже. Ты умная девушка и будешь прекрасно понимать, где-то на задворках сознания, что это ложь, но отказаться не сможешь. Пускай это будет моей благодарностью за оживший интерес к исполнению контракта».

Вам слёз моих уж не увидеть больше,
Вам не услышать жалоб, как бывало,
Нет, моя жизнь совсем не стала проще,
Наверно, жалкой я в ней быть устала.
Вам непривычно, что я улыбаюсь,
Моя уверенность вас сильно раздражает,
Совсем не нравится вам, что я так меняюсь,
И образ мой новый вас очень напрягает.

Коса Натали
http://i68.fastpic.ru/thumb/2015/0911/f6/19665dd9fe2bbe5b31552637191695f6.jpeg

Катана Шэрон
http://i69.fastpic.ru/thumb/2015/0911/6b/98e350116de269f14de520a279ca026b.jpeg

Форма камня кольца Фурии
http://i67.fastpic.ru/thumb/2015/0911/58/04335d26599fda72b1007494b6621c58.jpeg

Клэр Найтлерис (до обращения в полудемона)
http://i69.fastpic.ru/thumb/2015/0911/a3/4793e209e8d4c18f611eb74b3b90fca3.jpeg

Снэйк
http://i71.fastpic.ru/thumb/2015/0911/82/09ce9ad90b5b68fd70433efc87e83b82.jpeg

Печать Демона
http://i66.fastpic.ru/thumb/2015/0911/8c/f74e3422cb00d73a05ed4954c4d6318c.jpeg

Руки и ноги демон в истинном обличие
http://i71.fastpic.ru/thumb/2015/0911/67/269e7530cb185a7266fc1682abba8c67.jpeg

Отредактировано Agent_207 (2015-09-11 18:29:49)

0

3

От автора: к фанфику было добавлено три новые песни: Fabulous Treatment, Home Again и La gardenia. Смотрите в официальном саундтреке, в самом начале фанфика.

Глава 7: по кровавому следу
http://i69.fastpic.ru/thumb/2015/0911/e1/db1818607f028f4f58d980e5a22ca5e1.jpeg
Лондон, 23 октября, 11:14
После вчерашнего моего похищения, Клэр всерьез решила заняться охраной поместья. Оказывается, что не только у меня есть секреты. С самого девства Клэр завела друзей, который по совместительству её охрана, которые теперь стали работать на семью Фантомфайт.

Лекарь – Сандра Даркнесс (Черный Феникс). Ей семнадцать лет. У неё огненно-рыжие глаза и черные волнистые волосы, которые достигали лапоток. На указательном пальце правой руки носит золотое кольцо с гранатом, который изнутри светиться успокаивающим огненно-рыжим пламенем. Её боевые навыки, по сравнению с демонами, довольно малы. Её преимущество в хитрости и стратегии. Создание иллюзий – это её призвание. Однако, за место огромной силы, ей дана способность возрождения из пепла. Сандра может превращаться в черного феникса или огненную саламандру (двухметровая), а также она обладает магией высшего целительства.

Официант – Марс Блэклайф (Маг Разрешении). Ему восемнадцать лет. У него черные глаза, обаятельная улыбка и черные растрепанные волосы, отливающие серебром. Марс рассудительный и спокойный, однако не лишенный некоего азарта во время боя, но в тоже время логики и здравого смысла. Узкий специалист в магии разрушении. В состоянии разрушать почти все, в том числе даже магию врага. В свободное время Марс любит играть в карты с друзьями.

Домработница – Мелани Аттерфорд (Медиум). Ей шестнадцать лет. У неё светлая кожа, сиреневые глаза, и длинные каштановые волосы с оранжевым отливом до пояса, которые обычно распущены или заколоты в узел. Обычно носит платья с длинными рукавами и юбкой до колена нейтральных тонов. На внутренней стороне запястья левой руки расположен оранжевый рунический символ. Выглядит как глаз, перечеркнутый плавной чертой. В обычное время плохо различим и часто скрыт за длинным рукавом. Обладает способностью реагировать на присутствие потусторонних сил – начинает светиться и жечь. Так же начинает ярко гореть, когда девушка впадает в транс. Сама Мелани немного побаивается своего символа и не помнит, как и когда он появился, поскольку прошлое лето целиком выпало из ее памяти. В бою Мелани использует магию огня и астрала, а также она является мастером фехтования. Мелани скромная, стеснительная и немного замкнутая. Порою кажется слишком серьезной для своих лет. За столь короткий срок стала лучшей подругой Снэйка.

Охранник – Кейн Аланиэль (Полуэльф). Ему двадцать два года. Он красив собой. У него ярко голубые глаза и белые волосы средней длинны, отливающие фиолетовым. Старается держаться скромно, стоит всегда в стороне и его практически не видно. Характер очень странный. Его не заметят, пока он сам не подойдет. Он будет испуганно лепетать, если подойдет к нему девушка, которая ему понравилась. Но не смотря на все это он довольно вспыльчивый, эмоциональный, яркий. Если что-то пойдет не по его планам, то он лишь топнет ногой, покраснеет от гнева, но через пару секунд будет стоять спокойный, как танк.

Вчера, на улице «Белой Каппелы», была убита еще одна проститутка. Но это было не обычное убийство. Нет. Даже какое-то сверхъестественное. Жертвой была Мария Николос. Ее убили каким-то особенным ножом, расчленив. И она, по-видимому, не оказывала никакого сопротивления. Скотланд-Ярд и газетчики прозвали преступника – Джек Потрошитель. Мой визит в Лондон, так же является частью расследования. Сейчас мы с Мозенратом идем по улицам Лондона к нашему информатору. Перестук двух пар каблуков громко звучал над каменной мостовой, теряясь в пустынных переулках и разносясь эхом по притихшим улочкам. Звенящая тишина служила абсолютным признаком осведомленности людей о ночном происшествии. Часть пожелала удовлетворить свое любопытство, отправившись к месту убийства, другие же закрылись по домам, опасаясь за свои жизни. Во всяком случае, благодаря опустошенности, царившей в этой части Лондона, мы добрались до места назначения удивительно быстро. Здание, перед которым мы находились, было старое, кое-где осыпалась известка, краска на двери потускнела и облупилась, а с темных деревянных балок свисала паутина. По обеим сторонам от входа, как бы дополняя общую картину, разместились гроб, надгробие и памятник. Фиолетовая вывеска также своеобразна, украшенная черепом, под которым большими готическими буквами значилось: «Alice Kaberle». Ну, теперь становилось понятно, откуда гробы и памятники. Мы вошли в лавку и увидели большое количество гробов. Они стояли вдоль стен, лежали на полу, а один так, вообще, располагался на столе. В комнате были манекены с изображением внутренних органов, мензурки со спиртом, сладковато-горький запах гниения и еле слышный шелест шелка.
– Ты здесь, Элис? – позвала я.
– Хи-хи-хи…. А я все гадала: «Когда же вы ко мне зайдете?». Добро пожаловать, леди. Решили себе гробик прикупить? – Раздался скрип, и крышка одного из гробов, оббитого чёрным бархатом, откинулась, являя миру бледную руку с чёрными ногтями. Перед нашими глазами, предстала странная девушка, с весьма необычной внешностью. Элис носит черный балахон с длинными рукавами. Под балахон одеты черные штаны и высокие сапоги с множеством ремешков, чьи пряжки звенят, ударяясь при ходьбе друг о друга. На шеё висела серебристая цепочка с прозрачным горным хрусталем. Помимо черной одежды девушки, взгляд притягивали длинные прямые темно-каштановые волосы до талии и пряди, которых прикрывали глаза, не позволяя составить цельную картину столь интригующей личности. С правой стороны лица Элис одна из прядок заплетена в маленькую, аккуратненькую косичку. Особо приметны её шрамы. Вокруг шеи ошейником тянется жутковатый шрам, подобный пересекает её лицо. По диагонали, от правой скулы, через переносицу и левый глаз. Эти шрамы добавляют жнице нотку опасности, а чудаковатое поведение вводило в ступор. На предложение «прикупить гробик» я только поморщилась. Видимо опыт общения с этой жницей научил меня терпимости.
– Кто бы стал ради этого приходить? Сегодня мы…
– Слов не нужно. Все понимаю! Моя гостья еще слишком плохо выглядит, чтобы выводить ее в свет. Я ее чуть-чуть приукрасила, – перебила меня Элис, расплываясь в несколько безумной улыбке.
– Хочу узнать об этом больше, – подтвердила я.
– Я догадываюсь, что привело вас ко мне, ну а цену за информацию вы и сами знаете. В прошлый раз я вам проиграла, но на сей раз не сдамся!
– Проклятье, – прошипела я.
– Похоже, выбора нет, – устало вздохнул демон. – Пожалуйста, выйди наружу. И не вздумай подглядывать! – Строго сверкая глазами, предупредил мужчина.
Стоя снаружи напротив входа, я внимательно прислушивалась к тому, что происходило внутри. Но ответом была тишина... вдруг раздался взрыв дикого истерического смеха.
Сила жницы, высвобожденная эмоциональной встряской, прокатилась волной, заставляя здание содрогнуться до основания, от чего вывеска над дверью не удержалась на месте и сорвалась с креплений. Я шокировано смотрела на лежащую на земле вывеску, но именно сейчас я, кажется, начал понимать, в чем смысл, такой странной платы за информацию. Похоже, дело здесь было в довольно распространенной среди сильных жнецов проблеме. Они достигали такого уровня концентрации, что неосознанно начинали процесс накопления энергии, а избавиться от ее излишек было чрезвычайно трудно. Сильные эмоции, а в частности смех, в этом случае являлись наилучшими проводниками, помогающими выплеснуть Силу без особого вреда для окружающих. Это также объясняло странное поведение Элис Каберле, ведь при такой мощи, избежать воздействие на психику, нет никакой возможности.
– Можешь войти. Она образумилась и решила все рассказать, – учтиво пригласил демон.
– Утопия! Самая настоящая! – тем временем бормотала Элис, растекшись счастливой лужицей по прилавку. Но долго прибывать в эйфории она себе не позволила и перешла к делу: – Недавно я стала замечать, что у моих клиентов кое-что пропадает.
– Кое-что пропадает? – переспросила я.
– Да. Пропадает. Например, матка. Она была жестоко изрублена, но матку удалили очень аккуратно! – Очевидный намек, за который моментально ухватился Мозенрат:
– На улице было малолюдно. Но обычный любитель не стог бы такого сделать. Особенно под покровом темноты.
– Какая проницательность, лорд. Я тоже так подумала. Сначала он сделал надрез на шее. Потом здесь… и похитил кое-что важное. Он, несомненно, убьет снова. Он из тех, кто не остановиться до тех пор, пока не остановит кто-нибудь другой. – Элис явно развлекалась, показывая действия преступника на мне, как на манекене. Таким образом, выяснилась еще одна особенность хозяйки лавки. Она определенно была хорошо знакома с человеческой анатомией. Скорее всего, у неё было медицинское образование и немалый опыт, а ко всему прочему, явное знание «Психологии преступления». – Сможете ли вы остановить его, Леди Фантомфайт?
– Клянусь именем своей семьи: каждый, кто нарушит закон, будет наказан, кем бы он ни был, – с твердой уверенностью сказала я.

Покинув похоронную лавку, мы отправились назад, в поместье Фантомфайт. Мы сели в черный Bentley Continental GT. Сандра, Клэр, Мозенрат и я сидели в салоне, а Джеймс вел машину.
– После этого разговора прояснились некоторые моменты. Во-первых, этот человек подкован в медицине. Кроме того, его никто не видел, поэтому нам неизвестно алиби. И еще тот факт, что он взял органы с собой, должно быть означает его связь с ритуалами, сектами и даже черной магией. – Мозенрату в смекалке не откажешь. Все по полочкам разложил, осталось только некоторые кусочки мозаики подставить.
– Интересная теория. Октябрь почти закончился. Осталась всего одна неделя. Все аристократы возвращаются назад со своими личными докторами, – заявила Клэр.
– Значит, пока оно не закончилось, мы начнем свое расследование, – произнес демон, – На это способен только лорд Фантомфайт! – произнес одну из своих коронных фраз Мозенрат, ловя мой довольный взгляд. Заметив самодовольное выражение на лице мужа, я нахмурилась, и демон, сделав соответствующий вывод, перешел на серьезный тон. – Я немедленно составлю список подозреваемых и проверю их. Что ж, позвольте откланяться. – После этих слов мужчина выскочил из машины и исчез, отправившись выполнять поручение.
– Мы же едем на большой скорости! – Сандра бросилась к окну, но увидела лишь шумную улицу.
– Мозенрат сказал, что сделает это. Мы можем спокойно пить чай и ждать, – сказала я.
Оставшаяся часть пути прошла в абсолютном молчании. Каждый думал о своем. Это был один из тех моментов, когда тишина не давила и не была неуклюжей или смущающей, а создавала ощущение тепла и уюта. Странная компания. Но как не парадоксально, все мы подходили друг другу и в какой-то степени были семьей.

Через несколько часов
Мозенрат проверил всех докторов нашего округа. У всех есть алиби, кроме Баронета Леона. Мне и Мозенрату на сей раз пришлось снять кольца и наложить иллюзию, чтобы нас не узнали. Мозенрат стал кареглазым шатеном, а я стала голубоглазой блондинкой. Демон был одет очень строго. Черный фрак, без всяких излишеств. Он пригладил волосы, надел очки с тонкими цепочками, что сделало из демона самого знатного мужчину вечера. Я надела розовое атласное платье и черные перчатки.
– Так вот, что вы задумали, – в самом отвратном настроении, проворчала я.
– Успокойтесь, миледи, надеюсь, вы помните, что я – ваш учитель? – улыбнулся Мозенрат и поправил очки.
– Да помню я, помню, – буркнула я.
– Теперь наша задача… – начал Мозенрат.
– Поймать… – продолжил Джеймс.
– И обезвредить… – подхватила Сандра.
– Баронета Леона! – хором закончили я и Клэр.
Баронет Леон. Он получил степень в Медицинской Академии, но никогда не практиковался. Кажется сегодня у него вечеринка. Однако приглашения туда он рассылает негласно и только тем, кто знает о его секретах. Ходят слухи, что здесь занимаются черной магией. Говорят, что на этих вечеринках проходят какие-то обряды. И проститутки здесь главные жертвы. Это последняя вечеринка. У нас всего один шанс.

Особняк Баронета Леона, 20:37
Трехэтажный старинный особняк из белого мрамора среди пустых, холодных улиц Лондона. В эту ночь там было не так пусто, как обычно. Из окон бил яркий свет, то и дело мелькали тени в пышных нарядах. Там был настоящий бал. Зажиточные джентльмены с не менее зажиточными дамами нарядились в белоснежные рубашки с кружевными манжетами, сюртуки, расшитые золотыми нитками, кринолин, облаченный в шелковую ткань с гигантскими бантами и лентами. Я ходила по залу вместе с Мозенратом. Мы искали Баронета Леона.
– Мозенрат, ты видишь его?
– Нет, миледи.
– Проклятье… – я оскалилась. – Тут столько народу, его просто не видно…
– Не нервничайте, миледи. Нам надо слиться с толпой. – Мозенрат осмотрел танцующий народ. – Вы не будете против станцевать еще раз.
– Нашел время… – хмыкнула я, но предложение мужа приняла.
Мы закружилась в вальсе и слилась с толпой. Удивительно, но, оказавшись в объятиях Мозенрата, я стала двигаться с легкостью и грациозностью, которой бы позавидовали многие леди. Однако стоило нам оказаться вблизи Баронета и выйти из танцевальной зоны, сразу стало понятно, насколько тяжело мне дался этот тур вальса, но возможности передохнуть мне не представилось. В следующую секунду к нам приблизился Баронет Леон. Это оказался мужчина лет двадцати в белом костюме. Его золотисто-рыжие волосы, словно шелк, едва касались плеч, а глаза были бледно-фиолетовыми. Умению держать осанку позавидует даже придворная дама. Все движения баронета легки и непринужденны, как и подобает лицу из высшего общества.
– Добрый вечер, Баронет Леон, – я мило улыбнулась.
– Добрый вечер, милая леди, – вежливо поздоровался Баронет.
– Госпожа, я схожу за напитками. – Мозенрат удалился.
Тем временем Баронет поцеловал мою руку.
– Нравится ли тебе вечер, золотце?
«Какое к чертям золотце?!» – возмущалась я.
– Вечер просто великолепен, но мне очень хочется пообщаться с вами Баронет. Танцы и еда меня утомили.
Баронет обнял меня за талию и пальцами прошел по моему телу.
– Требуете внимания к своей персоне, леди. Может, хотите повеселиться по-иному?
«Как только это все закончится, я его в порошок сотру!» – я не могла успокоиться.
– А вы знаете, как можно развлечься по-другому?
– Конечно, я и тебя научу, рыбка моя… – Баронет схватил меня за подбородок.
«Ему не жить!» – я выходила из себя, но внешне оставалась спокойной.
– Так как же повеселимся?
– Пойдем, золотко, вместе со мною.
Тем временем Мозенрат вместе с оставшейся компанией развлекал народ фокусами, а Баронет Леон завел меня в самую глубь особняка.
– Это идеальное место для наших развлечений, милая.
«Что это за тошнотворно-сладкий запах», – подумала я перед тем, как провалилась во тьму.
– Идеальнее места и быть не может, ягодка моя.

Через некоторое время я очнулась и начала слышать голоса.
– А сейчас главное событие этой ночи. Полюбуйтесь на красоту этого экспоната. Эта леди сделает наш ритуал более блестящим. Мы можем продать её как целой, так и по частям. Её глаза похожи на небесный свод…
«Подпольный аукцион. Значит, здесь он продает органы проституток», – размышляла я.
С моих глаз сняли повязку, присутствующие люди заохали и заахали. Я слегка приоткрыла глаза и увидела, что руки были связаны, а сама я седела в клетке.
– Мозенрат, я здесь, – шепотом позвала я. Печать на правом глазе засияла.
Свечи потухли. Зал занервничал.
– В чем дело? – спрашивал взволнованный Баронет. Из зала доносились легкие и громкие короткие вскрики. Пока в темноте демон избивал людей, я вернула себе и мужу настоящую внешность. Свечи вновь зажглись, а в комнате появился демон.
– Ну и ну. Похоже, у тебя есть талант только к попаданию в чьи-нибудь лапы, – Мозенрат приближался к сцене, переступая через тела бессознательных людей.
– Пока мы связаны контрактом, когда бы я тебя ни позвала, ты найдешь меня, где бы ты ни был, – Мозенрат поднялся на сцену. Я не сводила с него взгляда.
– Доказательство контракта – пентаграмма. Демоны ищут свою добычу и всегда находят её, где бы она ни была. Чем ближе контракт к глазу, тем сильнее он это ощущает. Взамен…
– Побег от демона становится невозможным, – закончила я.
Демон подошел к клетке и разогнул прутья.
– Да... – немного кровожадно прошептал Мозенрат, приложив правую руку к сердцу. – Куда бы ты ни отправилась, я буду преследовать тебя, и так до самого конца. Даже если ты погибнешь, я тебя не оставлю. Пойду за тобой даже в Преисподнюю. – Он взял меня за руки и достал из клетки, а затем одним движением пальца разорвал веревки на моих руках и шее. – И, в отличие от людей, я не вру.
– Вот и хорошо. Ты единственный, кто мне не врет.
– Да, любовь моя, – он приложил руку к сердцу и поклонился.
– Дело Джека Потрошителя закрыто. Я разочарована, – я встала в позу «руки в боки». 
– Скоро здесь появится Скотленд-ярд. Они не заставят нас ждать, – демон подошел ко мне и взял меня на руки. Я удивилась, но ничего не сказала. – Что ж… Нам пора, – демон спрыгнул со сцены и выпрыгнул в окно. Мы приземлились на ближайшую крышу. Оттолкнувшись ногами от крыши, демон взмыл в воздух, раскрыв свои черные крылья.

Поместье Фантомфайт, 24 октября, 18:30
За окном шел не просто дождь. Это был ливень, сопровождаемый молнией и раскатами грома. Я лежала на кровати и думала. Джек-Потрошитель снова орудует в городе. Это был не Баронет Леон! Столько стараний, мучений и все напрасно! Кто же преступник?
– Ну как? – спрашиваю я, как только демон зашел в спальню и закрыл за собой дверь.
– Неважно сколько времени я трачу на расследование – ответ все тот же.
– Баронет не виновен во вчерашнем убийстве, – не вопрос, а утверждение.
– Верно, – демон видел по моему лицу, что мне не нравится его ответ.
– Это не мог быть он или кто-то из его гостей.
– Да.
– Ну ладно, завтра мы… – внезапно я прекратила размышлять вслух, и мужчина увидел, как на смену задумчивому выражению моего лица приходит осознание. – Мозенрат… Неужели?!
– Я уже много раз говорил тебе, что не совру. Тем, кто занимался медициной, черной магией и оккультизмом, и у кого отсутствовало алиби во время убийства, был Баронет Леон. Он идеально подходил.
– Значит, расследование было фарсом?! – прошипела я.
– Я ведь всего лишь твой муж, – демон чуть склонил голову, – и должен всегда выполнять твои приказы. Согласно одному из твоих приказов, я должен быть твоей пешкой, – Мозенрат бросил листы с именами и данными подозреваемых, которые держал в руках, и они ворохом разлетаются по спальне. – Ну же, дорогая, ставь шах.

Сейчас мы стоим в подворотне около дома будущей жертвы «Джека Потрошителя», поджидая его. Для того чтобы не сильно выделяться из толпы в этих занюханных трущобах, я одета как обычная девчонка из бедной семьи. Только мне кажется, что демон все-таки немного выделяется, так как одет в привычный для себя черный костюм. Да, иногда и у меня бывают просто парадоксально нелогичные идеи. Не прошло и нескольких минут, как внезапно тихая подворотня огласилась женским криком. Этот крик был предсмертным. Я вырвалась вперед и побежала быстрее ветра. Мозенрат пытался остановить меня, но безуспешно. В результате, прибыв на место, я раскрыла дверь и застыла в оцепенении. Капля крови брызнула на мою левую щеку. В прямоугольнике лунного света предстала неприглядная картина окровавленного и изломанного тела.
– Не смотри! – воскликнул Мозенрат, закрывая мои глаза ладонью и отскакивая вместе со мной от дверного проема. Я сильно дрожала от страха. Демон стал крепко прижимать к себе, чтобы успокоить меня. Как странно, я абсолютно спокойно наблюдала за тем, как демон издевался над жертвами, но сейчас я была напугана до смерти.

POV Мозенрата
Вижу, как из темноты комнаты появляется силуэт человека. Наконец-то, я смогу лично побеседовать с этим созданием, потому что у меня к нему много вопросов.
– Да у вас к этому талант, Джек Потрошитель. Нет! Ванесса Стаффорд.
Передо мной была окровавленная девушка лет двадцати пяти в черном плаще. У неё были круглые очки, серые глаза и золотистые волосы, собранные в хвост. Девушка была одета в чёрные обтягивающие штаны, белую рубашку и коричневый жилет. На шее у неё вместо галстука был завязан белый бант с красными полосками, а на ногах были изящные черные сапоги на довольно высоком каблуке. Ванесса, придав лицу, выражение невменяемости, двинулась вперед, наступая на кровавую лужу.
– Нет. Выслушайте! Я услышала крик и прибежала сюда. – Стаффорд сама себе поражалась. Зачем она несет этот бред? Какой в этом смысл, когда мы все видели своими глазами?
– Не прикидывайся невинной овечкой, Ванесса. Впервые встречаю такую женщину. Ты хорошо сыграла роль беспомощной экономки. Блестяще всех одурачила.
– Блестяще?! – Действительно… Роль была сыграна блестяще, а теперь добавить немного, или наоборот побольше, сумасшествия для полноты образа. Обнажив острые зубы в безумной улыбке, она стянула красную ленту с волос и, проведя по локонам карманной расческой, придала им их естественный цвет. На самом деле у неё градуированная стрижка, ярко-красные волосы до колен и желто-зеленые глаза. На руки были одеты черные перчатки, а круглые окуляры были заменены стильными пятиугольными очками в красной оправе с черепами на цепочке. – Да. Именно. Я Актриса! И весьма искусна в этом. Но вы тоже не так просты? Верно, Мозенрат?
– Это имя дала мне Фурия. Мозенрат, так меня зовут. – Продолжая прижимать к себе девушку, прикрывая её глаза, произнес я. Моя осторожность была вполне оправдана. Будь моим противником обычный человек, не стоило бы и беспокоиться, но со жнецом, расслабляться себе дороже. А Ванесса не сомневалась, что я учуял её сущность и определенно заметил Пленку Памяти, которую она собирала в спешном порядке.
– Бог мой, вы такой раболепный, но я считаю, что вы прекрасный человек. – Стаффорд принялась за дело с определенным энтузиазмом. – Что ж, давайте начнем все сначала, Мозенрат. Вернее, Мозенратчик. Разрешите представиться еще раз! Я экономка семьи Дарквелл, Ванесса Стаффорд. Как лорд, будьте со мной поласковее, – и она послала воздушный поцелуй, который мне был, мягко говоря, не по душе. – Наконец-то закончился этот маскарад, и я встретилась с вами. Я была удивлена, когда впервые встретила демона лорда.
– Это мое настоящее «Я». – А я не промах. По крайней мере, держать лицо умею. Хотя подобное обращение меня нервировало. Все же я довольно быстро вернул себе былое спокойствие. – Сначала ты вела себя как обычная экономка, но на самом деле ты та, кто стоит между богами и людьми – Жница. Из-за чего же та, кто связана с Богом, стала экономкой? – я задал интересующий меня вопрос.
– И, правда… Скажем так: «Я влюбилась в мужчину». – Ванесса понимала, что звучит это глупо, но надо же было что-то ответить.
– И этот мужчина... – вопрос, на который мне уже известен ответ. Я наблюдаю, как из темноты появляется еще одна фигура, человеческая часть «Джека Потрошителя».
– Ты это знаешь, зачем же спрашивать, – абсолютно спокойный голос, непроницаемое выражение лица Джейкоба Дарквелла, без всякого намека на сожаление или раскаяние.
– Ты это знаешь. Зачем же спрашивать? – Джейкоб, наконец, вышел из комнаты. В его фигуре явственно ощущались какой-то неполноценный страх и отчаяние. Он вроде бы хочет бороться, но в то же время безмерно устал, да и не за что. Хочет жить, но ради чего. Хочет умереть, но ведь он так молод. Противоречия душили его в железно хватке, однако, он до последнего старалась держать себя в руках. У Джейкоба были темно-красные глаза и красные прямые волосы до плеч. У него был красный плащ, белая рубашка, черный галстук, черные брюки и черные туфли на невысоком каблуке.
– Джейкоб… – Отведя в сторону мою руку, Фурия спокойно взглянула на преступника, только в глубине её глаз, внимательный наблюдатель смог бы заметить горечь и печаль.
– Я не мог и представить, что кто-то разглядит истинное лицо Ванессы. – Джейкоб все пытался держать себя в руках, говоря при этом абсолютную чушь. Ванесса лишь тихо усмехалась в сторонке. Все эти высокопарные слова были лишь пустым звуком.
– Вы были в списке подозреваемых, Лорд Дарквелл. Но ваше алиби было идеально, – холодно произнесла Фурия.
– Подозревала даже меня? Приемного отца Клэр? –  Вопрос был скорее для проформы. Мужчина вовсе не был удивлен. Он прекрасно знал Фурию и понимал, что она не будет руководствоваться чувствами, а предпочтет здравый смысл и логику.
– Кровные узы не имеют значения, если речь идет о Джеке. Человек из этого списка не мог быть причастен ко всем убийствам, но если сообщник был безжалостен, это все меняло. Он мог выйти за доли секунды, чтобы мы не заметили. Поехать от особняка баронета в сторону Ист-Энда. Так что Джек Потрошитель никто иные, как Лорд Джейкоб Дарквелл и Ванесса Стаффорд. – Голос Фурии звучит спокойно и уверенно, и чуть переведя дыхание, она продолжает обличительную речь: – Среди жертв Джека Потрошителя были и другие схожие факты. Они все были пациентами Центральной Лондонской Больницы, где работаете вы. Следуя списку пациентов, здесь жила последняя из оставшихся в живых. Мерри Келли. Мы догадались, что если появимся здесь, вы себя обнаружите. Хотя мы не успели спасти ее.
Мне кажется, или я слышу нотки сожаления в твоем голосе, Фурия?
– Извини, Фурия, дорогая сестра Клэр. Если бы вы не заметили нас, я бы еще раз сыграл с тобой в шахматы. Но теперь я не остановлюсь! – Мужчина срывается на крик, выражение его лица меняется со спокойного и насмешливого на отчаянно-сумасшедшее.
Рев бензопилы, заставил всех присутствующих обратить внимание на жницу. Не давая противнику опомниться, Стаффорд бросилась вперед, атакуя Фурию. Я встал на пути жницы и, перехватив ладонями лезвие, с силой оттолкнул назад, заставляя легкое тело жницы несколько раз перевернуться в воздухе. Однако Ванесса, обладая акробатической подготовкой, изящно приземлилась на ноги, вновь готовая ринуться в бой.
– Что за дела? – Фурия, похоже, даже не поняла, что мгновение назад едва не погибла. А возможно, как раз таки поняла и именно поэтому была раздражена. В любом случае подобного она не ожидала.
– Жнецы забирают души людей своим оружием. Это Коса Жнеца, – пояснил я.
– Не называй ее коса! Это совсем не модно! – Услышав пренебрежение в моем голосе, Стаффорд едва не захлебнулась возмущением. Так непочтительно относиться к её детищу, она не позволит! – Ты бы знал, как трудно было ее настраивать! Она может разрезать любого кто встанет у нее на пути! Только я умею пользоваться этой Косой Смерти! – Все время, пока жница говорила, она не сводила практически влюбленного взгляда со своей косы. Вот это фетиш, хочу я заметить. Хотя маньяки всегда склонны любить свое орудие убийства. А далее Ванесса, изображая деланное смущение, принялась стрелять глазками и откровенно заигрывать. – Я слишком долго маскировалась. Мои навыки притупились. Хочу немного размяться. С вами.
И что это сейчас было?! Воздушный поцелуй?!
– Не могла бы ты воздержаться от таких вызывающих комментариев. Я сейчас занят. – Похоже, несмотря на выдержку, я не смог остаться равнодушным. Уж слишком въедливой и раздражающей была красноволосая жница. В свою очередь, почувствовав слабину, Ванесса продолжила с еще большим энтузиазмом:
– Ох, как мужественно! Эта ваша черта мне очень нравится! – Жеманничала она, а уже через секунду удивительно преобразилась в маньячку, которая упивается своим безумием. – Знаете, я люблю красный цвет. Волосы, одежду, даже помаду. Красный – мой любимый цвет. Поэтому я убила этих уродливых шлюх и омыла их прекрасной красной кровью. Мозенрат, я сделаю из вас еще более прекрасного человека. Я буду резать тебя до тех пор, пока все вокруг не окрасится в чудесный алый цвет.
– Жнецы должны мирно охотиться за душами, которым пора на покой. Демоны же должны повиноваться каждому приказу своего хозяина, как тени, – с этими словами я накинул пальто на Фурию, повернулся к жнице и продолжил холодную спокойную речь: – А твой ужасный вкус, который нарушает оба эти правила, меня ужасно раздражает.
– Ой, ну что ты, Мозенратчик? Я просто смертоносная экономка. – Никто даже не заметил, как в глазах Ванессы появилась злая ирония.
– От имени семьи Фантомфайт приказываю: избавься от них! – Уверено приказала Фурия. Пентаграмма на её правом глазе ярко вспыхнула фиолетовым светом.
– Да, любовь моя, – отозвался я. Судя по довольной ухмылке и горящим малиновым огнем глазам, её приказ пришелся мне по вкусу.
Поняв, что пара начинать маневр, Ванесса оскалилась и завела бензопилу, бросаясь в атаку. Один взмах, другой… я уворачивался, демонстрируя великолепную гибкость и ловкость.
– Да! Замечательно! Давай! Убегай! Потрясающе, Мозенратчик! – ликовала жница, упиваясь возбуждением, вызванным боем с достойным соперником.
Как видно, я недооценил её, поэтому испытал определенный шок, поняв, что противник у меня за спиной. Стаффорд же намеренно на пару секунд застыла с поднятой над головой косой, давая мне возможность отразить удар. Тот в последний момент я зажал лезвие бензопилы в ладонях, но Ванесса быстро припечатала меня к стене, удерживая на одном мести и лишая возможности свободно двигаться.
– Вот видишь, если не будешь убегать, тебе конец. Но наносить тебе раны одну за другой куда интереснее, согласен?
Краем глаза заметив, что Джейкоб атакует Фурию, красноволосая внутренне возликовала. Все идет так, как она и рассчитывала. Вот уже Дарквелл поцарапал девушке правую руку и занес нож для следующего удара, что-то истерично выкрикивая.
– Фурия! – закричал я, спеша к жене, даже не заметив, что мое правое плечо было ранено. В одно мгновение я оказался за спиной лорда, нависая черной тенью, готовый безжалостно оборвать нить его жизни.
– Нет, Мозенрат, не убивай его! – успела выкрикнуть Фурия в последний момент, тем самым, останавливая меня.
– Мозенрат… – я увидел, как в удивлении расширились глаза Фурии и в них отражается страх. Я остановился, и, держась за раненое правое плечо, пытался отдышаться.
– Мозенратчик, ты такой смелый! Ты бросился ей на помощь, хотя это могло стоить тебе руки. А что же вы, Лорд Дарквелл? Не медлите, избавьтесь от этой девчонки.
– Моя возлюбленная. Моя приемная дочь. И её родная сестра. Я не могу. Я просто не могу. Я не могу убить её, – бормотал себе под нос Дарквелл. Тихий голос с нотками сожаления лорда заставляет жницу передернуться от отвращения. Люди, они все одинаковы. Слишком подвержены эмоциям, слишком дорожат своими воспоминаниями, не доводя дело до логического завершения и меняя свои решения на ходу, под наплывом чувств.
– И вы говорите это после того, как убили стольких женщин?! Если вы её не зарежете, то мне придется избавиться от вас, – предупредила Ванесса.
– Джейкоб… – неуверенный голос Фурии словно придал лорду сил и уверенности в своей правоте.
– Но… она моя! – Отчаянный крик прервал рев бензопилы. Безумный взгляд, лучше, чем что-либо подтверждал, что внутренняя истерика Стаффорд достигла апогея. Понимание случившегося пришло через мгновение, и только талант актрисы и годы постоянной практики, позволили жнице не впасть в панику. А ведь она хорошо знала, что её ожидает.
– Я разочарована, Лорд Дарквелл! Если вы такой же, как и все остальные люди, то мне и дела до вас нет, – словно оправдывалась Ванесса, но никто так и не понял, скрытого за словами, интонациями и жестами, смысла.
Ванесса вытащила бензопилу, и тело мужчины мертвым грузом осело на мостовую. Все вокруг было залито его кровью. Хоть в чем-то я согласен с этим сумасшедшей – это и впрямь прекрасно, когда окружающее пространство окрашивается в алый цвет крови. Перевожу взгляд на Фурию. Она напугана, зла и не верит в то, что только что произошло.
– Мне нравилось, когда на вас была кровь других людей, лорд, – жница скинула с себя плащ. – И вдруг вы совершили такую глупость! Я разочарована. – Ванесса сняла с него плащ красного цвета и надела на себя. – Глупый спектакль окончен. Прощайте, лорд, – жница оборачивается, чтобы уйти, а я её не останавливаю, не вижу смысла. Просто смотрю ей вслед, пытаясь восстановить сбившееся за время нашего поединка дыхание и унять боль в раненном плече.
– Мозенрат, что ты стоишь без дела? – до меня донесся голос Фурии. – Я же приказала тебе расправиться с «Джеком Потрошителем». Еще не все закончилось. Не стой столбом. Убери его!
– Слушаюсь, – ухмыльнулся я.
– Я хотела вас пощадить, но раз вы настаиваете, то я сейчас же с вами разберусь, – Ванесса, услышав приказ Фурии, остановилась. – Вы отправитесь на небеса!
– Небеса? Мне не известна дорога туда, – сдерживаюсь, чтобы не рассмеяться, но все равно легкая усмешка появляется на моих губах. Нет, я не ошибся в том, что у этой Ванессы полностью отсутствует способность мыслить. Сказать демону, что отправит его на небеса. Даже если бы, по великой случайности, ей это как-то удалось сделать, то сомневаюсь, что меня в райских чертогах приняли бы с распростертыми объятиями. Да я и сам туда не хочу, ангелы намного лицемернее демонов. Мы хотя бы не врем о своих мотивах. Делаю выпад ногой, пытаясь оглушить жницу, но в последний момент ей удается увернуться.
– Ты хотел ударить леди по лицу?! Негодяй! – возмущалась жница, размахивая бензопилой.
– Верно, ведь я и демон, и Лорд Фантомфайт, – с усмешкой ответил я.
– Неужели ты думаешь, что сможешь победить того, кто подобен богу?
– Не знаю. Но, если Фурия прикажет, мне придется победить.
– Вы слишком потакаете этой девчонке. Это может плохо закончиться. Пускай даже ты демон. Если коса смерти вышла на охоту, ваша судьба предрешена. Неужели тебе не страшно?
Страшно? Мне? За многие века своего существования я забыл, что значит страх. Жнецы довольно сильны, но со мной им все же не сравниться. Демоны стоят на гораздо более высокой ступени иерархии, и по способностям намного опережают, кого бы то ни было.
– В данный момент мои душа, тело и каждый волосок принадлежат Фурии. Пока мы связаны контрактом, подчинение её приказам – мой долг.
– Похоже, нам не суждено быть вместе. Моменты, которые мы пережили прямо как в «Ромео и Джульетте», – жница опять начала кривляться, всячески пытаясь флиртовать со мной. Брр, что за ужасное создание. Битва перенеслась на крышу близстоящего дома. – Ах, Мозенратчик, как мне жаль, что ты Мозенратчик. Если бы ты отринул это мерзкое имя, данное тебе девчонкой, и смотрел лишь на меня…
– Скажу тебе одно: когда Фурия дала мне имя Мозенрат, я поклялся ей на контракте и с того момента стал Мозенратом, луна меня благословила.
– Клятва убывающей луны? Оригинальный вы человек. Ваши глаза полны ненависти ко всему живому. Демон, оскверняющий невинные души своими руками и губами. Ах, Мозенратчик, ты такой замечательный, дрожу от восторга. Я хочу от тебя ребенка!
Да что эта дура несет, черт бы её побрал!
– Прекрати, пожалуйста. Мне противно.
– Какой же вы холодный. Прекрасный тиран. Дьявол во плоти ангела. Ворон чернокрылый. Как жаль, что наш роман прервется прямо сейчас, – жница вновь бросается на меня, но на этот раз ей не удастся меня даже задеть своей косой, я уничтожу её.
Уклонившись, ударяю её в лицо, вкладывая в удар всю свою силу, и жница полетела вниз. Она чуть не задела Фурия, но я откинул жницу в сторону. Ванесса хоть и оглушена, но в сознании. Что ж, так намного интереснее.
– Прошу прошения. Я немного не рассчитал траекторию.
– Ты слишком жесток, – спокойно произнесла Фурия.
– Перестарался немного... – с легкой улыбкой ответил я.
– Я тебе еще припомню! – пропищала Ванесса.
– Чего и стоило ждать от жницы. – Я взял бензопилу, из которой торчал мой фрак. – Я знал, что ты не умрешь от простых ударов. Ну, а если так... Коса жнеца может разрубить что угодно? – я вырвал свой фрак из зубьев косы и завел ее. – А значит, что и ты не исключение.
– Что ты задумал? Не надо... – но я уже наступил ногой на голову Ванессы.
– Ой, я на что-то наступил, а оно еще шевелится. Но мне приятно давить его.
– Больно же! – послышался крик Ванессы.
– Фурия, готова ли ты к последствиям её убийства, ведь она жница, как-никак.
Все время, что мы сражались со жницей, Фурия сидела рядом с телом Дарквелла и молчаливо наблюдали за нами, не сводя пристального взгляда. Теперь она даже немного вздрогнула от неожиданности, когда я обратился к ней.
– Хочешь, чтобы я приказала тебе сделать одну и ту же вещь дважды?
– Слушаюсь, – мои губы расходятся в плотоядной, довольной усмешке. Усиливаю давление, буквально расплющивая лицо жницы по мостовой, чем вырываю у неё еще один крик боли. – А у тебя неплохой голос, когда ты кричишь. Я отблагодарю тебя, убью твоей же игрушкой, – заношу косу смерти над окаменевшими от ужаса глазами жницы.
– Пожалуйста, не надо! – кричала Ванесса.
– Еще как надо! – ответил я.
– Разве ты не хочешь узнать, кто убил твоих родителей? – прокричала жница, обещаясь к Фурии.
Я почти нанес смертельный удар, но меня остановили косой-секатором. Очень длинным секатором. Я и Фурия с удивлением посмотрели на силуэт человека, который стоял на крыше. Высокий статный мужчина лет двадцати семи, спортивного телосложения. Темно-каштановые волосы зачесаны назад, так, что бы это выглядело аккуратно, симпатично и не мешалось при работе. Высокий лоб, тонкие брови "вразлет". Высокие скулы придают его лицу какую-то мужественность, складка губ четко очерчена и имеет плавный изгиб. Прямоугольные очки в черной оправе. Глаза обычно не просматриваются, но если приглядеться, можно заметить, что они темно-зеленые, с салатовой каймой у края. Все вместе создает немного брутальный вид. Жнец был одет в строгий, классический стиль в одежде – черный пиджак, галстук, ботинки дочищены до блеска. Коса Смерти – двухсторонний секатор, удлиняющийся на неограниченную длину. Имеет привычку вечно поправлять очки секатором, когда злится. На первом месте для него – работа. Все свои дела доводит до конца. Они должны быть выполнены идеально. Старается все делать безупречно. Ожидает того и от своих подчиненных.
– Прошу прощения за то, что прервал ваш разговор, – жнец убрал свою косу. – Я один из руководителей организации «Несущей Смерть». Мэтью Амброуз. – Как обычно, косой он поправил свои очки и посмотрел на нас. – Я пришел забрать эту жницу.
– Мэтью, Мэт! Ты пришел спасти ме... – закричала Ванесса, и тут Мэтью спустился, мягко приземлившись на жницу. Ногами он стоял прямо на затылке бедной жницы.
– Диспетчер Ванесса Стаффорд, вы нарушили несколько правил, – начал читать Мэтью по своей записной книжке. – Во-первых: убили тех, кого не было в списке кандидатов. Во-вторых: использовали несанкционированную косу смерти. И в третьих: раскрыли информацию о жизни и обстоятельстве смерти вышеупомянутых людей, – он резко закрыл ежедневник, после чего, книжка исчезла. – Приношу свои извинения за неприятности, причиненные этим, – спрыгнув с Ванессы, Мэтью сложился в поклоне передо мной. После достал свою визитку и, с помощью косы, отдал ее мне. – Моя визитная карточка. Да уж, преклонение перед таким паразитом, как вы. Порочит имена всех жнецов.
– Знаете, для вас упоминание про "паразита" было ещё унизительнее. – Я откинул визитку Мэтью. – Так что, попрошу не задерживаться. Люди подвержены соблазну. Когда они стоят на краю адской пропасти отчаяния, они готовы стать на любую дорогу, открывающуюся перед ними. Не важно, в какую сеть они попадут, или кем они являются.
– Те, кто использует это в своих интересах, насмехаясь над людьми – есть демоны.
– Не отрицаю, – ответил я, растянув на своем лице улыбку.
– Куда лучше загипнотизированная кобра, чем шипящая змея, ползающая неподалеку. – Мэтью опять поправил свои очки. – Ну, нам пора, Ванесса Стаффорд. Он стал тащить её за волосы, отчитывая жницу на ходу. – Господи, мы и так нуждаемся в рабочей силе, так ещё и это повторяется, с вами ни минуты покоя нет. Конечно, директор опять нас отчитает... Я работаю сверхурочно, поэтому... – Я запустил в Амброуза бензопилу, которую последний остановил двумя пальцами.
– Вы кое-что забыли, – я улыбнулся.
– Благодарю, – ответил Мэтью, отпуская косу, которая нечаянно упала на Ванессу. Поправив очки секатором, жнец сказал: – Что ж, разрешите откланяться.
Мэтью продолжил путь с Ванессой, и вскоре они исчезли в темноте улицы. Я повернулся к Фурии. Что же я вижу? Ни капли страха, сострадания или прочих подобных чувств, её глаза холодны и невыразительны, разве что немного злости просвечивает в их глубине.
– Прошу прощения. «Половине» «Джека Потрошителя» удалось уйти, – я подхожу и присаживаюсь около девушки на корточки.
– Ничего. Ничего страшного, – её голос тих и звучит как-то болезненно, это меня немного настораживает. Сегодня она попала под дождь и с легкостью могла подхватить простуду.
– Холодная, – я трогаю её лоб рукой на предмет температуры. – Нам нужно быстрее вернуться домой. Я приготовлю тебе горячего молока.
– Хорошо, – сказала Фурия, поднимаясь с колен, и тут же начинаете валиться на бок, но я успеваю подхватить её, прежде чем она встретилась с камнями мостовой.
– Фурия… – держу тебя, чтобы ты не упала. Фурия резко отталкивает от себя мои руки и отходит на приличное расстояние. Этот жест меня удивляет. – Дорогая…
– Нечего страшного! Я и сама стоять могу! – перебила меня Фурия, а потом, чуть помедлив, шепотом добавила: – Просто, немного устала, вот и все.

Лондонское кладбище, 25 октября
В церкви собралось много народу, женщины плакали, а мужчины крепко держали чувства в себе. Элис облокотилась на забор, ожидая конца церемонии и начала своей работы. Рядом бегали дети, абсолютно не догадываясь, что именно в эту минуту одна несчастная душа, наконец-то, уйдёт из этого мира, навечно…
– Сегодня у одного лорда праздник.
– Праздник?
– Да. Последний и величайший праздник в жизни, похороны.
Бледный мужчина, лежащий в гробе, в окружении белых, как снег цветков. Но это не его цвет. Лорд Дарквелл был достоин большего, но он уже не проснется. Ванесса подарила ему покой. Звон… Колокола… Последний путь лорда Дарквелла. И тут двери храма распахнулись настежь и две еле различимые фигуры в черных платьях медленно подходили к гробу. Фурия и Клэр подошли к лорду Дарквеллу, обе сели на край гроба. Фурия держала в руках красный плащ, а Клэр двумя пальцами взяла мужчину за подбородок.
– Какой ужас, на вас белый костюм, Джейкоб… Непорядок… – произнесла Фурия.
Фурия накрыл лорда Дарквелла красным плащом. Клэр приблизилась к лицу отца.
– Так намного лучше… Красный – это ведь ваш любимый цвет, лорд? – губы Клэр изогнулись в слегка капризной улыбке.
А после полетели лепестки красных роз. Вся церковь была наполнена красным. Нет, не красным, как кровь, а красным, как что-то прекрасное.

Церемония закончилась. Тело придали земле, люди разошлись кто куда. Клэр стояла у могилы приемного отца, её лица почти не касались эмоции, которых, на самом деле, был целый водоворот. Но нельзя, непозволительно показывать слабину, как ни крути, она Леди Найтлерис. Что скажут окружающие, случайно став свидетелями дикой картины, на которой леди в слезах проклинает мир за несправедливость? Отвратительно! Подобную выходку сложно простить даже самой себе. Надеть маску лёгкой печали, держать истинные чувства под замком, переживать всё в глубине души. Быть стойкой. Погруженная в свои мысли девушка не заметила, как к ней подошла Элис Каберле, с привычной улыбкой на лице.
– Леди, вы весьма спокойны для девушки, потерявшего отца. Неужели вам его совсем не жалко? – слащавый и тягучий голос, словно патока, лишь лёгкая нотка наглости оставляет горький привкус.
– Это не твоё дело, Элис, – отрезала Клэр.
– Как это? Всё, что связано со смертью и похоронами моё дело, – всё так же весело заявила жница, кружась вокруг своей оси. – Я постаралась устроить лорду праздник достойный его положения в обществе. Подобрала один из лучший гробов из своей особой коллекций. – Жница была явно довольна собой.
– Я благодарна тебе за это, но как можно считать похороны праздником?
– О, леди, это величайший праздник в жизни человека. Последний праздник, – Каберле понизила голос, придав ему более таинственный оттенок.
– Психопатка, – улыбнувшись уголками губ, Клэр проконстатировала общеизвестный факт.
– Завидуйте? С плохой репутацией жить легче, чем с хорошей, ибо хорошую репутацию тяжело блюсти, нужно все время быть на высоте – ведь любой срыв равносилен преступлению. При плохой репутации срывы простительны. Вот вам живой пример, – Элис кивнула в сторону слуг Фурии, ждущих возле черного Bentley Continental GT. Натали и Джейк всё никак не могли унять слёзы, а у Майкла можно было наблюдать высохшие дорожки от солёных капель под красными глазами. – Сейчас им плохо, но дав волю эмоциям, они быстро придут в норму. Чего о вас я сказать не могу, – жница положила руку на голову Клэр, растрёпывая ей волосы.
– Всё равно. На моём пути много страданий, – ответила девушка, скидывая с себя чужую конечность. Развернувшись, она пошла по направлению к Bentley.

Мы с Фурией стояли возле могилы Мэри Келли, на которой лежал букет белых лилий.
– Какая ты добрая, – с характерной легкой улыбкой, произнес я
– Не заставляй меня повторять. Это не доброта, – холодно ответила Фурия.
– Сама настоящая. Если же нет, то это твоя слабость.
– Ты!.. – она чуть не задохнулась от возмущения.
– Почему ты не стреляла? – спросил я. Возможно, момент не самый подходящий, но прошел уже целый день, так что я вправе узнать, что же за слабость была в тот миг. – Стояла и наблюдала, как я убиваю родственника. Ложь меня не впечатлила. Если бы ты тогда думала выстрелить в него, то сделала бы это. Но ты начала колебаться, и даже если бы я окликнул тебя, ты все равно не сделала бы этого. Почему? Ты боялась убить лорда своими руками? Ты с легкостью можешь убить мужчину, но только не того, который близок тебе? Я прав?
– Это твоя работа. Я полагала, что твоя задача – защищать меня. Вот почему я не выстрелила, – Фурия отвечает чуть помедлив. – В нашем контракте оговорено, что пока я не достигну своей цели, ты будешь моей силой, будешь защищать меня, и не дашь мне умереть. У демонов нет преданности или вины за содеянное. Они следуют своим принципам. Ты преследуешь свои мотивы, защищая меня. Я права? – О, как она прекрасна в этот момент. Я всегда знал, что ты обладаешь достаточно проницательным умом, поэтому и выбрал тебя. Твою душу. Такую чистую и манящую.
– Но почему тогда ты меня остановила?
– Когда Джейкоб хотел убить меня, я заметила в его глазах страх. Он не мог убить меня, родную сестру Клэр. Так я подумала. Малейшее промедление в подобной ситуации оказывается роковым, как в шахматах. Из-за этого он потерял свой ход. Вот почему всё так вышло. – После этой фразы, Фурия решительным движением поворачивается на сто восемьдесят градусов и уходит прочь от могилы. Проходя мимо меня, она дала мне понять свою решительность и властным голосом произнесла: – Именно поэтому я не буду колебаться!
Внутри меня всё замерло. Я такого не ожидал, дорогая. Похвально. Ты ввела демона в заблуждение. Теперь я знаю, что ничего не сможет помешать тебе добиться убийства тех, кто забрал твоих родителей. Ты каждый день открываешь мне всё новые стороны своей натуры. Душа, что пленила меня, стала ещё притягательней, ее запах – насыщенней. Я так благодарен тебе за то, что ты подпитываешь меня своей ненавистью. Это так возбуждает мой аппетит. И не только. Ты должна быть только моей.
– Так и должно быть, – мои губы против воли растягиваются в довольной усмешке. Такой она мне нравится гораздо больше. – Ты должна использовать все возможности своих пешек и продолжать жить, использовать лорда, меня и остальных на своей части доски. Даже если у трона лежат мёртвые пешки, игра закончится только тогда, когда падёт королева.
– Я не остановлюсь. Не буду сожалеть ни о едином сделанном мною ходе. Поэтому приказываю: не предавай меня, всегда будь на моей стороне! Что бы ни случилось, – её решительный и твердый голос мне нравится.
– Да, Фурия, – я становлюсь перед девушкой на одно колено, прижимая правую руку к груди. Смотрю, как она поворачивается и уходит, я поднимаюсь и молчаливо следую за ней. – Клянусь тебе, я последую за тобой, куда бы ты не пошла. Даже если трон разрушится и блеск короны померкнет, даже если мёртвых пешек станет ещё больше, и нам придётся опираться на их разлагающиеся тела, я буду рядом с тобой. Даже когда прозвенит последний колокол, до тех пор...

Не убежать, и не вернуть,
Свою судьбу не обмануть.
Я гордо следую вперед,
А жажда мести пусть ведет.

Продолжение следует…

Маятник Элис Каберле
http://i67.fastpic.ru/thumb/2015/0911/00/d68f4a654c04380e4bfdc670f66b2200.jpeg

Отредактировано Agent_207 (2015-09-11 18:31:02)

0

4

Однако какая фантазия!Восхищаюсь!

0

5

Спасибо, faionara. Я знала, что тебе понравится.) Я просто дьявольских хороший автор *в глазах вспыхнуло малиновое пламя, зрачки приняли вертикальную форму, а на губах заиграла хитрая улыбка*)

Глава 8: таинственная камера
http://i66.fastpic.ru/thumb/2015/0911/16/02b72fdaab06bf49f56369a90398c916.jpeg
POV Фурии
Поместье Фантомфайт, 26 октября, 10:00
Поскольку сегодня никаких важных дел не было, я надела темно-синюю кофту с серебристой синеглазой змеей, обвивающей черную розу; хлопковую темно-синюю мини-юбку и черные туфли на низком каблуке с ремешком. Я направилась в кабинет и села на стул с высокой синей спинкой, на которой были изображены серебристые розы. Через пару минут я собрала в кабине прислугу в лице Майкла, Джейка, Натали и Клэр.
– Ну, так о чем же вы хотели поговорить? – спросила жница, нарушив тишину.
– Это касательная работа для вас троих, – спокойным тоном ответила я.
– Слава Богу, – обрадовался Джейк.
– Я уж ненароком подумала, что госпожа собралась нас уволить, – обрадовалась Натали.
– Говорят, этот предмет Камеру Прошлого собрал Толбот, – я поставила на стол старинную камеру. – Я узнала, что это давно потерянная вещь появилась на аукционе, и преодолела много трудностей, чтобы купить её.
– Толбот? – Джейк не понял, о ком шла речь.
– Уильям Генри Фокс Толбот. Он был английским учёным и одним из изобретателей фотографической технологии. Странные слухи ходят о фотокамере, которую он использовал. Говорят, если сделать чей-то снимок этой камерой на фотографии окажется тот, кто ему очень дорог, – объяснила Клэр Найтлерис.
– Тот, кто ему очень дорог, – мечтательно произнесла Натали.
– Эта камера не подделка? – спросил Майкл.
– Давайте это узнаем, – я решила сфотографировать Джейка. – Не двигайся. Камере нужно десять секунд, чтобы сделать негатив.
Оборотень застыл, как по стойке «Смирно».
– Что за негатив? – переспросила жница.
– Проще говоря, она отражает и выжигает изображение Джейка, – пояснил дампир.
– Если ты не будешь стоять смирно, все будет размазано и покрыто пятнами. – Предупредила я, увидев, что Джейк нервно дрожит. –  Восемь. Девять. Десять. Все! – после моих слов, оборотень облегченно выдохнул. – Ты мог не задерживать дыхание.
Мы отправились в фотолабораторию и проявили фотографию.
– Моя маленькая птичка! – удивился садовник.
– Что за маленькая птичка? – спросила я.
Как только мы вернулись в кабинет, а я села за стол, Джейк начал рассказать о птичке:
– Какая милая. Я подкармливал эту птичку каждый раз, и она ела с моей руки. Я был так счастлив, но мне захотелось погладить её. Она перестала двигаться
Джейк забился в уголок. Я удовлетворенно взглянула на агрегат.
– Значит… – Натали уже догадалась, о чем шла речь, но выговорить не смогла.
– Я забыла сказать кое о чем. Эта камера показывает изображение того, кто уже не принадлежит нашему миру. Другими словами – только мертвых, – пояснила Клэр.
– Мертвых? Хотите сказать… – залепетала Натали.
– Самое важное для вас существо, но только не из этого мира, – прикрыв глаза, с усмешкой произнесла я. – А именно на фотографии будет изображен призрак умершего.
– Неужели такие байки существуют? Да ещё в двадцатом веке? – Майкл был в шоке.
– Поразительно! Какая загадочная камера! – восхитилась Натали.
– Моя маленькая птичка, – зарыдал Джейк. 
– Давайте сфотографируем Мозенрата, но только втайне от него, – предложила я.
– Скрытый снимок? – переспросил дампир.
– Да, – подтвердила я.
– Узнаем, кто для Мозенрата дороже всего, – задумчиво произнесла Натали.
– Я тоже хочу узнать, – подключился Джейк, переставший плакать.
– Лорд постоянно находит изъяны в моей бесподобной кулинарии, – на реплику дампира, я усмехнулась. – Он тоже человек, а значит, у него тоже должны быть слабости. Это наш шанс!
– Справитесь? – спросила я.
– Будет исполнено, миледи! – в один голос ответили Джейк, Майкл и Натали.
– Всегда мечтал сказать это, – жизнерадостно произнес оборотень.
– И я! – поддержал дампир.
После ухода прислуги, я задумалась.
– Интересно, что же получится, если сделать его снимок этой камерой? Я обязательно должна это увидеть, – я насмешливо усмехнулась.

В это время Мозенрат был в библиотеке. Натали, Майкл и Джейк спрятались внутри книжного шкафа, и внимательно следили за демоном.
– Стой смирно, – прошептал Майкл.
– Десять секунд, – напомнила Натали.
– Десять секунд, – повторил Джейк.
Но слуг ждал сюрприз – демон двигался слишком быстро, а для того, чтобы фото получилось, необходимо не двигаться десять секунд. Мужчина в черном фраке наводил порядок, перемещаясь от одной части библиотеки в другую.
– Как быстро, – в шоке прошептал дампир.
– Он двигается так быстро, что за ним трудно уследить, – тихо произнесла жница.
– Черт, так мы сможем его сфотографировать, – сказал Майкл.
Мозенрат остановился и задумчиво смотрел на вазу с белыми цветами.
– Он остановился, – тихо сказал оборотень.
– Отлично, это наш шанс, – произнес дампир.
Улыбнувшись и закрыв глаза, Мозенрат достал белый платок из грудного кармана, сделал взмах правой рукой – и платок превратился в синею розу. Натали, Майкл и Джейк восхищенно вздохнули, увидев красивый жест демона. Поставив розу в вазу, Мозенрат покинул библиотеку, вычищенную до блеска.
– Я забыл снять, – сказал Майкл.
– Как чудесно, – восхитилась Натали.

Это сумасшедшие трио, как всегда сделала все не так. Мозенрат, ты ведь знал и ускользал каждый раз. Ты не хотел, чтобы тебя застали врасплох? Что ты не хотел показать мне? Любопытство так и распирало меня, я даже решила помочь прислуге. Великолепное трио поставила лестницу прямо к окну моего кабинета. Джейк держал лестницу, а Майкл и Натали ждали моего условного сигнала. Я поставила стул, так чтобы он стоял в профиль к окну. Я села на стул и позвала Мозенрата.
– Желаешь что-нибудь? – спросил демон, как только вошел в кабинет.
– Завяжи, – произнесла я. На моей шее была развязанная синяя ленточка.
– Будет исполнено, – после эти слов, мужчина встал передом мной и начал завязывать бантик на моей шее, не подозревая о том, что его хотят сфотографировать.
– Мозенрат, вы просто прекрасно смотритесь в профиль, – восхищенно произнесла Натали.
– Отлично, теперь получиться, – сказал Майкл.
– Четыре, пять, шесть... – отсчитывал Джейк.
Но как только демон завязал бантик на моей шее и чуть повернул голову к окну, дампир и жница быстро пригнулись, а оборотень прекратил отсчет. Мозенрат подошел к окну, открыл его, посмотрел по сторонам и повернулся ко мне.
– Пусть комната немного проветрится, – произнес демон.

После четвертой неудачной попытки сфотографировать демона в холле, я повесила на дверь табличку "Не беспокоить", заперлась в кабинете и села за стол.
– Интересно, чем сейчас занята госпожа? Обиделась? – спросил Джейк.
– Сказала, что хочет побыть одна и подумать, но... – произнесла Натали.
– Сейчас-таки госпожа довольно серьезна, – выразил общую мысль Майкл.
– Остановить всего лишь на десять секунд, – я тяжело вздохнула, сцепив пальцы в замок, – Это последнее, чем бы я воспользовалась. Ну, похоже, у меня нет выбора.

POV Мозенрата
Почувствовав перемену в настроении Леди Фантомфайт, я ухмыльнулся. Вечером Фурия решила испробовать последний шанс – договор между нами четко гласит, что я обязан охранять её жизнь. На поляну Натали, Джейк и Майкл подставили трехметровые змеиные статуи с открытыми пастями, из которых должен пойти фейерверк. Фурия встала посреди поляны, а позади неё Джейк поднял белую мраморную статую крылатой змеи.
– Все ли будет в порядке? – неуверенно спросил Джейк.
– Да, – спокойно ответила Леди Фантомфайт.
– Но...
– Все в порядке! Просто сделай это! – с нотками раздражения, приказала Фурия.
– Хорошо! – крикнул оборотень.
Джейк был испуган, но не посмел не подчиниться. Оборотень со всего размаху запустил статую в Леди Фантомфайт. Фурия была уверена, что я успею спасти её, и она не ошиблась. Я принял удар на спину, накрыв её своим телом. Нас окутало облако пыли из мраморной крошки, а когда оно рассеялось, она увидела меня, мои серьезные темно-синие глаза. Вот ведь. Что же это за девушка такая? Пусть я рядом, но как можно быть такой безрассудной. Нежно обняв её за талию, я правой рукой приподнял девушку за голову и собирался поцеловать её, но тут вокруг нас статуи змеи изрыгнули огненно-рыжие искры фейерверка. Мне хотелось провалиться сквозь землю, тоже мне романтический момент. Я не хотел, чтобы мою слабость к ней видели остальные.
– Что так медленно? – спросила Фурия.
– Прими мои извинения. Я занимался приготовлениями к ужину. Сегодняшнее главное блюдо – жареная утка, – пока я это говорил, нас в этот момент сфотографировали.
– Вот как, – сухо произнесла девушка.
– Тебе стоило только приказать, чтобы я сделал это, – с лёгкой улыбкой произнёс я.
– Что? – немного раздражённо спросила Леди Фантомфайт.
– Не важно, чтобы ты приказала мне, я бы выполнил сию же секунду, – усмехнулся я.
Фурия нахмурилась, чуть опустила голову, отвела взгляд в сторону и тихо спросила:
– О чем это ты?

Тем временем, Майкл, Джейк и Натали ликовали – им удалось сфотографировать меня. Вся троица побежала в фотолабораторию, чтобы проявить фотографии. Что-то мне кажется, что наша прислуга слишком любопытная. Пора бы их проучить. Сандра превратилась в саламандру и сожгла все фотографии, чем очень помогла мне.
– Прошу прошения. Пора спать, – я вошел в кабинет, но тут же остановился, увидев, что Фурия заснула прямо на стуле. – Как не культурно, уснуть в таком месте. – Мой взгляд сфокусировался на камере, стоящей на столе. – Хм… – мои губы изогнулись в усмешке.

Поместье Фантомфайт, 27 октября, 10:20
– Мозенрат сфотографировался, – сообщил Джейк, рассматривая черно-белую фотографию. На ней была запечатлёна спящая Фурия и стоящий рядом Мозенрат.
– Значит, самый важный человек для госпожи это Мозенрат, – подвела итог Натали.
– Наверное, так есть, – согласился Майкл.
– Они действительно любят друг друга, – произнесла Клэр.

– Я благодарен, – с довольным видом произнес я, склонившись над девушкой, которая, подперев одной рукой щеку, в сотый раз протыкала вилкой бедный пирог на тарелке.
– Замолчи, – недовольным тоном сказала Фурия.
– Сама виновата, – с улыбкой произнес я, смотря на рассерженную жену. – Уснула там и осталась такой беззащитной.
– Чтоб тебя! – еще больше разозлилась девушка.
– Изображение на фотографии просто иллюзия, – продолжил я, никак не отреагировав на слова Фурии. – Однако, пусть даже это иллюзия, люди любят жить мечтами.

Поместье Фантомфайт, 22:00
Высоко забравшись под потолок, я смахивал пыль с книг библиотеки, и раскладывал их по жанрам. Фурия села в кресло и накрылась темно-синим пледом. За окном была глубокая ночь, и свет в этой комнате светил очень тускло, не ярче трёх свечей. Девушка аккуратно перебирала книгу за книгой, смахивая с них пыль. Я тоже не бездельничал, я уточнял, какие книги не интересны Фурии. Двенадцать ночи давно миновало, и наступил второй час. Фурия, так же укутавшись в тёплый плед, сидела и перебирала книги. Я достал из кучи хлама обгорелую книгу, и принялся читать. На закопченной обложке виднелась надпись «Сказки на ночь». Я продолжал читать книгу вслух, перелистывая жёлто-коричневые, пострадавшие от пожара страницы. Фурия откинулась, усевшись поудобнее в кресло. Так, как было темновато, она прикрыла глаза. Я, не останавливаясь читать, уселся рядом с ней, и накинул на неё сползавший вниз плед. Леди Фантомфайт вслушивалась в мой голос, она закрыла глаза, но не спала ещё, она внимательно слушала. На лице Фурии была сначала тревога, а затем она улыбнулась и вроде уснула. Первый раз я видел её такой счастливой, такой искренней и спокойной. Сначала я даже подумал что что-то не так с Фурией, но потом положил руку ей на плечё, немного приобняв, и любовался её улыбкой. В этот момент я почувствовал, как сильно я привязан к Фурии, её улыбка делала меня счастливым, ведь её редко было видно на лице суровой леди. Не сдержавшись от такой милости спящей Фурии, я погладил её по голове, нежно поцеловал в лобик и сказал словами мамы: «Я буду читать тебе сказки, пока ты не уснёшь». Я закрыл дверь в библиотеке, потушив там свет. На руках у меня была укутанная как маленькая девочка, спящая Фурия. Я переодел девушку в спальное бельё, уложил её на кровать и укрыл одеялом.

Глава 9: аромат черных роз
http://i67.fastpic.ru/thumb/2015/0911/b4/9a3adaf5e356bf63ad6789817e9541b4.jpeg
POV Фурии
Поместье Фантомфайт, 29 октября
Вокруг меня летали черные перья. С закрытыми глазами я падала в темную бездну.  Я ничего не чувствовала, кроме совершенно нечеловеческого спокойствия. У каждого из нас есть немного мрака внутри. И этот мрак вечно голоден. Месть – как пожар. Чем больше он пожирает, тем голоднее становится. Я не боялась идти на просчитанный риск. Мой исход был заранее известен. Месть ввергла меня в пучину ада. Неожиданно я вспомнила тот самый день. Как-то в полночь в час угрюмый меня покинули надежды и мечты... я была на пороге смерти... тогда я заметила парящего над головой ворона. И словно во сне нечистый дух заговорил со мной: "То, что потеряно уже не вернуть… Nevermore".
– Фурия… – я услышала тихий голос, будто издалека. – Дорогая, – бархатный мужской голос уже был ближе, заставляя меня вернуться в реальность.

Чертыхнувшись, я быстрым и ловким движением вытащила черный револьвер из-под подушки, резко села и направила дуло в лоб Мозенрата, который с удивлением смотрел на меня. Справившись с влиянием ночного кошмара, я попыталась отдышаться. Мозенрат уже справился с удивлением и улыбнулся мне своей фирменной улыбкой.
– Я приготовил тебе на завтрак особенный чай, – он начал наливать в кружку чай. Я пыталась успокоить сердцебиение, а демон продолжил говорить: – Чай из лепестков черных роз успокаивает нервы и помогает расслабиться. Особенно после дурного сна.
Спрятав револьвер под подушку, я покорно приняла чашку чая из рук мужа и сделала несколько глотков. Внимание Мозенрата привлекла книга на кровати, демон взял её правой рукой и посмотрел на обложку.
– Зря ты читаешь на ночь всякие ужасы, вроде Эдгара По, – с усмешкой ответил демон.
– Это мое дело, – буркнула я, отпив немного чая.

Снэйк задумчиво сидел на скамейке в саду и рассматривал что-то в небе.
«О чём ты думаешь? Я никогда не смогу понять тебя полностью. Но кое-что известно мне наверняка», – Мелани села на скамейку рядом с чешуйчатым юношей.
– Опять грустишь, Снэйк? – спросила Мелани.
Он обернулся, вздохнул и по привычке тянется к чешуе на щеке, будто пытаясь её закрыть. Глупая привычка. Не надо стесняться того, что ты не такой, как все.
– Вовсе нет, говорит Оскар.
«Меня не обманешь, друг. Тебе с нами спокойно и уютно, но ты всегда грустишь. Боишься поверить в то, что у тебя есть друзья, семья, которой ты дорог, несмотря на то, что ты странный и чудной. Боишься, что всё это скоро исчезнет. Но надеешься на лучшее. Я понимаю тебя, мой тихий друг, я сама такая», – подумала Мелани.
– Снэйк, мы действительно любим тебя и ты нам дорог, – с улыбкой произнесла Мелани.
Он вздрогнул. На его губах появилось что-то, похожее на легкую улыбку. На сердце становится чуть теплее. Да, ты важен для нас. И пока мы дышим, всё будет хорошо.

Ровно в полдень Джеймс и Клэр устроили дуэль перед главным входом в поместье Фантомфайт. Я и Мозенрат сидели на синих стульях с изображение серебристых роз. Узнав, что будет дуэль, Натали, Майкл, Джейк, Снэйк и Мелани тоже захотели на это посмотреть. Как только Джеймс выбрал себе шпагу, как Клэр мгновенно перешла в наступление. Словно ожидая такой поворот, с непроницаемым выражением демон отразил атаку. Клинки со свистом рассекали воздух, «дуэль» начинала приобретать более острые обороты. Со стороны можно было подумать, что дуэлянты понимали друг друга без слов, изредка сталкиваясь взглядами и отражая атаки. Нападения Клэр были слишком резки и напористы, с каким-то завуалированным подтекстом то ли злобы, то ли личной обиды. В напряжении наблюдавшему эту картину мне казалось, что Клэр хотела действительно ранить противника. Стремился обжечь плоть, пронзить глубоко, насквозь, до немого крика, до ужаса на лице и обессиленных стонов от боли. Но стоило мне перевести взгляд на Джеймса, как я засомневалась в своих догадках о его игре не в полную силу. Демон уже не просто защищался, красиво и холодно, парируя атаки противницы, он нападал. Временами, стараясь лишить противника твёрдой опоры под ногами, он провоцировал экономку, словно ему противостояла не девятнадцатилетняя девушка, а равная ему противница. Финт, атака, и кто-то из прислуги невольно вскрикнул, когда Джеймс отбил удар, отбрасывая шпагу Клэр вверх, замахнувшись для контратаки. Девушка проворно поймала шпагу и шагнула вперед. Дворецкий походил на хищную змею, гипнотизирующую свою жертву. Наваждение продлилось не дольше нескольких секунд. Клэр резко задела учителя свободной рукой, тот ответил шпагой, но это не дало результата. Они вновь сошлись в поединке, продолжая синхронно двигаться по кругу, нанося удары. По очереди, предпринимая короткие атаки, но почему-то оба не торопятся. Стальные лезвия мелькали быстро, изящно – красиво. Неожиданно Джеймс предпринял скорую атаку на противницу, почувствовав у плеча лёгкий укол, не успев выставить блок, Клэр испуганно отскочила в сторону, со свистом несколько растерянно рассекла воздух шпагой, будто не задев учителя. И лишь когда на скуле противницы алой вертикальной полоской выступила кровь, тут же разнеслись удивлённо-шокированные возгласы и вздохи. Бой прекратился.
– Всё, урок окончен, – Джеймс смахнул двумя пальцами каплю крови и взглянул на руку. – Ты и вправду великолепно фехтуешь, Клэр, – на этих словах он взглянул в темно-фиолетовые глаза Клэр. – Благодарю за этот поединок, это ничего, что ты проиграла, – спокойно сказал демон и удалился в поместье. Даже сейчас, глядя в спину, удаляющемуся демону, Клэр могла почувствовать, словно тот только что ухмыльнулся.

После показательного урока фехтования, я решила проверить свои новые силы. Клэр пометила три дерева крестиком, которые нужно уничтожить. Сначала я использовала ледяное пламя. Это выглядело очень красиво: дерево сжигает голубое пламя вокруг, которого кружатся белые снежинки. От него одновременно исходит жар и холод. Странно, не правда ли? Второе дерево я разнесла в щепки одной красной плазменной сферой, а третье – разрубила малиновым сгустком энергии. Теневое скольжение позволяет мне переместиться за секунду от одной тени к другой. Магию иллюзии не стала пробовать, так как я всегда использую. А затем решила попробовать силу изменения – я в несколько секунд сделала три круга вокруг поместья. А под конец провела магию душ – я удалила часть боли своей сестры, чтобы облегчить душевное состояние Клэр. Поблагодарив меня за столь ценный подарок, моя сестра решила проверить мои летные навыки. Экономка создала в воздухе фиолетовые кольца и обозначила маршрут. Проверка показала, что я стала летать гораздо быстрее и маневреннее, чем раньше. Внезапно подул сильный ветер. Я вдохнула прохладный воздух. Закрыв глаза, я полетела на полной скорости к озеру. Когда до воды осталось пять метров, я открыла глаза и резко взмыла в воздух, оставляя за собой медленно тающий серебристый свет, который исходил от моих блестящих крыльев.

Полудемоны
Гибриды демона и человека, легко обучаемы и обладают полным набором демонических способностей. Полудемон может принимать истинный облик по своему усмотрению. В человеческом облике у него всегда чёрные ногти, а глаза время от времени меняю цвет (в частности они бывают фиолетовыми или синими, но это все зависит от характера и сущности полудемона), когда гибрид использует демоническую магию, злится или испытывает другие сильные эмоции. Полудемон при желании и необходимости может употреблять еду и воду, но изредка вынужден поглощать человеческие души, чтобы залечить глубокие раны и восстановить силы. Убить полудемона практически невозможно, ровным счетом, как и демона.

Как стать полудемоном
Вариант первый (наиболее часто используемый) – после выполнения контракта демон обычно забирает душу человека, но бывают исключения. Полюбивший чистую душу демон может превратить человека в полудемона, но только с его личным согласием. Получив разрешение, демон поставит печать на душу человека и проведет сложный ритуал для превращения в полудемона.

Вариант второй (уникальный) – можно просто родиться полудемоном от папы-демона и мамы-человека. Родившийся полудемон имеет большие шансы стать очень сильным уже в детстве (где-то в возрасте двенадцати лет), не проживая двести лет.

Оторвавшись от книги, я посмотрела в окно. На всё небо раскинулись длинные облака, которые окрашивали мягкие оттенки малинового, оранжевого, мягкого кремового и жёлтого. Вся эта природная красота всё дальше и дальше уплывала по небосводу от моего поместья. Когда солнце уже село, небо не до конца приняло ночной вид. Вдалеке ещё виднелись алые и фиолетовые разводы на небосводе, но вскоре и они исчезли, растворились в бархатной синеве ночи. На небо неспешно, словно королева на трон, восходила полная луна. Она была прекрасна. Луна перламутровой пылью рассеивала на земле свой свет. Она освещала медленно плывущие по небосводу облака, придавая небу более живописный и загадочный вид, будто за этими облаками, скрывается что-то запретное, что хотят скрыть от глаз. Я всё стояла у окна кабинета, не замечая, как быстро пролетело несколько часов. Услышав тихую успокаивающую музыку, я спустилась на первый этаж. Очаровательная мелодия и приглушенный свет подсвечников на стенах придавали холлу особую таинственность. Я повернула голову вправо и посмотрела наверх, где стоял Мозенрат, окруженный бокалами, с разным количеством жидкости внутри. Он играл, перемещаясь с нечеловеческой скоростью от одного бокалу к другому. Прекрасная мелодия… Сердце замерло, а потом снова пошло. Сразу стало так легко. Стаканная мелодия была наполнена добротой и грацией. Это так подчеркивает чистоту души исполнителя. Благодаря рассказам Клэр, я знаю, что душа есть даже у демона. Я однажды задалась вопросом: демон умеет любить искренне? Ответ – да, могут. Если быть честным, демон не совсем уж и грязная тварь. Он не будет любить грязную душу, он будит любить чистое и сладкое. Чистая душа – это деликатес для демонов. Но именно в такие души они и влюбляются. После чудесной мелодии, Мозенрат пригласил меня танец в наш тайный уголок.

В саду было очень красиво: тёмно синее небо, огромное количество ярких звёзд, белые розы казались синими из-за большого круглого диска полной луны. Воздух был пропитан тем легким и нежным ароматом. Здесь росло несколько тысяч кустов черных роз. Аккуратно выровненные и подстриженные они, создавали небольшую аллею, приглашавшую насладиться королевством черной розы. Лепестки черных роз в лунном свете казались сияющими, с оттенком серебряного. Утонченный ненавязчивый аромат манил подойти ближе и коснуться кончиком носа больших, но хрупких бутонов, вдыхая аромат полной грудью. Это был запах настоящего полнолуния, отдающего нотками романтики. Кристально чистая вода выплескивалась изо рта статуи змеи. В капельках воды отражались голубое пламя с белыми снежинками. Красивая иллюзия, созданная мною, идеально подходила для такой волшебной ночи. Мы с Мозенратом начали танцевать. Ничто нам не может помешать. Сапфировые и темно-синие глаза смотрят друг на друга. Нежные и плавные движения вальса завораживали, наши глаза сияли от восторга, мы с Мозенратом, будто с самого детства танцевали вместе. В конце танца Мозенрат наклонил меня. В глазах демона вспыхнуло малиновое пламя. Он приблизился к моему лицу и поцеловал. Я сразу растаяла. Я знала, он не остановиться, пока не насладиться мною. И я не стала больше сдерживаться. Я невнятно простонала, зарываясь пальцами в шелковые пряди волос Мозенрата. Демон откинул голову назад, зажмурившись от наслаждения. Сколько же дней я об этом мечтала! Чтобы я таяла под его прикосновениями, чтобы произносила только его имя. Демон взял меня на руки, раскрыл за спиной черные крылья, оттолкнулся ногами от земли и взлетел высоко в небо.
– Скажи мне… а как пахнет моя душа? – осторожно спросила я.
– Дорогая, ты уверена, что хочешь это узнать? – серьезно спросил демон.
– Да. Я хочу… – твердо ответила я.
– Хорошо… – негромко проговорил Мозенрат. – От твоей души исходит тонкий, манящий аромат. Легкий и нежный. Дарящий спокойствие. Дурманящий, затуманивающий сознание и разум. Так вот, глядя на тебя, дорогая, я понимаю, что душа у тебя необычайно сладка, от неё исходит аромат черных роз, – улыбнулся демон.

Мы вернулись в поместье только в часу ночи. Переодевшись в ночную одежду, я легла на кровать. В дверях показался Мозенрат. Он был одет в расстегнутую белую рубашку и черные штаны. Демон подошел к кровати и лег рядом со мной. Мы застыли, смотря друг другу в глаза. В глазах у нас читалась бесконечная нежность и желание. Моя печать неярко вспыхнула – в ответ у Мозенрата засветилась пентаграмма на руке. Демон впился в мои губы нежным и в то же время властным поцелуем. Я не сопротивлялась, а лишь охотно ответила на поцелуй. Парень крепко прижал меня к себе. Поцелуй продолжался минут пять, пока я не толкнула демона, чтобы подышать. Мозенрат немного ослабил хватку, но все равно не выпускал меня из объятий, да и сама я не желала этого. Сильные и нежные руки привлекли меня к груди демона, но я не сопротивлялась этому. Мелодичный голос зашептал что-то мне на ухо, успокаивая и баюкая. От тела мужа передавалось необычное тепло, согревающее меня. Я слушала ритмичный спокойный стук. Мои веки тяжелеют. Я начинала засыпать, а биение его сердца убаюкивало меня, сопровождая в страну грез. Демон аккуратно положил руку на мою голову, осторожно погладив меня. Мозенрат начал петь какую-то песню, очень похожую на колыбельную:
Фурия, я не прошу о многом.
Я знаю свое место. Я не горд.
Просто не смотри слишком строго,
Это не идет тебе, дорогая.
Моя милая леди. Такая слабая…
Опытом не омрачен твой взгляд.
Знаешь, я дрожу, когда ты рядом.
Прости, дорогая, я виноват.
Легкая добыча, ты – девушка.
С нежной, исстрадавшейся душой.
В тишине твой голосок так звонок,
Моя леди. Да, ты навеки моя…
Тебя укрою ночью одеялом
И подожду, пока заснешь ты вновь.
Знаешь, я тебя прошу о малом.
Не волнуйся, не смотри на кровь…
Милая, волноваться тебе вредно.
Я в порядке, ты же знаешь. Спи.
На подушке снова отблеск синий.
Пусть тебе цветные снятся сны.
Знаешь, ночью демонам не спиться.
Здесь я, рядом, чуткий сон храня.
Тихо-тихо бьется твое сердце…
Может, есть в нем место для меня?

Месть должна быть задумана с огнём в душе, но выполнена с холодным расчетом.

Глава 10: Хэллоуин
http://i65.fastpic.ru/thumb/2015/0911/cb/ed13d7cb335f02af4d37a3cebc4b6dcb.jpeg
Поместье Фантомфайт, 31 октября
Сегодня все как посходили с ума. Слуги носились по поместью, раздвигая и сдвигая столы, разнося обеденные приборы, украшая комнаты и коридоры. Вклюив Антонио Вивальди, Джеймс встал на перила балкона танцевального зала. Заиграла музыка.
– Раз, два, три!
И Джеймс стал бить чечётку. Все движения его были отточены, он долго учился этому.
Ничего не было слышно, кроме скрипки и стука подошв его туфель о твёрдую поверхность перил. Не смотря на то, что за его спиной находилась немалая высота, так демон еще и с закрытыми глазами танцевал. Затем дворецкий остановился, продолжая твердо стоять на перилах. Джеймс кинул свои очки вверх.
– Начнем, – произнес он, открыв глаза.
Дворецкий прыгнул к люстре и стал раскачиваться на ней, благодаря чему смог допрыгнуть к другому концу помещения. Схватив край ковра, он встал на руки и сделал сальто, тем самым поднимая ковер. Стол, стулья и всё, что стояло на ковре полетело вверх и грозилось упасть на пол с грохотом. Но демон оказался быстрее. Он взял столовые приборы, взявшиеся неизвестно откуда, и стал бросать их на, летавшую повыше стола, скатерть. Затем у него в руках оказалась стопка тарелок, также появившаяся волшебным образом. И все тарелки отправились вслед за золотыми столовыми приборами. Всё это он проделывал быстро, бегая вокруг падающего стола, чуть ли не по верхнему краю стены. Когда с сервировкой стола было покончено, Джеймс прыгнул вниз, на лету поймав, уже падающую, скатерть и аккуратно постелил её вместе со всей посудой, на бесшумно приземлившийся стол, вслед за которым также бесшумно приземлились стулья. Удостоверившись, что мебель и посуда целы и что все столовые приборы находятся на своих местах, Джеймс посмотрел вверх, наблюдая взглядом за очками, которые тут же аккуратно приземлились на своё место.
– Я обращу день в ночь, свет во тьму, золото в серебро, вальс в реквием, – произнес Джеймс, вставая и поправив очки. – Таков дворецкий семьи Фантомфайт!

Я около двери гардеробной. Недолго думая, я её открыла и, как только увидела черные волосы, закричала:
– Я ищу тебя по всему поместью. Как дура, ору: "Мозенрат...", а ты даже, видимо, не слы... – я запнулась на полуслове, потому что демон ко мне повернулся.
Он был обнажен по пояс. Я сразу рассмотрела выступающие накачанные мышцы груди и... быстро отвернулась. Я услышала сзади себя шаги и вздрогнула. Меня обняли за талию и затащили в гардеробную. Я услышала, как за мной закрылась дверь. Меня обнимал, конечно, Мозенрат. Даже думать не нужно было... Меня повернули к себе. Демон немного приблизился к моему лицу, смотря в мои глаза. Если две секунды назад его глаза ещё были красными, то сейчас они стали малиновыми. Он приблизился к моему уху, обдавая его горячим дыханием, и тихо прошептал:
– Не нужно меня отталкивать, любовь моя...
Приблизившись к моим губам, он нежно меня поцеловал. И вот тут я растаяла...
Мои щеки горели, ноги подкашивались, и я бы точно упала, если бы муж меня не поддерживал. Немного погодя этот поцелуй перерос во что-то уже более возбуждающее и страстное. Я начала отвечать на столь пылкий поцелуй, еле сдерживая стон. Я никогда бы не поверила, что буду так страстно целоваться со своим мужем. Когда воздуха мне стало не хватать, демон отпрянул. Мозенрат снова обнял меня и крепко прижал к себе.
– Ну, почему же ты теперь не сопротивляешься, м?
«Мне бы самой знать для начала…» – размышляла я.
Я обняла парня за торс и ласково поцеловала в щеку.
– Угомонись ты уже. Не собираюсь я сопротивляться. – я улыбнулась.
Мозенрат заметно повеселел и погладил меня по щеке.
– А я знал, что тебе нравится. – Мозенрат прижал меня к стенке, целуя в шею. Было необычайно приятно. Тепло медленно растекалось по моему телу. Демон пробрался к моим губам, вовлекая их в поцелуй. Я обняла его за шею, тем самым углубляя поцелуй.

Я была одета во все черное: платье, лакированные туфли на резном каблуке и длинные шелковистые перчатки. Ногти покрашены в черный лак, а на веках у меня были черные тени. Клэр надела фиолетовое платье, на шею – серебристое изящное ожерелье с небольшим ромбовидным фиолетовым кристаллом, а на голове у экономки была искусственная фиолетовая роза. Мозенрат, Джеймс и Снэйк были в своём обычном одеянии. Майкл надел шелковую рубашку цвета крови, черный, как смоль, плащ, черные брюки и лакированные ботинки. Джейк был одет в кожаную жилетку цвета темного дерева без застежек, такого же цвета кожаные брюки и высокие сапоги. На руках, с помощью завязок, были прикреплены кусочки ворсистой ткани, изображающей шерсть оборотня. Натали выбрала изумрудное платье с серебристыми рунами вокруг талии, а на голову надела изящную серебристую диадему с овальным изумрудом. Марс был одет в серые брюки и светлые ботинки, а всю верхнюю часть тела опоясывали множество полосок бинтов. Эйлин выбрала себе малиновое платье с золотой диадемой. Шэрон надела белое платье с крыльями ангела и серебристый ободок на голову. Сэм выбрал синий костюм чародея с белыми звездочками. Эмма надела костюм лунной феи. Кейн предпочел костюм привидения. Мелани выбрала платье египетской принцессой, а на голову надела золотой ободок с коброй. Сандра надела черную мантию с изображение огненного феникса, а на шею повесила цепочку с серебристым кулоном в виде феникса.

Луна серебристым светом окутывает землю и деревья, сады и скамейки. Осенний ветерок шевелит кроны высоких деревьев и траву на лужайках. На улице прохладный ветер дул в лицо. Ясное небо было такое красивое, звезды хорошо виднелись на темном фоне. А к тому времени поместье было просто не узнать! Чёрные свечи горели голубым огнём, лестницу украшал темно-синий ковер с вышитым месяцем и черным замком, с черных перил свисали искусственные летучие мыши, повсюду, куда не глянь, стояли тыквы и декоративные человеческие черепа со свечами, обыденные светлые шторы сменились черными, мрачными и ужасающими. Танцевальный зал был оформлен в хэллоуинской гамме. По случаю праздника зал был украшен как полагается: черные свечи горели оранжевым огнем, длинный стол был накрыт темно-фиолетовым бархатом и заставленный едой. После приветственной речи, вечер открывал вальс нечисти. На балу присутствовали все богатые семьи Лондона. Поместье семьи Фантомфайт было оживлено множеством костюмов, смехом людей и красивой музыкой. Веселье было в самом разгаре. Танец завораживает, увлекает, и постепенно все пары уже танцуют, сливаясь с музыкой в одно целое. Никто никогда и не догадывался, что Натали так хорошо поёт. Её голос проникал в сознание, заставляя то отключаться и лишь наслаждаться этими звуками. Прячась от суеты, Мелани вышла в коридор. Там она увидела чью-то тень. Она сидела в самом дальнем углу коридора. Тень почти не шевелилась. Она иногда ёрзала на полу. Мелани подошла к тени и...
– Снэйк? – удивилась Мелани. Парень сидел на полу в окружении змей, в руках у него была тарелка. – Ты почему не в зале?
– Я буду вам мешать и вашим гостям вряд ли понравиться мой внешний вид. Говорит Оскар, – тихо сказал Снэйк. Одна из змей вильнула хвостом.
– Хм. Переживаешь из-за своей внешности? Если ты не такой, как все, это ещё не грех. Ты индивидуален. Все слуги должны присутствовать на празднике, значит и ты тоже.
– Они держат в поместье урода. Это же позор для семьи Фантомфайт. Сказала Эмили.
– Я же сказала, ты – не урод. Ты не такой как все, вот и всё. Возвращайся в зал – это приказ госпожи. Все должны праздновать и ты в том числе. А и ещё, советую убрать змей, а то некоторые гости их могут бояться. Разрешаю оставить одну, но маленькую, если таковые имеются, – сказала Мелани, улыбнувшись. Снэйк кивнул.
Лакей тихо стоял в уголке зала. Все дамы посматривали на него и перешептывались.
– Он такой странный. Это действительно слуга? Он странно выглядит, – шептались девушки.
– А вы судите о человеке по его внешнему виду? – спросила Мелани, подойдя к девушкам. – Если он не такой, как все, это не значит, что он странный. Возможно вам нужно узнать его поближе, – добавила Мелани. Девушка-медиум подошла к Снэйку, взяла его за руку и повела к девушкам. Все были в полном смущении. – Прошу.
Девушки сначала долго осматривали лакея с ног до головы. Когда же парень слегка улыбнулся девушки "растаяли". Снэйк весь вечер общался с дамами (каким образом, остается загадкой).
– Всё равно скучно, – вздохнула Клэр. И тут она вспомнила про черный плеер.
– Что это? – спросил дворецкий, с интересом рассматривая прибор.
– Плеер, – коротко ответила экономка. – Есть идея!
Клэр включила плеер и дала его Джеймсу. Дворецкий внимательно слушал включённую песню Skillet - Whispers In The Dark. Надо же было как-то развеять скуку. Классика вечна, но скучна. Джеймс закончил слушать.
– Сможешь повторить? – спросила Клэр.
– Да, миледи, – демон поклонился.
Джеймс на секунду вышел. И вернулся... со скрипкой.
«Он собирается наиграть рок на скрипке? Ну и ну!» – это сильно впечатлило Клэр.
Но дворецкий сыграл рок на скрипке! Он даже пел! Это настоящее волшебство! Гости сначала офигели, но песня им понравилась и через секунду все отжигали на середине зала. Наиграть рок на скрипке! Это было нечто! Лондон будет помнить этот бал...

Глава 11: первый снег
http://i72.fastpic.ru/thumb/2015/0911/32/020dfd2a61e615d054018205f0126032.jpeg
Поместье Фантомфайт, 10 декабря
Сегодня я надела белую рубашку, удлиненный синий пиджак (где-то на 10 см выше колена) с черным лацканом прямоугольной формы, темно-синий бантик, синие шорты, черные гольфы и синие туфли на низком каблуке с ремешком. Кстати говоря, на пиджаке было шесть серебристых пуговиц, но он был застегнут на три пуговицы с левой стороны. Я стояла у окна своего кабинета и думала. На улице зима, но снега ещё нет. Только бесконечные дожди, которые уже порядком надоели своей частотой пролития на Лондон, где и без того влажный климат. И в кабинете так жарко. Нет, скорее, душно. Я уже сняла пиджак и повесила его на спинку стула, но, как и было душно, так и осталось. И что я вижу? Снег. А я и не заметила, когда он пошёл. Я поспешно распахнула окно, и холодный воздух встретил меня с распростёртыми объятиями, врываясь в комнату. Жадно вдыхаю свежий воздух, наполняя им лёгкие, и шумно выдыхаю, улыбаясь долгожданной прохладе. Присаживаюсь на подоконник и вытягиваю руку на улицу, подставляя её снежинкам. Такие пушистые и мягкие, но хрупкие и холодные. Они мгновенно тают на тёплой ладони, превращаясь в капельки воды. Мне всегда нравилось наблюдать, как идёт снег, и сейчас нравится. Не скажу, что безумно счастлива этому явлению, но заворожёна им по-настоящему, ибо снег для меня всегда был подобен волшебству. Я позволила себе положить ноги на широкий подоконник, выпрямив одну полностью, а вторую согнув в колено и положив на неё правую руку, левой же всё, также ловя хрупкие снежинки. Они падали в глухом молчании, иногда в мою сторону, задуваемые тихим ветром в помещение. А растаяв на щеках, сбегали вниз холодными дорожками, словно слёзы катились с глаз, какие бывают не в порывах горячих, но в одиночестве, таком же, до боли в сердце, холодном. Я даже убрала иллюзию с правого глаза, чтобы полностью насладиться их великолепием. Ветер врывается внутрь кабинета с новой силой, а вместе с ним залетает огромное количество снежинок, кружащихся в непонятном танце. Я снова ощутила, как влажная дорожка криво ползёт по моей правой щеке, но то была уже слеза. Самая что ни на есть настоящая слеза! Я Фурия Фантомфайт – серебристая змея, которая не должна быть слабой! Яростно вытираю воду рукой. Глубоко вдыхаю и выдыхаю, стараясь не предаваться болезненным воспоминаниям. У меня ведь есть цель – месть. И я должна стремиться, как можно скорее воплотить её, а не сидеть тут и плакать, как маленькая девчонка. А снег всё шёл, уже засыпав землю тонким слепящим глаза полотном, ещё не опороченным следами непутёвых слуг, да и вообще чем-либо другим. Вдруг мне захотелось поддаться глупому и детскому порыву высунуть язык и ловить им белые хлопья, чтобы они таяли на нём и приносили блаженную прохладу. В детстве я всегда так делала, когда падал снег, на что мама улыбалась и с укором говорила мне прекратить дурачиться, а то из-за слабого здоровья я могла легко заболеть. Но это было так давно. Высовываю только кончик языка и уже чувствую на нём невесомую снежинку, которая тут же растаяла. Но неожиданно в дверь постучали, и в кабинет вошёл Мозенрат. Я сразу поспешила убрать язык назад и придать лицу равнодушие. Демон застыл посреди кабинета и посмотрел на меня недоуменным взглядом. 
– Фурия, чем ты тут занимаешься? – спросил демон.
– Я могу расслабиться или нет? – раздражаюсь я, не поворачиваясь в сторону мужа и всё так же устремляя взгляд куда-то вдаль.
– Да, конечно, дорогая, но так ты можешь простудиться, – спокойно ответил Мозенрат, наверное, как и всегда улыбаясь своей этой очаровательной улыбкой, от которой женщины с ума сходят. Думает, что я ещё девочка, которую ветер продует и та сляжет в постель с простудой. Беспокоится о своём ужине, делает всё, чтобы мне было хорошо, пытаясь во всём угодить моей натуре. Как глупо это выглядит, но забавно смотреть на всю эту показуху, на его роль идеального мужа! Я делаю вид, что не услышала его слов и продолжаю так же непринуждённо наблюдать за снегопадом и дышать свежим прохладным воздухом. Мозенрат тем временем медленно подошел ко мне сзади.
– Фурия, тебе холодно, – тактично заметил демон, подойдя чуть ли не вплотную. Но ты ошибся, Мозенрат, мне было холодно, но сейчас мне жарко. Очень странно, да?
– Ничуть, – ответила я. Вдруг я ощутила, как на мои плечи демон мягко накинул мой пиджак, снятый ещё задолго до этого и повешенный на спинку стула.
– Ну как же, ты вся мурашками покрылась, – его крепкие руки держали меня за плечи и легко поглаживали. Я старалась не замечать этого, и совсем было отвернулась к окну, но пальцы демона взяли меня за подбородок, не давая сделать это. Мозенрат смотрел на меня пристально и приблизил своё лицо к моему, будто что-то рассматривая на нём. – Дорогая, ты плакала? – каким-то удивлённо-печальным голосом спрашивает он. Я с негодованием смотрю ему в глаза, которые будто пронзали меня и видели всю насквозь. Ненавижу, когда он так смотрит.
– Чёрт, я же вытерла эти слёзы, так почему?!
– Потому что в душе тебе ещё больно, и ты плачешь, дорогая. Я знаю и вижу как тебе тяжело.
– Неправда! – воскликнула я, повысив тон.
– Я никогда тебе не лгу, любовь моя. Уж мне-то ты доверять можешь? – я знаю, что он не лжёт, но не могу смириться с этой истиной и лишь опускаю глаза вниз. А Мозенрат дотрагивается до моей левой щеки своей тёплой рукой. Закрываю глаза полностью и прижимаю его руку к лицу своими руками. Так спокойно, когда он рядом. Мозенрат меня обнимает другой рукой за шею, прижимая к своей груди так, чтобы моя голова лежала у него на плече, и поглаживает по спине. Слёзы снова невольно катятся из моих глаз, но уже не холодные, какие были до этого, а горячие, обжигающие кожу и щиплющие глаза. Какая же я всё-таки слабая девушки, раз позволяю себе эту слабость повторно. Достойна ли я после этого звания серебристой змеи?! Наверное, нет.
– Правильно, не держи всё в себе, будет легче, когда ты выпустишь свою боль наружу. Ты можешь мне доверять, дорогая, – успокаивающее говорил демон, от чего я стала ещё противнее самой себе. Меня жалеют! Притом ещё и демон! Но мне так приятно находиться в его объятиях, как в сладкой неге. Не хочу отпускать его, и чтобы он отпускал меня, и шепчу фразу уже не раз звучавшую не то просьбу, не то приказ:
– Останься со мной.
– Да, любовь моя.

Я оделась в теплую зимнюю синею одежду и вышла во двор. Я подняла голову и посмотрела на смеющуюся во весь голос сестру. Клэр… ты такая многогранная девушка. Когда нужно – серьезная, деловитая, хладнокровная и точная, а когда позволяет ситуация – просто хохотушка, которая наслаждается жизнью до самой последней капли. Вот и сейчас… я слегка удивилась самой себе, почувствовав легкий, но ощутимый укол зависти, но затем лишь горько усмехнулась. Я давно забыла, как нужно улыбаться, когда мне весело. Во мне не осталось места радости, горю, зависти и другим подобным чувствам. Я забыла, что такое жалость, пощада и созидание. Во мне не осталось ничего, кроме ненависти. Я не чувствовала, не знала, не понимала ничего, кроме этого. Я горько улыбнулась и покачала головой. Как печально…
– Клэр, долго ты еще…– тихо произнесла я, поднимая голову и ища сестру глазами, но той поблизости не наблюдалось.
Внезапно я почувствовала довольно-таки ощутимый подзатыльник, а за шиворот посыпалось что-то мелкое, колючее и холодное, что-то быстро тающее и стекающее по шее холодными струйками. Я подавила тихий вскрик, который был готов сорваться с губ, и резко обернулась, готовясь пронзить гневным взглядом того, кто это сделал… и наткнулась на игриво-оценивающий взгляд темно-фиолетовых глаз. Клэр стояла буквально в десяти шагах от меня, поставив одну руку на пояс, а на второй невысоко подкидывая небольшой снежок.
– Клэр, что это значит? – сдержанно спросила я. Однако стоило мне слегка отвести взгляд, как мой левый глаз оказался залеплен снежком.
– В яблочко! – воскликнула моя сестра и заливисто рассмеялась.
Я, уже не скрывая злости, нарочито медленно стерла с лица снег и, чуть сузив глаза, уставилась на сестру. Клэр мгновенно оборвала смех и воинственно, с неким ехидством оглядела меня с ног до головы. Затем она наклонилась и зачерпнула ладонью еще горсть снега, формируя новый снежок.
– Леди Фурия Фантомфайт! Я вызываю тебя на дуэль! – весело воскликнула она, прицеливаясь и снова кидая в меня снежок. Я неожиданно пригнулась, но не удержала равновесия на скользком льду, и упала, но тут же перекатилась на живот и вскочила на ноги.
– Зря ты так, сестра, – тихо произнесла я и наклонилась, не спуская с нее глаз и делая новый снежный шарик. Клэр внимательно вгляделась в мое лицо и замерла – в моих глазах горел воинственный, игривый и азартный ледяной огонек.
– Ну, что ж, покажи любимой сестричке, на что ты способна, Фурия.
Два азартных взгляда встретились, а затем началось нечто. Двор наполнился криками и свистом пролетающих мимо снежков, а также восклицаниями вроде: «И снова мимо, Клэр!», «Борись в полную силу, Фурия!». В конце концов, мы мокрые и тяжело дышащие, остановились друг напротив друга, а затем одновременно начали двигаться по кругу, не сужая расстояния. Мы напряжены, сверлим друг друга напряженными взглядами, у нас заведена назад рука с лежащим на ладони заветным снарядом…
– Кхм-кхм, – деликатное покашливание Мозенрата обратило на себя наше внимание.
Я и Клэр одновременно повернулись к Мозенрату, затем переглянулись, хищно улыбнулись и перевели горящий взгляд обратно на демона. Тот поперхнулся, но остался на месте, слегка настороженно переводя взгляд с экономки на меня и обратно. Неожиданно, с криком «Бей его!» мы обе кинули в демона по снежку и начали просто кидаться друг в друга снегом. Все это время Лорд Фантомфайт стоял с каменным лицом, очевидно переваривая информацию, а затем поднял руку и стер с лица снег. Почувствовав перемены в его настроении, мы замерли и посмотрели на демона.
– Прошу прощения, но вы не оставили мне выбора. Я просто вынужден ответить вам тем же, – самым ласковым тоном произнес демон и наклонился, аккуратно делая снаряд.
Я и Клэр приготовились к атаке, но уже через секунду с криками убегали по двору – Мозенрат с нечеловеческой скоростью делал снежки и с максимальной точностью метал их в противника.
– Твое поведение, дорогая, пере… – он не договорил, так как новый снежок угодил ему точно в подбородок. Я отлично набила руку, упражняясь в метании дротиков.
– Если ты продолжишь в том же духе, я не стану готовить тебе сегодня ужин! – обиженно предупредил Мозенрат, уклоняясь от очередного снежка.
– Ты не сможешь оставить меня без ужина! – Злорадно усмехнувшись, возразила я и снова метнула «снаряд» в цель.
– Да. Не смогу. – Обреченно согласился демон. – Но десерта тебе точно не увидеть!
– А это мы еще посмотрим! – Коварно прищурившись, заметила я, набирая в ладонь побольше снега.
– Ты простудишься, и я уложу тебя в постель на неделю! – Вновь попытался урезонить меня демон, черное пальто которого уже все было в снегу. Но я и не думала его слушать.
Остановившись на секунду, чтобы перевести дыхание и поплатившись за это аж тремя снежками прямо в лоб, я напряженно раздумывала, как можно победить «врага», но кроме одного единственного варианта мне в голову ничего не приходило. Именно поэтому я решила воплотить этот единственный план на спасение в жизнь. С криком: «Не на жизнь, а на смерть!» я понеслась прямо на Мозенрата, протаранив его головой в грудь и повалив в сугроб, но сама я тоже не удержалась на ногах и грохнулась сверху, ловко перекатившись в соседний сугроб. Клэр захохотала, но тут же резко замолкла и замерла, не веря своим ушам и глазам. Я лежала на снегу и, смеясь, делала снежного ангела, глядя в небо, на моих губах играла самая настоящая, искренняя улыбка.
– Она… улыбнулась? – прошептала Клэр, и улыбнулась, удерживая слезы счастья.
И тут в спину экономки запустили снежком. Клэр обернулась и увидела светло синие глаза Джеймса, нахмуренные брови и коварную улыбку на губах. Экономка стала отступать, в то время как дворецкий начал собирать снег и делать снежки. Секунда, свист в ушах, и дюжина снежков полетела в экономку.
– Джеймс, если я заболею, ты всю жизнь будешь поить меня чаем, понял?!
– Конечно, дорогая, – коварно улыбнувшись, ответил дворецкий на крик Клэр.
Поднявшись, я начала бегать по снегу, широко расставив руки, и радостно смеялась. Изящные ноги в тёмно-синих сапогах быстро передвигались по снегу. Щёки покраснели, как лепестки роз, губы, растянутые в весёлой улыбке, и счастливый смех не могли не радовать, поднявшегося с земли демона, который с нежной улыбкой наблюдал за мной. Но когда я прыгнула в сугроб и начала делать второго ангела, Мозенрат забеспокоился, как бы я не простудилась. Лорд Фантомфайт, конечно, знал о моих чувствах, он же всё-таки демон. Мозенрат подошёл ко мне и поднял меня на руки из сугроба. Сегодня демон узнал, что даже я могу временами позволить себе маленькую слабость. Дальше мы молчаливо шли, я любовалась снегом, а демон мною. Я повернула голову к мужу. Он смотрел на меня с улыбкой и нежностью, что я даже опешила немного.
– Ты только моя, – и не дождавшийся ответа, демон припал к моим губам. Поцелуй длился недолго, но когда Мозенрат оторвался от моих губ, я смогла всё-таки вымолвить тихое: «Да».

Я ворочалась в кровати. Был уже час ночи, но я никак не могла заснуть. Такая проблема возникала у меня крайне редко, но с ней нужно было что-то делать. Я перевернулась на спину и раскинув руки, уставилась в потолок. Я закрыла глаза и представила себе странную картину: я и Мозенрат сидим на небольшом красном клетчатом покрывале с корзинкой, наполненной едой. Я сижу, прижав ноги к себе и закрывая глаза от смеха. Мозенрат лежит рядом на спине, положив левую руку за голову. Демон рассказывал какую-то смешную историю, отчаянно жестикулируя руками и сам смеялся. Тут, из корзины вылез кусочек хлеба и пополз к муравейнику, чем вызвал новый приступ смеха у меня и Мозенрата. Я открыла глаза и вскочила.
– Да что же это такое? – возмутилась я.
Да, порой, моя фантазия заходила слишком далеко. Я села на кровать, свесив ноги и стала искать ступнями тапочки. Вскоре, я обулась и, подойдя к шкафу, открыла его. Я вытащила синий халат и надела его на себя, завязав пояс. Я закрыла шкаф и направилась к двери. Я неуверенно взялась за ручку и тихо вышла из комнаты. Я решительно закрыла дверь и направился вперёд по коридору. Дорога, которую я уже давно успела выучить, была довольно трудной в темное время суток. Я то и дело натыкалась на углы или же забывала, куда нужно повернуть. Наконец, я добралась до заветного места. Библиотека. Медленно передвигаясь между рядами с нескончаемым количеством книг, я заметила слабый свет где-то впереди. Нахмурив брови, я двинулась вперёд и вскоре увидела, что это свет от свечки. То, что я увидела, до глубины души потрясло меня. Мозенрат, при свете свечки, рисовал пером на небольшом белом листе. Демон был настолько увлечен своим занятием, что даже не заметил как я пришла.
– Хех, ну и что же ты здесь делаешь? – усмехнулась я, глядя на своего мужа. Тот удивленно взглянул на меня и вопросительно изогнул бровь.
– Фурия, почему ты не спишь в столь позднее время? – осторожно спросил он, не зная, как действовать в подобной ситуации.
– Я первая спросила! – по-детски надулась я, чем вызвала ухмылку со стороны демона.
– Я пишу отчет на сегодняшний день, – спокойно ответил Мозенрат.
– В такое позднее время? Ты вообще когда-нибудь спишь? – я подошла поближе к столу и посмотрела на бумагу. Затем, я осмотрела весь стол. – Милая змейка. – усмехнулась я, посмотрев на рисунок серебристой змеи, обвившей черную розу. – А почему она серебристая? – Я присмотрелась и заметила, что левый глаз змей был сапфирового цвета, а на правом – изображена фиолетовая пентаграмма, заключенная в круг с острыми шипами. Во взгляде змеи отражалась серьезность и решительность. – Мозенрат, кто это? – прищурившись, я посмотрела прямо в глаза демону.
– Дорогая, ты не ответила на вопрос, – попытался увильнуть от вопроса Мозенрат. Я лишь ухмыльнулась.
– Я не могу заснуть, – спокойно ответила я. Мозенрат тут же подхватила меня на руки, и понес в комнату. – Эй, ты что делаешь? – возмутилась я.
– Фурия, тебе нужен здоровый крепкий сон, чтобы утром быть полной сил, – строго произнёс демон.
– Но я не могу заснуть! – запротестовала я.
– Я помогу тебе, – эта фраза немного смутила как самого демона, так и меня.
Наконец, мы дошли до спальни. Мозенрат поставил меня на пол и, сняв с меня халат, повесил предмет одежды в шкаф. Я тем временем сняла тапочки и залезла на кровать.
– Ну и как же ты собираешься помогать мне заснуть? – неуверенно произнёсла я.
– Я расскажу тебе сказку, – мило улыбнулся Мозенрат и тут же получил подушкой по голове.
– Я уже не маленькая девочка! – возмутилась я.
– Дорогая, ты хоть и хочешь казаться взрослой, и у тебя это очень хорошо получается, но все равно, где-то в глубоко душе ты ещё девочка, – усмехнулся демон. Я фыркнула. Против этого аргумента я ничего не могла сказать.
– В любом случае, от какой-то там сказочки я не засну, – пробурчала я.
– Тогда я расскажу тебе что-нибудь смешное, – произнес Мозенрат и принялся рассказывать что-то из прежней жизни демона. Я первое время пыталась сдерживаться, но вскоре засмеялась. История была слишком смешной, даже для меня. Демон с улыбкой глядел на меня. Я была для него словно яркой звездой в темную ночь.
– Всё, дорогая, ложись. А завтра я расскажу тебе другую историю, – сказал Мозенрат и укрыв меня одеялом, собирался уже уходить, как вдруг, я схватила его за рукав.
– Побудь со мной, пока я не засну, – сказала я. Собственное поведение уж слишком напоминало мне маленькую девочку. Однако, перед соблазном не устоишь.
– Как пожелаешь, Фурия. – Мозенрат слегка помедлил, но вдруг поцеловал меня в лоб. Я удивленно посмотрела на него синими глазами. Демон лишь погладил меня по голове, как бы успокаивая. Я сонно закрыла глаза и уснула. Впервые, с улыбкой на губах.

Глава 12: Рождество Клэр Найтлерис
http://i70.fastpic.ru/thumb/2015/0911/90/2d588a10cbb0f660cb6a823f4eaf7690.jpeg
Поместье Фантомфайт, 25 декабря
Небо заволокли снеговые облака. Природа, начиная тропинкой и кончая веточкой засохшего миндального дерева, да и весь сад были укутаны белым одеялом. Комната Клэр была в фиолетовых тонах, они подчеркивали загадочность своей обитательницы. В комнате, как и во всем поместье, мебель, картины, шторы все подобрано идеально все стоит на своих местах. На предметах интерьера нет ни одной пылинки, наверно всю эту заслугу можно повесить на дворецкого. Огромная кровать экономки, заправленная покрывалом цвета аметиста. Изголовье кровати было так же мягким, из благородной ткани соответствующей по оттенку покрывалу. Подушки из серебристого шелка были раскиданы по кровати, и серебристые ножки завершали весь этот ансамбль.
– Клэр, – в комнату вошёл Джеймс, но тут же остановился. – Ммм, – протянул он и его губы расплылись в улыбке. – Ты ещё спишь, – дворецкий тихо, совершенно беззвучно подошёл к кровати экономки, склоняясь перед ней и поглаживая каштановые пряди волос. От этого девушка вздрогнула, съёжилась и что-то забормотала во сне. – Ну как маленькая девочка, – засмеялся он, продолжая поглаживать девушку по голове, перебирая своими длинными, тонкими, цепкими пальцами пряди волос.
Клэр продолжала крепко спать, не обращая внимания на присутствие дворецкого. Джеймс взял одеяло, которое экономка откинула в сторону, бережно укутывая им девушку. Ещё раз улыбнувшись, демон разогнулся, отходя от кровати и подходя к окну с шумом раскрывая шторы. Утренний свет проник в комнату, заставив Клэр открыть глаза. Ей не хотелось вставать, так что она прикрыла лицо одеялом, поглядывая из щелочки за действиями дворецкого. Джеймс тем временем наливал чай. Клэр с улыбкой следила за каждым его движением.
– Клэр, – равнодушно произнёс демон, – я же знаю, что ты не спишь.
– Мог бы сделать вид, что не заметил, – пробурчала Клэр, высовывая голову из-под одеяла и садясь на кровать.
– Твой чай готов, – помешав сахар в чае, дворецкий поставил его на поднос.
– Что сегодня будем делать? – поинтересовался Клэр.
– Клэр, сегодня Рождество, – ответил дворецкий.
– Ура! – обрадовалась экономка.
– Тише, тише, – демон издал лёгкий смешок, – не стоит так радоваться. Ты ещё не знаешь главного.
Через двадцать минут Клэр и Джеймс вышли из комнаты. В холе стояла высоченная ёлка. Её верхушка упиралась в потолок. Широко распахнув глаза от удивления, Клэр замерла на месте.
– Подойди ближе. Посмотри, — дворецкий взял экономку за руку, подводя её к ёлке. Клэр смотрела на хрустальные шары, стеклянные игрушки, пряники, конфеты, которые весели на ёлке. Прихожая наполнилась сладким запахом смолы. Тем самым запахом, который навевает дух Рождества, заставляет вновь вернуться в сказку.
– Подарки, – вспомнила Клэр, в надежде смотря на Джеймса.
– Всё вечером, дорогая. Всё вечером, – он посмотрел на Майкла, Джейка, Натали, Сандру, Мелани и Снэйка, которые продолжали украшать ёлку.

Крохотные снежинки падали с неба, кружились и плавно ложились на землю. Экономка бегала, ловя эти снежинки языком, пытаясь попробовать их все на вкус. Дворецкий, шедший за ней следом, улыбался, наблюдая за действиями Клэр. Снег мягко падал на плечи дворецкого и экономки. Когда девушке надоело «есть снежинки» , то она начала весело болтать о чем-то. Джеймс слушал в пол-уха, любуясь ясным небом и сверкающим на солнце снегом. Улучив момент, экономка быстро наклонилась, набрала горсть снега и слепила из него комок. Затем бросила получившийся снаряд в дворецкого. Почувствовав удар в плечо, тот обернулся и, увидев хитрую и немного вызывающую улыбочку Клэр, даже слегка опешил от такой наглости. И тут же получил очередной удар, на сей раз по лицу. Белая холодная масса залепила очки.
– Клэр Найтлерис!
– Да, дорогой? – нарочито робко поинтересовалась провинившейся девушка.
– Прекрати!
– И не подумаю! – снежок Клэр едва не выбил очки из рук Джеймса.
– Ну все, Клэр, – демон скатывал снежный шарик. Заряд попал в макушку экономки.
– Моя прическа! – завопила Клэр.
Джеймсу казалось, что он в жизни так не смеялся. Они с Клэр носились по дорожке, петляли между деревьями и бросались снежками друг в друга: черное и фиолетовое пятно на белом фоне под улыбающимся солнцем. Наконец дворецкий окончательно выбился из сил и сел на снег. Рядом с ним плюхнулась довольная экономка:
– Не жалеешь, что пошел гулять?
Джеймс посмотрел в блестящие глаза девушки.
– Нет, ни капли.
Некоторое время они сидели молча и тяжело дышали, не чувствуя окружающего холода. Передохнув, Клэр решила не позволять любимому расслабляться. Она тихонечко стала засыпать дворецкого снегом.
– Что ты делаешь?
– Делаю из тебя снеговика, – лукаво улыбнулась Клэр, не переставая работать.
– Не надо! – почти взмолился Джеймс, но настырная экономка упорно продолжала зарывать дворецкого в снег.
Джеймс начал отбиваться. В какой-то момент Клэр слишком сильно пихнула его, и демон повалился на снег. Падая, он успел сцапать обидчицу за плечи, в результате чего они оказались лицом к лицу, причем Клэр лежала на Джеймсе. Взгляд экономки стал беззащитным. Демон смотрел в темно-фиолетовые глаза и понимал, что от этой девушки ему не уйти. Клэр с удивлением отметила про себя странный взгляд дворецкого: он проникал вглубь души с необычной нежностью и вниманием. Они ощущали дыхание и тепло друг друга и, кажется, могли пролежать так вечность… Резкий порыв ледяного ветра вывел их из этого оцепенения. Клэр нехотя поднялась. Разумеется, она не уступила бы при иных обстоятельствах, но она так продрогла и устала, что сопротивляться не было сил.
– Может, пойдем домой? – спросила Клэр.
– Ладно, – с улыбкой сказал Джеймс.
Экономка никогда не видела дворецкого таким ласковым и заботливым. Девушке казалось, что она попала в один из своих снов: тишина, бесчисленное количество звезд и любимый Джеймс. Дворецкий посмотрел на блаженное лицо экономки. Та заметила его взгляд и нежно улыбнулась в ответ. Клэр уныло поплёлась по снегу. Джеймс, догнав её, быстро подхватил на руки. Девушка собиралась сказать ему, чтобы он опустил её на землю, но не стала. Во-первых, он делает это для её же блага, во-вторых, у экономки просто не оставалось на это сил и, в-третьих, в его объятиях её было так тепло и хорошо. На девушку волнами накатывало спокойствие и умиротворённость. На руках у демона она чувствовала себя защищённой. Поддавшись этим ощущениям и доверившись дворецкому, Клэр заснула, положив голову ему на плечо и слегка приобняв за шею.

Зимой всегда темнеет рано. Звёзды рассыпались как бисер, а большая, полная луна осветила снег, и тот заблистал как словно миллиарды крохотных бриллиантов. Клэр сидела на кровати в своей комнате, закутанная в одеяло и мелкими глотками пила горячий шоколад. Проветренная комната, была наполнена свежим чистым воздухом. Языки алого пламени выплясывали веселый танец в камине, даря тепло. Клэр выпила напиток, легла на кровать и укрылась одеялом. Когда Джеймс открыл дверь в комнату экономки, то разочарованно вздохнул. Клэр все же не дождалась его. Она заснула, свернувшись под одеялом клубочком. Минуту дворецкий смотрел на жену с немым укором, надеясь, что она все же проснется, но девушка лишь продолжала мирно спать.
«Ну, уж нет!» – наконец мысленно решил Джеймс, – «Сегодня я заслужил награду за свои труды!»
– Мы – демоны крайне эгоистичные существа… – спустя пару минут пояснял дворецкий хихикающей и визжащей экономке, разбуженной беспощадной щекоткой, – А потому, дорогая, я не дам тебе выспаться этой ночью!
– Джеймс! Перестань! Пожалуйста! – Сквозь смех взмолилась Клэр.
Дворецкий прекратил «пытки». Демон снял с себя пиджак, жилет, галстук и туфли.
– Но не переживай, ты прекрасно сможешь наверстать недосып днем.
Клэр попыталась возмутиться подобной шутке, но демон тут же нейтрализовал её недовольство поцелуем, увлекая жену в страстные ласки и объятья.
– А что за книжка? – спросила экономка, заметив на тумбочке книгу.
– «Ниро Вульф», – ответил дворецкий.
Джеймс вкратце рассказал содержание книжки.
– Здорово, – выдохнула Клэр. – А дальше?
– А дальше я еще не дочитал. Ты мне не дала, – в голосе Джеймса не было холода.
– Прочитай, – попросила Клэр. Экономка сделала умоляющее личико.
– Хорошо, – внутри дворецкого все ликовало и трепетало нежностью.
Джеймс взял книгу и начал читать. Клэр положила голову демону на грудь и внимательно слушала любимого, наслаждаясь звуком его голоса. А читал дворецкий действительно хорошо: выразительно и четко. Джеймс не сразу заметил, что Клэр подозрительно затихла. Когда же дворецкий посмотрел на любимую, то обнаружил, что та спит. Она выглядела необычно спокойной и счастливой. Немного помедлив, он осторожно склонился над экономкой и едва заметно коснулся губами её щеки. Нежно обняв её за талию и притянув к себе, демон уснул. За окном свирепствовала вьюга, но она не могла погасить огонек любви, горевший в безмолвном поместье Фантомфайт.

Отредактировано Agent_207 (2015-09-11 18:35:22)

0

6

Глава 13: Цирк Тигровая Лилия
http://i69.fastpic.ru/thumb/2015/0911/1b/58ae268b2a7e13b83508c79b28d40c1b.jpeg
Лондон, 4 февраля, 1996 год
Днем мы отправились в Лондона на черном Bentley Continental GT. Мозенрат был за рулем, а я сидела на заднем сиденье машины. Я развернула белый конверт. В нем оказалось два билета в цирк "Тигровая Лилия" и письмо Клэр Найтлерис:
«Моя дорогая сестра, я нашла для тебя новое дело. Прими от меня в подарок эти билеты в цирк. Наверное, тебе известно, что на днях Лондон посетит передвижной цирк. Эта цирковая труппа побывала во многих местах, но в каждом посещенном ими городе случались странные инциденты, при которых бесследно пропадали дети. Правительство бросило все силы на поиски пропавших ребят, но это не принесло никакого результата – местонахождение детей поныне неизвестно. Все они внезапно исчезли около полуночи, как будто они были внезапно похищены разноцветным волынщиком Хамелином. Наверняка, они очень страдают, оказавшись отделенными от своих заботливых семей и уютного дома. Фурия, прошу тебя, помоги им благополучно вернуться обратно.
Клэр Найтлерис»

Через пару минут машина остановилась. Мы с Мозенратом вышли на мощеную дорогу и остановились напротив мрачной, многоговорящей вывески «Alice Kaberle». В конторе царила полутьма. Единственным источником света были окна, сквозь которые пробирались косые лучики солнца. Ничего не изменилось с тех пор, когда я была здесь в последний раз. На полу и возле стен лежали и стояли гробы, простые, деревянные. Еще были гробы, которые отличались красивой резьбой и металлическими вставками. В конце комнаты стоял деревянный стол и шкаф с какими-то ёмкостями. Помимо каких-то мазей, медицинских препаратов и грязных мензурок были и воистину удивительные вещи, например серый подсвечник в виде черепа саблезубой кошки. За прилавком стоял стул, сделанный из костей. На полу стояли две черные свечи на расстоянии метра друг от друга, а возле прилавка было пять серых мини-надгробий. А вот хозяйка похоронного бюро отсутствовала.
– Где ты, Элис? – позвала я.
– Хи-хи-хи… – в похоронном бюро раздался ехидный смех. – Добро пожаловать.
Я вздрогнула, увидев катящийся человеческий череп по полу. На полной скорости он выбил все пять мини-надгробии с характерным звуком. Мы обернулись и увидели улыбающуюся жницу. 
– Решили себе гробик прикупить? – спросила Элис, улыбаясь.
– Что ты...?! – с нотками раздражения, недовольно прошипела я.
– Присаживайтесь. Я как раз печенье испекла, – весело произнесла Элис, подбрасывая правой рукой человеческий череп. Через пару минут, мы перешли к делу.
Я сидела на черном гробу, а демон держал в руках папку с документами.
– Детские трупы... хм. Официально всех пропавших детей считаю живыми. Поскольку их тела не были найдены, – сказала Элис, а затем откусила печенье в виде косточки. – В моей работе детские трупы – повседневное явление.
– Вот. Взгляните, – Мозенрат протянул папку с документами жнице. – Кто-нибудь из этих детей в ближайшее время был в числе ваших посетителей?
– Хм... я и сама хотела бы знать, были ли эти дети у меня в гостях, – задумчиво произнесла жница, рассматривая досье детей. – Если бы я заметила что-нибудь интересное, то запомнила бы, наверное. И рассказала бы... если бы только леди подарила мне кое-что. Ну же, леди! Подарите мне самый прекрасный смех, и я расскажу вам все, что вы хотите узнать.
– Мозенрат, сделай это, – приказала я.
– Как пожелаешь, Фурия, – отозвался Лорд Фантомфайт.
– Хм... опять вы зовете своего мужа. Леди, вы не можете без него и шагу ступить? – спросила жница, легла на прилавок и тут же засмеялась. – Словно маленькая девочка, не умеющая нечего делать самостоятельно.
– Я сделаю это!
– Неужели? – усмехнулся демон.
– Выйди! И не смей подглядывать – это приказ! – строго предупредила я.
– Да, любовь моя.
Мозенрат вышел на улицу. Повисла тишина. Тут раздался дикий смех, отчего вывеска пошатнулась, а потом вообще упала и раскололась надвое! Демон открыл дверь и заглянул в лавку. Положив левую руку на голову, я с раздраженным видом смотрела на Элис Каберле, которая лежала на гробу и тихо хихикала:
– Хи-хи-хи. Ох, Леди Фантомфайт жжот! Хи-хи-хи.
– Как тебе это удалось? – спросил Мозенрат.
– Не спрашивай... – мрачно ответила я.
– Да, ради своей сестры ты на многое способна... словно змея, – усмехнулся демон.
– Замолчи! Сейчас же! – чуть ли не на змеином языке, раздраженно приказала я.
– А теперь, ваша награда, леди, – с довольным видом произнесла Элис.
– Говори уже давай все, что знаешь, – строго сказала я, теряя терпение.
– Никто, – с улыбкой ответила жница, сидящая на стуле, которая сцепила пальцы в замок. Мы непонимающе посмотрели на хозяйку бюро, а жница тем временем продолжила: – Никто из этих детей не был моим клиентом. Я даже никаких слухов по этому поводу не слышала.
– Иначе говоря, ты вообще ничего не знаешь? – нахмурившись, уточнила я.
– Не совсем так... Я знаю то, что "ничего не знаю", – весело возразила Элис.
– Издеваешься? – с нотками раздражения, мрачно прошипела я.
– Вовсе нет. Вообще-то, это была подсказка, – не переставая улыбаться, сказала Элис.
– А она права... – согласился Мозенрат. – Её незнание означает то, что дети до сих пор живы. А то, что их трупы не шали даже официальные власти, только подтверждает это.
– Значит, нам нужно проверить сам цирк, – заключила я.
– Все верно, – подтвердил демон.
– Идем! – сказала я, развернувшись к выходу.
– Леди. Берегите свою душу. Хи-хи-хи, – таинственно произнесла Элис.
– Я знаю, – холодно ответила я, не поняв скрытого намека жницы.
– Поверьте, она вам ещё очень пригодится. Хи-хи-хи.

Инкуб
Эдакое похотливое создание, которое тоже любит заключать контракты. Обычно, они сумасшедшие (и редко среди них встречаются адекватные). Не подчиняются правилам, презирают всех и живут как хотят. В человеческом облике у инкуба всегда тускло оранжевые глаза, которые время от времени приобретают ярко-янтарный цвет, когда инкуб злится или испытывает сильные эмоции. К счастью инкуба можно убить серебряным ножом, или особенным оружием.

Через полчаса мы прибыли в цирк. Нашему взору предстал очень приятный вид, много шатров всяких ларьков и довольных детей. Зрителей не отталкивали ни яркие краски, ни причудливость людей. Лишь восхищение и смех. Люди всегда поражалась актёрам в цирке. Они такие храбрые и смелые! Вспышки радости так и плещут! На шее Мозенрата вместо галстука была черная ленточка, скреплённая брошью-черепком. Правый глаз демона пересекала нарисованная черная полоска, сверху и снизу она заостренная. Я была в обличие фей, а под моим левым глазом была нарисована небольшая черная полоска с острыми шипами. Я посмотрела на Мозенрата. Он как всегда улыбается. Я всё чаще начала замечать, что когда он так улыбается, то жди беды и ещё чего хуже. Я внимательно просканировала всех циркачей с помощью зрения чистокровности.

Джокер – истинный циркач. Не заметить его совершенно невозможно. Одна рыжая шевелюра, частично многочисленными заколками убранная назад, частично – заплетенная в несколько коротких косичек, достаточно явно привлекает к нему внимание. Прядки разной длины - та часть, что захвачена заколками, доходит лишь до подбородка, остальные, осветленные до розовато-желтого цвета, опускаются ниже лопаток. Челка короткая, рваная, опадает на левый глаз. Глаза потрясающего фиалкового цвета, густо подведены. В каждом ухе по несколько простеньких сережек-колец, три в правом и четыре в левом. Кожа несколько желтовата. На лице нарисована как часть грима слеза. Черты тонкие, острые, лицо выразительное и живое, с него никогда не сходит жизнерадостная и добродушная улыбка. Обнажающая слишком сильно выдающиеся клыки. У юноши вполне неплохая фигура. Джокер – стройный, изящный молодой человек. Осанка вполне достойна аристократа. Самой яркой его чертой, бесспорно, является правая рука. Хоть и не самой приятной. Конечность была когда-то потеряна. Ныне её заменяет протез, со стороны напоминающий просто кость. Так что создается полное ощущение, что с одной его руки просто сняли кожу и мышцы. Хотя действует она совсем как настоящая. Одевается Джокер так же по-цирковому. На простую белую рубашку, которая даже не заправлена в брюки, натянут несколько великоватый ему жилет болезненно-серьезной шахматной расцветки. Совершенно не сочетаемый с шутовским пышным бантом канареечного цвета на шее. Просторные брюки украшают две тонкие ленты рюш. Сверху накинут никогда не застегиваемый черный с клетчатыми вставками пиджак с каймой и красной подкладкой. На ногах сапожки с закругленными носами, на невысоком каблуке. Обычно ходит с тростью. Джокер всегда кажется легкомысленным и жизнерадостным. Такое впечатление, будто в жизни этого юноши нет, не было и не будет никаких печалей. Не отличается особой скромностью, по-детски непосредственен. Он всегда разруливает все сложные ситуации. Молодой человек является бесспорным лидером группы, даже его роль – импресарио, управляющий представлением, это явно демонстрирует. Впрочем, это не значит, что он разбрасывает команды направо и налево и пытается заставить всех плясать под свою дудку. Джокер держит дистанцию "начальник – подчиненный" почти незаметно, явно оставаясь лидером, но при этом, не переставая являться другом. Впрочем, даже в его чертах угадывается за улыбкой что-то печальное и ранимое. Юноша беззаветно любит свою семью – цирк. Это люди, с которыми он рос и жил, сколько себя помнит. Порой Джокер умеет быть и холодным, и серьезным, и жестоким. Но эту часть своей натуры он предпочитает не показывать, оставаясь для всех клоуном с грустными глазами и жизнерадостной улыбкой.

Даггер – юноша невысокого роста, атлетическим телосложением не обладает, но при этом все пропорции стандартны. Очень подвижен и ловок – не только природное дарование, но и рабочая потребность. Овал лица узенький, даже немного женственный. Большие и бездонные, цвета топлёного шоколада глаза, они никогда не соврут. Губы чаще всего растянуты в дружелюбной и, самое главное, честной улыбке. У Кинжала светлые волосы, подстриженные без учёта равной длины. Лишь только часть чёлки чёрная как смоль. Причёски особой не наблюдается, но пряди по обыкновению хаотично «выглядывают» из-под головного убора. Неотъемлемая часть артиста – яркий, запоминающийся образ. На лице обычно присутствует два ярких круглых пятнышка (красного или чёрного цветов) под глазами, в контраст бледному оттенку кожи. На голове завсегдатая черная шляпа с поднятыми к верху полями. Далее идёт в забавное сочетание рубашка в вертикальную чёрную полоску, обыкновенный пиджак с большим вырезом, пышные панталоны и странноватые чёрно-белые ботфорты. Даггер – яркий, энергичный юноша, у которого почти всё время на лице витает улыбочка. Наверное, именно он из всего цирка, почти никогда не бывает серьёзным. Для всех уже стало привычным слышать с его стороны шуточки, и весёлые не наполненные смыслом фразы, в совершенно не подходящих для этого ситуациях. Конечно же, ему присуща серьёзность. Холодная голова и здравый ум зачастую верно решают поставленную задачу, выпутывают из нитей проблем. Стратегом его не назовёшь, но в серьёзных делах он может оказаться более чем полезным.

Бьюти – девушка красивая и привлекательная. Она довольно высокого роста. Изящная и стройная. У девушки вполне неплохая фигура, которая просто поражает белизной и мягкостью кожи. Осанка вполне достойна аристократки. У Бьюти короткие прямые белокурые волосы, длиной где-то до плеча. Большие выразительные глаза цвета крови, густо подведенные и обрамленные черными ресницами. Чуть заостренный носик, слегка вздернутый к верху. Левую ногу девушке заменяет великолепный протез, со стороны напоминающий вполне настоящую ногу, на которой она носит чулочек, и которая практически неотличима от родной конечности. Одевается Бьюти как подобает дрессировщице: черный обтягивающий "топ-корсет" на бретельках, черная кожаная юбка и чулки в сеточку. Так же девушка предпочитает туфли на высоком каблуке.

Криси – шестнадцатилетняя девушка акробатка. Мягкая и плавная походка вкупе с легкой полуулыбкой заставляет усомниться в человеческом происхождении девушки. Она без труда меняет маски, становясь наивным ребенком и юной леди, прожившей не один десяток лет. Кристально-чистые серые глаза в обрамлении длинных пушистых ресниц поддернуты легкой паволокой манят и притягивают к себе, словно на глубине этих озер сокрыто небывалое сокровище. У неё тонкие запястья, длинные музыкальные пальцы, лебединая шея и маленький аккуратный носик. Волосы прямые, чуть ниже лопаток, от природы русые (с рыжим оттенком). Светлые брови прикрывает челка. Постоянная прическа – это два хвостика, завязанные черными ленточками.

Генри – юноша акробат. На вид ему можно дать 17 – 19 лет. Высокий рост способствует этому. У него прямые пшеничного цвета волосы, спускающиеся ниже плеч. Карие глаза с грустью смотрят на окружающий мир, скрывая за собой истинные чувства. Прямой нос и тонкие губы придают её лицу определённую нежность.

Ксара – семнадцатилетняя девушка-гипнотизер. Серебряные волосы, собранные в хвост и зеленые глаза делают лицо достаточно милым. Странная, необщительная, отстраненная девушка, чурающийся людского общества.

Я посмотрела на мишень. Она, конечно, стояла далеко, но всё же не достаточно. Я посмотрела на свой инвентарь. Кинжалы идеально заточены, попаду в человека и летальный исход. Я кинула. И кинжал уже на середине начал падать вниз.
– Ага, конечно – насмешливо произнёс Даггер.
Но в какое-то мгновение кинжал сам резко кинулся прямо в цель! Я усмехнулась и начала кидать остальные. Кинжалы выстроились по мишени так, что выписывался какой-то знак.
– Вот так сойдёт? – спросила я, стоя у мишени с пробитой серединой.
– Звезда! – воскликнул Джокер. – Ты сделала звезду специально?
– Ну да – абсолютно свободно ответила я.
А затем меня заставила идти по канату. Я мелкими шажками шла по какой-то ниточке, вместо каната. Ноги предательски загнулись и я соскользнула. Я уцепилась за канат руками. Я изо всех сил потянулась вверх. Каким-то чудом я опять встала, но потом направилась к спасительной лестнице.
Через десять минут, мы вышли на улицу. Лидер цирка "Тигровая Лилия" заговорил:
– Сегодня у нас появилось два новых друга! И вас будут звать… – Джокер подумал и указал на Мозенрата – Блек!
– О, я Блек. Очень приятно.
Потом показали на меня:
– И…Смайли!
Мне было не просто некомфортно, я уже хотела убить Джокера за такое имя. Блек тихо засмеялся, ведь в настоящей жизни, язык не повернётся назвать меня "Улыбочкой"!

Тренировочный шатер
– Так. Здесь у нас шатер для тренировок. Новички оттачивают свои навыки здесь.
Тренируются от заката до рассвета, – опять улыбнулся Джокер. – Вот и вы начинайте. Разомнитесь для начала, а потом…
– Джокер! Теперь твоя очередь! – позвала Бьюти.
– Ага, уже иду!
Я села, а Мозенрат начал разминать мои плечи.
– Твое тело нужно хорошенько размять, – сказал демон.
– Остается один способ попасть в основной состав труппы. Если мы сделаем это, то змеи перестанут быть проблемой. Можно будет простой зайти увидеть, там ли дети.
– Их там нет. Я не обнаружил следа их присутствия сегодня, – объяснил демон.
– Да, но это не значит, что их здесь нет. Мы просто плохо искали.
– Ты права. Они, возможно, находятся в недоступном для меня месте.
– Я думала, для тебя нет ничего невозможного… тоже мне демон: детишек найти не может, – хмуро проворчала я.
– Понял, исправлюсь, – мягко проговорил Мозенрат.
– Эй! Работаем энергичней, ребята! – крикнул Даггер.
– Господин Даггер, как выступление? – Мозенрат решил поменять тему разговора.
– О, я был на высоте! Но теперь уже закончил и занимаюсь с новичками. Это очень важно. Давайте сначала обсудим твою программу! Чем хочешь заняться?
– Я бы предпочла что-нибудь такое, где бы не пришлось ходить по канату. Полегче такое что-нибудь, – поникшим голосом пробубнила я.
– Ага, я с тобой согласен. По канату у тебя не очень выходит. Хорошо, тогда я возьмусь учить тебя метанию кинжалов! А ты что скажешь, Блек? – спросил метатель кинжалов.
– У меня нет предпочтений, – произнес Демон.
– Твои рефлексы очень хороши, не так ли? Можешь попробовать все, что угодно.
– Хорошо.
Мозенрат сначала попробовал жонглировать пустые бутылки, потом – взбежал вверх по шесту, а затем – летал с одной трапеции на другую, выделывая при этом такие пируэты, что даже засмотревшиеся циркачи ахали от восторга. Дальше Лорд Фантомфайт попробовал прыжки сквозь огненные кольца, метание ножей в движущиеся предметы, а под конец, демон хотел попробовать трюк с глотанием меча, но его вовремя оставил Даггер:
– Хватит-хватит!!!
– Ты что забыл о конспирации? Нужно вести себя как новичок, – шепотом сквозь зубы, произнесла я.
– Теперь у нас ещё один новичок – гений!!! Повезло! – обрадовался Даггер. – Вот видишь, он уже видит в тебе конку…
– Что? Ты сказал: «ещё один»? – спросила я.
– Вон он – другой потрясный парень. Наверху под куполом, Он раньше был каким-то чиновником, поэтому страшно серьезный. Эй Сьют, спустись к нам на минутку!
У этого парня были прямоугольные очки в черной оправе, его темные волосы прибраны назад, а в руках он держал что-то на подобие длинной рукояти с а щипцами по бокам. Парень был в белом костюме с черными звездочками и черным галстуком с белыми пятнами.
– Эт… это же… – я узнала в этом парне Мэтью Амброуза.
– А я думаю, что за неприятный запах. А это оказывается – ты.
Рукоятка, которую жнец держал, резко удлинилась и оказалась в пяти сантиметрах от меня. Я посмотрела на его «инструмент» и это оказался настоящий секатор! Он был идеально заточен, и если бы меня хотя бы задело, то рана была бы глубокой.
– Не думал, что мы встретимся вновь. – Используя секатор, жнец спустился вниз и приставил лезвие косы к горлу Мозенрата. –  Зачем ты явился сюда, пособник дьявола?
– Дьявола? – тихо прошептал Даггер.
– Обстоятельства не могли сложиться хуже, – жнец тем временем продолжил говорить, пока я нервно размышляла, что делать дальше. – Сейчас такая нехватка жнецов, а тут вдруг появляется демон и портит все мои планы.
– Клевая шутка, ботаник! У тебя было такое лицо. Никогда бы не догадался, что ты шутишь! Классная шутка. Ха-ха-ха, – рассмеялся Даггер, потрепав жнецу волосы.
– Ну вот, испортил прическу, – проворчал Мэтью. Жнец взял черную расческу и начал приводить себя в порядок.
– Этот парень с самого первого дня развлекает нас, опускает фразы вроде: «список смерти» и «коса жнеца». Ха-ха-ха. Он, наверное, окулист какой-нибудь, – с улыбкой, произнес Даггер.
– Это вовсе не шутки, – холодно ответил Мэтью.
– Я вас представлю. Эти ребята пришли к нам сегодня: большого зовут Блек. А девочку – Смайли, – представил нас метатель кинжалов.
«За девочку ответишь… » – с раздражением подумала я.
Интересно, что здесь делает жнец? Такое нечасто бывает, чтобы они лично вели дело. Зато теперь одно мы знаем точно: с этим цирком явно что-то не так. Если жнеца послали вести расследование, должно быть, произошло что-то из ряда вон входящее. Подозреваю, что через несколько дней здесь будет большая инспекция. 
Даггер взял меня за шиворот и куда-то потащил.
– Я научу тебя всем секретам метания кинжалов!

Через пять минут я освободилась от тренировок и вышла на улицу.
– Эй, вас зовет этот зануда Даггер.
– Знайте, я думал, что демоны одеваются получше. Серьезно, он такой…
– Довольно, – я холодно оборвала жнеца. – Советую быть поосторожнее. Если благодаря тебе нас станут подозревать, мы этого так не оставим. Хорошо, что в прошлый раз все сошло за шутку, но я считаю, что твое неумение слиться с толпой даже хуже этого жуткого галстука.
– Хорошо мы дадим вам спокойно делать свою работу. Но можем ли мы ожидать подобного с вашей стороны? – серьезно спросил Мозенрат.
– Без сомнения. Но только если вы сдержите свое слово, – холодно произнес жнец.
– Отлично. Значит, сегодня было решено, что мы друг другу не мешаем. Я рада, – усмехнулась я.
– Смайли, я могу попросить тебя одеть ошейник на твою собачку? – спросил жнец.
– Я не слушаю советов от странных типов в очках, которые даже скрываться не могут как следует, – с усмешкой ответила я.
– Эти очки, между прочим, – часть униформы! – жестом руки жнец поправил свои очки.
– Ну, конечно… – усмехнулась я. – Пойдем Мозенрат.

Меня так измотали что я тихо сидела на какой-то коробке с опущенной головой.
«У меня от этих тренировок, даже воздух вокруг болит», – устало подумала я.
– Я принёс списки на поселение для новичков! – выскочил к нам Джокер. – Так, сейчас поглядим где ты будешь спать. Смайли – палатка №8. Вот твоя соседка – Скрим.
Джокер показал на миленькую девочку с миловидным личиком. С первого складывается впечатление, что эту девушку создали исключительно для сцены. Прямой, острый нос, извечная улыбка, тускло оранжевые глаза, короткие каштановые волосы, а длинная челка закрывала левый глаз. На ней были синие джинсы, белая кофта и синие кеды.
«Ох… ещё и палаткой придется делиться».
– Блек – палатка №9. Твоим соседом будет Сьют.
У двоих были такие лица, как будто они приведение увидели.
«Это плохо! Нам будет трудно вести расследование, если мы не будем вместе…»
– Самое худшее уже произошло, худшего ждать уже нечего, – проворчал жнец.
– Могу сказать то же самое в ваш адрес, – убийство спокойно сказал демон.
– Приятно познакомиться, Смайли! – дружественно произнесла Скрим.
– Ага, мне тоже, – угрюмо пробормотала я.

Весь следующий день был загружен готовкой к преставлению. Преобразившись в фею, я вошла в тренировочный шатер и занялась метанием ножей, где показала себя с лучшей стороны. Мэтью пропадал на очередной утренней репетиции – хоть его навыки уже ни у кого не оставляли сомнений, но все же как новичок он должен был присутствовать на каждой, монотонно повторяя заученные до дыр упражнения. Хотя, лучшего занятия, находясь под прикрытием, он себе найти не мог, поэтому часами зависал под куполом цирка, лишь бы пореже попадаться на глаза другим артистам. Вчерашний день разнообразил ежедневную рутину появлением в цирковой труппе пары новичков, в которых Мэтью быстро узнал своих старых знакомых: меня и моего мужа. От присутствия последнего в радиусе километра жнеца немного подташнивало, и он даже не догадывался, каким чудом нас занесло в окрестности выполнения его задания, но понимал, что явно неспроста. Поэтому он в очередной раз прошелся вдоль каната, пытаясь отвлечься от дурных мыслей.
– Я нашел тебе прекрасного партнёра для выступления, думаю, вы сработаетесь. Иди в шатёр, там сейчас никто не будет мешать вам репетировать. – Немного поспешно произнёс Джокер и быстренько куда-то смылся.
Демон вошел в шатёр для тренировок. К его удивлению, там были лишь я и Мэтью.
– Это с тобой я должен репетировать? – спросил Мозенрат и пристально взглянул на Мэтью Амброуза, балансировавшего на канате.
От такого заявления жнец чуть было не рухнул с каната. Восстановив утерянное равновесие (но не спокойствие), он презрительно глянул на демона и медленно зашагал в противоположную сторону. Кричать с огромной высоты у него не было особого желания, поэтому он продолжил балансировать на колеблющемся канате. Усмехнувшись, Мозенрат с лёгкостью взобрался на деревянную платформу.
– Что ж, давай приступим к тренировке, – демон ухватился ногами за железную трапецию, висящую над ареной на приличной высоте, и повис на ней вниз головой.
В ответ я лишь хмыкнула и ухватилась обеими руками за протянутые руки Мозенрата. Хватка демона была просто железной, но в то же время придавала некое ощущение уверенности, поэтому я без особого труда выполнила несколько сложных элементов, после которых мы поменялись с Мозенратом местами и демон оказался снизу.
– Держи меня крепче и не отпускай, Фурия, – улыбнулся Мозенрат.
Мы начали раскачиваться, парочка простых незамысловатых движений для демона. Эта тренировка казалась разминкой, не более того. Я потянула Мозенрата вверх, заставляя вновь поменяться местами. Репетиция циркового трюка длилась около часа. В общем и целом, всё прошло по намеченной, и общая тренировка окончилась тогда, когда уже было время давать вечернее представление.

Ухватившись ногами за железные трапеции, демон и жнец (с косой смерти в руках) раскачивались на приличном расстоянии друг от друга. Проблема была в том, что в этом номере они должны держать друг друга за руки, иначе ничего не выйдет. Но порядочный жнец никак не хотел прикасаться к демону. Что за упрямство?
– Мы уже пять минут без дела висим! Берись скорее! – крикнул Лорд Фантомфайт.
– Я сказал нет, – с этими словами жнец атаковал демона своим секатором, от которого тот с легкостью увернулся. – Никогда и ни за что! Если я прикоснусь к тебе, то буду навеки осквернен.
– Ты так тверд в своих намерениях, – Мозенрат усмехнулся. – А что если я сделаю это?! – с этими словами демон крепко схватил секатор, тем самым грубо сорвав жнеца с трапеции, который сейчас держался за другой конец косы смерти. – Ты не будешь против? – насмешливо спросил демон.
– Отпусти косу смерти! – прокричал Мэтью.
– Тогда ты упадешь! – крикнул в ответ Мозенрат.
Рассчитав траекторию прыжка, Лорд Фантомфайт отпустил косу смерти. Перекувырнувшись в воздухе пару раз, демон и жнец приземлились на деревянные платформы. Снизу раздались бурные аплодисменты.

Циркачи и звери носились туда-сюда, из одной палатки в другую, но им каким-то чудесным образом удавалось не сталкиваться друг с другом – это меня немного удивило и в то же время порадовало: никто лишний раз не заденет, что очень важно. Не люблю прикасаться к незнакомым людям. Мой патруль шёл относительно спокойно. Я старалась не выражать никаких эмоций и пыталась слиться с этой яркой толпой, что мне, черному волку, вроде бы удалось сделать. Итак, вернёмся к делу. Ничего странного я ничего не увидела, ни на территории цирка, ни в палатках, в которые я смогла пробраться. Даже как-то подозрительно. Ни одной зацепки, куда можно было бы спрятать детей или их тела. Я решила залезть в шатер Джокера, так как чувствовала, что его там нет. Порывшись в вещах, я нашла фотографию с изображением большого особняка, около него стояли дети, а посередине – мужчина средних лет. Судя по одежде можно предположить что он – аристократ. У мужчины были светло-коричневые волосы и короткая борода. Присмотревшись, я увидела на его руке кольцо с гербом лошади и точно убедилась в своей правоте. Его зовут Барон Келвин. Я бы не сказала, что мы знакомы… просто я видела его пару раз на приеме у отца. В одном из ящиков тумбочки я нашла какое-то письмо. Странно это все…Что? Это же мое имя! Почему мое имя здесь? Неужели меня раскрыли? В письме также было указано мое положение, адрес и полная биография. Я вышла на улицу, слилась с тенями и проникла в палатку к Мозенрату. Мэтью Амброуза рядом не было. Я уже собиралась рассказать демону, все что узнала, но тут у меня начался сильный приступ кашля. Все вокруг поплыло…
– Фурия! – я услышала взволнованный голос Мозенрата.
Схватившись за живот, одновременно задыхаясь от сильных приступов кашля, я упала на четвереньки. Мой костюм феи исчез, и теперь на мне была обычная повседневная одежда. Я увидела лицо демона и почувствовала, как его холодная ладонь легла на мой лоб.
– Да у тебя жар! Нужно поскорее вернуться домой, пока тебе не стало хуже, – с этими словами Мозенрат подхватил меня на руки и покинул палатку.
На улице стоял Мэтью Амброуз в привычном офисном черном костюме. Это говорило о том, что его роль в данном спектакле подошла к концу. В правой руке жнец держал двухсторонний секатор, а в левой – темно-коричневую книгу.
– Наши дела здесь закончены, поэтому – разрешите откланяться, – спокойно произнес демон, нежно похлопав меня правой рукой по спине. 
– Не могу выразить, как меня это радует. Если будете проходить мимо – проходите мимо, – невозмутимо отозвался жнец, посмотрев нам вслед.

Моему состоянию сейчас не позавидуешь. Хорошо, что мы наконец ушли из того цирка, и теперь хоть можно жить нормально. Но я так и рвалась навестить того барона. Клэр и Джеймс были против. И теперь мне ничего не оставалось, кроме как лежать в своей постели и лечиться.
– Вот так-то лучше! – улыбнулась Клэр.
– Вы правы, – Джеймс усмехнулся.
– Я вам уже сотый раз говорю… – насильно затолкнутая в постель, я была недовольна.
– И напрасно это делаешь. Спокойной ночи, – Мозенрат с безукоризненной улыбкой укрыл меня лёгким одеялом. Накрывая мои глаза своей ладонью, он тихо произнес:
– Я не хочу тебя потерять, – мои веки сами собой снова начали тяжелеть. И я уже начала засыпать, в то время как Мозенрат продолжал сидеть на моей кровати и никуда не собирается уходить. Это было так необычно. Ведь я не говорила ему об этом и не просила, но он откуда-то знал, что для меня было очень важно не оставаться одной.

POV Мозенрата
Я снова посмотрел на показания на термометре и печально вздохнул. Опять температура поднялась. Спящая передо мной на кровати девушка закашлялась. Я осторожно, чтобы не разбудить её, поправил её одеяло, спрятав худенькую ручку Фурии под одеяло. Фурия снова закашлялась. Все еще прибывая во сне, девушка перевернулась на другой бок, лицом ко мне. Опять высунула руку из-под одеяла… и положила ее на мою руку. Я замер. Практически не дыша, я начал очень осторожно высвобождать свою руку, но тут произошло нечто более неожиданное. Застыв от удивления, я наблюдал за тем, как девушка потянула мою руку к себе. И положила ее под свою щеку, используя как подушку. Теперь я боялся даже пошевелиться, опасаясь потревожить девушку. Вот так замерев, как каменное изваяние, я с несчастным видом растерянно наблюдал за тем, как Фурия продолжает мирно спать, обняв мою руку. И как бы это ни было парадоксально, но после того, как девушка стала использовать мою руку в качестве подушки, она перестала ворочаться и кашлять, а её сон стал более спокойным. На моем лице невольно появилась теплая улыбка. Фурия во сне казалась такой милой. Стараясь не пошевелить своей рукой, плененной захватчицей, я осторожно прилег рядом с ней, благо свободного места было более чем достаточно. Вот так, лежа кровати возле своей жены, я наблюдал за мирно спящей девушкой, охраняя её сон. Спустя время я ощутил своей ладонью, которую Фурия продолжала использовать в качестве подушки, что щека девушки была уже не такая горячая. Свободной рукой я осторожно коснулся её лба и вздохнул с облегчением. Температура спала.

Фурия проспала пару часов до прихода лекаря.
– Пневмония, значит? – Сандра приложила ладонь ко лбу Фурии.
– Да, врожденная пневмония. Но мне плевать, надо вылечиться как можно быстрее и закончить расследование, – последнее слово было нелегко расслышать из-за кашля.
– Быстро лечатся только с помощью магии, – усмехнулась Сандра. – Лекарь еще раз приложила ладонь ко лбу Леди Фантомфайт, но в этот раз из ладони вышел огненно-рыжий дым, который обволок все её тело. Через несколько секунд все закончилось.
– А теперь вы можете идти, расследуй свое преступление, – с усмешкой сказала Сандра, выходя из комнаты.

И даже яркое сияние софитов не сможет скрыть тьму человеческой души

Глава 14: трагическое прошлое Фурии
http://i71.fastpic.ru/thumb/2015/0911/eb/78778e51acb32cc25144f08154be4eeb.jpeg
Усадьба Барона Келвина, 5 февраля, 20:00
Мэтью Амброуз стоял на крыше и разговаривал с птичкой.
– Даже сейчас, в такое непростое время они никак не хотят увеличивать персонал, – с этими словами жнец прикрепил к лапке голубя записку. – Доставь его в отдел кадров. Не хочу торчать здесь один... Торопись, это срочное сообщение!
Птица взлетела в небо и полетела.

POV Фурии
Через пару минут мы прибыли к величайшей трехэтажной усадьбе барона Келвина. Огромное здание, похожее на монстра, поглотившее в себя свет от свечей и фонарей.
Сегодня я надела белую рубашку, удлиненный синий пиджак с черным лацканом прямоугольной формы, черный плащ, темно-синий бант, синие шорты, темно-синие гольфы и черные туфли на низком каблуке с ремешком.
– Мы уже вас заждались. Леди Фантомфайт, – на пороге особняка стоял Джокер. Лицо выражало неясную тоску и грусть.
– Джокер… – я нахмурилась.
Парень же поклонился, указав рукой в дом:
– Прошу вас, входите.
Только дверь за нами захлопнулась, как импресарио щелкнул пальцами, загорелся свет. Сотни свечей зажглись в один момент. Очень много кукол. Это был огромный зал. Огромное количество разобранных кукол. С потолка, на лентах свисали различные части тела.
– Прошу сюда, – Джокер рукой указал на лестницу наверх. – Про таких говорят: внешность обманчива, – говорил циркач, поднимаясь по лестнице, – вот и ты тоже: на вид обычная девушка, а на самом деле леди древнего рода и серебристая змея. Правда забавно, Смайли? – измученно улыбнулся парень, кажется с нотками разочарования.
– Меня зовут Леди Фурия Фантомфайт. И слуге не пристало так разговаривать со мной, – поверхностно заметила я.
– Я и забыл, – с издевкой пожал плечами Джокер, – вы же у нас аристократы.
Он остановился у одной из дверей:
– Ужин готов.
Открыл двери в зал. Это была огромная комната для трапезы, со столом, кучей еды.
– Прошу, – как дворецкий, Джокер отодвинул стул, приглашая меня сесть.
– Наши гости прибыли, – громко крикнул импресарио, отходя к другим дверям.
Раздался скрип инвалидной коляске. Я и Мозенрат замерли в предвкушении. В зал въехал человек в инвалидной коляске, у которого руки и голова были забинтованы.
– Ну, наконец, леди. Ах… это будто сон! Если это так, то я не хочу просыпаться! Правда, мне немного неловко из-за этих бинтов.
– Вы – барон Келвин? – уточнила я.
– Опустим формальности, Фурия. Я устроил пир в твою честь! Вино урожая 1978 года – года твоего рождения. Надеюсь, тебе оно придется по душе, – серые глаза барона внимательно наблюдали за тем, как его дворецкий налил спиртное и поставит бокал передо мной.
– Здесь нет яда, можешь спокойно пить, – произнес Мозенрат, отпив немного вина.
– Хм. Мог бы и не стараться: мы ведь сюда не есть пришли. Более того… эти дети. Их нет в отчете, что мы получили в полиции. Но они… – мои размышления прервал барон:
– Я понял! Вы тоже находите простое принятие пищи скучным? Эй! Джокер, ты знаешь, чего я хочу.
– Н… но… – хотел возразить парень.
– Делай, что говорят.
– Да, сэр, – вздохнул импресарио, – начнем же шоу, господа. Сегодня я стану вашим проводником в мир веселья.
Он взмахнул тростью, поднимая занавес. Перед нами стояло несколько десятков детей. Все были в цирковых костюмах и масках.
– Открывает наше выступление девочка-канатоходка. Она работает без страховки, так что смотрите внимательно.
Джокер указал рукой наверх, где готовилась пройти по тонкому канату маленькая девочка. Импресарио улыбался, но я знала, что это была вымученная улыбка, под которой скрывалось что-то иное. Замерев, я наблюдала за тем, как девочка ступает на канат, и падает оттуда. Несколько ребятишек волокут ее по полу, оставляя за ее трупом кровавые пятна. Барону же это пришлось по душе, он зааплодировал.
– Теперь укротитель животных! – громко возвестил Джокер, искоса наблюдая за нашей реакцией. У меня был искренний шок. Кровь. Это было ужасно, это было противно…
– Дальше! Один из лучших номеров, метание кинжалов! – крикнул Джокер.
– Да это же настоящее убийство! Довольно! Мозенрат, останови это! – приказала я.
Острый нож метнулся в сторону девочки. Все замерло. У девочки, прикованной к щиту, стоял Мозенрат, перехвативший кинжал двумя пальцами. Демон снял маску с девочки.
– Эта девочка одна из пропавших, Эллори Никсон. Ошибки быть не может. Как ты и сказала, Фурия. Они похищают детей, и заставляют их исполнять цирковые трюки без подготовки. Или это просто новый, недоступный для нас цирк – смотреть, как дети калечат себя.
– Что, вам не понравилось развлечение? – барон завертел головой, – Джокер, быстро убери здесь все.
– Пора положить этому конец… – поднявшись со стула, прошипела я. – Я не хочу сидеть за одним столом с подобным чудовищем. Думаю, мы достаточно узнали. Подло… низко… мерзко… Ты не достоин, называться человеком. И я – серебристая змея, избавлю мир от тебя и твоей грязи!
Все произошло в один момент. Я направила на барона черный пистолет, в ответ у моей шеи оказалась трость Джокера, а у горла импресарио – кинжал демона.
– Ф… Фурия… – тихо начал Кельвин, – Джокер, не смей угрожать Фурии!
– Но…– хотел возразить парень, и его передернуло от холодка клинка Мозенрата.
– Ты слышишь меня?
– Черт, – Джокер отнял трость от моей шеи.
– Барон Келвин, где дети? – спросила я, все еще держа барона на прицеле.
– Ты хочешь узнать, где они? Они в подвале. Ты так хочешь их увидеть? Там и для тебя есть кое-что.
Мы медленно спускались в подвал. Я все так же держала дуло пистолета у виска барона, а Мозенрат все так же шел, прислонив клинок к горлу Джокера.
– Всегда мечтал о такой прогулке вместе с тобой… – начал говорить барон.
– Говорить необязательно, просто отведите меня к детям, – перебила я.
– П… прости. Просто я так рад… я всю жизнь сожалел о том дне. Если бы я только мог быть тогда с тобой, все было бы иначе.
– Иначе…? Быть со мной…? О чем ты? – с подозрением, спросила я.
– Но как бы я не сожалел, время все равно не повернуть вспять… – начал говорить барон. – И тогда я понял… Я не могу вернуться в прошлое, но зато мне под силу воссоздать события теперь, в настоящем. Смотри! – Впереди открылась дверь. Огромный зал, три клетки с детьми, на полу нарисован оранжевый рунический круг с тигровой лилией, прямоугольный алтарь, больше похожий на место жертвоприношение. – Я готовился к этому дню полгода! Давай сделаем это ещё раз! Как и девятого октября!

«Я никак не мог отвести взгляд от семьи Ричардсон. Они напоминали сияние бледной луны посреди мрака: такие же таинственные и такие же непостижимые… И тогда я понял: это – особенные люди, и мне никогда не стать такими, как они. С того дня меня стало интересовать все, что так или иначе было связано с семьей Ричардсон. Я старался понять, чем они так отличаются от остальных пока, наконец… мне не открылось истинное обличие благородных дьяволов. За прекрасными цветами скрываются острые шипы, несущие смерть. Но я был не в силах противиться их адскому обаянию. Мне не хотелось в это верить, но истина была очевидной. Обычный человек не может стоять рядом с богом. Как же я безобразен! Я недостоин даже взгляда одного из них! Та девушка… в конце концов дьявольские путы вонзят свои шипы и в её невинную душу. Сможет ли она остаться собой, когда возвысится над нами, простыми смертными? И станет совсем недоступной для меня… Нет! Я не допущу этого… чего бы мне это ни стоило. Я тоже хочу стать… одним из них. Я начну новую, красивую жизнь. Жизнь рядом с ней» – первое повествование Барона Кельвина.

Ирландия, Поместье Ричардсон, 9 октября
Огонь вздымался высоко вверх, окрашивая ночное небо в ярко-оранжевые и желтые цвета, а языки его нижние облизывали землю вокруг поместья, оставляя везде вокруг пламенные следы. В окнах также отражался огонь. В небо поднимался густой черный дым. Я проснулась от удушливого дыма, пытавшегося завладеть моими легкими. Я закашлялась и попыталась оглядеться. Теневой аспид обвился вокруг моих плеч. Паника и острое колющее чувство свершившейся беды погнало меня прочь из комнаты, уже охваченной обжигающими языками беспощадного рыжего пламени. Я бросилась в коридор, и поняла, что огнем охвачено уже почти все поместье: горело, кажется, все, и конца-края этому ужасу не было. По поместью эхом раздавались быстрые и частые шаги. Сбившееся дыхание и легкая усталость не останавливали меня, бегущей от запаха гари и душащего дыма. Я всегда была сильной.
– Мама! Папа! – мой крик эхом ударил по стенам горящего поместья.
Мои отчаянные крики тонули в густом черном дыме, клубами вырывавшемся из широких окон горящего поместья. Задыхаясь и кашляя, перепуганная я бежала по узким коридорам, готовыми рухнуть в любую минуту. Почему это произошло? Ведь я так ждала этого дня. Он обещал быть волшебным, удивительным и самым-самым счастливым. Горы подарков, веселье, но главное – родители обещали играть со мной весь день. Ну, где же они? Сердце прыгает в груди как безумное, словно стремясь вырваться наружу. Они ведь не могли бросить меня здесь совсем одну, посреди этого хаоса и мрака. Страх сжимает внутренности. Они не могли так поступить. Он был везде. Этот огонь был везде. Из зияющих дыр окон валил едкий дым, то тут то там с грохотом обваливались горящие балки. Пробежав половину пути, я остановилась, поднимая глаза на языки пламени. Легонько прохаживающийся в голове ужас заставил меня продолжить путь. Правое крыло поместья горело, словно факел. Прорываясь сквозь пламя, я не жаждала смерти. Я жаждала лишь одного – убедиться, что родители живы, что они в порядке, что им не нужна помощь. Я так же старалась не смотреть на полусгоревшие вещи: на шторы, картины. Я старалась забыть, что в доме пожар, что огонь захлестывал и уносил с собой все, на что натыкался. Раскаленный воздух обжигал лёгкие, едкий дым слепил глаза, было невыносимо жарко, а сердце болезненно сжималось от нехватки кислорода. Я бежала не от смерти, которая и так поджидала на каждом шагу. Нет. Я бежала к родителям. Яростный огонь вырывается из распахнутых дверей гостиной, обжигая мои руки. Моим ясным золотым глазам открылось пламя, пожирающее мебель и стены. Я продолжала стоять в дверном проеме, по моим щекам стекали слезы, губы слегка приоткрыты, с них пытался сорваться крик. Словно в кошмарном сне я увидела два темных силуэта, нечетко вырисовывавшихся на фоне бушующего пламени. Мамино изумрудное платье и рука отца с фамильным кольцом, почерневшая и обугленная. Ярое пламя, поглощающее тела любимых и дорогих людей, треск обгоревших досок, запах гари – все эти воспоминания никогда не покинут меня, они будут терзать меня, принося боль и отчаяние. Всегда… Окружающий мир разом взорвался в моей голове и разлетелся на миллионы осколков. Прежде чем исчезнуть, я услышала чей-то крик, оказавшийся моим собственным. А потом все пропало – в непроглядной темноте безумия. Все воспоминания о семье Ричардсон растворились в моей душе, так же, как и дым, оставшийся от пожара. Поместье сгорело дотла, а вместе с ним и мои родные. Из живых у меня остались только: Джаспер, Деметра, Руби и Зирра. Для меня перестала существовать семья. Её место в моем сердце заняла одна лишь ненависть. С того самого дня – с моего дня рождения, моя жизнь изменилась. Дни рождения никогда больше не будет радовать меня. Ничего хорошего на мой день рождения так и не произошло. Потеряла особняк, потеряла семью, а на этот раз – потеряла саму себя. И я была пойти на многое, чтобы отомстить. Даже заключила сделку с демоном. Но это будет месть не за родителей. Нет. Это скорее личная месть. Я – Леди Фантомфайт заставлю обидчиков заплатить по счетам. Низвергну их в Ад, через который прошла я сама.

«Но в тот день злоумышленники подожгли поместье Ричардсон. Никого из них не осталось в живых. Внезапно луну закрыли мрачные лучи. И в моем мире стало совсем темно. В потоке бессмысленных дней я и не заметил, как стал живым мертвецом. Пока, наконец, её не нашли. Внезапно на горизонте появилась моя утраченная луна и засияла с новой силой. Но самое главное – теперь я мог коснуться её. Но из-за своего физического состояния я не смог присутствовать на той церемонии», – второе повествование Барона Келвина.

– Тот момент я запомнил на свою жизнь. Тогда навсегда угасла последняя искорка надежды, теплившаяся в моем сердце. Я все спрашивал себя: почему судьба так жестока ко мне? С того дня… этих людей больше никто не видел. Никого из них. Это ведь ты это сделала, леди? Ты убила их всех. Ах! Как же долго я этого ждал! Слияние страждущей душу с такой желанной луной – что может быть лучше! Моя милая Фурия! Позволь мне тоже принять участие! Здесь все так же, как и тогда. Я так старался ничего не упустить! Зал для церемонии… кровь невинных… и самое главное, леди… ты! Я даже хотел… – я выстрелила в барона, даже не целясь.
– Ах, ты… – только и смогла выговорить я.
– Отец! – вскрикнул Джокер, будто ранили вовсе не барона, а его самого, – он кинулся вперед, на ходу достав из ножен длинный клинок. Еще секунда, и демон с улыбкой на лице, срубил импресарио левую руку до локтя.
– Не стоит беспокоить мою жену, – улыбнулся Мозенрат.
– Леди! Как же… как же больно! Прошу тебя… убей меня так, как и их тогда. Я хочу знать, через что ты прошла… – не дав договорить барону, я наступил правой ногой на его затылок.
– Через что я прошла… Хорошо! Тогда, пади ниц, тварь… и моли о помощи демона,
– я выставила на барона пистолет, и только собралась выстрелить, как импресарио крикнул:
– Не убивай его!! Тому, что о сделал нет оправдания. Я знаю, но… он все ещё наш отец! Когда от нас отвернулись все… Он стал нашей опорой в этом безумном мире. И до сир пор ею является для моих маленьких братьев и сестер. Мы не сможем жить без него.
– Так значит… этих детей похитил ты? – спросила я. – Купил себе новое будущее за жизнь других?
– Да, – Джокер опустил голову, – ты права. Наше существование было сущим адом. У нас не было ни денег, ни еды, ни власти. У нас ничего не было. Однако с приходом отца все изменилось. Он подарил нам возможность начать новую жизнь. Конечно, мы согласились. Кто бы поступил иначе на нашем месте… хотя по сути, просто сменили одну разновидность ада на другую. Я знал с самого начала, что это неправильно, но…
– Это не так, – перебила я. – Ты просто пытался защитить свой мир, разве что не достойно уважения? Нет правильных и неправильных поступков; люди, которые берутся об этом судить – всего лишь лжецы и лицемеры. Каждый заботиться только о своих интересах, и никуда от этого не деться. На самом деле, в мире есть всего две категории людей: грабители и их жертвы. Видишь ли… сегодня не произошло ничего ужасного. Вот и все.
– Ха-ха-ха, – рассмеялся Джокер, падая на спину. – Именно! Кстати, у меня такое чувство, что мне уже начинает везти. Мои друзья планируют навестить твое поместье сегодня ночью. Ты никогда не задумывалась, почему нас до сих пор не поймали? Просто об этом некому было рассказывать. Мы мастера своего дела, ничто не может нас остановить, пока мы не выполним приказ отца. Интересно, сколько твоих слуг погибнут бесславной смертью сегодня ночью?
– Погибнут… – прошептала я.
– Ну да, мы не щадим никого…
В ответ демон лишь засмеялся. 
– Что, черт побери, смешного?! – воскликнул Джокер.
Мозенрат ухмыльнулся, а я высокомерным холодным тоном сказала:
– Просто ты сам не знаешь, о чем говоришь. Нужно хорошо постараться, чтобы победить семью Фантомфайт, даже если твои противники – простые слуги. Видишь ли, Мозенрат тщательно отбирал прислугу, которая по совместительству ещё и моя личная армия.

Холодный страх сковал сознанье,
Вглубь проникает словно яд.
И губ горячее дыханье…
Ты пала… нет пути...

Отредактировано Agent_207 (2015-09-11 18:37:09)

0

7

Глава 15: нападение на поместье
http://i66.fastpic.ru/thumb/2015/0911/70/40edba8858468e739ed21490616aa970.jpeg
Поместье Фантомфайт
Люди из цирка "Тигровая Лилия" тихо пробирались, через лес, к древнему поместью, в котором царила кромешная темнота. Циркачи первого состава разделились на две группы. Ксара двигалась в сторону сада. Навстречу ей двинулась чья-то тёмная фигура.
– Кто там? Гости в такое время? Простите, но мне приказано никого не впускать, когда хозяев нет. Они смогут принять вас завтра… – Джейк чуть преклонил голову. Садовник сделал шаг на встречу к девушке. Секунда, удар – и тело оборотня лежало на земле.
– Я не хотела тебя убивать. Прости, – прошептав, девушка развернулась и уже собиралась уйти, но тут кто-то схватил её за плечо.
– Ох… похоже, у меня будут проблемы. Хозяева опять будут злы. Они ведь говорили мне… да и Джеймс и Клэр тоже. Никогда не впускать в поместье чужаков, – с безумным видом повторил садовник, у которого всё лицо было в крови. Оборотень впечатал девушку-гипнотизера в стену, посыпались мелкие камешки. – Кровищи-то сколько… Кошмар. Не люблю этот метод, – с жалостью в глазах пробормотал садовник.
– РЕБЯТА, УХОЖИТЕ!!! ЖИВО!!! – закричала Ксара.
Услышав крик, Генри и Криси поспешили на помощь. Прыгая с ветки на ветку, они быстро добрались до источника шума и увидели, что их подруга уже была мертва, а рядом с ней стоял Джейк.
– Да как ты… – Генри атаковал садовника кнутом, сбив соломенную шляпу с шее оборотня. – Как ты посмел убить Ксару???!!! – разозлился юноша акробат, который тут же спрыгнул на двухметровое дерево.
– Чтоб тебя… – крикнул Джейк, уклоняя от очередного удара кнута. – Вот тебе! – оборотень ударил кулаком дереву, которое тут было повалено на землю. – Это была моя любимая шляпа. К тому же, это хозяева подарили её мне. Они не проводили надо мною болезненных опытов! – оборотень кинул в акробатов двухметровое дерево, от которого акробаты тут же увернулись и спрыгнули на перила возле запасного входа в поместье. – Не убивали одного за другим моих друзей! Не запирали меня четырех стенах лаборатории! – оборотень ударил кулаком по перилам, на которых стояли акробаты пару секунд назад. – Поэтому я решил защищать их до конца!
– Он что, монстр? – спросила Криси.
– А с виду и не скажешь, – пробормотал Генри. – Давай, Криси!
Криси и Генри подготовились разрезать пополам садовника одним кнутов. И тут раздался выстрел. Криси замертво упала, окрасив траву, вокруг себя, кровью.
– Криси! – ужаснулся Генри и сделал тройное сальто назад, увернувшись от выстрелов. – Черт, снайпер! Вон там, на крыше. Сколько же ещё у них слуг?! – используя кнут, юноша акробат, чтобы взобраться на крышу. – Мелким займусь позже… надо сначала убрать снайпера! Ну и где же он? – спросил Генри, когда оказался на крыше. – Что за… какого черта?! – юноша акробат увидел на крыше около пятидесяти винтовок. – С такого расстояния? Одним выстрелом? Невозможно!
– Я всегда следовала наставлениям семьи Фантомфайт. Они говорили, что следить за порядком в поместье – это и есть моя работа. И поэтому я очищу этот дом от мусора! – Натали схватила две винтовки и начала стрелять из них, словно из обычных пистолетов.
Одна из пуль попала в левое плечо юноши акробата. Генри быстро спрятался за стену.
– Черт! Ближе не подойти… Да сколько же их там?! – юноша акробат выглянул из-за укрытия и увидел лишь одного снайпера. – Один?! Всего один?! – «Значит, столько винтовок ему нужно просто, чтобы не тратить время на перезарядку?!». – Проклятье, Ксара была права! – используя кнут, юноша акробат начал перемещаться от одной части крыши к другой. – Ну и местечко… но если я не скажу Даггеру… Святые небеса, это же простая прислуга! Почему же мы не можем с ними справиться?! – «Хм… странно все это… Даже если у него есть столько оружия… как можно из винтовки стрелять так быстро и точно, словно из простого пистолета?! Этого не может быть!», – судорожно размышлял Генри.
– Не выйдет… – жница направила винтовку на циркача. – Мышь мала, она может скрыться от кого угодно, но не от меня, – пуля винтовки попала в голову Генри.

Ужесточенная битва в поместье набирала обороты. Слуги семьи Фантомфайт показывали на деле всё, на что способны. Они безжалостно и жестоко избавляются от непрошеных гостей. Сэм и Шэрон охраняли третий этаж, Эмма и Эйлин были на втором, а Марс, Кейн и Джейк находились в саду. А возле черного входа притаились Снэйк и Мелани. Из поместья доносились крики, стоны, выстрелы, лязг металла и негромкие магические взрывы. Отбросив в стороны пустые пистолеты, Натали коснулась кольца, и то в мгновение ока обратилось в косу. Артефакт работал безупречно, одновременно играл роль и оружия, и щита. Жница уворачивалась от пуль и ударов, проявляя нечеловеческую ловкость. Майкл использовал в бою двухстороннюю глефу с черными лезвиями, парируя все удары противников. Кстати говоря, дампир немного изменил свои имидж. Одежда юноши несколько не изменилась, а вот внешность немного другая. У юноши удивительные красные глаза, темно-каштановые волосы неровными прядями спадающие ему на лоб, а на шее завязан галстук-боло с серой брошкой-черепком. Через пару минут, дампир побежал в подвал, готовить сюрприз незваным гостям.

На крыше стояла семнадцатилетняя девушка по имени Алесса (Адалиск и хранительница рода Фантомфайт). У неё бледное лицо с бирюзовыми глазами, длинные тёмные волосы, спадающие по плечам и опускающиеся ниже поясницы, а рваная челка доходит до глаз, скрывая ее милый лобик. Увидев незваных гостей, девушка превратилась в Адалиска. Каждый палец трехпалой лапы украшен по одной темно-синей полоске. Темно-синяя полоса разделяла две половины окраса, верхняя половина светло-серого цвета, нижняя – черная. Её лицо напоминало узкий треугольник, а над бирюзовыми глазами виднелись длинные синие полоски, которые тянулись от глаз и почти до самого кончика носа. На шее, лапах и на середине хвоста дракон носил серебристые украшения. На длинных темно-синих крыльях присутствовали лезвия топора. Почти на самом конце хвоста располагалось три острых лезвия, а на самом конце – заточенное лезвие топора. На голове, шее и хвосте торчали острые шипы. Дракон изрыгнул пламя на собравшихся циркачей. Раздались крики, вопли и стоны. Те, кого огонь не убил, лежали на траве, корчась от боли от ожогов. Другие пытались убраться подальше, в ужасе глядя на дракона и обходя обгоревшие останки товарищей. Адалиск сделал в воздухе круг, вновь извергая пламя из пасти. Те, кто еще оставался на территории поместья, бросились наутек. Алесса приземлилась на землю и начала убивать циркачей хвостовым лезвием.

Как только трое циркачей в белых костюмах с оранжевыми лилиями и черных масках зашли через черный ход, с потолка посыпались, в буквальном смысле, змеи. Пятнадцать циркачей проникла в танцевальный зал, где была Сандра Даркнесс. Один из циркачей взял огнемет и подпалил лекаря. Сандра даже не отразила эту атаку, будто намеренно стремилась попасть под удар. Она не издала ни звука. Охваченная огнём, она улыбалась, смотря в глаза циркачей. Не прошло и пяти минут, как обгоревшее тело девушки рухнуло на каменный пол. Когда огонь потух, от неё не осталось ничего, кроме горстки пепла. Циркачи сделали каких-то несколько шагов, как послышалось пробирающее до мурашек хихикание. Но никого не было. Смех не умолкал. Он эхом разносилось по залу. Циркачи обернулись и уставились на угольки. Вокруг них стало появляться оранжевое свечение. Останки Сандры, стали шевелиться. Неожиданно, вокруг горки пепла и углей, стала проявляться мрачная аура. Странные чёрные потоки поднимались струями в воздух. Когда всё успокоилось, перед циркачами предстала Сандра. На ней не было ни одного ожога. Лекарь усмехнулась и создала вокруг непрошенный гостей огненный круг, который начал сжигать непрошенный гостей. И ещё стоит отметить, что Сандра видоизменила свое пламя и сделала так, чтобы сгорели циркачи, а не танцевальный зал. Сандра превратилась в черного феникса и эффектно вылетела из пламени. Вскоре от незваных гостей осталась лишь горстка пепла. В холл вошли двадцать циркачей. Почти сразу в тело двух непрошеных гостей вонзилось несколько золотых ножей. Джеймс спрятал свои драгоценные очки в нагрудный карман черного пиджака. Дворецкий вышел из тени, держа в правой руке извилистый меч изумрудного цвета. И выглядел он так, будто три лезвия переплелись каким-то непостижимым образом. Это был древний демонический меч бескрайней тьмы – Лэватейн. Демон убивал циркачей стремительно, резко, изящно и жестоко, разрубая их на части.

Даггер и Бьюти проникли на первый этаж, где их поджидала Клэр. Юноша без раздумий начал нападать на экономку. В глазах девушки вспыхнуло фиолетовое пламя, а зрачки сузились. Клэр мастерски уворачивалась от кинжалов, попутно обстреливая врагов фиолетовыми электрическими молниями. Испугавшись, циркачи выбежали в коридор. Клэр направилась следом за Даггером и Бьюти. Этот коридор ведет только в подвал, который станет их могилой. Стоп. Какая могила может быть у пепла? Клэр усмехнулась, подходя к подвалу. Майкл испытывал свой новый пулемет. Похоже, убил Даггера.
– Потрясающая мощность, но вот прицел немного хромает… – задумчиво произнес Майкл. – Нужно будет сказать господину, что для серии ещё рановато.
– Майкл! Пора заканчивать, а то Фурия и Мозенрат скоро вернуться.
– Да, уже пора, – повар отошел от своего оружия и вылез через окно.
Экономка последовала за ним. Оказавшись наверху, она взяла у дампира спичку и зажгла ее, кинув в кучу пороха, которая была разбросана по всему подвалу. Секунда – прогремел взрыв.

Лгать – это значит изменять истину. Не знать – это значит не замечать истины. Не уметь – это значит не суметь достичь истины. Бежать – это значит уйти от истины.

Глава 16: она отказалась от прошлого
http://i65.fastpic.ru/thumb/2015/0911/62/82cd505a9673cc6f0c12faf27525c062.jpeg
POV Мозенрата
Усадьба Барона Келвина
Когда в цирке появилась странная девушка, Джокер не мог не проникнуться к ней симпатией. Конечно, она была не столь доверчива, как Скрим. Возможно потому, что циркач прекрасно знал: то, что человек нам нравится, отнюдь не значит, что он хороший. Например, себя самого он хорошим человеком назвать никак не мог... но с появлением странной парочки в цирке все пошло наперекосяк. Вся жизнь, весь маленький, но такой привычный и устоявшийся мирок – все полетело в тартары. Джокер так давно искал Фурию Фантомфайт. Искал для того, чтобы порадовать отца, выполнить очередной его приказ. Порой парню казалось, что он поступает совсем неправильно, беспрекословно выполняя чудовищные приказы. Но он одергивал себя. Отец сделал для них слишком много, чтобы позволять себе думать, что он неправ. Его слово – закон. Его желание – приказ. И Джокер продолжал искать юную леди, не подозревая, что знакомство с серебристой змеей станет для него началом конца. Леди Фантомфайт слишком спокойно убивала, слишком хладнокровно угрожала барону, слишком четко отдавала опасные приказы мужу… Казалось, она вообще не умеет любить. Видимо, у неё не было друзей… Джокер внезапно поймал на себе взгляд Фурии. Презрительный, но немного заинтересованный взгляд. Её зовут Фурия Фантомфайт. Она серебристая змея. У неё есть неотразимый муж, личная армия слуг, деньги, власть… нет только тех, кого она любит.
– Пожалуйста, ребята, живите! Прошу… продолжайте жить, даже если меня не станет! – лежа на каменном полу, Джокер бьется в истерике и чувствует, что это не кровь течет сквозь пальцы – это утекает по капельке счастье. Он уже не контролирует себя, слова сами слетают с губ. – Я не знаю… что мы сделали не так… в конце концов… разве у нас был выбор? Но если бы мы родились в другой стране… наши души… наши тела… все было бы по-другому. По-другому… – Слезы льются из глаз, не желая останавливаться. Мужчины не должны плакать? В любом случае, Джокеру уже плевать. Он уже не жилец. Последний из рода благородных дьяволов не оставит ему жизнь. Да и на кой черт ему жизнь, если отец мертв, если все, кого он любил, уже наверняка мертвы?
– Ты так жалок, – врывается в сознание холодный голос Фурии. – Слезами ничего не изменить. Потому, что миру нет никакого дела до твоих слез.
– Смайли…
– Меня зовут Фурия Фантомфайт. Запомни уже, сделай милость, – гордо произнесла Леди Фантомфайт. 
Внезапно в комнате появился док. Это оказался мужчина лет тридцати пяти, с кудрявыми черными волосами и в круглых очках. Он был в инвалидной коляске. Доктор вяло оценил присутствующих.
– Что? Это же… Блек и Смайли… о, понял, – произнес он. Легко поднялся с инвалидного кресла, опираясь на трость. – Так значит, Джокер правду говорил… Хуже неподкупных полицейских, может быть только серебристая змея.
– Док… ваши ноги! Вы ходите! – не понял импресарио.
– Что? – улыбнулся тот, – Ах, ты об этом. Я и, правда, умею ходить. Просто калеке гораздо проще заслужить расположение детей. Барон Келвин!
Он бросился к барону, лежащему на земле:
– Надо ведь было случиться этому, как раз тогда, когда я нашел человека, разделяющего мои взгляды.
– Взгляды? – переспросил я.
– Ну да. Долгое время я искал подходящий материал для протезов. В конце концов, после долгих лет поиска я нашел его! Он легче и прочнее, но мне было очень трудно достать его. Ты понимаешь, Блек? Понимаешь, насколько они красивы? И как можно обычные протезы из коровьих костей сравнить рядом с моими нетленными шедеврами?
– Точно, вы же говорили, что они из особого материала, – продолжил я.
– Да-да, и найти его я мог только здесь, – док наклонился к одной из клеток, в которой сидели полумертвые дети.
– Не может быть… – в шоке прошептала Фурия.
– К тому же, я помогал избавляться от ненужного мусора Барону Кельвину. Безысходное, так сказать производство, – продолжил доктор.
– Нет… мы же верили тебе! Быть такого не может! – крикнул Джокер.
– Ну, зачем же так, – вздохнул Док. – Я использую только отходы. Люди восхищаются моей работой, только пока не узнают правду… Но барон был не таков, – он открыл клетку, и потянул к себе девочку, за шиворот рубашки. – Его интересовала только красота, и ничего больше. Скажи, разве это плохо, идти к своей цели любой ценой? Страдания нескольких несчастных ради великого открытия… – Он уложил девочку на стол и склонился над ней со скальпелем. – Коровьи кости хороши, но человеческие еще лучше… – с этими слова доктор вонзил скальпель в сердце девочки.
От увиденного зрелища, Фурии стало плохо. Перед её глазами была сцена, где её сестру Клэр Найтлерис пытали сумасшедшие люди в бардовых балахонах с изображением оранжевой лилий в руническом круге. Сознание плавало где-то за пределом холодной клетки. Это невозможно вынести. Фурия чувствует боль своей сестры, захлебывается кровью и почти что тонет в ней. Жгучая тоска и отчаяние оборачиваются в раскаленную ненависть. Черная, взволнованная жажда убийства кипит в ней, как ядовитая отрава, разливается по жилам, обжигает, выплескиваясь со слезами злости. Клэр готова на все… чтобы они сейчас же отплатили за все это! Она хочет разорвать их мерзкие тела, раздавить их ненавистные головы собственными руками.
– ААААААААА! ПРЕКРАТИ! ПРЕКРАТИ ЭТО!!! – заорала Фурия, разгоняя тишину. Она кричала со всей возможной силой... внутренне крича еще громче, призывая все скрытые возможности, лишь бы отомстить им, убить, разорвать и уничтожить!
Я подошел к девушке, прижал её к себе и успокаивающим тоном сказал:
– Фурия, тебе нечего бояться. Ты можешь все изменить прямо сейчас. Просто произнеси мое имя… – мои глаза стали красными, а зрачки сузились.
– Мо…М… Мозе… нрат… Моз! – она еле слышно сдавлено шептала, но я все равно её слышал. – МОЗЕНРАТ, ПРИКОНЧИ ИХ ВСЕХ!!! – властно приказала Леди Фантомфайт.
Пентаграмма в круге с острыми шипами засияла фиолетовым светом на её правом глазе. Как только я взял девушку правой рукой, Фурия обвила своими руками мою шею. Затем все произошло очень быстро. Я кинул в сердце доктора серебряный нож, а затем раздавил ногой голову барона.
– Сделано, – сказал я.
– Спали его, – тихо ответила Фурия.
– Спалить? Это место? – переспросил я.
– Да, – прошептала Леди Фантомфайт.
– Но ведь, если я правильно помню, в письме говорилось покарать преступника и спасти детей… первое мы уже…
– ЗАТКНИСЬ! – строго оборвав меня, она обхватила обеими руками мою голову и заглянула в мои глаза. Фурия сейчас выглядела такой решительной. – ДЕЛАЙ, ЧТО Я ГОВОРЮ!!! СОЖГИ ЗДЕСЬ ВСЕ!! ТЫ ЧТО, ЗАБЫЛ, КТО ТЫ ТАКОЙ? ЭТО ПРИКАЗ!!!
Фурия снова обвила своими руками мою шею, а голову опустила на мое плечо. Подойдя к ближайшему золотому подсечку с тремя зажжёнными свечами, я вытянул вперед левую руку, пентаграмма в круге с шипами зажглась фиолетовым светом, мои глаза вспыхнули малиновым пламенем, а зрачки стали вертикальными. Вместо того чтобы погаснуть, огромный мощный огонь пополз по стенам. Я побежал по горящим коридорам, крепко прижимая к себе возлюбленную.
– Да, любовь моя, – улыбнулся я.

– Сын проститутки Карен Тейлор, Настоящее имя неизвестно, – зачитывал Мэтью Амброуз из книги, а вокруг него, словно змеи, извивались пленки воспоминаний. – Причина смерти – потеря крови. Сегодня 5 февраля 1996 года. Больше ничего? Хм, ну ладно… – Жнец поставил печать. – Дело закрыто. Черт, что они там наверху о себе думают?! С этим же невозможно справиться в одиночку! – сказал он, смотря на горящий дом, который еще в придачу был оплетен воспоминаниями. – И кстати, – чуть повернулся жнец. – Если уж пришел работать, так делай свое дело, не...
– Что? – спросил сидящий на воротах жнец. Это оказался высокий, молодой парень, он выглядит лет на двадцать пять. Первое что бросается в глаза – его прическа. Верхняя часть волос огненно-ражая, а нижние, коротко постриженные черные прядки. Глаза его желто-зеленые, с какой-то озорной искоркой. На носу пятиугольные очки в толстой черной оправе. Жнец был одет в обычный черный офисный костюм, белоснежную рубашку с помятым, классическим воротником-стойкой, и черный галстук, завязанный под начало, открытого воротником, горла. На ногах у жнеца были остроносые черно-белые ботинки начищены до блеска. На руках были элегантные черные кожаные перчатки. На поясе брюк – белый ремень, а на правой руке – стильные серебряные часы. – Эффектно я появился, не так ли?
– Да уж, Шон Крайтон, эффектнее некуда...
– Я так спешил, – Шон посмотрел на часы, – Но все равно опоздал! Странно, что-то ты мне совсем не рад... – рыжеволосый жнец спрыгнул на крышу.
– Это не так. Я просто подумал, что мне снова придется эту идиотку воспитывать. Вообще-то хорошо, что её здесь нет...
– Да, она вроде отправилась на какое-то особенное задание. Выглядела довольно уж слишком... Что же это за задание такое? – спросил Шон Крайтон.
– Оно случайно не связано с семьей Фантомфайт?
– Да, точно! Хотел бы я быть на её месте… Эх, ну почему все сложные задания достаются мне?! – возмущался Шон.
– Тем лучше. Как для нее, так и для тебя, – поправил очки Мэтью. – Ну ладно. Личные чувства не должны мешать нашей работе. Жнецы просто обязаны собирать души в соответствии со списком и вести строгий учет. И нечего более. Есть, конечно, тонкости в нашей работе. Например, если душа представляет собой «особую ценность», её исключают из списка. Хотя сейчас такое случается все реже… Итак, чтобы избежать недоразумении, жнец должен довести до конца каждое из дел и поставить на нем печать подтверждения. Спокойно и тихо.
– Ладно, давай работать же; быстрее начнем – быстрее закончим, так? – потянулся Шон. – У меня сегодня вечеринка с девчонками из секретариата намечается, я не хочу опаздывать!!! Да, сразу говорю: сверхурочно я не работаю.
Мэтью Амброуз смотрел на Шона Крайтона с презрением и заговорил:
– Большинство обитателей того дома сгорели заживо, но некоторые умерли ещё до пожара. Лично я думаю, что за этим стоит демон.
– ДА ТЫ ЧТО?
– Он сделал это не для веселья ради, нам нужно быть бдительнее. Если не досчитаются хоть одной души, начнется бумажная волокита с бесконечными объяснениями и извинениями. Нам это ни к чему.
– Ясно..., – ответил рыжеволосый жнец, берясь за свою косу – красную газонокосилку. – Сделаю все возможное. Но разумеется в урочное время, – подмигнул он.
– Шон Крайтон… это коса смерти… – начал Мэтью.
– С ней все в порядке. Я получил официальное разрешение. Все-таки хорошо иметь связи.
– Ну да ладно, поспешим пока солнце не село, – приказал Мэтью.
– Понеслась! Нам ни к чему бумажная волокита...

Я вышел из горящего здания, держа на руках Фурию. На улице стояла напуганная циркачка Скрим в черном плаще. Увидев нас, она тут же к нам подбежала.
– Блек? Смайли? Что вы здесь… да что случилось? Мой брат…
– Мертв, – ответил я.
– Ты что такое говоришь, Блек? Эй, Смайли, как…
– Не смей меня трогать!!! – воскликнула Фурия, грубо оттолкнув руку Скрим.
– Мы выполняем задание Леди Найтлерис, – усмехнулся я, нежно прижимая к себе Фурию. – Нам поручено найти пропавших детей и наказать преступника.
– Так значит, вы действительно из полиции? Вы пришли арестовать нас?
– Не совсем так… мы пришли, чтобы вас уничтожить, – ухмыльнулся я.
– Серебристая змея… Не может быть! Смайли… это… Леди Фантомфайт. Так значит, все, что ты говорила или делала… все было ложью!!?? – Скрим была потрясена и расстроена.
– Именно так. Меня зовут Фурия Фантомфайт. Это я убила их, – холодно произнесла Фурия.
– НЕЕЕТ! – закричала Скрим. Упав на землю, она начала шептать: – Не… не… прошу. Не… тебя… никогда! – она подняла на нас свои глаза в которых горело ярко-янтарное пламя, а зрачки сделались вертикальными. – Я тебя никогда не прощу!!! – Скрим взяла железный кинжал из сумки и бросилась в атаку.
– Мозенрат… – прошептала Фурия. Выхватив их рукава серебряный нож, я кинул его в сердце Скрим.

Элис Каберле сидела на капоте черного катафалка и смотрела на горящую усадьбу.
– Хи-хи… а я ведь им говорила, – жница съела хрустящее печенье в виде косточки. – Призывала их беречь каждую даже саму ничтожную душу… Когда могущество застилает наши глаза, мы становимся слишком беспечными, наивно пологая, что в любой момент легко сеем остановиться и исправить содеянное… – с этими словами Элис Кабеле взглянула на свой прозрачный кристалл, в котором отражалось тускло святящейся изумрудные надписи. – Когда-нибудь ты это поймешь, но будет слишком поздно. А сейчас, как это ни прискорбно, ты не станешь меня слушать. Ведь так, Леди Фантомфайт?

На холме стояли юноша и девушка в одинаковых белых костюмах, а позади них стоял серебристый Aston Martin Virage. Они стояли и наблюдали за горящим зданием.
– Охх… Ну и что нам теперь делать? – спросил Чарльз Грей.
– Было приказано доложить о случившемся, не более того, – ответила Октавия.
– Как жаль… надеюсь, нас не накажут, – пожаловался юноша.
– Это не нам решать… на все воля Лорда Грея, – сказала девушка.

Граф Чарльз Грей — высокий элегантный двадцатилетний сероглазый юноша с аристократическими чертами лица, и длинными белыми волосами, убранными в хвост. Надо признать, Грею очень идет светло-серый фрак, выделяющийся на фоне черной рубашки со стоячим воротником и черных в белую полоску брюк. Граф обожает галстуки, но не оденет один и тот же больше трех раз, да и то – с огромными промежутками. Всегда на руках носит черные перчатки. Любой горячо заверит, что Грей умеет держаться на высоте в любой ситуации. А очарованию юного графа нет предела – стоит юноше только войти и поздороваться, и всеобщее внимание ему обеспечено. Многих притягивает милая добродушная улыбка и азартные искорки в по-детски веселых глазах. А большинство девушек тайно вздыхает по Чарльзу, но еще ни одной не удалось добиться от него ответных чувств – парень считает очередной роман только забавным развлечением и способом скрасить скуку на вечеринках. Но вот если Грею что-то не понравится, он может закатить грандиозный скандал, правда, ему всегда удается добиться желаемого и выйти сухим из воды. Но немногим суждено увидеть скрытую сторону графа – собранный, серьезный и чуточку жестокий. Как только встает вопрос об интересах Лорда Грея, юноша готов на все безумства, авантюры и даже убийства, только бы выполнить поручение отца. На первый взгляд кажется совсем ребенком – постоянное капризно-обиженное выражение лица может запутать не знающего его человека. Но, в один миг детское выражение может смениться жестокой ухмылкой и крайне недружелюбным взглядом. Чарльз может расположить к себе любого человека, но, разумеется, по большей части, его жертвами становятся леди. Одной улыбки юноши хватает, чтобы юные, и не очень, леди, были готовы пасть в его объятия. Несмотря на внешнюю очаровательность и добродушие, Чарльз жесток, циничен и безжалостен. И в то же время, по детски безалаберен. Ветреный и эгоистичный. К любовным отношениям относится, как к развлечениям, а очередная леди – не больше, чем подружка на краткий срок, пока её не сменит более выгодная внешне леди. Чарльз, как сын Лорда Грея, ответственен во всём, что касается его приказов. Слабость его – сладости. Чарльз боится двух вещей – темноты и грязи. Первое он успешно умело скрывает, а вот боязнь грязи видна каждому – любое пятнышко на одежде может привести юношу в истерику, а лужи он обходит за километры. Граф Грей – отличный фехтовальщик. Выполняя поручения отца, ему не раз доводилось сражаться, и каждый бой непременно заканчивался неоговорочным успехом Грея. Виртуозно владеет как рапирой, так и ее более весомой сестрой – шпагой. В бою, впрочем, предпочитает первую, без сомнения полагаясь на нее как в крушении дверей, так и в изящном нарезании врагов мелкими ломтиками. Можно смело сказать, что в ближнем бою он неотразим и весьма искусен. Отдает предпочтение рапире с изящной витой гардой, которую бережет как зеницу ока – подарок отца. А еще нельзя умолчать об огромной любви юноши к сладкому и изысканным коллекционным винам.

Графиня Октавия Грей – высокая семнадцатилетняя красивая девушка. У неё серые глаза, серебристые прямые волосы до лопаток, изящное личико и безупречно молочно-белая кожа. В отличие от своего брата, она спокойная и серьезная. По сравнению с Чарли (так положено его назвать только сестре), она не склонна к борьбе. Октавия чрезвычайно опытна: она способна двигаться на высоких скоростях, великолепно зашивает дыры в одежде, а также умеет играть на флейте.

Поезд, седьмое купе первого класса, 6 февраля, 9:00
Раздался последний гудок, из-под колес паровоза вырвалась струя горячего пара и поезд, наконец, тронулся с места. Подперев левой рукой щеку, Фурия задумчиво смотрела на холмы и луга за окном поезда. Мы смогли избавиться от преступников. Но тем детям было не помочь и теперь они стерты с лица земли вместе с этим особняком. Решение о том, сообщать ли родителям правду или же позволить им надеяться, что детей спасли... принимать правительству. Придется сказать Клэр Найтлерис, что мы не смогли спасти детей вовремя. Если придерживаться лжи, то она может стать правдой. Главное – держать язык за зубами, и все будет нормально.
– Могу я задать тебе один вопрос? – поинтересовался я.
– Что? – переведя взгляд на меня, отозвалась Фурия.
– Зачем мы едем в этот работный дом? – спросил я.
– Ну, заведению такого рода очень нужны деньги, особенно после смерти покровителя. Сейчас самое время мне появиться, Граф Бриттон не в той ситуации, чтобы отказываться от помощи, – спокойно объяснила Леди Фантомфайт.
– Выражаешь сочувствие?
– Нет, просто слежу за порядком… делаю свою работу. Мы ведь не должны ставить личные интересы выше общественных, – холодно ответила Леди Фантомфайт.
– Если так, то почему ты убила тех детей? – спросил я, внимательно посмотрев на Фурию.
– Я немало подобного повидала за свою жизнь. Можешь не сомневаться: для них уже все было кончено.
– Поэтому, ты убила эти несчастных для их же блага? Весьма самонадеянно, Фурия, – на моих губах появилась легкая усмешка.
– А разве бывает по-другому? – усмехнулась Леди Фантомфайт.
– Да, ты права, не бывает, – согласился я.
– Слабые людишки, больше того – дети. Как ты думаешь, сколько сил им потребуется, чтобы снова обрести себя? В свое время я получила подобную возможность, нечаянно призвав демона. Однако у тех детей не было шансов вернуться. Ведь единственный демон, находившийся в поместье барона, всецело принадлежит мне. Я достаточно самонадеянна, но все-таки не настолько, чтобы спасать всех направо и налево…
– Пожалуй, я с тобой соглашусь, – произнес я, а в мыслях добавил: «Ты отказалась от будущего, забыла мечты и впала в отчаяние, но в то же время порвала с прошлым, поборола настоящее. И не утратила благородство. Вот душа, которую я так жажду съесть».

Поезд прибыл точно по расписанию. Через получасы мы добрались до места назначения. Взобравшись на холм, мы увидели полуразрушенное здание: окна выбиты (кое-где заросли плющом), на крыше дыра, стены покрыты трещинами, а половина железной вывески лежала на траве.
– Похоже, нам солгали. Судя по плачевному состоянию этого дома, в нем давно уже никто не живет… А детей отсюда скорее всего… – меня прервал тихий смешок Фурии.
– ХАХАХАХАХАХАХАХАХАХА! – Фурия неожиданно засмеялась, вызвав у меня сильное потрясение. – Здесь ничего нет! Места, которое они так рьяно защищали, больше нет!! Эти идиоты дали себя убить просто так!!! Вот умора!! Ха-ха-ха-ха! Их глупые надежды растаяли в воздухе, словно дым! Бесследно… внезапно… навечно… Это так ужасно… куда уж тебе, демону!!! Точно! Ха-ха-ха-ха-ха-ха! Ха-ха! – наконец, она прекратила смеяться и перешла на более спокойный тон. – Но ведь я такая же, как они…  я тоже… в моей душе идет вечная борьба с темными сущностями. Вот, что такое человек! Я – человек! – высокомерно заявила Фурия. – Ты это слышишь, Мозенрат?
– Да, это так… вы отличаетесь от демонов хотя бы тем, что не следуете своей природе. В отличие от них вы просто лжете. – Фурия ойкнула от неожиданности, когда сильный ветер сдул с её шеи черную ленточку. Я пытался поймать ленточку, но она уже успела высоко подняться в воздух. – В отчаянной погоне за счастьем можете ненароком и растоптать какого-нибудь бедолагу. Оправдывайте себя высокими мотивами, совершая плохой поступок… и после всего этого жаждите обрести рай за холмами. Вот почему мне кажется, что люди очень интересные существа, – на моих губах появилась улыбка, в глазах вспыхнуло малиновое пламя, а зрачки сделались вертикальными.

Поместье Фантомфайт, 14 февраля
Приготовлению к празднику шло полным ходом. В столовой сидели Фурия и Клэр. На завтрак были поданы булочки с корицей и чай Эрл Грей. Я с небывалой для обычного человека скоростью готовил танцевальный зал. Витиеватые подсвечники уже возвышались на всех столах, а дурманящий аромат роз в ярких старинных вазах окутывал помещение. Я замер, внимательно оглядел зал и довольно улыбнулся. Танцевальный зал в готическом стиле, изящные подсвечники в форме роз, а горящие в них оранжевые огни, освещают помещение таинственным светом. Бархатные алые сердечки буквально парят в огромных количествах над моей головой, а высокие вазоны наполнены красными розами. Через полчаса, платья для праздника были готовы. Леди Фантомфайт и Леди Найтлерис вошли в танцевальный зал.
У Фурии было синие платье, на голове – искусственная синяя роза с правой стороны, на руках – белые шелковистые перчатки по локоть, на ногах – черные туфли с изящными каблуками и подошвой белого цвета, а на шеё завязан черный бант.
У Клэр было фиолетовое платье со стразами, на руках – сиреневые шелковистые перчатки по локоть, на ногах – фиолетовые туфли, с правой стороны головы была искусственная фиолетовая астра, а на шее завязана сиреневая ленточка.

Из граммофона полилась приятная, медленная мелодия. Фурия и я закружились в танце. Вскоре к нам присоединились Джеймс и Клэр. Две девушки кружатся в вальсе со своими демонами. Полные изящества движения, точнее, летящие, возвышенные. А мы не замечаем никого вокруг. Музыка закружила две пары на своих чудесных волнах. Игра сонма флейт и скрипок поднимала в воздух, заставляя забыть о реальности. Весь мир, словно подчинившись магической мелодии, качался в такт. Выразительные темно-синие глаза и очаровательная улыбка на губах делали меня дьявольски привлекательным лордом. Мой мир заключен лишь в нежных пальчиках, скрытых от меня шелковистыми белыми перчатками, сжимающих мою ладонь. Внезапно вальс прервался, и заиграла тихая медленная мелодия. Запело далекое лирическое сопрано. Мы стали неторопливо описывать круги по залу. Мелодия плыла, как в густом дыму, то затихая, то оживая вновь. Я держал Фурию, притягивая к себе, а второй рукой мягко поглаживал её пальцы. Сапфировые глаза смотрели с легким удивлением и заинтересованностью. Еще один миг и легкий поцелуй соединил наши губы, позволяя забыть об окружающей их реальности. Музыка продолжала звучать, а всё окружающее растворилось. Связь с миром была безнадёжно потеряна. Мы наслаждались теплом друг друга и нежностью губ. Поцелуй манил в сладкое и пьянящее царство с вишнёвым привкусом. Сердце леди радостно затрепетало, страх исчез, уступив место необыкновенной лёгкости. Она обняла меня, с упоением принимая мои ласки. Никаких лишних звуков, кроме накатывающих волн мелодии, никаких цветов и света, только ласкающая полутьма.

Когда наступила ночь, я взял девушку на руки, раскрыл черные крыльх и взлетел в воздух. Мы летали вместе по небу, любовались звёздами и луной. Фурия окончательно уснула у меня на руках, положив голову мне на плечо. На несколько секунд я с улыбкой залюбовался спящей любимой, а затем полетел в сторону поместья. Оказавшись в нашей спальне, я переодел леди в белую спальную одежду и уложил на кровать. Довольно улыбнувшись, я щелкнул пальцами, облачившись в чёрную шёлковую пижаму, лёг рядом с любимой и укрыл нас обоих одеялом. Сейчас леди выглядела такой невинной, как самая обычная девушка, она спала тихо, дыхание было ровным, а на губах появилась счастливая улыбка. Я аккуратно привлек девушку к моей груди, нежно провел рукой по её щеке и поцеловал в макушку. Наклонившись к уху возлюбленной, я тихо прошептал: «Te amo». Правой рукой я гладил спящую девушку по её черным волосам, а левой – нежно прижимал к себе. Должно быть, я действительно очень странный демон, но кому есть до этого дело? Я сам не заметил, как уснул, прислушиваясь к ровному сердцебиению леди, на моих бледных губах застыла едва заметная улыбка.

Латинский: Te amo (Я люблю тебя)

Ложь способна не только скрыть правду, но и стереть ее полностью.

In the dark
I can feel you in my sleep
In your arms I feel you breathe into me
Forever hold this heart that I will give to you
Forever I will live for you...

Из песни: Skillet - Awake and Alive

Глефа Майкла
http://i68.fastpic.ru/thumb/2015/0911/92/7f89824aaaaa5c4d1c71dc46dd090292.jpeg

Отредактировано Agent_207 (2015-09-11 18:38:54)

0

8

Глава 17: изысканный вечер
http://i69.fastpic.ru/thumb/2015/0911/4d/7c0edf9612f20e9d8a775bc12d9eb24d.jpeg
«Было начало весны 1996 года. Примерно в то время, когда зима ещё не совсем отступила, но в воздухе уже ощутимо пахнет - нет, не весной, только обещанием весны. Тогда я работал глазным врачом в Лондоне, причем не самым опытным, а по совместительству был довольно жалким писателем. Хоть я и говорю "писателем", на самом деле я мог посвятить этому делу лишь то время, когда у меня не было пациентов. Понятно, что такое бывало редко: все-таки Лондон очень большой город. До сих пор моё произведение опубликовано лишь однажды, да и то не с первого раза, а оплата была ничтожной, просто смехотворно мала. Я подумал оставить практику в городе и переехать в шотландскую деревеньку, однако как раз в это время мне передали приглашение. Вот так всё и началось...», – первое повествование Артура Уордсмита.

Поместье Фантомфайт, 28 февраля
Спускаясь по лестнице на первый этаж, Джеймс не переставал улыбаться. Демон чувствовал себя по-настоящему счастливым, когда видел озорные искорки в аметистовых глазах Клэр. Черная тень смерти, давившая ранее на душу девушки, почти рассеялась, позволив ей наслаждаться голубизной неба и солнечным светом. Ощущать те простые, но важные для каждого человека радости жизни, которые девушка так долго осознанно игнорировала. Но улыбка дворецкого мгновенно исчезла с лица, когда из кухни донесся звон бьющегося стекла, крики, выстрелы и грохот падающей мебели. Мысленно проклиная слуг и, уже решая как наказать их за очередной погром, Джеймс поспешил на кухню. Однако то, что он там увидел, способно было удивить даже демона. Рама высокого окна в центре комнаты оказалась выбита, ее обломки и разбитые стекла засыпали кафельный пол. Натали с потрясенным видом зажимала рукой ушибленное запястье. Еще секунда и, шагнувший из облака пыли беловолосый юноша в щегольском светло-сером фраке ударил несчастную горничную ногой в живот. Майкл, к этому моменту уже изрядно помятый, попытался защитить подругу, заслонив ее от удара шпагой.
– Вы хотели поиграть со мной? – ехидно усмехнувшись, произнес смазливый блондин, – Однако, в ближнем бою я всегда побеждаю!
За спиной необузданного юнца появилась серебристоволосая девушка. На её лице отражалось невозмутимое спокойствие. Объединяло молодых людей лишь похожая белая униформа и серые глаза.
– Да кто вы такие, черт возьми?! – прорычал дампир.
И тут дворецкому пришлось применить свою демоническую ловкость, чтобы остановить смертоносный удар шпаги, метивший несчастному повару точно в глаз. Разумеется, при других обстоятельствах демон в одну секунду обезвредил бы обоих незваных гостей, а учитывая нанесенный ущерб, переломал руки зарвавшемуся юнцу. Но по белым униформам, демон сразу определил в незнакомцах секретарей Лорда Грея. Тем ни менее, несмотря на желание как следует проучить наглеца, Джеймс был вынужден проявить максимальную тактичность, дабы не подставить под удар репутацию семьи Фантомфайт. Лишь одно утешало демона в этот момент – Клэр на кухни к счастью не оказалось. Схватив поднос с приготовленными для завтрака пирожными, демон ловко заслонил им дампира, так что острее шпаги скользнуло по начищенному серебру и, пронзив один из эклеров с белой глазурью, миновало намеченную цель. Ошарашенный повар осел на пол, а юный блондин, как ни в чем не бывало, откусил от пирожного, нанизанного на лезвие шпаги. В тот же момент его сестра помогла жнице подняться на ноги.
– Да кто же они такие? – растеряно пробормотал Майкл.
– Не дурно! У вас есть еще? – прожевав пирожное, нагло осведомился юный блондин, но затем усмехнулся, сверкнув белозубой улыбкой, и небрежно произнес: – Ах, да… мы же еще не знакомы. Я – Граф Чарльз Грей.
– А мое имя Октавия Грей, – вслед за братом сдержанно представилась сестра.
– Мы служим Лорду Грею в качестве личных секретарей и поверенных, – вновь подал голос юный наглец и в очередной раз усмехнулся. – А сегодня мы еще и посыльные, доставившие письмо для Леди Фантомфайт.
Грей продемонстрировал конверт с гербовой печатью и хитро подмигнул.
– Проводите нас к Леди Фантомфайт. И прихвати эти пирожные!

Несколько минут спустя секретари уже сидели в изумрудной гостиной. Комната полностью оправдывала свое название. Полностью изумрудный столик, ножки кушеток, рамы картин, облицовка, даже стекла – и те изумрудные. Комната смотрелась как дорогая шкатулка. Посередине комнаты стоял стол, окруженный изумрудным диванами и парой кресел, а в углу комнаты стояло черное фортепьяно. Мы с Мозенратом сидели на диване и внимательно смотрели на гостей, которые сидели напротив нас. Я хорошо знала, сколь богат и знатен род Греев, однако, чтобы сдержать возмущение, вызванное хамством этого зарвавшегося юнца мне потребовалось употребить немало усилий. И все же, я сохранила невозмутимое выражение лица.
– И что же привело вас ко мне в столь ранний час, господа? – в моем голосе звучала легкая ирония. – Дело видимо не терпит отлагательств, раз вы не соизволили постучать в дверь, предпочтя воспользоваться окном нашей кухни.
– Исполняя Лорда Грея, мы информируем вас о том, что вам было вверено в обязанность дать званый обед и обеспечить развлечение гостю, приезжающему в Англию через две недели, – сдержанно ответила Октавия Грей, словно пропустив мимо ушей мое едкое замечание.
– Почему именно я? Мне всегда казалось, что в обществе незнакомца люди себя не очень-то уютно чувствуют, – равнодушно ответила я.
– Этот человек – немец, дальний родственник Лорда Грея. Он прибывает в Британию инкогнито. Его интересует одна крайне сомнительное английское предприятие. А также он изъявил желание пообщаться с высоко эрудированными людьми. Принадлежащая вам компания "Фантомфайт" – одно из английских предприятий, известных по всему миру. С вашими связями вы сможете пригласить к себе любых людей, чьё присутствие будет угодно нашему гостю, – спокойно объяснила серебристоволосая девушка.
– Даже если так, разве лорд позволит нам его принять. Что вы скажите? – сдержано спросила я.
– У Лорда Грея, конечно, появились некоторые сомнения с тех пор, как он получил отчет о последнем инциденте. Я уверен: вы точно о чем-то умолчали, – прожевав очередной эклер, с ухмылкой добавил Граф Грей. – Разве вам не приходило в голову, что это задание – отличный шанс восстановить утраченную репутацию? Хотя с другой стороны, это же просто обычное задание для леди благородного происхождения… – вальяжно откинувшись на спинку дивана, сообщил сероглазый юноша.
– Положение обязывает. Просто помните, исполнять приказы отца – наш долг, – сдержано ответила Графиня Октавия Грей.
– Понимаю. Хорошо, я сделаю это, – холодно ответила я, принимая послание. – Однако позвольте дать вам совет: впредь не пытайтесь убить чужих слуг, прежде чем получите на это разрешение от их хозяина. Даже если дома вы привыкли развлекать себя подобным образом, такое поведение в гостях, как минимум дурной тон.
Произнеся эти слова, я с удовольствием отметила секундное изумление, отразившееся на лице Грея, Октавия же лишь плотно сжала губы и опустила взгляд.
– Я бы вам советовал усилить охрану поместья, набрать новых людей... – быстро изменив выражение, усмехнувшись, заявил Грей.
– Как по мне, слуги прекрасно справляются со своими обязанностями. Вы столь упрямы, когда речь идет о ваших слугах. Все равно ничего не поделать с тем, что из-за присутствия гостей риск возрастет, – невозмутимо возразила я.
– Значит, решено. Позвольте откланяться. Можете не провожать нас. Увидимся через две недели… – сероглазый юноша хмыкнул и поднялся из-за стола, прихватив с подноса последний эклер в белой глазури.
– Прощайте, господа, – холодно, но вежливо произнесла я.
– До скорой встречи! – небрежно бросил Грей и, махнув на прощанье рукой, направился к выходу.
– До свидания, – сдержанно сказала Октавия и последовала за братом.
Когда за серыми посланниками захлопнулась дверь, я раздраженно фыркнула и взглянула на своего мужа.
– И что ты думаешь об этих, с позволения сказать, господах, Мозенрат? – с отвращением поморщившись, спросила я.
– Октавия Грей создает впечатление вполне адекватной леди, – спокойно ответил демон. – А что касается Графа Грея… он крайне избалован, жесток, импульсивен и при этом до крайности самоуверен. Кстати, его поведение доказывает, что прогрессивное воспитание без розг, порой приводит к катастрофическим последствиям.
На губах моего мужа появилась едва заметная язвительная улыбка.
– На мой взгляд, поведение Грея доказывает лишь полное отсутствие у него какого-либо воспитания, с розгами или без, – надменно хмыкнув, возразила я, а затем добавила: –  В таком случае... Мозенрат, приготовить приглашения, а после этого свяжись с Элис.
– Как пожелаешь, дорогая, – улыбнувшись, ответил демон.

Поместье Фантомфайт, 12 марта
Я сидела в кабинете и разговорила по телефону со своим информатором:
– Хм. Вот значит как. Да, теперь мне все ясно. Но я не очень-то много знаю о внутренних делах Германии. О, прошу вас, не напоминайте об этом снова. Это немного бесит, знайте ли. Ну... может быть. Только не перестарайтесь. Я знаю. Ладно, увидимся, – я повесила трубку, поднялась из-за стола и подошла к окну, за которым шел дождь. Похоже, лить сегодня будет как из ведра. Воздух сотряс первый разряд грома, сопровождающийся ослепительной зигзагообразной молнией.

Тем временем слуги занимались делами на кухне.
– Ох... дождь начался... – вздохнул Джейк, посмотрев в окно.
– Может, это наш хозяин там наворошил чего? – насмешливо спросил Майкл.
– Не неси ерунды, Майкл! – крикнула Натали.
– Прием не будет отменен из-за какого-то дождя! – серьезно заявил Джеймс. – Хватит бездельничать! Гости скоро прибудут. Когда вас позовут, в обеденный зал постарайтесь нечего не напутать: входите по очереди и делайте то, что должны. А сейчас отправляйтесь в холл встречать гостей. Все ясно?
– ДА! – в унисон ответили Майкл, Джейк и Натали.

«Как я уже говорил, когда я впервые приехал сюда, я был самым обычным человеком. Однако происшествие, случившееся в тот день в особняке, перевернуло мою жизнь с ног на голову. С тех пор прошло много лет. И наконец-то я решился взяться за перо. Записать все здесь и сейчас. Все о том, с чем я столкнулся в поместье семьи Фантомфайт. Трагедия, случившаяся той грозовой ночью...», – второе повествование Артура Уордсмита.

Поместье Фантомфайт, 20:00
Сегодня я надела дорогое синие платье и белые шелковистые перчатки до локтей. А на шее я завязала бант, который закрепила серебристой брошкой в виде змейки со вставленными в глаза сверкающими сапфирами. Сегодня я решила устроить изысканный прием, поэтому посчитала нужным собрать только определенный круг гостей. Среди них также оказался Граф Чарльз Грей.

Артур Уордсмит – (по профессии врач, чьим хобби является написание детективов) молодой человек с карими глазами и густыми бровями. Он него короткие темные волосы с челкой, которые обрамляют лицо и соединяются между его глазами. Он носит простой темный костюм, черный галстук, белую рубашку, темные брюки и черные туфли. 

Глен Гросмонт (президент компании полировки бриллиантов) – мужчина лет пятидесяти. У него короткие, гладкие темные волосы, карие глаза, выразительные брови, аккуратные усы и бородок. Он носит черный смокинг с галстуком-бабочкой, а каждый палец рук украшали золотые кольца с бриллиантами.

Грегсон де Лабарт (почетный директор бамбургского банка и дальний родственник Лорда Грея) – пожилой сероглазый человек с густыми бровями и короткими седыми волосы, которые зачесаны назад. Он одет в черных смокинг костюм с галстуком-бабочкой.

Билл Гримсби (театральный продюсер) – является привлекательным, молодым мужчиной. У него светло-голубые выразительные и рыжие волосы, которые были зачесаны назад в аккуратную прическу. В ушах у него были золотые серьги в виде морских коньков. Билл Гримсби носит аккуратный черный смокинг с галстуком-бабочкой.

Астра Диаз (оперная певица) – красивая взрослая женщина. У неё пронзительные фиолетовые глаза, волнистые золотые волосы собранными в хвост, которые были украшены белыми розами. Она носит длинное белое платье, которое было украшено оборками и сиреневым цветком. Она также носит нить жемчуга, золотые серьги в виде роз и длинные белые перчатки.

Марк Холланд (заведующий торговым отделением судостроительной компании) – шестнадцатилетний юноша. У него карие глаза, короткие светло-русые волосы и черный смокинг с галстуком-бабочкой.

Мы сейчас были в танцевальном зале и обсуждали бизнес и предпринимательство.
– Я получил титул графа совсем недавно, поэтому не могу должны образом поддержать ваш разговор. Вот Леди Фантомфайт – настоящий эксперт в таких делах, – улыбнулся Граф Грей.
– Это не совсем так, – возразила я. – Я ведь почти что новенькая: моя компания относительно новая, а я сама неприлично молода... я хочу сказать, что настоящий аристократ здесь – это Господин Гросмонт.
– Ха-ха. Право, не стоит, – усмехнулся Глен.
– Технология, применяемая для полировки бриллиантов, отныне будет использоваться и в тяжелой промышленности. А это огромный прорыв. Благодаря этой технологии предприятия тяжелой промышленности в моей стране, например, судостроительные и сталелитейные совсем недавно показали большие темпы роста. Поэтому банк принял решение о предоставлении нам дополнительной силы развития. Сейчас у нас нет намерения соревноваться с Англией, но мы покажем вам, что способны на многое, – ответил Грегсон де Лабарт.
– Ха-ха. Будьте начеку, мистер Холланд, – шутливо предупредил Глен.
– Ээ... хорошо, – смущено ответил Марк.
– Простите, что вмешиваюсь в вашу беседу, – сказал Гримсби. – Спасибо за приглашение.
– Вы те самые оперная дева и её продюсер, приводящие в восторг публику по всей стране? Почитаю за честь познакомиться с вами, – поклонился Граф Грей.
– Астра Диаз, – представилась певица.
– Билл Гримсби, – представился театральный продюсер.
– Ваши роскошные постановки стали предметом обсуждений даже в Германии. Я бы был весьма польщён, если бы вы с мисс Астрой согласились дать в Германии представление. Можем обсудить вопросы финансирования прямо сейчас, – предложил Граф Грей.

На другом конце зала сидел господин писатель в гордом одиночестве.
– Не желайте попробовать? – вежливо предложил Джеймс, держа поднос с красным вином.
– Спасибо, – поблагодарил Артур и взял бокал с вином.
«Он так элегантен... настоящий джентльмен... Он мог бы стать героем романа Оскара Уайльда. Видимо, когда ты вращаешься в высших кругах, твои слуги тоже должны быть первоклассными. Ох... И зачем только меня пригласили...» – подумал Артур.
– Вы не против, если я присяду? – вежливо спросила я.
– Конечно, – ответил Артур. Когда он увидел, что я села рядом справа от него, Артур подскочил как ужаленный. – Пож... ЧТО?! ЛЕДИ?!
– Вам нравится вечер? – спокойно спросила я.
– Д...д...да! – нервно пробормотал Артур.
– Прошу вас, садитесь, сэр Акула Пера, – с усмешкой ответила я. 
– Нет-нет, я совсем не достоин того, чтобы меня так называли. Прошу, зовите меня просто Артур.
– А мне хочется называть вас именно так. А вы против? Вам не нравится? Акула Пера.
– Э... нет... просто... гм... наверное, невежливо спрашивать об этом.... но почему вы пригласили меня? – спросил господин писатель, сев обратной на стул.
– Потому что я недавно прочитала вашу работу.
– Правда? – не поверил Артур.
– Роман опубликован в рождественском еженедельнике Битона.
– Что?! Вы читайте такой малоизвестный журнал?!
– Работа обязывает следить за всеми новинками, и я нахожу много интересного... что-то не так? – спросила я, заметив озадаченное лицо Артура Уордсмита.
– Такие журналы, как этот часто читают люди с высоким социальным статусом.
– Хах... а со статусом не поспоришь, правда? Кроме того, обычно мои партнеры – простые люди. Я ещё и "Панч" читаю. Главный герой вашего романа очень умен и обаятелен. Он обладает невиданными ранее чертами характера.
– Ааа... правда? – губы писателя тронула легкая улыбка. – Но мне показалось, что он никому не понравился. У меня нет никакого желания продолжать писать.
– Вы должны верить, что люди, живущие в такой передовой стране, обязательно приезжают на ваш свежий стиль.
– Ну что вы, это же была всего лишь проба пера, так сказать, отдых от основной специальности. Да и литературные критики не признали меня, они считают, что суть моих повестей слишком просто и что я пишу профессионально, – объяснил Артур.
– Для вас нет нечего плохо в том, что они так говорят, – усмехнулась я. – Насколько я понимаю, ваше целевая аудитория – обычные люди. Пока довольны они, все едёт как надо.
– Мне очень хотелось написать исторический роман, но меня остановили бесчисленные нападки критиков: они утверждают, что роман не будет продаваться.
– А не лучше ли будет осуществить эту мечту после того как сделали себе имя? Все-таки период, в который растет известность, приносит довольно много денег, репутации и полезных связей. С появлением авторитета о вас узнают в высших кругах и будут уважать даже в том случае, если вашу рукописи ни на что не годятся, так часто случается.
– Да! Именно! – в нашу беседу вмешался Билл Гримсби. – И я никак не могу этим смириться с этим! Даже в нашей сфере деятельности есть упрямцы, которые только приносят проблемы! И я не могу это так оставить! Ведь даже дилетант может прочитать слова по сценарию перед публикой, но как это будет выглядеть! Вы согласны со мной?
– Конечно. Декорации и костюмы, использованные в ваших первых постановках, были просто потрясающими, – вежливо ответила я.
– Этого и стоило ожидать. Ведь вы-то знайте все о новинках моды и хорошо понимаете разницу между истинным и подделкой! Я был бы счастлив однажды поработать с такой безупречной ценительницей, как вы леди. Что скажите? Будем сотрудничать? – спросил меня театральный продюсер.
– Все может быть…
– Я же сказала вам, перестаньте немедленно! Прекратите трогать меня своими грязными руками… вы просто невозможны! – внезапно раздался женский крик.
– Что? – нахмурился Грегсон де Лабарт. – Тогда вам не стоило так одеваться! Вам же это нравится, разве нет? Хватит строить из себя невинную овечку…
– Какая наглость! Как вам не стыдно!! – закричала певица.
– Что за… да как вы смеете мне такое говорить!!
– АРГХ!! Ах вы старый извращенец!! Не смейте даже прикасаться к моей женщине!! – с этими словами Билл Гримсби схватил бутылку дорого вина и бросил её в старого извращенца, но вовремя вмешался Мозенрат. В изящном прыжке демон поймал бутылку, запрыгнул на стремянку и налил вино в пирамиду, состоящую из ста рюмок.
– Это просто чудесное вино из Юго-Восточной Молдавии. Леди и джентльмены, прошу, наслаждайтесь, – вежливо произнес демон с очаровательной улыбкой на губах.
Прием Мозенрата сработал, гости успокоились и наслаждались изысканным вином. Заметив мое угрюмое выражение лица, Лорд Фантомфайт подошел ко мне и спросил:
– Все в порядке, Фурия?
– Да. И все-таки…  Значит, вот каким становится этот серьезный человек под действием алкоголя? Никогда бы не подумала, – задумчиво сказала я на французском языке.
«По-французски говорят…» – подумал Артур Уордсмит.
Да, он показывает абсолютное неумение контролировать себя… Думаю, он или круглый дурак, или просто не знает, что такое стыд, – ответил Мозенрат на том же языке.
Должно быть, он настолько безнадежен, что ему и доктора не помогут. – равнодушно произнесла я. Повернувшись в сторону смеющегося господина писателя, я лишь ухмыльнулась и загадочно шикнула.
После того, как Грегсон де Лабарт заснул на диване, я приказала дворецкому отнести в гостевую комнату на втором этаже. Я извинилась, пожелала всем спокойной ночи и отправилась в свою спальню, а гости тем временем отправились в игральную комнату.

Темные коридоры, освещаемые редкими вспышками молний, выглядели воистину зловеще и величественно. Высокие вазы с цветами, в свете грозы казавшимися насыщенно черного цвета, отбрасывали на мраморный пол устрашающие тени. С каждым новым криком небес тени меняли свое положение, двигались, словно были живыми и осмысленно пытались подобраться поближе к ногам дворецкого и экономки, неслышно крадущихся по коридору. Незапертые двери, открывали вид на огромные мрачные залы. За окнами бушевала гроза. Хрупкие стекла дрожали, а рамы нещадно скрипели, сдерживая натиск погоды. Ливень был настолько силен, что невозможно было разглядеть, что-либо дальше вытянутой руки. Внезапно раздался мужской крик. Джеймс и Клэр быстро добежали до двери, из-за которой донесся крик. В коридоре послышались шаги – гости, я и мой муж тоже прибежали на крик. Ничего не ответив, дворецкий вышиб дверь ногой. Гости были в ужасе, увидев мертвого Грегсона, сидящего в коричневом кресле возле камина. От увиденной картины, Марк упал в обморок.

«Тогда никто из нас и представить не мог… о нет, просто не мог иметь и понятия о том, что его смерть была лишь началом… а раскаты грома и хлещущий дождь звучали как представление демонического оркестра. Занавес поднялся – представление начинается…» – третье повествование Артура Уордсмита.

Искренность моих намерений, можно сравнить лишь с искренностью моей улыбки.

Глава 18: неспокойная ночь
http://i69.fastpic.ru/thumb/2015/0911/b2/31dea3957225b4d850b77194da27d9b2.jpeg
Гость из Германии мертв. Похоже, причиной смерти стала потеря крови. Мозенрат приказал Джейку и Майклу унести тело в холодный подвал. Так, теперь мы можем начать расследование. Думаю, ребята из полиции ещё не скоро явятся. Гроза-то ведь ещё не закончилась. Значит, гости тоже никак не смогут уехать отсюда. По крайней мере, здесь ведь все же лучше, чем на улице. Глен Гросмонт заявил, что отказывается оставаться в доме, где произошло убийство! Мне ясны его мысли, но из-за непогоды мы как будто изолированы от внешнего мира. За последние несколько часов никто не покидал этого поместья. Это означает, что убийцей может быть один из нас. Если подумать, мы ведь совсем не знаем друг друга…
– Скажите, ведь дверь была заперта, когда мы прибежали на шум? – спросила певица.
– Да, верно, – ответила Клэр.
– Может ли быть, что кто-то влез через окно, запер окно, запер дверь изнутри, чтобы успеть сбежать, а потом скрылся тем же путем – через окно? – предположила Астра.
– Но если бы преступник воспользовался таким путем, на полу обязательно остались бы мокрые следы. И это не говоря уже о том, что комната находится на втором этаже. Да и все окна здесь закрыты, – подметил Граф Грей.
– Значит… кто-то запер комнату из коридора, – сделал вывод Билл Гримсби. 
– Это невозможно, – ответил Мозенрат. – Ключи от всех дверей этого поместья являются единственными в своем роде, они сохранились с тех самых пор, как поместье было построено. У них очень сложно устройство, поэтому трудно представить, чтобы даже опытный мастер смог создать копию. Более того, все ключи были надежно заперты в сейфе. Единственный открывающий этот сейф ключ всегда находится у дворецкого. Следовательно, ключи никто взять не мог. Кроме замка, открывающегося ключом, существует также засов, запирающий дверь изнутри. Если ключ по каким-то причинам не достать из сейфа, есть возможность закрыть дверь с его помощью, но это можно сделать, только находясь в комнате. Иными словами мы имеем дело с убийством в закрытой комнате.
– Не может быть… мы же не герои романа! – выкрикнул Глен.
– Именно, – ответила я, прикрыв левой ладонью свой зевок. – Скажу вам больше: даже если бы кому-нибудь пришло в голову написать роман о подобном случае, он бы точно провалился. Вы согласны со мной, сэр Акула Пера?
– Эм…ДА! Конечно, вы правы… только если это не… – ответил Артур.
– О чем это вы? – спросил непонимающий Гросмонт.
– Игла и нить, – ответила я. – Как и сказал Мозенрат, дверь могли запереть только изнутри, однако при помощи иголки и нити это легко сделать и снаружи. Механизм довольно прост. Сначала вы втыкайте в дверь иголку с продетой в ней нитью так, чтобы она удерживала щеколду поднятой. Затем пропускайте нить под дверью и наружу и выходите сами. Наконец, вы осторожно дергайте за нитку, так, что она не порвала, игла при этом выпадает… и щеколда закрывается, хотя вы находитесь и не в комнате. Вам остается только вытащит наружу иглу и нить, и никаких улик не останется. Этот способ хорош, если вам необходимо замести следы. Этот старинный фокус хоть и прост, но очень любим авторами детективов. Понятно, что преступнику это все ни к чему: скорее он попытается создать что-то вроде дымовой завесы.
– Это, конечно, объясняет убийство в закрытой комнате... – сказала Клэр.
– Но также это означает, что убийцей может быть кто угодно… – добавил Артур.
Лорд Грегсон де Лабарт был убит после того, как удалился в свою комнату. Если быть точнее, это произошло в промежутке времени между его звонком слугами и прибытием дворецкого и остальных. Если гости предоставят нам алиби, они окажутся вне подозрений. Билл Гримсби и Астра Диаз сказали, что были в бильярдной. Граф Чарльз Грей тоже был там. Так же как и Артур Уордсмит с мистером Марком Холландом. Они были там все время, начиная с моего ухода. И никто не отлучился ни на минуту. Алесса с мистером Глен Гросмонт отдыхали в гостиной. Они были вместе вплоть до начала суматохи. Алесса насколько помнит, что после полуночи у них закончились напитки, и она попросила дворецкого принести им ещё. Джеймс выполнил их просьбу в полночь. Клэр, Джейк, Майкл и Натали честно рассказали, что они наводили порядок в поместье.
– Начнем с того, что никто из нас даже не знал, в какой комнате находится Грегсон де Лабарт, – отозвался театральный продюсер. – Вы не думайте, что нам потребовалось бы некоторое время, чтобы найти его в таком большом поместье?!
– Что означает… – после слов Графа Грея, все гости устремили свои взор на меня. – Прошу прошения за вопрос, леди, но что вы делали в это время?
– Получается, что я – единственная, у кого нет алиби, но у меня не было никаких мотивов для убийства, – невозмутимо ответила я.
– Неужели? – усмехнулся сероглазый юноша, скрестив руки на груди. – Так ведь не бывает, чтобы не было совсем никаких причин, согласитесь. Большинство мотивов убийства не понять никому, кроме самого убийцы. И неважно, сколько времени потрачено на изучение психологии человека, эту науку все равно никогда не постичь. Кроме того, у вашей компании существует отделение в Германии, не правда ли? А в официальных документах ведь может отражаться далеко не все реальное положение дел. Мы не можем назвать всех деталей вашего сотрудничества.
– Неужели вы и правда думайте, что моя компания погрязла в долгах? Абсурд! – нахмурилась я.
– Но ведь такой расклад нельзя назвать невозможным. Неважно насколько велика ваша компания, она в любом случае не застрахована от разорения, – продолжил Граф Грей.
– Погодите-ка минутку! – воскликнул Джейк. – Я понимаю далеко не все из того, о чем вы говорите, это слишком запутанно. Но… госпожа не могла…
– Джейк. Хватит. Сбавь обороты, – приказала я.
– Я бы хотел получить гарантию, – произнес Граф Грей.
– О чем вы? – спросила Астра.
– Гарантию того, что сегодня больше никто не умрет, – серьезно ответил Грей.
– Что… что вы имеете в виду? – нервно спросила оперная певица.
– Сейчас убийца полностью контролирует ситуацию в поместье, понимаете? А мы не можем уехать отсюда до того, как гроза утихнет. А что если до этого момента всех нас заставят замолчать навечно? – пояснил ситуацию сероглазый юноша. 
– Хм… в таком случае… давайте запрем леди! – предложил Глен.
– ЧТО?! Зачем???!!! – в шоке воскликнули Майкл, Джейк и Натали.
– Если от этого вам станет легче, вперед, – устало вздохнула я.
– Если мы собираемся пойти на это, мы должны подумать о месте заключения. Это ни в кое случае не должна быть её собственная комната. Обычно у всех аристократов в комнатах есть что-то вроде потайного хода, с его помощью можно легко сбежать. Я точно знаю, у меня он тоже есть, – объяснил Граф Грей.
– Если хотите, мы можем не спускать с неё глаз, – предложила Клэр.
– Нет-нет! Слуги охотно помогли бы леди совершить побег, а? – усмехнулся Чарльз. – В нынешней ситуации лучшим выходом было бы поручить кому-нибудь из гостей остаться с леди и наблюдать за ней.
– Ну уж нет, спасибо! Я ни за что не оставлю Астру одну! – решительно заявил Гримсби.
– Я… я просто не могу! – сразу ответил Глен Гросмонт.
– Но ведь кто-то должен сделать это? – спросил Граф Грей.
«С учетом всех обстоятельств можно сделать вывод, что преступника здесь нет… только если… хотя… такое могло прийти в голову только герою дешевого бульварного романа. Невообразимо, чтобы преступник совершал очередное преступление, когда у всех, кроме него самого, есть алиби. Если бы он был преступником… стал бы он усложнять себе жизнь и рассказывать про тот трюк с дверью?» – подумал Артур Уордсмит.
В итоге господину писателю было поручено следить за мной. Ну, хоть что-то решили. Я велела Джеймсу проводить гостей в их комнаты. Кажется, это будет долгая ночь.

Для меня и Артура Уордсмита была выделена гостевая комната с двуспальной кроватью,  и большим камином напротив. Господин писатель сидел на другом конце кровати, закрыв лицо руками. На правой руке у него была закреплена цепь.
– Эх… что за жизнь. Нынешняя ситуация порядком раздражает, – проворчала я, сидя на другом конце кровати.
– Да, пожалуй, – согласился Мозенрат.
«Обычно я использую эти наручники при задержании преступников. Должен же я защищать Лорда Грея! Цепь длинная, её можно пропустить под кроватью для большей уверенности, чтобы никто не сбежал…» – мне вдруг вспомнились слова сероглазого юноши.
– Кстати говоря, комната, которую дворецкий приготовил мистера Холланда, оказалась соседней с той, где произошло убийство. Он наотрез отказался спать там. Джеймс хотел немедленно предоставить ему другую комнату, но подошла только наша спальня, и ему пришлось переместить его туда. Прошу прощения. Выбора не было, – проинформировал меня Мозенрат.
– Ночью будет холодно. Не давай коксу в каминах остынуть. Я не могу за все уследить, поэтому удостоверься, что все гости обслужены по высшему разряду, – приказала я. 
– Да, Фурия. А теперь прошу прощения, – с этими словами демон закрепил цепь на моей левой руке.
– Ну что, сэр Акула Пера, пора спать? – спросила я.
– Да! – почти сразу ответил Артур Уордсмит.
– Спокойно вам ночи, – пожелал Мозенрат и задул свечи.
Как только демон покинул комнату, господин писатель и я легли в постель.
– Сэр Акула Пера?
– Да…
– Извините за то, что втянула вас во все это. Наверное, трудно заснуть в одной кровати с убийцей? – спросила я, еле заметно улыбнувшись.
– Н… ничего подобного, – ответил Артур.
– Хм. Когда я думаю об этом… о том, как давно я спала в одной кровати с другим человеком. Мне вспоминается тот случай, когда я была ещё совсем маленькой и страшную грозовую ночь, похожу на эту. Меня напугал гром, и я забралась в постель к родителям, – с этими словами я прикрыла глаза и сжала край подушки. – А теперь никто… – я вдруг почувствовала, что кто-то начал гладить меня по волосам. Я открыла глаза и подняла взгляд на господина писатель, который с сочувствующим выражением лица смотрел на меня. – Сэр Акула Пера?
– И-и-ивините!! Просто понимайте, у меня сестра как раз вашего возраста, вот я и… – начал оправдываться мистер Уордсмит. – Поверьте, я совсем не хотел поставить вас в глупое положение или…
– Сэр Акула Пера, давайте уже спать.
– О… ладно.
Мы пожелали друг другу спокойной ночи и легли спать.
«В самом деле… разве может такая милая девушка быть убийцей? Неужели?»

POV Мозенрата
– Хм… – я нагнулся к камину в комнате садовника и повара. – Так я и думал… а вот и… – я быстро перехватил левую руку незнакомца с черным револьвером. Я отпустил его руку, узнав в незнакомце повара Майкла Дарониэля.
– Уфф, – облегченно вздохнул дампир и спрятал револьвер под подушкой. – Это всего лишь вы, господин. Больше не пробирайтесь в эту комнату ночью. Я думал это привидение или что-то в этом роде. Вы что-то хотели, господин?
– Я по поводу плана на утро, – произнес я.
– А это не может подождать до утра? Я очень устал.
– Я хотел бы, чтобы ты выслушал меня прямо сейчас.
– Ладно. Что там у вас, господин? – спросил дампир, а я лишь улыбнулся.
– Итак, завтрак, хотя я думаю, время будет уже ближе к обеду, я хотел бы, чтобы ты приготовил что-нибудь особенное. Пирог с сельдью и пирог с заварным кремом лежат на складе, пожалуйста, не забудь доставить их оттуда. Не уверен, что этого достаточно, но в любом случае не выноси оттуда почечный пирог. Кроме того, я сделал много эклеров и положил в печь…
– ЭЙ! ЭЙ! Господин, вы так быстро говорите, я ничего не понимаю! Как я все это запомню?!
– Я так и думал, – вздохнув, я протянул дампиру список правой рукой. – Поэтому я подготовил план действий на три дня, там все написано, включая то, куда я положил уже приготовленную еду… а также инструкции как это все подогреть. Здесь есть ещё и персональные инструкций, я хочу, чтобы ты их раздал всем…
– Хм. Что случилось? – спросил сонный Джейк.
– Джейк. Я тебя разбудил?
– Господин Фантомфайт. В такой поздний час… что-то не так?
– Джейк, завтра вред ли удастся поработать в саду из-за шторма, потому просто вынеси кокс из каминов в особняке. Сделай это сразу же завтра утром. Хорошо.
– Даааа… – ответил оборотень, укрывшись одеялом.
– А теперь ложись спать, завтра рано вставать. Я полагаюсь на вашу работу, шеф.
– Да, да… хорошо, – ответил дампир и лег спать.
Развернувшись, я покинул комнату и закрыл дверь.

Через десять минут, я пришел к комнате горчичной и постучал в дверь. Натали открыла дверь и удивилась, увидев меня с клеткой, в которой сидела белая сова.
– Прошу прощения за столь поздний час. Я хотел бы попросить вас сделать кое-что этим утром. Пожалуйста, выпустите эту птицу на рассвете. У неё находится письмо, которое она должна доставить.
– Письмо? От кого…? – спросила горничная.
– Будет лучше, если вы не будете знать это, – с этими словами я передал клетку с птицей Натали. – Как бы то ни было… я полагаю наступит момент, когда это пригодится. Сразу же на рассвете. Справитесь?
– Да! – ответила горничная.
– Что ж, прошу меня извинить. Мне жаль за столь поздний час. Да и ещё кое-что… вы слишком не осторожно повели себе, открыв дверь поздней ночью, даже не спросив кто это. Берегитесь, поскольку вы – леди, – загадочно усмехнулся я.

Артур открыл глаза и посмотрел, как спящая девушка перевернулась на другой бок.
– Когда она спит, она такая милашка и выглядит на свой реальный возраст, – улыбнулся мистер Уордсмит, подперев левой рукой свою щеку. –  Вместо того чтобы быть Леди Фантомфайт лучше бы она была просто Фурией…
– Пожалуй, она действительно очень мило выглядит, когда спит, – вздохнул я, держа в руках подушку.
– ЭЭ?! Подождите… вы все это время были здесь?! – в шоке произнес Уордсмит.
– Ты опоздал, Мозенрат, – сказала Фурия и села на кровать.
– Леди! Вы не спали?! Эм… вы слышали? – удивился Артур.
– Давай уже сюда мою подушку, – произнесла Леди Фантомфайт.
– Это то, что дает тебе чувство безопасности, дорогая? – усмехнувшись, я дал её нужную подушку и забрал лишнюю.
– Чушь. Мне просто нравится эта подушка, – проворчала девушка и положила голову на подушку.
– Да. А колыбельные тебе нравятся? – с легкой иронией в голосе, заметил я.
– Только этого не хватало! – Фурия резко села на кровать. – Ты вообще когда-нибудь пробовал мне их петь?! В конце концов, это уже не смешно. Твои шутки могут не так понять! – возмущенно прокричала Леди Фантомфайт. – Давай иди уже к себе в комнату… я спать! – Фурия закрыла глаза и легла спать.
– Прошу меня извинить. У меня ещё осталась кое-какая работа, – улыбнувшись, я украл уснувшую девушку одеялом, держа в правой руке подушку.
«Она действительно не могла уснуть без этой подушки? Но она даже ничего не сказала про это… она должно быть, тянула время» – с недоумением подумал Уордсмит.
– Мистер Уордсмит? Мне жаль, что пришлось вас потревожить, – вежливо произнес я.
– Все в порядке, – ответил Артур. – Столько всего произошло… ей очень не просто, наверное…
– Мистер Уордсмит, вы не верите тому, что это леди совершила убийство? – спросил я, прижимая к своей груди подушку.
– Вы правы. Я не верю, что леди могла совершить такого рода преступление.
– Спасибо вам. Я рад, что выбрали именно вас, чтобы присмотреть за моей женой. Мистер Уордсмит, я оставлю Фурию в ваших руках, – я улыбнулся и покинул комнату.
«В конце концов пока ситуация не разрешится для всех Фурия остается преступницей. Но я не могу даже представить что она убийца. Если это не она… тогда кто? Что касается людей, которые были со мной я точно уверен, что ни один из них не покидал комнату. Это значит… это может быть кто-то из слуг, которые в это время работали вместе… или кто-то из них троих. Эти двое действительно подозрительные. Но когда мы все встретились в коридоре, они вышли из гостиной. Остаются слуги… а среди них наиболее подозрительные. Те двое, что первые обнаружили труп. К примеру, если они смогли бы проделать этот фокус с закрытой дверью, до того как мы прибежали на крик Грегсона де Лабарта … но какой у них мотив? Может быть, они хотели подставить леди, а потом сбежать вдвоем? Жизнь дворецкого полностью посвящена хозяйке, и чтобы жениться ему требуется её разрешение. Не оставляемые в покое мыслями об их будущем и любви, неодобряемой их хозяйкой… самый распространенный сюжет в детективных романах. Но невозможный. Дворецкий Джеймс был слишком спокойным, когда мистер Лабарт был уже мертв. Означало ли это, что он – убийца? Но почему мне в голову приходят такие мысли? Это все, потому что я и пишу эти детективные романы! Все эти предположения были бредовыми в самом начале. Ха… Можно строить любые версии, но факт остается фактом: нереально спрятать оружие убийства и закрыть дверь с помощью такого кропотливого способа, с иголкой и ниткой за столь короткое время, когда мы бежали по коридору… И почему я сейчас пытаюсь оправдать леди? Аххх, я не могу это понять. Кто сделал это? И почему?» – размышлял Артур Уордсмит.

POV Фурии
Поместье Фантомфайт, 13 марта, 9:00
– Мистер Уордсмит. Пожалуйста, проснитесь, – сказала я.
– Доброе утро! – пожелал господин писатель, резко сев на кровать.
– Мистер Уордсмит. Что-то здесь не так, – нахмурилась я. – Мозенрат должен был давно придти, чтобы разбудить меня. Его до сих пор ещё нет.
В дверь постучали, а затем в комнату вошел дворецкий с золотым подсвечником.
– Прошу простить меня. Мне жаль, что заставил вас ждать, – вежливо произнес Джеймс.
– Джеймс, где Мозенрат? – спросила я.

Гости и прислуга были в комнате, где произошло второе убийство.
– Что здесь произошло? – спросил Билл Гримсби.
– Какой ужас… – прошептала Астра Диаз.
– Как это могло случиться… – сказал Граф Грей.
Джейк и Натали плакали. Я ворвалась в комнату и увидела на полу мертвого мужа. Его глаза были широко открыты, вокруг него лужа крови, а из груди торчала кочерга.
– Мозе… н… рат? – растеряно прошептала я. Подойдя к демону, я наступила в лужу крови, но меня сейчас это не волновало. – Мозенрат… прекращай этот цирк. Сон на полу не приводит ни к чему хорошему. Как долго ты ещё собираешься притворяться? – не получив от него ответа, я поставил правую ногу на грудь демона. – Ты слышал меня, Мозенрат? Я сказала вставай, – стиснув зубы, я вытащила кочергу из его груди и отбросила её в сторону. – Почему ты… – с этими словами, я села на демона и схватила его за черную ткань фрака. – Мозенрат! поднимайся немедленно! Это приказ! – я ударила его по лицу. – Ты, что не слышал моего приказа? Кто сказал, что ты можешь просто умереть?! – я второй ударила его. – Я тебе не разрешаю! – со злостью прокричав, я снова ударила его. – Открой свои… – я занесла руку для четвертого удара, но её перехватила Клэр Найтлерис, а затем положила свою левую руку на мое плечо.
– Молодая госпожа. Не нужно. Он уже… мертв, – прошептала экономка.
– Вы шутите… правда ведь? – недоверчиво спросила я. Положив правую ладонь на щеку демона, я тихо прошептала: – Ты, мой муж… ты… только ты… ты должен был оставаться со мной до самого конца… – я наклонилась к его ухо и что-то нашептала.
– Если оставим труп здесь, он начнет гнить, нужно убрать его поскорей, – сказал Граф Грей.
– Да, – согласился дампир.
– Идемте, госпожа, – жница обхватила меня за плечи.
– Нет! Пусти! Как ты смеешь оставлять меня одну Мозенрат!!! Мозенрат! – в ярости прокричала я. – Это приказ! – я протянула руку и сняла с его среднего пальца серебристое кольцо с черным ромбовидным агатом. – Приказ… ЭТО ПРИКАЗ!!!
«Она стояла рядом и её спина дрожала, но несмотря на это её глаза остались сухими. Слезы сдерживает её стойкий характер или же… они просто уже высохли?» – удивился Артур Уордсмит.

Ледяным дождем меня поливают воспоминания. И этот дождь никогда не прекратиться.

Отредактировано Agent_207 (2015-09-11 18:40:09)

0

9

Глава 19: расследование
http://i68.fastpic.ru/thumb/2015/0911/29/2376f8254bd941b1daf79ad129f1ca29.jpeg
Какого черта творится в этом поместье?! Два убийства за ночь! Вдобавок ещё и кочергой… как жестоко. На затылке моего мужа тоже имеются травмы. Должно быть, его ударили сзади, когда он убирал золу. Зачем ему ещё и грудь проткнули? Похоже, что он или они продолжали наносить ранения, не проверяя мертв ли он. Два удара в голову скорее убьют его, чем один. Странно. Даже если после ударов по голове он ещё был жив… зачем убийца нанес удар спереди? Я извинилась за свое поведение и приказала слугам отнести тело моего мужа в подвал. Через десять минут я привела себя в порядок и села во главе стола. Сегодня я надела белую рубашку, удлиненный черный пиджак (где-то на 10 см выше колена) с лацканом прямоугольной формы, черные шорты и черные туфли на низком каблуке с ремешком. На шее я завязала черный бантик, а на грудь пиджака с левой стороны прикрепила черный бант с серебристой брошкой в виде черепа.
– Он действительно спас нас, приготовив все, как следует, – сказала я.
– Как вкусно пахнет! Я собираюсь попробовать! Я очень голодный! Сегодня у меня и крошки во рту ещё не было! – Граф Чарльз Грей чувствовал себя, как дома.
– Что случилось Астра? – обеспокоено спросил Билл Гримсби. – Ты даже не прикоснулась к еде.
– Прошу прощения. Я не голодна, – тихо ответила Астра Диаз.
– Эй, раз тут есть лишняя порция, я возьму, вы не против? – спросил Граф Грей, вертя и крутя в левой руке серебряную вилку.
– Да, прошу вас, – любезно сказала певица, протянув тарелку.
– Не это. Я не имел в виду вашу тарелку. Рядом с вами, – ответил Чарльз.
– Ох… должно быть эта лишняя. Наверное, шеф ошибся в числе человек, – предположила Астра Диаз.
– Один из тех, кто готовил завтрак, был Мозенрат. Он не перепутал бы количество человек, – негромко, но внятно произнесла я.
– Тогда чье это? – спросил озадаченный Артур.
– Все вроде здесь… ах! Мистера Холланда нет! – вспомнила оперная певица.
– А я и не заметил его отсутствия! – сказал Глен. – Он как-то особо не выделялся. Раз уж вы обратили на это внимание, я его ещё не видел этим утром. Стало быть, он проспал.
– Я прощу прощения! Не проверить ли нам спальню леди? – серьезно спросил Артур.
– Я отведу вас, – ответила я, поднявшись из-за стола.
Мы сразу побежали на третий этаж. Артур Уордсмит первым подбежал к моей спальне и попытался открыть дверь, но та оказалась запертой.
– Уйдите с дороги! – как только сзади раздался крик Графа Грея, я и господин писатель пригнулись. В следующую секунду дверь была разрезана на части. – Некогда ждать, – ответил сероглазый юноша, сжимая в левой руке рапиру. – Выглядит так, как будто здесь ещё должен быть десерт, – прокомментировал Граф Грей.
Мы забежали в спальню и увидели мертвого Марка Холланда на полу. Какой ужас... так как уже наступило трупное окоченение, я могу сказать, что он мёртв достаточно долго. Это слишком похоже на плохой роман. У него нет таких же сильных ранений как у других поэтому... что это у него на шее? Выглядит как след от укола. Он явно был отравлен. Рядом с кроватью лежали разбитые часы и показывали они 2:38. Думаю, он столкнул их, корчась от боли... так они и сломались.

Через двадцать минут пообедали и собрались в изумрудной гостиной.
– Так, десерт съеден, теперь можно перейти к делу, – ответил Граф Грей. – Первым погиб Грегсон де Лабарт. Это случилось вчера около часу ночи. Алиби на этот свет есть у всех, кроме леди. Затем – Лорд Мозенрат Фантомфайт время его смерти неизвестно. Наконец, мистер Холланд. Он умер в 2:38 сегодня утром... я не нечего не путаю?
– Тело Лорда Фантомфайта нашли раньше, но мы не знаем, кто из них на само деле, умер раньше, – ответил Артур Уордсмит.
– Ах да, точно, – вспомнил Граф Грей.
– Все что нам известно, это то, что с момента их смерти прошло несколько часов, пока мы их обнаружили. Я и леди до утра были прикованы к кровати, поэтому у нас есть алиби, – на реплику господина писателя Граф Грей вздохнул, но ничего не ответил.
– Мы с сэром Артуром пошли спать около двух. Именно тогда Мозенрат упомянул, что перед этим дворецкий проводил мистера Холланд в его комнату. А убили его в 2:38, – рассказала я.
– Кто же видел его последним? – спросила Клэр.
– Наверное, это были мы, но в полумраке я не смог разглядеть, сколько показывают часы... – признался Артур.
– Стойте! Мы видели господина ночью! – сказал Джейк.
– Я тоже! – поддержала Натали.
– Который тогда был час? – спросил Артур.
– Хм... уверен, что не меньше 2:50, – ответил оборотень.
– Это значит... Лорда Фантомфайта убили последним, – сделал вывод Уордсмит. – Чего он от вас хотел?
– Он пришел напомнить об обеде и дал пару инструкций, – сказал Майкл.
– А меня он попросил послать почтовую сову... – произнесла Натали.
– Что? Сову? – удивлено спросила я.
– В отличие от голубей, совы могут летать и в буру. Он как всегда очень предусмотрителен... – объяснил красноглазый дампир.
– Что же было в письме? – спросил Граф Грей.
– Не знаю. Я не посмотрела, – ответила жница.
– Возможно, он отослал письмо в полицию, – предположил Артур.
– Скорее всего, раз уж телефон в такую погоду не работает... – ответила я.
– Ситуация очень осложняется, если Фантомфайта действительно убили последним. Дверь в комнату леди мог закрыть только мистер Холланд изнутри, либо Мозенрат свои ключом снаружи. Все складывается так, как будто убийца – это Лорд Фантомфайт. И все бы нечего, но сам-то он тоже был убит, – поделился своей версией Артур.
– С меня хватить! – раздраженно выкрикнул Глен, окончательно теряя самообладание. – Я больше не желаю здесь оставаться!!
– И куда же вы пойдете? На вашем месте я не стала бы этого делать, слишком уж подозрительно выглядит... – равнодушно произнесла я.
– И это вы мне говорите?! Это ведь вы...
– Что я? – спросила я, подперев тыльной стороной левой ладони щеку.
– Я все знаю! Все это - ваших рук дело! – выкрикнул Глен Гросмонт.
– И что же вас привело к такому интересному выводу? – на моих губах появилась фирменная усмешка Мозенрата, выражающая презрение и жалость одновременно.
– Вы хотели избавиться от нас с самого начала! Вы серебристая змея! Я еду домой – и точка! Я не позволю себя убить! – директор полировки алмазов был в ярости. 
– Стойте! – крикнул Артур. – На улице буря! Лучше останьтесь, пока погода не...
– Я не желаю ничего слушать от такого недо-доктора как вы!! – Глен ударил господина писателя, тем самым отбросив его в сторону.
– Глен Гросмонт. Теперь я вам приказываю сесть и успокоиться. Сделайте же это наконец, – высокомерно приказала я.
– Как вы смеете! – крикнул Глен, и занес руку для удара.
Джеймс Найтлерис отреагировал быстро. Дворецкий повалил обидчика на пол и заломил руку за спину. Все в шоке смотрели на невероятное зрелище.
– Простите меня, господин Гросмонт. Но я не могу стоять в стороне, если кто-нибудь причиняет вред госпоже... кем бы он ни был. Хорошие слуги не станут испытывать жалости к обидчикам хозяина, – холодно, но вежливо произнес Джеймс.
– Что за место... проклятье... – прошипел Глен.
– Что... что это было? Я даже увидеть ничего не успел! – в шоке сказал Артур, поднявшись на ноги.
– Джеймс. Ты же не будешь так все время сидеть, – равнодушно сказала я и сделала несколько глотков чая. После моих слов, дворецкий отпустил обидчика. – Ну что, мистер Гросмонт. Теперь вы будете меня слушать? – спросила я. Глен тактично промолчал, но все же он был зол на меня. – Вот и славно, – ответив, я поставила пустую чайную чашку на стол. – На данный момент единственный человек, находящийся вне подозрений - это наш сэр Акула Пера. Думаю, будет разумно, если отныне именно он будет определять наши дальнейшие действия.
– Кто? Я? – переспросил Артур.
– Да. Мне совсем не нужен убийца в поместье... – произнесла я обычным тоном.
– Я тоже так думаю, но... что скажешь? – спросила оперная певица Гримсби.
– Мы тоже... да, – ответил театральный продюсер.
– Тогда решено. У нас есть ещё много времени, чтобы найти преступника, – улыбнувшись, я сцепила пальцы в замок и опустила на них подбородок. – Верно, сэр Артур?
«Находясь в древнем, пропитанном запахом смерти замке, она улыбалась так весело и беззаботно, словно для неё это уже давно не имело значения. Я никогда не забуду её лица. Складывалось, ощущение, что она просто наслаждается ходом игры, придуманной ей самой... » – удивлено подумал Артур Уордсмит.

В результате бесед с каждым из гостей прояснились многие вещи, но как бы то ни было... меня ставят в тупик местонахождение ключа от моей спальни. Возвращаясь к нашим последним выводам, единственным, кто мог убить мистера Холланда, был Мозенрат. Но если предложить, что ключ мог быть передан третьему лицу, то тут возникает ещё несколько возможных вариантов. То есть, иными словами, тот, у кого сейчас находится ключ и является убийцей Мозенрата и преступником. Что ж, стоит проверить у мужа ли ключ сейчас или нет. Даже если эта теория неверна. С этого момента, куда бы мы ни пошли, мне хотелось, чтобы мы продвигались группами. Артур попросил Астру Диаз остаться вместе с Биллом Гримсби. Также... господин писатель попросил Глена Гросмонта тоже остаться здесь. Никаких возражений не было. Граф Грей решил пойти с нами, поскольку здесь его ничто не держало. Я, Артур Уордсмит, Граф Чарльз Грей, Джейк и Майкл направились в подвал. Минуты длились вечность. Каждый метр пути мне давался с трудом.
– Это похоже на жуткое местечко, где в любой момент могут появиться привидения, – взволновано прошептал Граф Грей.
– Не выдумывайте! – ответила я.
– Я не верю в привидений! Я верю только в то, что может проткнуть мой меч! – воинственно ответил сероглазый юноша, сжав мое левое плечо.
– Тогда не мог бы ты не виснуть на мне, – спокойно ответила я, а на самом деле была утомлена от такого необычного поведения графа.
– Я думал, вы испугались и по своей доброте...
– Люди, мы пришли, – сказал Майкл.
Мы уже стояли напротив высоких дверей, ведущих в погреб. Я дотронулась до тяжёлой железной ручки. Дверь со скрипом открылась вовнутрь, и тусклый свет лампы разбавил кромешную тьму. В погребе было довольно прохладно, если не сказать холодно. Высокие шкафы со спиртным так и манили к себе измученную и угрюмую меня. Посреди комнаты были три трупа, полностью накрытые белыми одеялами.  Мы надели перчатки и приступили к осмотру тела. Пришло время осмотреть труп Мозенрата... он мокрый?! Похоже, что потолок в этом месте протекает. Ключа у моего мужа не оказалось. После того, как мы не нашли ключ от моей спальни, господин писатель предложил проверить багаж у всех гостей. У Графа Грея больше власти, чем у Скотланд-Ярда, так что если они откажутся, пусть пеняют на себя. После пять минут беседы, гости согласились, чтобы мы все вместе обыскали их вещи. Все оказалось на удивление просто. Никаких криков и скандалов не было. Среди мужчин вещей не было найдено нечего подозрительного, а вот Астры Диаз я нашла бутылку с темно-красной жидкостью. Оперная певица упомянула, что она на двенадцать лет старше Билла Гримсби. Всем аристократам свойственно всегда молодо выглядеть. Я пригляделась и увидела в бутылке красную периллу. Она имеет анти возрастной эффект. Экстракт, отвара листьев периллы и является секретом вашей красоты Астры Диаз. Певица взяла это, потому что хотела оставаться с ним всегда молодой. Мы вернулись в изумрудную гостиную. Ключа нигде нет. Может Мозенрат просто спрятал его где-нибудь ещё? Или выбросил его в окно. Ключ так мал, он мог потерять в земле и при таком шторме мы его не найдем. Но садовник и горничная решили не сдаваться. Джейк и Натали выбежали на улицу в ливень и начали искать ключ. Майкл извинился и сказал, что сейчас приведет их обратно. Я была несколько удивлена решимостью оборотня, а затем тяжело вздохнула, подперев левой ладонью щеку. Не знаю как, но дампиру удалось уговорить слуг вернуться в дом. Кстати, у нас возникли небольшие проблемы. Запасы еды почти закончились. Похоже, что запасов приготовленных Мозенратом не хватит на три дня. Очевидно, мистер Грей есть чуть больше, чем остальные. Наверно, он съел весь обеденный эклеры, потому что был "немного голоден". Да уж... это проблема. Я не знаю, когда закончится шторм. Наши запасы могут закончиться завтра или даже сегодня. Торговец тоже не станет приходить в такой шторм. Такое ощущение, будто мы сидим в засаде, а продовольствие нет возможности доставить... хуже некуда.

Я стояла у окна в изумрудной гостиной, а гости расположились на диванах и креслах.
– Эй, здесь такая гнетущая атмосфера... может сыграем в карты, например? – предложил Гримсби. – Я пойду возьму колоду у себя в комнате.
– Подождите, нам придется пойти вместе с вами, – остановил Артур.
– Я быстро, – заверил театральный продюсер.
– Пока мы не найдем убийцу, безопаснее всего передвигаться группами, более того, я не хочу, чтобы кто-то пострадал... – убедил мистер Уордсмит.
– Так будет лучше для всех, особенно, если убийца среди нас. Если это так, конечно, – сказала хранительница рода Фантомфайт, сидящая в изумрудном кресле.
– Что вы имеете в виду? – спросил Гримсби.
– Ничего особенного. Это просто мое мнение, – ответила Алесса.
– Если он не один из нас, тогда кто? – задумчиво произнес Граф Грей.
– Вы думайте, убийца проник в дом до шторма, но спрятался снаружи... или что-то вроде этого? – взволновано спросила Астра Диаз.
– Разве это не чушь, что убийца расхаживал по особняку, заходил в запертые комнаты, совершенно не оставляя следов, учитывая, что до этого он был на улице во время дождя? – нахмурилась я.
– А если существует таинственный гость, не станет ли чушь, правдой? – насмешливо спросила Алесса.
– Какие глупости! Этого определенно не может быть! – выкрикнул Глен.
– Определенно? Единственная вещь, которая и впрямь не может существовать в этом мире, так это "определенность". Если опускать "определенность", то в этом доме может быть все что угодно. Если он притаился в ожидании убийства кого-нибудь из нас... он может быть совсем близко. Таинственный гость, которого не существует, – загадочно прошептала Алесса. У неё есть талант к интригам и запугиванию людей.
Наши обсуждения были прерваны вторжением Джейка, Майкла и Натали.
– ГОСПОЖА!!! Мы поймали человека, который проник в поместье! – воскликнул дампир.
– Войдите уже!!! – нетерпеливо приказала я.
Прислуга привела в зал связанного веревка человека. Это оказался бледный мужчина лет тридцати. У него вся одежда была черной за исключением белой рубашки. У него было пальто, галстук, брюки и лакированные туфли. У мужчины черные волосы были зачесаны назад, а глаза имели темно-синий оттенок. Гости явно были в оке, явно они не ожидали, что теория о таинственном госте окажется верной. Этим человеком оказался – святой отец Джереми Рэтбоун. Старший советник при местной церкви, очень уважаемый человек.
– Я не за что не поверю такому подозрительному типу!!! Кто, как не тринадцатый гость идеально подходить на роль убийцу?! – недоверчиво выкрикнул Глен. – Да пусть он хоть Архиепископ Кентерберийский. Меня не проведешь. Алиби – то у него нет!!!
– Вы довольны смешны, мистер Гросмонт, – усмехнулся Джереми.
– Откуда ты знаешь мое имя? – опешил Глен.
– Глядя на ваше кольцо, это становится очевидным. Получить такой огромный бриллиант можно лишь в Южной Африке. Кроме того, получить специальную круглую огранку камня можно только с помощью новейших технологий компании Гросмонт. А также я слышал, как известных лондонский ювелир Даниэль Андерсон по секрету сказал своей клиентке, что это очень редкая вещица, которая ещё даже не поступила в продажу. И если кто-то из гостей имеет на своем пальце столь редкий экземпляр, то, скорее всего, он и есть директор компании Гросмонт. Другими словами – вы мистер. – Джереми явно был настоящим сыщиком. – Разве я не прав?
–  Я…я… – Глен Гросмонт потерял дар речи.
– Это не так и важно. Лучше скажите, зачем и как долго вы здесь находитесь? – спросил Артур Уордсмит.
– Откуда у вас столько вопросов? Эй, не могли бы вы открыть мой портфель? – вежливо попросил святой отец.
Майкл открыл черный портфель и обнаружил там спящую белую сову.
– Что??! Это же сова господина! – воскликнул Майкл.
– Она мертва? – пролепетала Натали.
– Нет, я усыпил её на время, так как птица напала на меня, – ответил Джереми.
– Что?! Вы сделали это только из-за того, что сова немного поцарапала вас? Как жестоко! – недовольно крикнул Джейк.
Я подошла к портфелю и обнаружила на лапе совы письмо. Кажется, Мозенрат знал, что его убьют, поэтому он послал письмо Джереми. Но этого было недостойно, чтобы доказать его невинность. У святого отца нашелся простой ответ на все наши вопросы. В кармане пальто я нашла билет на спектакль… за вчерашнее число. Вчерашнее представление – двенадцатого марта. Программа «Леди Озера» в большом театре. Да, эту пьесу действительно сейчас ставят в большом театре. Джереми рассказал, что он был там вчера вечером. Пьеса шла до десяти часов. Даже если бы он нанял двухколесный экипаж и доплатил соверен кучеру, то меньше чем через два часа не смог бы сюда попасть. Следует учесть, что дожди размыли дорогу, и понадобилось вдвое больше времени. Существует множество способов попасть сюда. Пешком или вплавь, но это возможно. Путей как звезд на небе, но лишь один правильный. Мы развязали святого отца и за полчаса рассказали все, что произошло в поместье.
– Вот все, что произошло с момента первого убийства. Да, это очень занимательно. Могу ли я сначала увидеть тела? Улики – лучшие свидетели, – сказал Джереми.
– Следуйте за мной, они в винном погребе, – произнес Артур.
– СТОП!!! – остановил господина писателя святой отец. – Тела лучше поместить в отдельные комнаты.
– Зачем? – непонимающе спросил мистер Уордсмит.
– Именно запахи тел – ключ к разгадке преступления. А смешав их вместе, мы не получим нужного результата. Там наверняка сильный аромат вина… Леди, не могли бы вы одолжить мне три комнаты из вашего поместья? – вежливо попросил Джереми.
– Я думаю, это возможно. Молодые люди, принесите тела в отдельные комнаты, – приказала я.
– Будет сделано, – сказали в один голос Майкл, Джейк и Натали.
Через двадцать минут мы приступили к расследованию.

Джереми начал с трупа Грегсона де Лабарта. Хм… на его теле видна только одна рана. Похоже на след от удара острым ножом. Видимо, при жизни он много пил… это было несложно заметить царапины рядом с отверстием для завода часов. Такие могут появиться только либо у очень жестокого, либо у сильно пьющего человека. К тому же от него отчетливо пахнет алкоголем, как будто он что-то пил незадолго до смерти. Хм, в воздухе витает слабый запах моря… это странно. Так. Далее идет мистер Холланд. Он один был убит весьма необычным способом. Рана на его шее привели меня к мысли, что его случай – из разряда «убийств в закрытой комнате». А у мистера Джереми орлиный глаз, он точно заметит, если мы что-то упустим. На какой-то момент святой отец отстал и я решил, что он заблудился, но через мгновение он показался на лестнице, держа в руках белый платок. А убийц-то в нашем деле оказалось несколько. Все-таки он был не один. Убийцу Грегсона де Лабарта будет несложно найти: гораздо труднее обстоит дело с убийцей мистера Холланда. И лучше бы поспешить, пока у нас не прибавилось ещё трупов. Да и погода способствует: никому не под силу выбраться наружу в такую бурю. Чтобы поймать убийцу, нужно выполнить два условия. Первое – дождаться ночи, второе, заручиться моей поддержкой. Настало время осмотреть тело Мозенрата. Мы прибыли в комнату с большой кроватью, мраморным камином и двумя большими окнами с занавесками. Посреди комнаты лежало тело моего мужа под белым одеялом. Как только Джереми чуть приподнял покрывалом, я притворилась, что мне очень плохо, чтобы отвлечь внимание Граф Грея и Артура Уордсмита.
– Леди? Вам плохо? – обеспокоено спросил Артур.
– Извините меня. Столько раз видеть Мозенрата мертвым… это – слишком большое испытание для меня, – тихо прошептала я.
– Может, нам стоит выйти на воздух?
– Спасибо, Артур, – поблагодарила я.
– Что? Вы же были в порядке, когда смотрели на его труп раньше… – скептично заявил Граф Грей.
– Лорда Фантомфайта, по видимости, в самом деле убили быстро и легко, – сделал вывод Джереми.
– Вы здесь закончили? – спросил Чарльз Грей.
– Да. Я увидел достаточно, – ответил святой отец.
– Уже почти время обеда, я так голоден. Что у нас в меню? – спросил сероглазый юноша.
– Кто бы знал… мне спросить слуг? – предложила я.
– Не, не нужно, я сам. Я пошел, – с этими словами Граф Грей удалился.
– Может, и нам стоит пойти? Мне ещё нужно кое-что сделать, поэтому идите без меня, – сказал Джереми Рэтбоун.
– Хорошо, – ответила я.
Тем временем слуги пытались решить важный вопрос, что подать гостям на обед. Ведь у них нет ни мяса, ни даже рыбы для главного блюда. Из еды есть только фрукты и овощи. Джереми рассказал слугам, что растения имею много полезных свойств. Многие используется в медицине, а некоторые из них прекрасно утоляют чувство голода. Ярким примером является фенхель. Если добавить его в блюдо, то чувство насыщения придет намного быстрее, а еды понабиться гораздо меньше. Ну, они не всемогущи, конечно… а ещё имя под рукой соевые бобы, можно приготовить соевое мясо. Это – заменитель настоящего мясо, сделанный из соевый бобов. Приготовить его сложно, но оно того стоит. Правильно сделанное соевое мясо почти не отличается от оригинала. А такого количества бобов вас хватит, чтобы приготовить стейков на тридцать человек. Кулинария – это по сути химия, где можно добиться разнообразных результатов просто варьируя ингредиентами. Джейк побежал собирать травы, Майкл решил приготовить из бобов основное блюдо, а Натали пошла в погреб за изысканным вином. Гости были удовлетворены обедом, даже Граф Грей был в восторге. Ну, а теперь, когда все гости насытились, мы решили преступить к нашему плану. Преступник, скорее всего, появится сегодня ночью в моей спальне. Клэр Найтлерис, Артур Уордсмит, Граф Грей и Джереми Рэтбоун будут там и поймают его. Однако, мы все ещё не знаем, откуда именно он появится, поэтому не нельзя терять бдительности. Услышав шум, экономка поймала неизвестного убийцу, закутав его в одеяло, которое теперь лежало на полу. Сероглазый юноша обнажил рапиру и бросился в атаку, но его вовремя остановил святой отец. Граф Грей был возмущен, но ничего не сказал. Джереми заверил, что это будет нехорошо, если он убьет преступника. Все были в шоке, когда выяснили, кто на самом деле оказался убийцей.

В этом время в комнате Глена, я сидела на кровати в черном пальто Мозенрата, под охраной гостей и слуг. В комнату зашли Артур Уордсмит, Граф Грей, Клэр Найтлерис и Джереми Рэтбоун с завязанной в узел змеей. В это трудно поверить, но именно «это» действительно подползло к экономке, переодетой в мою одежду. Святой отец объяснил, что у змей хорошо развит слух и обоняние. Благодаря запаху и звуковым вибрациям они могут найти свою добычу даже в кромешной тьме. Другими словами… змея, скорей всего было надрессирована на мой запах, с помощью пищи. Тем более, если есть змея, то ключ или алиби уже не обязательны. Этот вид носит название «черная мамба», обитает в Южной Африке и обладает сильнейшим нейротоксином. Жертва неизбежно погибает в течение часа после укуса. Наконец, эта змея самая быстрая на земле и превосходно передвигается по деревьям. Отличное орудие убийства. Но змея есть змея. Ей все равно кого кусать: меня или кого-то ещё. Для преступника был неожиданностью тот факт, что я спала не у себя в спальне, а где-то ещё. И тот, кто спал в моей спальне этой ночью был… Марк Холланд! Артур Уордсмит предположил, что змея снова покажется, как только проголодается, поэтому мы стали на страже и, как ожидалась, она появилась. Нам повезло, что с нами оказалась экономка, сумевшая переодеться в мою одежду и занять мое место. В противном случае, я не смогла бы спастись. Если бы я умерла, у всех были бы проблемы. И все-таки, я должна была надеть пальто мужа, чтобы скрыть свой запах. Артур рассказал нам, что транспортировка ядовитых змеи на торговых кораблях – запрещена. Господин писатель подрабатывал врачом на борту корабля, плывшего через африканского море, контроль багажа там очень тщательный. Значит, это была контрабанда. На востоке подкуп грузового корабля частного управления – обычное дело. Разумеется, должны быть тесные связи с африканским бизнесом. Если говорить об африканском бизнесе, импортируемые оттуда продукты могут быть золотом или алмазы. Глен Гросмонт сразу стал подозреваемым. Кстати говоря, алиби может оказаться не таким полезным, как вы думайте. Да, он действительно существует. Яд, который симулирует состояние смерти. Есть такое вещество, называемое тетродотоксин, оно обнаружено недавно и сейчас находится на стадии изучения. Если немного доработать это вещество, можно создать иллюзию смерти, совсем как Джульетта. Тетродотоксин – это яд, содержащийся у иглообразных раб и осьминогов. Когда святой отец исследовал тело Грегсона, он почувствовал слабый запах моря. Возможно, что именно так пахнет яд, сделанный из иглобрюхих рыб. Почему запах яда исходил от того, кто, как утверждает, был заколот холодным оружием? Возможно, это было подстроено. Он самостоятельно выпил яд, избавился от бутылки и притворился мертвым. В этом случае не имеет значения, в какой комнате он находился. Он, похоже, полагал, что люди без определенных медицинских познаний не будут тщательно исследовать рану, и это сработало бы как временный обман. Но, когда Джереми Рэтбоун недавно проверял тело, он был определенно мертв. Получается, подстроенное убийство оказалось настоящим? Очевидно, убийца хотел завести меня в ловушку. Неизвестно был ли Грегсон де Лабарт чьим-то сообщником или нет. Убийца мог пригласить подвыпившего лорда, который вел себя абсолютно бесконтрольно, для того, чтобы «хорошенько напугать всех», или что-то в этом роде. Но лорд и я никогда раньше не встречались. У него не могло быть причин затаскивать меня ловушку. Что если, предположим, его использовали, а потом убили, чтобы не проболтался? Если он выпил яд, то куда делась бутылка? Это легко выяснить, если он избавился от бутылки в том же месте, то она должна быть неподалеку. В камине, например. Точно. Тогда в камине было слишком много дров. Мы определенно уже не сможем её найти. Если он собрал дрова, сразу после заката… ну конечно! Прежде чем он смог уничтожить улики мой муж уже пришел, чтобы убрать золу. Если бы Мозенрат нашел улики этого обмана, то Глена Гросмонта алиби испортилось бы в считанные секунды. Он действовал быстро и немедленно убил моего мужа. Затем забрал все улики и возвратился в свою комнату. Мы все обыскали, кроме очага. В камине мы обнаружили осколки стека. Джереми собрал их воедино и получилась медицинская ампула. Сразу у господина писателя возник вопрос: зачем невинную девушку захотели затащить в ловушке. Ответ был прост – алмазы. Существовал совершенно секретный план относительно главной компании в алмазной промышленности, мистера Роуза и моей компании, которая является ведущей в сотрудничестве и которая способна перенести драгоценности на новый уровень на мировом рынке. Однако несколько дней назад деспотичный президент мистер Роуз был убит, и план отложили. Но факт в том, что если возобновить этот план, то компания Гросмонт, которая славится своими последними технологиями, понесет немалый ущерб. Вот почему он надумал меня убить. Это было слишком беспечно.
– Я не делал этого! Прощу, поверьте мне! Я был только оклеветан! Этой девчонкой… серебристой змеюкой… – мистер Гросмонт замолчал, почувствовав у горла лезвие рапиры.
– Заткнись! – строго оборвал сероглазый юноша. – Мне не нужны твои оправдания. Я выслушаю твою историю в тюрьме. Если хочешь жить, я советую тебе помолчать. Я сегодня в очень плохо настроении.
– Граф Грей. У меня тут есть кое-что, что может вам пригодиться. Как насчет воспользоваться этим? – усмехнувшись, я протянула графу длинные цепи.
Сероглазый юноша ничего не ответил, но все-таки воспользовался цепями. Связав преступника, граф покинул поместье вместе с мистером Гросмонтом.
– Остальным пускай займется полиция, – сказал Артур.
– С этим дело тоже покончено, – произнесла я.
– Какое облегчение… – улыбнулась Астра.
– Да, – согласился Гримсби.
Раз на то пошло, мы решили отметить успешную поимку преступника. Мы собрались столовой и налили изысканное вино в бокалы.
– Что ж, мистер Уордсмит не возражает, попросим его произнести тост. Ваша помощь была просто незаменима, – улыбнулась я.
– Что…меня?! Хм, что ж… давайте выпьем за успешное раскрытие преступления! – с этими словами господина писателя, мы все подняли бокалы с вином.

Поместье Фантомфайт, 14 марта
«Вот так закончилась эта адская ночь, в этом жутком особняке… и каждый из нас соизволил вернуться домой. Оркестр дождя, под дирижерством самого дьявола, превратился щебетание птиц. И все-таки на сердце было как-то неспокойно, словно облако отбрасывающее тень, посреди чистого неба. В чем же дело… мы раскрыли преступление. Как будто туман перед глазами… как будто я упустил нечто важное», – из размышлений господина писателя вырвал стук в дверь кареты.
– Мистер Джереми? – удивился мистер Уордсмит.
– Что за угрюмое лицо. Мы вроде разрешили все проблемы.
– Да нет, это так. Вы очень сильно помогли нам, мистер Джереми, огромное вам спасибо.
– Я должен поблагодарить вас. Мы навряд ли встретимся ещё раз, так всего вам хорошего. Мистер Уордсмит, спасибо вам за заботу молодой леди, – поблагодарил Джереми Ретбоун на французском языке.
«А… что это только что было?» – в шоке подумал Артур, как только экипаж тронулся. –  «Невозможно. Он мертв. Не мог же он… нет… постойте!! Чем больше об этом думаю, тем больше противоречий возникает! Ночью, когда умер Грегсон, а потом наступила и его смерть, он вел себя так, будто знал, что произойдет. И эти слова, произнесенные мистером Джереми только что, несомненно, звучали как продолжение разговора…»
Потрясенный господин писатель потребовал кучера вернуться обратно в особняк. Как только гости уехали, я переоделась в свою обычную повседневную одежду. Сейчас мы поднимались по лестнице со святым отцом, чтобы обсудить один важный вопрос. Вдруг мы услышали, как дверь распахнулась, и кто-то вбежал в холл. Мы обернулись и увидели у подножия лестницы Артура Уордсмита.
– Отчего такая паника? Вы что-то забыли? – с усмешкой, спросил мистер Ретбоун.
– Я вернулся, дабы убедиться в своей правоте. Отец Джереми… нет. Лорд Мозенрат Фантомфайт, – произнес с твердой уверенностью господин писатель.
– Превосходно, – усмехнулся Джереми. – Видимо, мы слегка недооценили вас. Или мне лучше сказать… – с этими словами он снял маску с лица и оказался Мозенратом. – Мы непочтительно относились к вашим способностям, мистер Уордсмит.
– Я… я не могу поверить… как такое возможно… – в шоке прошептал Артур.
– О, а разве вы возвратились сюда, не потому что были уверены в этом? Если бы вы сейчас уехали, вы бы уехали к своей тихой и мирной «реальности». Так почему же вы вернулись? – насмешливо спросил Лорд Фантомфайт.
– Потому что мое плохое предчувствие оказало не «просто» плохим предчувствием. Я немедленно отправляюсь за экипажем Ярда! – решительно заявил Уордсмит.
– Ваша жажда справедливости столь сильна, мистер Уордсмит, – насмешливо произнесла я, облокотившись обеими руками на черные перила лестницы. С усмешкой на губах, я сказала: – Вы даже как-то упоминали в своих работах, что вам близки духи рыцари средневековья. Разве вы ещё не поняли, что узнав правду, вы навсегда потеряли возможность вернуться домой?
– ЧТО?! – в ужасе воскликнул мистер Уордсмит.
– Я шучу… это как вы пожелайте, – я хитро улыбнулась и начала спускаться с лестницы. – Гросмонт невиновен. По крайней мере, в этом преступлении. Как бы то ни было, он того заслуживает, чтобы находиться в той серебристой машине.
– В смысле? – переспросил Артур.
– Нет смысла разговаривать на пороге. Давайте продолжим за легким завтраком, – спокойно предложила я.
– Я вас провожу, – вежливо произнес демон. Заметив, что господин писатель застыл на месте, губы лорда изогнулись в довольной усмешке. – Разве вы не хотите узнать всю правду. Да не бойтесь, мы вас не съедим.

На территории поместья Фантомфайт, оранжерея, 11:00
Я и Артур Уордсмит сели за стол. Сегодня Мозенрат приготовил чай Дарджилинг и шоколадны птифуры в качестве закуски.
– Еда не отравлена, прошу, можете приступать, – с усмешкой ответила я, отпив немного оранжевого чая. – Итак? Как вы узнали, что он был жив, мистер Уордсмит?
– Дело в том, что я не был уверен, что он живой, – начал размышлять Артур. – Это было нечто большее, чем просто плохо предчувствие. Право, я не знаю, как лучше это сказать, но он был просто слишком уж идеальным. Хотя мне не оставляло это плохо предчувствие по поводу Мозенрата и отца Джереми, в них не было ничего, что могло бы навлечь подозрения… они были просто идеальны. Пугающе идеальны.
– Что вы пытаетесь этим сказать? – спросил Лорд Фантомфайт.
– Невозможно так идеально подготовиться к собственной смерти… точнее к убийству, как это сделали вы. Еда, сова, даже ваши слова, адресованные мне, были идеально подготовлены. Это не могло быть просто предчувствием. Затем появление отца Джереми, выглядевшего подозрительно, хотя безупречное алиби не оставляло место для сомнений. И потом… эти слова, сказанные на прощание… и после всего, что я сейчас услышал я понял истинную природу своих опасений… а также «вероятность наличия чего-то сверхъестественного», которая опровергает все наши предположения, – рассказал Артур Уордсмит.
– Сверхъестественного? – нахмурившись, переспросила я.
– Вероятность того, что Лорд Мозенрат Фантомфайт не умирал. И когда я подумал об этом, то не смог себя сдержать…
– Подумать только, ты пришел, чтобы проверить в это и вернулся только после тех слов… о тех, кто получил похвалу молодой леди можно ожидать чего угодно, – произнес демон бархатным голосом, в котором улавливалась легкая ирония.
– Сейчас ни к чему говорить об этом, – холодно произнесла я.
– Ну и? Что во мне такого особенного, что заставило вас так думать? – с улыбкой, спросил Лорд Фантомфайт.
– Начнем с момента смерти Грегсона де Лабарта, – начал рассуждать Артур Уордсмит. – В тот момент вы ничего не делали, а просто стояли и наблюдали за нашими действиями. И этот человек, который мгновенно реагировал на малейшие беспорядки во время званого ужина. Когда я думаю об этом, я не могу не задуматься об истинной причине этих действий. И потом когда леди обвинили по подозрению в убийстве, вы и слова не сказали в её защиту. Разве не выглядит такое поведение лорда по отношению к своей жене странным?
Нахмурившись, я подперла левую щеку тыльной стороной руки.
– Вы не знали? Подозрения на леди были сняты, как только произошло следующее убийство. Конечно… я прекрасно это понимал, – с усмешкой, ответил демон. 
– Так вы действительно… – в шоке прошептал господин писатель.
– Как бы то ни было, это не означало, что моя жена мне безразлична.
– Хмф. Ты, вероятно, думал поделом мне, да? – нахмурившись, спросила я.
– Нисколько, – с улыбкой возразил демон, в его голосе проскользнула легкая ирония. – Я был просто поражен, когда ты сказала, что возможно что-то будет подстроено, и быстро улеглась спать, а меня оставила разгребать весь этот беспорядок.
– Подождите секундочку! – воскликнул господин писатель. – Под этими слова вы подразумеваете…
Я протянула пустую чашку мужу, который понял меня и налил еще чаю.
– Мы знали заранее, что на ужине заявится человек, который желает причинить боль Леди Фантомфайт.
– То есть? Вы знали, что случится этот инцидент?! – выкрикнул Артур.
– Вполне, – улыбнулся Лорд Фантомфайт. – Мы также знали, что Грегсон де Лабарт будет предполагаемой жертвой… и что я умру.
– Что?! – вскочил со стула господин писатель, положив ладони на стол.
– Я определенно слышал звук разбито стекла, однако поблизости ничего подобного не было видно, – начал рассказывать демон. – Я также не почувствовал запаха крови, это означало… там, скорей всего, была бутылка, в которой находился яд…
– Простите! Почему вы сразу не сказали?! Если бы сделали это, то леди не стали бы подозревать в преступлении! – недоумевал Артур Уордсмит, севший обратно на стул.
– Фурия, казалось, наблюдала за ситуацией, я делал тоже самое, – ответил демон.
– Убийство при таких обстоятельствах… – сказала я и немного откусила шоколадного птифура. – Сперва я подумала, что это, должно быть, подстроено. Помимо того, жив он был или мертв, я предположила, что Грегсон де Лабарт выпил яд самостоятельно. После этого все, как сказал Лорд Фантомфайт, – я сцепила пальцы в замок и задумчиво опустила на них подбородок. – Я думала, что мы все равно не опоздаем, даже если поймаем за хвост преступника…
– Понятно. Вот почему вы приказали ему проверить запасы угля. Я тоже подумал об этом. Не имело смысла собирать золу в пустеющей комнате. И все-таки, за этим делом его и убили, – сделал вывод господин писатель.
– А на самом деле, ты хотела, чтобы я «тщательно исследовал камин»? А ты дорогая жестока, однако. Когда приказала мне, ты знала, что я буду убит, выполняя твое поручение, – хитро улыбнулся Лорд Фантомфайт.
– Никогда не думала, что все что ожидалось будет длится так долго, – на моих губах появилась усмешка.
– Все что ожидалось? – растеряно переспросил Артур.
Мозенрат рассказал, что настоящим преступником оказался Граф Чарльз Грей. Это не было по воле судьбы. Это было по моей воле. Так решила я – Леди Фантомфайт. После того, как граф пронзил моего мужа рапирой и выкинул в сад осколки ампулы, Чарльз Грей направился в винный погреб. Мозенрат последовал за графом в погреб и увидел, как Чарльз убил Грегсона де Лабарта. Кружка выпала из рук господина писателя и разбилась об пол.
– Не может быть!!! Так вы говорите, что точно знали, кто преступником?! А затем просто позволили себя убить?! И все только потому, что таков был приказ леди?! – в шоке произнес Артур Уордсмит. Он был растерян и полностью нечего не понимал.
Я усмехнулась, подперев сложенными пальцами правой руки подбородок.
– Конечно. Я никогда не вру, – улыбнулся Мозенрат.
«Что ты хочешь этим сказать?» – хмуро подумала я.
– В любом случае, жестокость, с которой леди использует людей, заслуживает особого внимания, – сказал демон и продолжил рассказ.
Мозенрат приготовил запасы еды на три дня. Он раздал инструкции на следующий день шефу и садовнику. На всякий случай он дал горничной сову, которую поймал за день до этого в лесу. Написав мне отчет о делах в доме, Мозенрат спрятал их в подушку, которую передал мне. Затем лорд вернулся на место убийства, проткнул грудь кочергой и притворился мертвым. Его нашел Джейк, как и было приказано. Мозенрат может показаться слегка злобным, но озадаченный вид Графа Грея… он безусловно, насмешил лорда. А затем я разыграла довольно реалистичное представление. Он не думал, что я ударю его рукой с кольцом. Кроме того, он в положении, когда не мог пошевелиться… моё коварство было восхитительным. Мозенрат, будучи трупом, получил алиби и свободу действий. Это был способ без помех завершить работу. Мозенрат быстро поймал белую сову и ввел ей снотворное, а затем собрал осколки ампулы, которую Граф Грей выбросил в саду. Лорд выбросил их в камин в комнате мистера Гросмонта и выполнил мой приказ. Чуть позже, он загримировался и вернулся с билетом и пойманной совой в качестве алиби.
– Так билет был фальшивкой?! – воскликнул Артур.
– Нет, он был настоящий, – возразил Лорд Фантомфайт. – Вообще-то, мне пришлось съездить в Лондон, чтобы купить его. Во время перерыва на званом обеде я выскользнул и купил его. Впрочем мне: удалось не больше двух минут представления…
– Это невозможно! – господин писатель не верил в услышанное.
– Что ж если у вас есть какие-либо сомнения, то, когда вернетесь в Лондон, пожалуйста, проверьте корешок в кассе. А ещё у меня есть квитанция, – с улыбкой произнес демон.
– Так что все, включая сову, было всего лишь частью его маленького спектакля, разыгранного, чтоб Джереми выглядел убедительно, – я развела руки.
– Точно! А что было написано в письме? – спросил Артур.
– А, да. Насчет того письма… это он так пытался поразвлечь нас, – спокойно ответила я.
– Это была небольшая зарядка для ваших мозгов, учитывая, что во время расследования ваши занятия были прекращены, – улыбнулся Мозенрат. – Таким образом, моя двойная роль…
– Подождите минутку!!! Но я… мы вместе с Джереми проводили осмотр вашего тела! – воскликнул господин писатель.
– Ах, это… – вспомнил демон.
Мозенрат рассказал, что первым он осмотрел господина Грегсона де Лабарта. Затем продолжил с мистером Холландом. После мой муж незаметно и быстро перенес в нужную комнату тело Марка. Благодаря плохому моему поведению и личности господина писателя моему мужу удалось выйти сухим из воды.
– Дальнейшее вам известно, – улыбнулся Мозенрат, положив правую руку на свою грудь. – Я поддерживал леди в образе пастора Джереми. Господина Гросмонта арестовали, а леди вышла из всей этой истории невредимой, и теперь её невозможно в чем-либо обвинить.
– Я все же не понимаю, – задумчиво произнес Артур, положив правую руку на голову. – После того, как я услышал ваш рассказ, этот случай… да нет, все это… я совсем запутался. Я имею в виду, потому что…если это правда, тогда получается, что все эти злодеяния – дело рук Графа Грея. Для совершения преступлений у него была сцена, подготовленная Леди Фантомфайт, в чьей виновности он позже пытался нас убедить. Даже в такой ситуации леди и лорд тщательно подготовились, чтобы очистить себя от любых подозрений. Им было известно, что убийцей является Граф Грей, и они все же сделали преступником невинного мистера Гросмонта. Не то что бы этот случай был сложным… просто ситуация необычная.
– Вероятно, но ничего не поделаешь. Потому что все это было желанием Лорда Грея.
– КАК?! – Артур Уордсмит был ошарашен, услышав мои слова.
– Гость из Германии, Грегсон де Лабарт. Его банк вкладывал огромные средства в развитие немецкого флота. Я ничуть не преувеличу, назвав его ключевой фигурой в событиях, касающихся германской тяжелой промышленности. В данный момент позициям Британии на море угрожают Германия и Америка. Лорд Грей планировал уничтожить Грегсона де Лабарта и тем самым воспрепятствовать росту военной мощи Германии, – объяснила я.
– Неужели для этого нужно было убивать его? – спросил господин писатель.
– Разумеется, Грегсон – всего лишь обыкновенный банкир. Сила его влияния в какой-то мере подобна силе взмаха крыльев бабочки, которая, тем не менее, в один прекрасный день превратиться в ураган. Этот называется «эффект бабочки». Лорд Грей создал великую британскую империю, теперь правящую миром, всего за пятьдесят лет. Вероятно, он способен предугадать, которая из бабочек способна изменить мир одним взмахом крыльев, – как всегда я разложила все факты по полочкам.
– Но почему Граф Грей хотел возложить вину на вас? – спросил озадаченный Артур.
– Стыдно в этом признаваться, но была раскрыта одна моя шалость. Я и подумать не могла, что он попытается повесить на меня убийство… у Лорда Грея прекрасное чувство юмора. Впрочем, я всегда была хорошим игроком, – мои губы изогнулись в усмешке. – Гросмонт с самого начала был назначен на роль козла отпущения, пешки в моих руках.
– Но почему невинный мистер Гросмонт?
– Как, я ещё не сказала? Он заслуженно оказался в этой машине. Официально он владел бизнесом по обработке бриллиантов. На самом же деле он незаконно торговал оружием, которое получал вместе с бриллиантами в зонах конфликтов, – объяснила я.
– Более того, две недели назад был убит глава компании Roze, добывающей бриллианты, – добавил Мозенрат. – Через свои связи я удостоверился, что преступником был Гросмонт. Когда тот, кто принадлежит к теневой стороне мира, использует свою власть, чтобы подвергать опасности обычных людей, он грубо нарушает правила.
– Раз уж я все равно собиралась от него избавиться, он был идеальным кандидатом на роль козла отпущения. То, что случилось в этот раз – не более чем маленькая игра, с помощью которой Лорд Грей в очередной раз удостоверился, что у меня есть талант, – ухмыльнулась я.
– Быть этого не может… и, более того, если то, о чем вы мне только что рассказали, – правда, то он… Лорд Фантомфайт… – господин писатель окончательно запутался.
– Нет ничего более обманчивого, чем очевидный факт. Не так ли, господин писатель? – на моих губах появилась фирменная усмешка демона. – Правда была всегда рядом.
– Действительно. Правда о том, что я не человек, – немного зловещее прошептал Мозенрат на ухо писателю. Артур Уордсмит в ужасе упал на пол вместе со стулом. В глазах демона немедленно вспыхнуло малиновое пламя, а зрачки сделались узкими.
– Теперь, узнав это, я приложу все возможные усилия, чтоб об этом забыть. Правильно, господин писатель? – с этими словами оранжерея погрузилась в непроницаемую тьму.
– ААААААА! – Артур бросился наутек и неожиданно врезался в грудь демона.
Мозенрат положил правую руку на левое плечо писателя, а левую – на затылок.
– Интересно, что случится, если вы об этом кому-нибудь расскажите? Я уверен, что вы понимайте, о чем я, – зловеще улыбнулся Мозенрат, обнажив острые клыки.
– Я никому не скажу! Я никому не скажу, поэтому, пожалуйста! – в панике закричав, Артур Уордсмит вырвался из рук демона и побежал прочь от этого проклятого места.
– Эти слова… я удостоверюсь, что ты никогда их не забудешь. Мы постоянно наблюдаем… – зловеще предупредил демон.
Темнота, преследующая по пятам господина писателя, постепенно исчезла, оставляя после себя чувство опустошенного ужаса в широко распахнутые глаза. Больше нигде ничего не шуршало, не скалилось, не сверкало малиновыми точками глаз из сосущей, черной бездны с рваными краями. Больше ничего не напоминало о том, что секунду, мгновение назад здесь развернул свои черные крылья демон. Мозенрат склонил голову, дав длинным прядям черной челки опасть по обе стороны от его бледного лица. На тонких губах застыла чуть заметная улыбка.
– Зачем ты открыл ему свою истинную форму? – спросила я.
– Он писатель, пережив нечто необычное, он наверняка захочет описать свой опыт. Писатели – странные существа. Фурия, тебе ведь нравились его рассказы, не так ли? Ты, не отрываясь перечитывать тот журнал. Разве ты бы не расстроилась, узнав, что продолжения не будет? – с легкой ироний в голосе, спросил Мозенрат.
–  Хм. Со временем я бы забыла об этом, – задумчиво произнесла я.
– С нетерпением ждем его следующего произведения. Что ж... – негромко, как ни в чем не бывало, произнес демон. – Раз господин писатель столь скоро покинул нас, я сейчас же займусь приготовлениями к ланчу...
– Постой, – я поднялась из-за стола и подошла к Мозенрату. Я взяла его левую руку и надела на средний палец серебристое кольцо с черным агатом в виде ромба. – Это кольцо всегда должно быть у тебя. Пожалуйста, береги его. Прости меня за мою истерику. Когда я увидела тебя там, на полу, в луже крови, со страшной раной в груди... на один миг мне показалось, что ты и правда, умер. Мне вдруг стало так страшно. Я не хочу потерять тебя, потому, что я люблю тебя, – прошептала я.
– Фурия... – улыбнувшись, Мозенрат обнял меня за талию и прижал к себе. Парень медленно провел кончиками пальцев по моей спине. От его рук исходило тепло, было так уютно стоять с ним обнявшись, и ни о чём не думать. Демон взял меня за подбородок и притянул к себе, впившись в мои губы нежным поцелуем. Его губы нежнее лепестков роз, горячее пламени. Я не сопротивлялась, а лишь ответила на поцелуй демона и обняла его за шею.

«После этого моя ручка порхала по бумаге, точно я был чем-то одержим. Рука писала то «единственное» произведение, а ведь когда-то я и сам не верил, что смогу сотворить его. С тех пор, вне зависимости от того, сколько других книг я написал, пытаясь сбежать от «единственного» произведения, этот «особенный» главный герой постоянно возвращался ко мне, как проклятие. Всякий раз мне приходится вспоминать о них. Добро и зло, здравомыслие и безумие, мир живых и потусторонний мир. Всякий раз мне приходится вспоминать о тех, кто так изящной властвует над пропастью между противоположностями. Как будто они хотят, чтобы я помнил эту клятву. Я уверен, что существует нечто, превосходящее человеческое воображение.  Как бы то ни было. Я собираюсь похоронить эту тайну в глубине очага до конца своих дней. Как и тайну той дождливой ночи», – размышления Артура Уордсмита.

Не пытайся понять меня – просто почувствуй!
Как вино – пригуби, не спеши опьянеть…
Говорить о любви – это тоже искусство,
Полыхая огнём, до золы не сгореть…

Наилучшей игрой актера считается его полное перевоплощение в роль.

Отредактировано Agent_207 (2015-09-11 18:41:16)

+1

10

Глава 20: Сердце Океана
http://i67.fastpic.ru/thumb/2015/0911/6e/33d82b552eda288a8b2ebd3f4ea8596e.jpeg
Поместье Фантомфайт, 17 апреля
Я прочитала заголовок газеты: «Покойники восстают из мертвых? Чудо в госпитале Карнштейн». Алесса рассказала мне, что госпиталь Карнштейн активно пользуется услугами черного рынка. Она закупает иностранных рабов, но в последнее время ещё чаще и больше. Я вообще удивляюсь, зачем столько. Может, от них сразу избавляются, когда они перестают быть нужными. Неужели воскрешение мертвых – результат незаконных опытов над людьми. Выходит, что некая тайная организация решила оказать влияние на жизнь общества. Если вовремя лишить розу шипов, она не поранит руку. Я приказала Мозенрату проникнуть в госпиталь и все разузнать.

Как только домработница, экономка и дворецкий уехали на черном Bentley Continental GT, я ухмыльнулась. Я закричала, когда неожиданно правое окно моего кабинета открылось, а затем я увидела довольное лицо Мозенрата.
– А почему ты ухмыляешься? – с усмешкой спросил демон.
– Не пугай меня так!!! – недовольно выкрикнула я, а потом посмотрела мужа, который сейчас сидел на подоконнике моего кабинета. Сейчас он был похож на доктора: белая рубашка, черный галстук, белый врачебный халат, черные перчатки, на шеи висел фонендоскоп, черные брюки и лакированные черные туфли на невысоком каблуке, а на глазах были овальные очки с тонкими цепочками. – Что это за наряд?! – выкрикнула я, а в мыслях возмущенно добавила: «И я не ухмылялась!»
– Когда ты в Риме, поступай, так как римляне, – невозмутимо ответил демон, с привычной улыбкой на губах. – Мне удалось узнать кое-что интересное. Лучшие доктора вышеупомянутого госпиталя во главе с директором Райаном Стокером объединились в асоциальное "Общество Аврора". "Общество Аврора" это тайная организация первоклассных докторов, чей девиз "медицина спасет человечество". Это подтверждает, что они незаконно ставят опыты над людьми. Медсестра проболталась о том, что они не скрывают результаты экспериментов и принимаю пожертвования от дворян. Никаких следов рабов и опытов по воскрешению мертвых внутри госпиталя не обнаружено.
– Разве это не подозрительно? – спросила я, сцепив пальцы в замок.
– Да. Я уверен, что разгадка находится в "Обществе Аврора", – ответил демон.
– Когда у них ближайшее собрание? – спросила я, проведя пальцем по столу.
– Оно будет проводится на борту пассажирского судно, отплывающего из Саутгемптона семнадцатого апреля.
– Хм, собрание на корабле... там и аристократы, наверное будут, – задумчиво произнесла я, подперев щеку тыльной стороной правой руки. –  Семнадцатого апреля? – и тут я вспомнила слова Клэр: «В апреле мы с Джеймсом отправляемся в путешествие! Семнадцатого апреля мы на три недели уплываем в Нью-Йорк на роскошном корабле!». Неужели на том корабле будет собрание?  – Как называется эта посудина?! – серьезно спросила я, ударив ладонями об стол.
– Это роскошный корабль "Сердце Океана" Блю Стар Лайн...

Блестящие белые палубные надстройки «Сердце Океана» возвышаются за перилами подобно горам, а над ними три черные трубы на фоне неба похожи на колонны большого храма. Прекрасный огромный лайнер «Сердце Океана» стоял в Саутгемптонском порту, и ждал часа, чтобы отправится в звездное плавание до Нью-Йорка. Сотни зрителей стояли вдоль берега и смотрели на корабль. Крупнейший пассажирский лайнер мира, ошеломлял своим великолепием. Все, от простых бродяг стоящих внизу, до аристократов, прогуливающихся по верхней палубе, поражались величию и великолепию «Сердце Океана». Царит атмосфера волнующего и важного события. Люди обнимаются в слезном прощании или машут и выкрикивают пожелания доброго пути друзьям и родственникам на палубах.
– Так вот какое – "Сердце Океана" – воскликнул Джейк.
– Ну и громадина, – удивлено произнес Майкл.
Мозенрат попросил грузчиков доставить наш багаж в каюту первого класса А66.
– Так здорово, что Снэйк плывет с ними! – радостно произнес Джейк.
– В обязанности лакея входит сопровождение хозяев в поездках. Пожалуйста, работайте хорошо в наше отсутствие, – вежливо попросил Мозенрат.
– Так точно, Господин!!! – в один голос произнесли слуги.
Я поднималась по трапу вместе с Мозенратом с Снэйком.
– Что ж... мы отправляемся, – произнесла я.
– Скоро отплываем! Уважаемые пассажиры! Пожалуйста, поторопитесь! – раздался мужской голос.
К Натали подошел незнакомец. Он был одет в обычный черный костюм, поверх которого было надето черное пальто. На ногах у незнакомца остроносые черно-белые ботинки начищены до блеска, а в левой руке он держал черный чемодан. На руках были элегантные черные кожаные перчатки. На голове у него черная шляпа, а на правой руке – стильные серебряные часы.
– Эй! Вы не подскажите, где вход для второго класса? – спросил незнакомец.
– А? Кажется, там, – ответила жница.
– Спасибо! С меня чашечка чая! У вас какой номер? – спросил незнакомец.
– Я просто провожаю кое-кого, – спокойно произнесла Натали.
– Мы сейчас поднимаем трап! – раздался голос.
– Если вернусь целым и невредимым, ещё увидимся! – незнакомец помахал правой рукой и побежал к кораблю. Натали ахнула, а незнакомец произнес: – Пока!
– Ох. В первый раз в жизни я так поражена, – вздохнула Натали.
– Что за странный бабник? – фыркнул Майкл.
– Какие большие! У него такие необычные очки! – произнес Джейк.
– Проклятье! Если я опоздаю, меня убьют! – ругнулся незнакомец.
Я, Мозенрат и Снэйк поднялись на борт корабля.
– Кажется, мы скоро отплываем, – произнес Мозенрат.
И вот, величественный лайнер сходит на воду. Начинается его первый путь через трансатлантическую трассу. Люди, словно сошедшие с фотографий начала двадцатого века, машут с борта «Сердце Океана» провожающим. Толпа веселых провожающих с воодушевлением машет на прощанье, пока черная стена металла движется мимо них. Невероятно маленькие фигурки отходят от перил корабля. «Сердце Океана» набирает скорость. И вот, корабль уже рассекает водную гладь, направляясь в Нью-Йорк. Люди взбудоражены, они не знают чего ожидать от этого путешествия.
– Фух! Успел. Я уже на борту, все идет по плану... – произнес незнакомец, положив руки на корабельные перила. Правой рукой он снял черную шляпу. Это оказался рыжеволосый жнец с желто-зелеными глазами. – Попутный ветер в паруса! Будущее прекрасно! Во всяком случае для нас, – улыбнулся Шон Крайтон.

Огромный круизный лайнер, сверкая огнями, медленно вышел из порта. Люди на борту безмятежно болтали, предвкушая долгую и захватывающую поездку. До блеска натертые полы, искусно украшенная мебель, сверкание драгоценностей и звон бокалов с элитными винами – обычный антураж для высшего общества. Предприниматели и политики, аристократы и актеры, просто миллионеры и любители жизни собрались на корабле-красавце, в этом царстве роскоши и довольства. Услужливые стюарды распахнули красивые резные двери, пропуская гостей внутрь. Оттуда открывался невероятно красивый вид на деревянную массивную Большую Лестницу, сделанную из красного дерева. Огромный стеклянный купол над головой и величественные окна. Я достаточно повидала за свою недолгую жизнь, побывал во многих красивых домах, но «Сердце Океана» оставался поистине сказочным кораблем, поражающим своей роскошью. Тонкая фарфоровая посуда, и необычайно прозрачные хрустальные бокалы, столовое серебро с маркировкой 207, которое обозначало, что оно сделано специально и только для «Сердца Океана».

POV Мозенрата
Через полчаса после того, как оставили Снэйка в компании Клэр, Джеймса и Мелани, мы с Фурией направились в свою каюту. Там было довольно чисто, ни единого следа и, казалось, что все вещи лежат на своих местах. На столике был поднос с двумя бокалами, бутылкой шампанского, клубникой и миской шоколадного мусса. Фурия наложила на дверь звуконепроницаемые и запирающие чары. Девушка подошла к столику, окунула красную клубнику в шоколадный мусс и проглотила ее.
– Такая сладкая, – прошептав, я взял со стола миску с шоколадным муссом.
– Мо... Мозенрат? – Фурия непонимающе смотрела на меня.
– Фурия, не двигайся, – я окунул пальцы в шоколад. И провёл рукой с шоколадным муссом по щекам и губам девушки. Я начал медленно слизывать мусс с её лица.
– Прекрати, щекотно.
– Успокойся, любовь моя... это же я, – улыбнувшись, я накрыл своими губами губы девушки в шоколадном поцелуе.
Даже не успев сопротивляться, Фурия не заметила, как ответила на мой поцелуй. Это нельзя было с чем-либо сравнить – та незримая черта, через которую она осмелилась переступить, ледяной огненный омут, сумевший поглотить её разум, оставив в душе лишь желание. Утонуть – это так легко и приятно. Забыть все, не видеть ничего, кроме этих сапфировых глаз. Через секунды мы оказались на кровати. Моя страсть, мои жаркие поцелуи горели в огненном вихре, передавая частичку пламени Фурии. Она же в обмен дарила мне свое сердце, теплое и трепещущее от моих прикосновений, бьющееся сильнее при звуке моего голоса. Пламя внутри сжигало все отголоски разума. Фурия отдавалась в мои горячие ответные ласки, глубже падая в бездну страсти. Девушка испытывала фантастически непередаваемые ощущения, словно она попала в какой-то иной, нереальный мир и заблудился в феерическом блаженстве. Пылающий, сжигающий все на своем пути ледяной огонь захватил девушку, превращая её в нечто необузданное. Пламя внутри все росло и росло, постепенно затмевая другие чувства, оставляя лишь сладостное блаженство. Наши языки сплелись в огненном вальсе, исполняя дикий танец страсти. Два огня, вместе составляющие полыхающий пожар силы и могущества. Фурия, утопая в объятиях, блаженно шипела. Это не преувеличение, она издавала именно такие звуки. Девочка со странностями, что тут скажешь?

Корабль "Сердце Океана", 16:34
Ближе к вечеру корабль начинает светиться теплым кремовым светом. Лакей, схватившись за изогнутые перила, стоит прямо на носу судна, очень близко к краю. Снэйк наклоняется вперед, глядя на пятьдесят футов вниз, где нос корабля, словно нож, разрезает водную поверхность, направляя вверх два прозрачных листа воды. Выпрямившись, чешуйчатый юноша закрыл глаза, позволяя холодному ветру продувать ему голову. Лакей услышал голос Мелани за спиной:
– Здравствуй, Снэйк.
Лакей повернулся в сторону Мелани. На ней было оранжевое платье и черные туфли, а вокруг её плеч обвилась южноафриканская щитковая кобра Лизхен.
– Я передумала, – ответила девушка.
Лакей улыбается ей, его глаза наполняются ею. Щеки Мелани краснеют от холодного ветра, глаза сверкают, волосы колышет ветер, они развеваются вокруг лица.
– Клэр сказала, что ты должен быть здесь...
– Тссс. Иди сюда. – Снэйк кладет руку на талию Мелани, как если бы собирался поцеловать ее. – Закрой глаза.
Девушка давно обратила внимания, что когда лакей чувствуют себе уверено, он забывает про своих змей. Мелани закрывает, и он поворачивает ее лицом вперед по направлению движения корабля. Он мягко подталкивает ее к перилам, стоя прямо за ней. Потом он берет ее руки, поднимает их и разводит в стороны. Когда он опускает свои руки, ее руки остаются распростертыми в стороны, как крылья.
– Хорошо. Открой глаза.
Мелани задыхается. Она ничего не видит перед собой, кроме воды. Как будто под ними нет корабля, только они парят вдвоем. Океан распространяется перед ними ребристым медным щитом под сумеречным небом. И только ветер, и шум воды 50-ю футами ниже.
– Я лечу! – Мелани наклоняется вперед. Снэйк кладет руки на ее талию, удерживая ее.
Мелани закрывает глаза, чувствуя себя в невесомости высоко над океаном. Она мечтательно улыбается, потом выгибается назад, нежно опираясь спиной на грудь лакея. Снэйк подается немного вперед к ней. Он медленно протягивает руки, которые встречаются с ее руками... пальцы нежно соприкасаются. Потом их пальцы сплетаются и, медленно двигаясь, ласкают друг друга, как тела двух любовников. Снэйк приближается лицом к ее развевающимся волосам, позволяя их аромату овевать его, пока его щека не оказывается рядом с ее ухом. Мелани поворачивает голову, и ее губы оказываются рядом с ним. Она опускает руки, поворачиваясь больше, пока ее губы не оказываются напротив его губ. Он обвивает ее руками, и они целуются, она – с повернутой и закинутой назад головой, поддаваясь ему в волнении, в неотвратимости. Они целуются сначала медленно и дрожа, потом с нарастающей страстью. Снэйк и корабль кажутся соединенными в одну энергию силы и радости, окружающую Мелани, увлекающую ее в волшебное путешествие, бесстрашно влетая в ночь.

Корабль "Сердце Океана", танцевальный зал первого класса, 20:54
Дворецкий почтительно поклонился и грациозно протянул экономке руку:
– Не откажитесь ли потанцевать со мной, миледи?
– С радостью! – улыбнулась Клэр, кладя свою руку на ладонь Джеймса.
Дворецкий резко притянул экономку к себе, моментально становясь в нужную позицию. Клэр ничего не ответила, с удивлением глядя на Джеймса. Так же внезапно, как несколько минут назад загорелся свет, заиграла музыка, и Джеймс повел свою партнершу по залу в головокружительном танце. И никто больше не мог танцевать так, как эти двое демонов, что грациозно слились в единое целое, исполняя самый страстный танец из всех. Ни Джеймс, ни Клэр не задумывались над своими движениями, все получалось самопроизвольно и безупречно. Они смотрели друг другу в глаза, ни на секунду не отрывая взгляда и не моргая, на их лицах не выражалось ни одной эмоции, их чувства передавал танец, который позднее будет известен во всем мире с названием «танго». Джеймс притягивал к себе Клэр так, будто бы изнемогал от желания и был готов взять её прямо сейчас, обхватывал её хрупкую талию так, будто бы это единственное, что есть в его жизни, отталкивал её так, будто бы всем сердцем ненавидел. Клэр задерживала дыхание, когда их тела сплетались, а губы почти соприкасались друг с другом. С каждой минутой воздух казался все более спертым, он был заряжен страстью, дьявольской, неистовой, дикой и всепоглощающей. Джеймс резко оттолкнул Клэр, не притягивая вновь, экономка изящно прогнулась в спине, и дворецкий подхватил её одной рукой, в другой же сжал хрупкую ладонь своей партнерши, переплетая их пальцы, и склоняясь к её лицу. Музыка стихла. Джеймс наклонился к лицу Клэр. Он подался вперед и поцеловал экономку в губы. Его поцелуй такой нежный, мягкий, но уверенный. Мысли сбились в одну кучу. Ничего нельзя было понять. Клэр просто была счастлива. Нет, не счастлива. Экономка пребывала в такой эйфории, что не о чем было думать. Оставалось только отдаться счастью и наслаждаться его губами. Сердце билось так, словно сейчас выпрыгнет из груди, экономка задыхалась от чувств сотрясающих её рассудок.

Корабль "Сердце Океана", палуба первого класса, 22:00
Путешествие обещало быть долгим. Корабль окружала всепоглощающая водная гладь. Лишь благодаря свету от парохода можно было разглядеть контуры волн, и понять, что судно не стоит на месте. Фурия облокотилась на перила, наблюдая за небом. Темно-синее небо богато украшено мириадами сверкающих алмазами созвездий и звезд, которые освещали гладь воды причудливым серебряным светом. Наложив на корабль иллюзию, чтобы нас никто из пассажиров не увидел, девушка превратилась в фею, а я раскрыл за спиной черные пернатые крылья. Прозрачные крылья Фурии мерцали в лунном свете, а в её сапфировых глазах отражались серебряные лучи спутницы ночи. Я и Фурия взлетели в воздух. Сделав изящное сальто, темная фея полетела на полной скорости к водной глади. Оказавшись близко к воде, она провела правой рукой по черной водной глади и резко взмыла в воздух, оставляя за собой медленно тающий серебристый свет, который исходил от её блестящих крыльев. Мы начали танцевать лунный танец. Резкие быстрые движения, чёткий и слаженный ритм. Мы разлетаемся, а затем соединяемся вместе. Когда я отпускал девушку, она делала вид, что не может летать и плавно соскальзывает вниз. Тогда я лечу за ней, ловлю, и мы вновь поднимаемся ввысь. И вот мы поцеловались на фоне ночного неба.

Trying hard to speak and
Fighting with my weak hand
Driven to distraction
So part of the plan
When something is broken
And you try to fix it
Trying to repair it
Any way you can
I dive in at the deep end
You become my best friend
I wanna love you
But I don't know if I can
I know something is broken
And I'm trying to fix it
Trying to repair it
Any way I can

Ooh ooh ooh ooh

You and me are floating on a tidal wave
Together
You and me are drifting into outer space
And singing

Ooh ooh ooh ooh

You and me are floating on a tidal wave
Together
You and me are drifting into outer space
You and me are floating on a tidal wave
Together
You and me are drifting into outer space
And singing

Ooh ooh ooh ooh

Coldplay – X&Y

POV Фурии
Корабль "Сердце Океана" гостиная пассажиров первого класса
Сегодня я надела черные туфли на низком каблуке с ремешком, черные женские брюки, белую рубашку и голубой жилет с черным лацканом наклонной формы. А на шее я завязала аккуратный белый бант-крест с синими полосками и одной свисающей лентой (примерно десять сантиметров в длину). Клэр выбрала фиолетовое платье с серебристой змеей и фиолетовые туфли с изящными каблуками и подошвой фиолетового цвета. Всё как я думала и ожидала. Лорды, леди, герцоги, графы, маркизы, танцы, вина, блёстки, веселье, сплетни, хвастовство и показуха. От этого всего у меня голова кругом идёт. Поскорее бы закончить дело и уйти бы домой! Не люблю я шумные компании. Все аристократы и пассажиры выглядели довольными жизнью и общением друг с другом. В зале стояли круглые столики с закусками. Каждый мог подойти со своей тарелкой и наполнить ее едой по своему вкусу. Экономка куда-то удалилась, но мне было все равно.
– Аристократы действительно не занимаются ничем, кроме того, что собираются каждый день и обсуждают несущественные вещи вроде сплетен друг о друге... – не хуже змеи, возмущено прошипела я, взяв со столика тарелку с едой. – Глупо, что я оставила дела, чтобы быть здесь. Насколько я понимаю, знаком того, что собрание "Общества Авроры" открылось, является официант с пустыми бокалами. Он проходит по залу с подносом, а участники берут бокал и направляются к назначенному месту. Не пропусти сигнал, – предупредила я.
– Как скажешь, дорогая, – ответил Мозенрат.
Все люди посматривали на лакея и перешептывались.
– Не привык к толпе, да? – спросила я.
– Моя внешность отличается от внешности большинства людей... мы вместе, поэтому они и над вами будут смеяться, говорит Дэн, – высказался Снэйк.
– Ну и что? – мои слова вызвали удивлению у чешуйчатого юноши. – Ты не такой, как все, поэтому, вполне естественно, что и внешнее ты отличаешься. Тебе нечего стыдиться. Кроме того, я могу позволить себе выходить в свет, с кем мне вздумается. И никто мне не указ, – высокомерно заявила я.
– Совершенно верно, – поддержал Мозенрат, положив правую руку на плечо лакея. – В данный момент ты – лакей в знатной семье. Так что поверь в себя, и спину выпрями.
– Тот самый официант! – я заметила, как один пожилой человек схватил с подноса пустой бокал. – Мы за ним! А ты тут приберись! – вручив тарелку с едой лакею, я и Мозенрат направились за мужчиной с пустым бокалом.
Лакей озадачено застыл на месте с тарелкой в руках.

В столовой третьего класса раздавались веселые восклицания и довольный смех.
– Как по мне, то лучше пропустить кружечку пива, чем шампанского! Вы согласны, молодой человек? – спросил темно-русый мужчина лет тридцати.
– В общем-то, да, но, со своей девушкой без дорогого шампанского не обойтись! – согласился Шон Крайтон, откинувшись на стул, на котором висел черный пиджак. – Девушки у меня, быть может, и нет, зато есть куча свободного времени! За наше свободное время!

Мы стоим за углом и наблюдаем за людьми у двери в зал. Тридцать фунтов – столь непомерная цена за бокал воды. Служит своего рода пропуском: если человек не в состоянии заплатить, внутрь не попадет. Я наложила на нас иллюзию. Мозенрат стал кареглазым шатеном, у которого волосы были собраны в хвост черной лентой, а я стала зеленоглазой шатенкой с коричневыми прямыми волосами. Насколько мне известно, у членов "Общество Авроры" есть определенный ритуал приветствия. А если человек его не знает, его вынудят уйти. Я была в шоке, когда узнала, что там за ритуал приветствия они используют. Если мы этого не сделаем, все поймут что мы чужаки, и нам придется уйти. Нечего не поделаешь, обстоятельства вынуждают... а теперь идем. Чего бы нам это ни стоило. Мозенрат заплатит за дорогой стакан воды, и мы вошли в комнату. Здесь было полно аристократов, их объединяло лишь одно – золотые значки в виде фениксов. В конце зала, между двумя золотыми дверьми стоял темно-коричневый орган.  К нам подошел пожилой мужчина в очках и спросил:
– Вы здесь впервые?
– Пламя в наших сердцах да никто не погасит. Мы...
– Феникс!!! – мы с Мозенратом встали в позу феникса. Мы подняли левые ноги и согнули в колени, а руки подняли, как будто мы гордые птицы возрождающиеся из пепла.
«Что за поза?! Это не может быть паролем! Если ты ошибся, все пропало, Мозенрат!!!», – в недоумение и смущений подумала я.
– Феникс!! – мужчина встал в позу феникса. – Добро пожаловать в "Общество Авроры". Вот ваши членские значки, – мужчина дал на пару золотых значков в виде феникса.
– Спасибо, – поблагодарил Мозенрат.
Демон прикрепил золотой значок на мой пиджак, а затем второй прикрепил на своем фрак.
– Никогда больше не сделаю этого снова… – прошептала я.
– Иииии-хии-хиии-хии! – засмеялась жница. – Я и подумать не могла, что вам придется делать нечто подобное!! Лучшее, что я видела!! – весело сказала Элис.
– Элис!? – удивлено произнесла я.
– Говорить "Феникс!" с таким серьезным лицом. Аха-ха! – засмеялась Элис.
– Ах, ты тварь! – вспылила я. Сейчас мне было не до смеха.
– Успокойся, дорогая, – произнес Мозенрат.
– Хии-хии.
– А ты, вообще что здесь делаешь? – спросил демон.
– Свою работу. Госпиталь – мой постоянный клиент, – ответила жница, продолжая улыбаться.
– Мы расследуем незаконные эксперименты  над людьми, которые здесь проводят. Тебе известно что-то о воскрешении из мертвых? – сдержано спросила я.
– Секундочку... вам – информацию, мне – вознаграждение, – истерически засмеялась жница. – Сейчас подумаю... как на счет того, чтобы повторить ту позу ещё разок?
– Кто черт возьми... – я была просто в ярости от заявления жницы.
– Феникс!!! – раздался знакомый мужской голос.
Мы обернулись и увидели Баронета Леона. Он был одет во все черное, исключение составляли: белый жилет и белое жабо с красной овальной брошью. Баронет левую руку положил на затылок, а правую держал наподобие крыла птицы. Леон держал правую ногу вытянутой вперед и улыбался лучезарной улыбкой.
– Прошу прошения, я немного видоизменил эту позу по своему вкусу.
– Это Баронет Леон?! Что он здесь делает?! – негодовала я.
– Он ведь врач по образованию, – ответил демон.
– Ой, вы новички? – спросил Леон, подойдя к нам.
– Да, – подтвердил Мозенрат. – Мы прочли статью в газете.
– Ах, разговорчивость мадам Сэмюэль меня измучила! – вздохнул Леон и театрально приложил правую руку ко лбу. – Подумать только, она раскрыла наши секреты так просто. Не встречались ли мы где-нибудь раньше? – спросил баронет, обращаясь ко мне.
– Нет! Уверена, это наше первая встреча! – моментально соврала я.
– В самом деле, я бы ни за что не забыл такую красивую девушку, как ты.
Баронет ненадолго отвлекся от нас. Я оглядела зал и увидела, что жница куда-то пропала. Интересно, куда делась Элис? Послышались тяжелые шаги. Золотые двери открылись и в зал вошли четыре человека с гробом. Они поставили гроб перед большим органом. А затем в зал вошел человек в белом костюм и черном галстуке. У него были карие волосы и коричневые прямые волосы, едва касающиеся плеч.
– Пламя в наших сердцах... да никто не погасит. Мы... Фениксы!!! – Райан Стокер встал в позу феникса. – Дамы и господа! – поклонился доктор. – Спасибо, что вы пришли сегодня на презентацию результатов исследовании общества авроры "спасение всего человечества с помощью медицины!". Что же это за панацея? - спросите вы, это абсолютное здоровье. Здоровое тело! Здоровые зубы! Здоровый дух в здоровом теле! И, наконец, отличное настроение! Быть здоровым поистине великолепно! Но бывают и такие проблемы со здоровьем, которые мы не можем преодолеть, как усердно мы ни старались. Что же это? – спросите вы. Смерть! И та великая сила, которая защитит нас от этого бедствия – лечебные практики общества авроры! Дамы и господа, приготовьтесь увидеть плоды нашего исследования, направленного с помощью медицины, всего человечества, – после этих слова, люди в черных костюма открыли гроб, в котором лежала молодая блондинка в белом платье и серой повязкой на глазах. На лбу, шеи и вокруг рта были ужасные шрамы, а возле гроба стояли родители погибшей девушки. – Маргарет О"Коннор, погибла в семнадцать лет в результате несчастного случая. Э, это прискорбно, такого не должно было случиться. Но несчастье коснулось не только её. Здоровье всей семьи пошатнулось под тяжестью горя. Я хочу спасти их всех! – решительно завил доктор.
– Тело настоящее? – шепотом спросила я.
– Вероятно. Запах разложения столь селен, что щекочет мне нос, – прошептал Мозенрат.
Мы увидели, как люди в белых костюмах присоединили провода с присосками к мертвой блондинке.
– А теперь дамы и господа, я продемонстрирую вам истинную мощь медицины! Полное спасение! – Райан включил устройство, а затем ток пошел по проводам.

«А здесь не так уж и плохо», – пронеслось в голове Шона, пока он отпивал из большой кружки с пивом, обнимая молодую красотку. Вскоре, взглянув на часы, он понял, что удовольствие придётся прервать ради работы.
– Ого! Мне пора, – с этими слова Шон накинул на себя черный пиджак.
«Ух, ты, необычные часы», – подумала блондинка, а вслух произнесла:
– Ах, тебе уже пора идти?
– Ага, работка не ждет, – ответил жнец, надевая на себя черный пиджак.
– Что, так скоро уходишь? Ну, что поделаешь... а не встретиться ли нам завтра? – спросила зеленоглазая шатенка.
– Почему бы и нет? Если мы встретимся в мире живых, с удовольствием, – с очаровательной улыбкой ответил Шон.
«Ахаха, что ты имеешь в виду?» – подумала шатенка.

Глава 21: нападение мертвецов
http://i69.fastpic.ru/thumb/2015/0911/45/6b5bb473b746fc75034fe7c2c53adc45.jpeg

Атлантический океан, Корабль "Сердце Океана", 12:00
– Восстань же из мертвых! Подобно Фениксу!!! – властно приказал Райн. Труп блондинки медленно поднялся из открытого гроба. – Смотрите же! Наша медицина способна преодолеть смерть!
Мама Маргарет обняла свою дочь, а отец поблагодарил доктора. В зале раздались аплодисменты и восхищенные вздохи.
– Что за чертовщина? – не поверила я
– Он правда оживил труп? – задумчиво произнес Мозенрат.
И вдруг в глазах демона свернуло малиновое пламя. Здесь что-то не так – мы это чувствовали. Вдруг ожившая блондинка вцепилась зубами в шею матери и убила её. Люди закричали и побежали к выходу. Я убрала иллюзию с себя и Мозенрата. Больше нет смысла маскироваться. Демон кинул ножи и попал в сердце блондинки, но она все равно продолжила двигаться. Какого черта? Неужели она? Мы с демоном озадачено смотрели на оживший труп. Я уверена, что он поразил её точно в сердце. Я понятия не имею, что это за тварь. Пара охранников черных костюмах начали стрелять в мертвую блондинку, но это её не остановило. Мертвая блондинка разорвала их на части.
– Может, мне это расчленить? – предложил Мозенрат.
– Не, пока ей не размозжишь голову, она будет двигаться и радоваться жизни, – раздался мужской голос. В зал влетел верхом на красной газонокосилке рыжеволосый парень и разнес голову мертвой блондинки. – ВО-ОТ ТАК! Надо обращать внимание на такие вещи, – остановил жнец и глянул в темно-коричневую книгу. –  Секундочку... а-ах! Эта девчонка давно уже мертва! Бли-и-ин! Я ж им говорил, что забрал её душу.
А вот эта на месте. Поехали, – из тела мертвой женщины начала выходить пленка жизни. – Сюзанна Коннор, дата рождения 23 июля, 1941 года. Умерла от потери крови 20 апреля 1996 года. Примечания... нет. Дело закрыто, – зачитал жнец и поставил печать в книге.
– Жнец! – сообразила я.
– Хм? Так, так... вы случайно не тот самый Мозенратчик? – поинтересовался рыжеволосый жнец, облокотившись на ручку газонокосилки.
– Отвратительно прозвище... – отозвался демон. – Я Лорд Мозенрат Фантомфайт. А вы?
– Оперативный работник департамента жнецов – Шон Крайтон, – представился рыжеволосый жнец и улыбнулся. – Спасибо, что приглядели за кое-кем.
– Вы сказали, что эти существ можно убить, только размозжив им головы... это значит, что  жнецам что-то известно о воскрешении мертвых? – спросил Мозенрат.
– Не-а, мы сами не в курсе подробностей, – ответил Шон. – Просто... к нам поступили сообщения о живых трупах, из которых были изъяты души. И наше начальство решило, что это наш промах. Я здесь, чтобы с этим разобраться. Это сто пудово был бездушный труп. Я лично забрал душу Маргарет О"Коннор две недели назад.
– Значит, никого воскрешения не было. Труп просто двигался, – уточнила я.
– Разве бездушное тело может двигаться? – поинтересовался Мозенрат.
– Начальство говорит, что это невозможно, но на деле эти трупы живые и шевелятся, вот мы и пытаемся разобраться, – Шон развел руки в стороны.
– Вам только известно, что их можно убить, разбив им головы, – задумчиво произнес демон.
– "Убить" - громко сказано, просто "остановить", – поправил жнец.
– Похоже, нам остается только узнать от Райана, как ему это удалось. Идем! – сказала я.
Мы уже направились к выходу, но… сзади раздался рев газонокосилки. Мозенрат перехватил оружие жнеца и удерживал в десяти сантиментах от своего лица.
– Если начальство узнает, что на борту был демон... меня могут спросить: "И ты позволит этому чудовищу красть души?". Думайте, у меня не будет из-за этого проблем? Меня нагрузят сверхурочной работой. Почему бы вам не исчезнуть?
– Я ухожу! Когда наиграешь с ним, пойдешь за мной! – приказала я и выбежала из зала. У меня не было время, чтобы сражаться со жнецом – сейчас нужно поймать Райана.
– Как пожелаешь, – ответил демон.
– ОГО! Девушки такие наглые пошли... – удивился Шон.
– Я бы на вашем месте не отвлекался, – в глазах демона вспыхнуло малиновое пламя, а зрачки сузились до тончащих игл. 
Жнец уклонился назад и чуть было не получил удар правой ногой демона. Шон сделал сальто назад, запрыгнул на газонокосилку и поехал назад. Мозенрат кинул в жнеца серебряные ножи, которые тот разрубил своей газонокосилкой.
– Другого от жнеца я и не ожидал. Безупречно наточенная коса, – подметил демон.
– Конечно! – улыбнулся Шон.
Рыжеволосый жнец поехал на таран и неожиданно прыгнул в воздух, чтобы избежать следующего удара ноги демона. Кинжал пронесся в миллиметре от лица Мозенрата, оставив крошечный кровавый росчерк на левой щеке. Демону показалось, или он на полсекунды замешкался, упустив шанс одним движением свернуть шею своему противнику. Сделав кувырок в воздухе, Шон приземлился на ручку газонокосилки, и поехала назад, поманивая рукой.
– Жнецы должны знать все о своих косах смерти. Это старая модель, – улыбнулся Шон, держа в правой руке небольшой кинжал, на котором была видна кровь. 
– Действительно, девушки сейчас такие наглые, – согласился Мозенрат.

Корабль "Сердце Океана", грузовое отделение, 12:05
В погоне за Райаном, я спустилась в грузовое отделение корабля. Я медленно шла между ящика, держав в правой руке пистолет, а в левой – фонарик.
– Кто здесь?! – я направила фонарик на источник шума. – СНЭЙК?!
– Как ярко, говорит Вордсворт, – отозвался лакей, зажмурившись от света.
Парень сидел на полу в окружении змей, в руках у него была тарелка. Из ящика с фамильным гербом семьи Фантомфайт выползали змеи лакея.
– Ты что здесь делаешь? – в недоумении спросила я.
– Еда оказалась такой вкусной, что я решил со всеми поделиться, говорит Дэн.
– А тортик все равно лучше, – прозвучал женский голос.
– Ясно... – ответила я и обернулась. – Клэр Найтлерис?!
– Ну, не бросай меня одну…  я хотела, чтобы ты съела тортик... ты же любишь с клубничкой. Я принесла самый большой кусок. Видишь? – экономка протянула мне… пустую тарелку.
Клэр Найтлерис ойкнула. Позади неё оказался блондин с серой повязкой на глазах, у которого рот был заляпан кремом. Ещё один! Их было больше?! У Райана есть ещё живой труп?! Я запустила в него красный плазменный залп и разнесла его на куски. Рядом лежал черный гроб с изображение золотого феникса. Это же... знак «Общества Аврора».
– Снэйк! Я с ними разберусь, а ты позаботься о Клэр! – приказала я. Лакей стоял на месте и смотрел в одну точку. – Снэйк, ты слушаешь?
Лакей протянул левую руку и указал на черные гробы, которые висели на цепях.
– Знак с птицей... их здесь так много, говорит Оскар.
Они... они... они... могут быть все такими. Корсеты начали рваться, а затем мертвецы выбили крышки гроба и выбирались наружу.

Корабль "Сердце Океана", зал «Общества Аврора»
– А ты и впрямь нечего, – сказал Шон, уклонившись от ножей.
– Спасибо, – с улыбкой на губах, отозвался демон и зашел сзади.
Рыжеволосый жнец нагнулся к часам, увернувшись от удара кулаком по затылку.
– У-у-упс! Уже пора! У меня нет времени на игры, – жнец поехал на своей газонокосилке к выходу. – Я не собираюсь писать докладную о своем опоздании. Надо помнить о своих обязанностях. Тогда покасики! Мозенратчик! – сказал на прощание жнец и покинул зал.

Корабль "Сердце Океана", грузовое отделение (кормовая часть)
Я, Клэр и Снэйк убегали от мертвецов. Мы добежали до лестницы и увидели, что толпа зомби перегородили нам выход. Один из зомби подрался сзади экономки, я тут же выстрелила и попала ему в голову. Снэйк и Клэр стали забираться на верхние ящики, пока я расстреливала мертвецов. Черт! Их слишком много!
– Фурия! Сзади! – прокричала Клэр.
Один из зомби зашел сзади. Я зажмурилась, ожидая удара, но он так и не последовал. Я открыла глаза и увидела, как змеи обвились вокруг мертвецов. 
– Фурия, лезь скорей, мы их задержим, говорит Оскар.
Лакей протянул мне руку и помог залезть на верхние ящики.
– Похоже, они не могут сюда забраться, – предположила я.
– Кто они? – спросила Клэр Найтлерис, посмотрев вниз.
– Наш яд на них не действует, а ещё от них плохо пахнет, говорит Вебстер.
– Я точно не знаю почему, но эти трупы могут двигаться. В любом случае они не обладают разумом. Они слепы и не чувствую боли, – сказала я.
– Откуда ты знаешь, говорит Оскар, – отозвался лакей.
– Они даже змей не замечают. Если бы они их почувствовали, то попытались бы их стряхнуть. К тому же если бы у них был разум, они бы пошли наверх. Там больше еды для них, – задумчиво произнесла я. – Кхм. Остается только слух. Если они ориентируются на слух, мы сможем уйти, обманув их посторонним звуком.
– Может, попробуем кинуть вот это, говорит Эмили, – предложил лакей, держа в правой руке тарелку.
«И он её носил с собой...» – с недоумением подумала я.
– Ладно, кидай, – сказала я.
Лакей кинул тарелку, она пролетела восемь метров и разбилась об пол. Не вышло. Хм. Тогда как же они нас преследуют? У некоторых даже носов нет. Думаю, сложно уловить наш запах, если вокруг воняет гнилью. Неожиданно мертвецы начали грызть и царапать ящики.
– Снэйк! Ты можешь остановить их с помощью змей? – спросила я.
– Конечно, нет! Их очень много, говорит Оскар, – ответил лакей.
«Когда же ты наиграешься, Мозенрат!», – со злостью подумала я. 
– Все хорошо. Что бы ни случилось, я защищу тебя! – заверила я и прижала к себе сестру.
– Я восхищен тобой, Фурия, – раздался мужской бархатный голос, и следующую секунду четыре ножа попали в голову зомби. – Такой и должна быть настоящая английская леди.
– Мозенрат! Что стоишь, избавься от них! – приказала я, увидев демона на лестнице.
– Как скажешь, – демон побежал к мертвецам. – Это не в моем стиле, но им достаточно оторвать головы... и, кажется... так проще всего. – Мозенрат убивал их одного за другим. Демон делал это элегантно и жестоко. И тут я вспомнила тот день.
«Бордовые брызги... танцующий демон.... это та самая сцена. Нет, не та самая. Я уже не в том зале. Мой демон убивает не людей из ордена «Тигровая Лилия». Фурии Ричардсон больше нет. Я Леди Фантомфайт. И я – серебристая змея».
Я размышлений меня вырвал крик экономки:
– Фурия!
На полу лежали окончательно мертвые люди, а демон улыбался и стоял в луже крови.
– Я закончил, дорогая. Что-то не так? Давай же... спускайся, – сказал демон, протянув мне окровавленные руки.
– Не трогай меня. У тебя руки грязные, – брезгливо ответила я.
– Мне очень жаль. Сейчас все исправлю, – в глазах демонах сверкнуло малиновое пламя. Через несколько секунд, кровь исчезла с рук Мозенрата. Лорд Фантомфайт аккуратной взял меня и поставил на пол, прямо на кровавую лужу.
– Не мог сделать поаккуратнее? Совсем как зверь, – поморщилась я.
– Прости... я торопился, – усмехнулся Мозенрат. – Их тела гораздо податливей, чем у живых людей. Слишком слабые.
Снэйк и Клэр спустились на пол.
– Но почему их так много на корабле? – поинтересовалась я.
– Я думаю... – с этими словами демон кинул ножи в правую сторону, не дав далеко убежать Райану. – Надо спросить у него.
– Это не то!!! – начал оправдываться доктор, прижимаясь спиной к ящикам. – Это неполное спасение, и... я не хотел, чтобы они воскресли в таком виде! Пожалуйста, послушайте меня! Я тороплюсь... ОЙ!!! – Мозенрат подошел и заломил руку доктора за спину.
– Не нужно спешить, у нас ещё есть время до прибытия в Нью-Йорк. Мы спокойно вас выслушаем, – улыбнувшись, спокойно произнес Мозенрат.
– Се... секундочку! Что это? Я уже с ними разобрался, так что... это не то!!! В центре корабля находится гигантский котел с паровым двигателем. Котел разделяет корабль на две части, – сказал доктор.
– И что с того? – нахмурилась я.
– Другими словами, этот корабль поделен на переднюю и заднюю части. Здесь ДВА грузовых отделения!!!
– ЧТО?! – в шоке выкрикнули я, экономка и лакей.
В переднюю часть мы погрузили раз в десять больше, чем сюда... – поведал Райан Стокер.
– В десять раз?! – в шоке произнесла я.
– Мда... скверное дело, Фурия, – произнес Мозенрат.
– Это все, что ты можешь сказать?! – возмутилась я. – Даже одна такая тварь слишком опасна. Только представь... это... только в десять раз больше!!! То есть сейчас корабль наводнен целой ватагой этих существ. И это... Мозенрат. Иди наверх, отведи Джеймса и Мелани и всех остальных в безопасное место.
– А что будете делать вы? – спросил Мозенрат.
– Мы пока останемся здесь, – невозмутимо ответила я. – У меня есть сила и пистолет. Вернешься, когда будешь уверен, что они в безопасности.
– Слушаюсь! – сказал демон и выбежал из грузового отделения.
– А теперь... – я приставила дуло пистолета к виску доктора, который сейчас был обвит зеленой змеей лакея. – Вы мне все расскажите. И меньше слов, я не слишком терпелива, – мрачно предупредила я. – Для начала скажите, как с ними справиться. Вы же не могли перевозиться такой опасный груз, не зная, как его контролировать.  Есть ещё способы остановить их, кроме того как снести им головы?
– Мы... ну есть ещё один. Есть устройство, которое с помощью сверхзвуковых волн может обездвижить пациентов, подвергнутых полному спасению, – ответил Райан.
– И где же оно? – спросила я.
– В моей каюте, это первый класс.
– Отведи меня туда, – приказала я.
– Да... ладно. В котельной есть грузовой лифт. Мы можем подняться на нем.
– Следующий вопрос. Как эти трупы двигаются? – я задала вопрос.
– Мы внедрили им в головной мозг специальное устройство, которое производит слабый электрический поток, – начал объяснять Райан. – Таким образом, они получают в свои тела сигналы, имитирующие те, что были у них при жизни....
– Достаточно, – холодно оборвала я. – И вы на полном серьезе думали, что это может оживлять людей? Другой вопрос. Какая была нужда, перевозить столько "подопытных кроликов"?
– Я... я не могу это сказать, – отозвался Стокер.
– Понятно, – я приставила пистолет к уху доктора. – Вы хотите, чтобы я продырявила вам ухо?
– Подожди! Если ты меня пристрелишь, то не получишь устройство! – в панике предупредил доктор.
– Вы правы, – вздохнула я. – Жаль, конечно, но мы лучше будем и дальше отрывать им головы.
– Э... Одна компания выкупила у нас технологию полного спасения! – сознался Райан.
– Что за компания? – спросила я.
– Э... она называется "Осирис". Говорят, они разрабатывают новый препарат.
Возможно, это фиктивная компания. Я разберусь с этим, когда доберемся до суши.
– Снэйк, убери с Райана змею. Все пройдет гладко, если мы прикинемся его соратниками, – сказала я.
– Хорошо, говорит Вебстер, – ответил лакей.
Преодолев несколько металлических дверей, мы заметили, что гул машин становился все громче, а температура – все выше. Райан Стокер открыл последнюю дверь, и методичный шум обрушился на нас – котельное отделение предстало перед нами во всей красе. Крики, ругань и смех кочегаров, лязганье заслонок, шорох закидываемого угля – не жалея себя, мужчины работали, чтобы кто-то там в номерах-люкс первого класса не мерзли в прохладные апрельские дни, где-то посреди северной Атлантики.
– Эй! Пассажирам вход сюда воспрещен! – к нам подошел мужчина с черными короткими волосами, усами и бородой.
– Никто не погасит... пламя в моей груди... потому что я, – произнес Райан.
– ФЕНИКС!!! – доктор и мужчина встали в позу феникса.
– Можно воспользоваться вашим лифтом, приятель? – спросил Стокер.
– Да... кто это? – мужчина взглянул на нас.
– Они мои соратники! Ведь так?
– ФЕНИКС!!! – я, экономка и лакей (четыре змеи на его плечах тоже встали в стойку) встали в позу феникса.
– Туда, – любезно указал рабочий.

Демон бежал со скоростью звука, так что через считанные секунды он засек столпившуюся у лифтов группку живых людей, отбивающихся от окруживших их мертвяков. Точнее, отбивался один дворецкий древним демоническим мечом. В стороне сражалась Мелани, орудуя серебристой катаной. Время от времени она использовала магию огня, а под конец решила применить Печать Астрала. Мелани подняла руку и смела зомби белоснежной волной энергии, которая через несколько секунд превратила их в пепел. Приземлившись строго на макушку подбирающемуся к нему мертвяку, которого дворецкий тщетно пытался заколоть, Мозенрат заговаривал с Джеймсом самым удобным в данной ситуации способом – спросив, в порядке ли он.
– Мозенрат! Кто они?! – спросил Джеймс.
– Я точно не знаю. Но есть способ их остановить. Разбить им головы! – ответил демон.
Мозенрат продемонстрировал этот способ, заехав по ломящемуся к ним мертвецу ногой – череп его, и без того надпиленный, разлетелся на кусочки. Джеймс тоже времени зря не тратит и, только услышав это, проверяет новую тактику, пробив башку другому зомби, ближайшему к нему. Еще несколько секунд нужно на то, чтобы вырубить всех ковыляющих к лифтам мертвецов. Мозенрат и Джеймс стоят спиной к спине, проламывая трухлявые черепа каждый своим методом, Лорд Фантомфайт не видит дворецкого, только слышит удары, и близкий шорох одежды, и дыхание. Ему совершенно не нужно оборачиваться. Не нужно, потому что он и так знает, что с той стороны все противники будут уничтожены. Впервые в жизни – чертовски долгой жизни – он точно знает, что кто-то просто возьмет на себя свой сектор пространства и за него можно будет не беспокоиться – ни за человека, ни за сектор, ни за себя. В общем-то, Мозенрат не против, чтобы эти секунды продлились подольше. Но на площадке для этого слишком мало мертвецов… и слишком много людей. Через пару минут противники закончились.
– Мозенрат, что с Клэр? – спросил Джеймс.
– Она вместе с Фурией. Они обе в порядке, – ответил Мозенрат.
– Раз они вместе, нам не о чем волноваться. Фурия защитит свою сестру любой ценой, – с улыбкой ответила Мелани.
– Любой ценой говоришь... – задумчиво произнес Мозенрат. – Мне приказали отвести вас в безопасное...
– Исключено, – строго отрезала Мелани, вызвав удивление у Мозенрата.
– Члены семьи Найтлерис и Аттерфорд веками защищали Англию. Как рыцари, мы никогда не оставим людей в опасности, – серьезно заявил Джеймс.

Атлантический океан, Корабль "Сердце Океана"
«Сердце Океана» скользит по неестественному морю, черному и спокойному. Огни корабля почти в точности отражаются в черной воде. Небо усыпано звездами. След метеора яркой линией пересек небо. Корабль направлялся прямо к айсбергу. И никто не сможет повернуть штурвал, потому что в рулевой рубке зомби убили весь экипаж. Рыжеволосый жнец вышел на палубу и посмотрел на приближающийся огромный ледник.
– Уф-ф-ф! Честное слово, намечается сверхурочная работа! А я из принципа не работаю сверхурочно. Ребята из департамента требуют невозможного. Как же собрать столько душ? Когда нас только двое? – недовольно проворчал Шон Крайтон.
– Нельзя быть слишком грубым с девой в первую ночь. Если вонзить в неё очень большую штучку... она не выдержит, – улыбнулась красноволосая жница, стоящая на айсберге. Ванесса была одета в чёрные обтягивающие штаны, белую рубашку, темно-красный жилет и красный плащ Лорда Дарквелла. На шее у неё вместо галстука был завязан красный бант с черными полосками, а на ногах были изящные красные лакированные туфли с черными носами и каблуками.
Три... Два... Один... Появился резкий толчок, корабль пошатнулся и прозвучал мерзкий скрипящий звук по железу. Некоторые кусочки льда попали на палубу. Корабль «Сердце Океана» столкнулся с айсбергом. Красноволосая жница спрыгнула ледника прямо на палубу, кишащую зомби. Ванесса завела бензопилу и началась кровавая резня.
– Дева, запятнанная кровью.. и ты не можешь остановиться! Повернуть назад! Уже слишком поздно. Это как...большой порочный путь к смерти дэс! Черное как смоль море, отражающее бесчисленные мерцающие звезды...становятся красным, подобно моим любимым розам! Это идеальный шанс... сыграть роль главной героини! Эта ночь будет лучшей! – красноволосая жница отрубила головы четырем мертвецам.

Не можешь быть хорошим примером – будь страшным предупреждением.

Глава 22: неожиданные сюрпризы
http://i67.fastpic.ru/thumb/2015/0911/3d/57582176e4fdaef5a1dcaabb8f17e33d.jpeg
– Что... что происходит?! Что это за толчок?! – в шоке выкрикнул Джеймс.
– Это... невозможно! – воскликнул Мозенрат и выбежал на палубу первого класса.
Демоны проводили айсберг прощальным взглядом. Кажется, судно замедлило ход.
– Мы что, врезались в это?! – удивился дворецкий.
Мозенрат прибежал в рулевую рубку и повернул ручку. Это пока остановит затопление. Экипаж уничтожен.... Похоже, эта ночь будет не из лучших.

– Эй, ну куда ты смотришь? Давай же... почему ты не хочешь почувствовать это? Этот соленный бриз так ласкает мое тело! Звездное небо! Роскошный корабль! Превосходная сцена для актрисы, чтобы расправить крылья!
На самом деле Ванесса была очень счастлива. Столько времени она бездействовала и наконец-то такая превосходная возможность повеселиться! Перед началом работы она произнёсла великолепный монолог, продумав и прочувствовав каждое слово, проработав каждую позу, сожалея лишь о том, что некому увидеть её мастерскую игру, а Шон ещё слишком молод и не умеет ценить прекрасное.
«Хоть он и мой друг, в такие моменты я вижу насколько мы разные. Он только недавно был стажёром а уже не хочет работать! Не может оценить всю прелесть этой ночи, не пытается почувствовать атмосферу крови и блаженства.... Эх... о чём тут вообще можно говорить?»
Шон умудрился испортить потрясающую сцену на мостике, над которой Ванесса так долго старалась, хотя от рыжеволосого жнеца требовалось всего лишь тихо стоять, давая подруге возможность мечтать, чтобы сзади её поддерживал Мэтью. Вместо этого же, Крайтон начал грубить и испортил Стаффорд всё удовольствие. Волей-неволей пришлось браться за работу, несмотря на явное нежелание Шона.

Ранее кажущийся таким крепким корабль затрещал и едва не разлетелся по швам после первого внушительного толчка. Стены дрожали, посылая то мелкие, то более ощутимые вибрации по всему корпусу. В один момент внутренняя обшивка корабля, не вытерпев внешнего давления, лишилась своей цельности: то тут, то там возникали огромные прорехи, через которые рваными толчками в котельную проникал океан...
– Это сигнал, что закрываются шлюзы!
Всех присутствующих охватила паника. Не разбирая дороги и толкаясь, люди бежали к выходу, стараясь побыстрее убраться из затапливаемого помещения. Я схватила экономку за руку и, что-то крикнув, потащила вслед за всеми. Где-то справа от нас возникла ещё одна дыра, заметив которую, экономка успела разжать руку и оттолкнуть меня подальше от себя, подальше от опасности...
– Аааааа!!!
Накрывая с головой и проникая в нос и рот, из той самой дыры в экономку ударил мощный поток воды. Сквозь рев стихии и звуки разрываемого металла, девушка услышала голос одного из рабочих:
– Поторопитесь, иначе мы все здесь застрянем!
Это что, приговор? Да, так и есть. Клэр не сдавалась, у неё нет такого права – опустить руки, ведь они приподнимают подол платья, что бы тот не мешался. Быстрее, туда... надо пережить это... пережить и не умереть... успеть выбраться из утопающей комнаты до того, как металлические двери, что опускались перед ней, не соединятся с полом, отрезая путь к спасению... Клэр протянула руку, но натыкается только на гладкую поверхность. Новый поток воды откуда-то сбоку откидывает девушку, словно тряпичную куклу прочь от выхода, насмехаясь над ней и её тщетными попытками спасения. Я подбежала к сестре в тот момент, когда двери в отсек закрылись.
– Клэр, вставай! Быстро!
Экономка поднимается на ноги и встречается с моим холодным, но обеспокоенным сапфировым взглядом.
– Зачем, Фурия?
– Я же обещала, что любой ценой защищу тебя! Я бы никогда не простила себе за то, что отпустил тебя... – твердо сказала я, накинув свой черный фрак на сестру. – Снэйк! Уходите!
– Я не брошу вас, говорит Эмили, – прокричал лакей с другой стороны двери.
– Не волнуйся! Мы выберемся через трубопровод! – уверено заверила я. – Твои "друзья" не могут долго находиться в холодной воде! Иди!
Снэйк кинул одну из своих змеи в вентиляцию.
– Фурия! Китс проведет вас через трубу! Встретимся позже, говорит Эмили.
– Да! Мы обязательно встретимся! – прокричала я.
Мы с Клэр полезли через трубопровод.

На корабле царил хаос. Жнецы удивленно переглянулись. Кажется, их послали для того, чтобы выяснить положение дел, а не для того, чтобы принимать участие в сражении. А то, что сражение скоро начнется, сомнений не возникало. По кораблю носились странные люди, время от времени принимая причудливую позу и выкрикивая слово «Феникс». Создавалось впечатление, что они просто сошли с ума. В воздухе вполне отчетливо пахло возбуждением и безумием, а еще, почему-то смертью. Запах смерти был особенно отчетливым. Он не походил на то, как пахнет человек за несколько минут до своей кончины. Это была старая, заплесневевшая смерть, по-другому и не скажешь. Шон деловито поправил очки на переносице и утвердительно сказал:
– Разделяться не будем. Я чувствую опасность.
Ванесса послушалась его, но это далось ей с трудом. Обеспокоенный рыжеволосый жнец не заметил, как внезапно изменился цвет глаз его напарницы: из желто-зеленого он превратился в золотисто-изумрудный. Сражение началось где-то во внутренних каютах и постепенно охватило весь корабль, заполыхав, как лесной пожар. Суматоха поднялась такая, что двоих жнецов просто никто не заметил. Ванесса и Шон сначала даже не поняли, что же произошло. Люди вдруг начали сражаться между собой! Безо всякой, казалось бы, причины.
– Это НЕ ЛЮДИ! – вдруг заорал Шон, вскидывая косу.
– Что? – удивилась Ванесса.
– Это не люди! Они пахнут склепом. Присмотрись! Они сражаются неистово, как бессмертные, не обращают внимания на полученные раны. Они очень сильные и не используют оружие.
Через полчаса сплошного убиения зомби, даже энергия Ванессы подошла к концу, поэтому она согласилась с предложением Шона собрать все души и дождаться пока корабль потонет.

Мозенрат вынырнул из воды и забрался на палубу третьего класса.
«Беглый осмотр показал, что корабль получил довольно обширные повреждения. В этой части три... нет. Четыре отсека заполнятся водой. Корабль продержится, пока масса воды не превысит его собственную», – размышлял демон.

В каюте первого класса жнецы выполняли свою работу.
– Один за другим, и нет им конца! – прокричала Ванесса.
– Может, уже хватит? – устало вздохнул Шон.
– Мы с этими ребятами только теряем время, – ответила жница.
– Это точно, – улыбнулся рыжеволосый жнец. – Потому что кораблик... потонет...

– Через час, – подвел итог Мозенрат. – Температура воды не выше двух градусов. Долгое нахождение в ней может навредить. Я должен бежать к ним!

Корабль "Сердце Океана", ресторан для второго класса
Я стояла над решеткой в полу и что-то пыталась там разглядеть. Точно ведь ещё те свихнутые зомби гуляют на свободе. Не приметив ничего необычного, я за несколько ударов снесла решетку, и чуть было не рухнула на пол, если бы...
– Не ушиблась? – спросил бархатный голос.
– Нисколько, – ответила я, увидев улыбающегося мужа.
– Пожалуйста, простите меня за опоздание. Вы не ранены? – спросил демон.
– Фурия защищала меня, со мной все хорошо, – улыбнувшись, ответила Клэр.
– Что с Джеймсом и остальными? – спросила я.
– Они целый и невредимы, – ответил демон, опустив на пол экономку. – Я попытался отвести их в укрытие, но Джеймс и Мелани пожелали защищать пассажиров. Пока мы здесь беседуем, уже готовят шлюпки. Поторопимся на палу...
Договорить демону не дал рев бензопилы и газонокосилки. Мы обернулись на шум и увидели, как через дыру в потолке спрыгнули жнецы. Стаффорд была крайне удивлёна, встретив на корабле Мозенрата Фантомфайта, демона, которого она довольно успешно использовала, чтобы вызвать ревность у Мэтью, к удивлению примешивалась злость на своего напарника, не обмолвившегося об этом ни слова. Впрочем, эти эмоции красноволосой жнице удалось скрыть, и она снова начала игру в любовь, как всегда великолепную, судя по реакции Шона и самого Мозенрата.
– Кто это?! – спросила Клэр.
– Извращенка. Не подходите к ней, она, наверное, заразная! – холодно предупредил Мозенрат.
– Как грубо! Я просто выражаю свои чувства! – вдохновившись, красноволосая жница кинулся в атаку, но промахнулась и проделала в корабле брешь.
Хорошо, что в этот момент Шон догадался сам напасть на демона. Меня и Клэр разбросал в разные стороны поток воды. Из коридора показались мертвецы. Они медленно приближались к Клэр. Смерть неумолимо приближалась. Запах смерти, гниющей плоти, крови и пота назойливо лез в ноздри. Трупы были повсюду. Живые, гниющие, зловонные трупы. Я не хотела умереть вот так вот. Глупо. Впрочем, мне не жаль было себя. Я жалела сестру, которая, вероятно, погибнет вместе со мной. На этом проклятом корабле. Но если мне суждено будет умереть, я предпочту умереть с честью. У меня был с собой пистолет. Я высадила в зомби целый барабан. Пуль больше не осталось. Конец. Тут произошло то, чего не ожидал никто. 
– Фурия, – пролепетала растерянная Клэр Найтлерис. – Я так хотела, чтобы ты запомнила меня милой, – в следующую секунду в руках экономки материализовала из воздуха две шпаги, которые с размаху снесли головы очередных зомби. – Даже ценой собственной жизни, но я защищу тебя! Ведь я Леди Клэр Найтлерис, сестра Леди Фурии Фантомфайт! – на последнем слове в стороны разлетаются несколько тел. В глазах девушки вспыхнуло фиолетовое пламя, а зрачки сузились.

Я следила за сестрой, переменившейся в мгновение ока. Эта сильная, упорная и жестокая леди Клэр. За соседней стеной сражались два жнеца и демон. Услышав голос экономки, трое повернули головы и оцепенели от увиденного: Клэр Найтлерис со злыми глазами, нещадно рубила зомби, словно они были ингредиентами для салата. Я поднялась на ноги и запустила в двух зомби ледяное пламя, которое мгновенно их сожгло. Клэр улыбнулась на оказанную поддержку, и несколько минут прошли в кровавой борьбе с бездушными монстрами. Рокот, издаваемый трупами, усилился, а потом стал постепенно затихать. Клэр и я уничтожали зомби, без особых усилий быстро сокращая их количество. Шпаги поблескивали в тусклом свете, разбрызгивая красные липкие капли. Клэр попыталась атаковать красноволосую жницу своей шпагой. От удивления жнице даже в голову не пришло что-либо сделать, оружие остановил Мозенрат, несмотря на то, что оно всё равно не могло причинить жнице никакого серьёзного вреда. Ванесса собралась было продолжить схватку, но я вовремя остановила сражение, сказав о Райане, которому известно всё об оживших трупах. Посоветовавшись с Шоном, красноволосая жница умчалась на поиски этого самого Райана. Вскоре к нам присоединился лакей, и мы вчетвером направились к спасательным шлюпкам. Поскольку моя сестра не желала покидать корабль без меня, её пришлось оглушить. Корабль заметно потяжелел. Скоро он потонет. Я приказала Джеймсу, Мелани и Снэйку убраться как можно дальше от корабля. Уступив место в шлюпке слугам, я и Мозенрат унеслись обратно вглубь корабля.

Ванессе всё же повезло добраться до парня первой, и теперь между ними происходил приятный диалог. Впрочем, приятным он был явно не для Райана, который совершенно не понимал, откуда взялась странная девушка с акульими зубами, держащая его вниз головой, вслушавшись же в слова этого эксцентричного существа, глава Общества Аврора почувствовал крайнюю обеспокоенность, преходящую в страх.
– А ты симпатичный. Попался, – ухмыляясь, сказала Ванесса, согреваемая мыслью о благодарности Мэтью за быстрое раскрытие такого сложного дела. – У меня мало времени, будь послушным мальчиком и расскажи нам всё, что знаешь об этих трупах, разгуливающих по нашему замечательному кораблику.
– Я... я... я не причём!
– Да-да. Милейшая Леди Фантомфайт уже выдала тебя, – почти пропела эти слова жница.
– Ты тот самый чувак, из-за которого двигаются трупы, да? – улыбнувшись, поинтересовался рыжеволосый жнец, не заметив хмурого взгляда Ванессы. – От таких оригиналов столько проблем. В этом мире "Смерть" – закон, который никто не должен нарушать, – усмехнувшись, пояснил Шон.
– Ну? Как остановить трупы? – Ванесса решила перейти сразу к делу.
– В моей каюте есть устройство для полного спасения! – испугавшись, ответил Райан.

Если наша судьба утонуть, давай же опустимся на самое дно....

Отредактировано Agent_207 (2015-09-11 18:45:54)

0

11

Глава 23: истинное лицо Элис
http://i65.fastpic.ru/thumb/2015/0911/04/417b1232dcbf65390c700b62dd044204.jpeg
Мы с Мозенрат шли несколько минут по коридору первого класса, пока не наткнулись на Баронета Леона с бокалом вина в правой руке. Четыре охранника несли странное оборудование с двумя спутниковыми тарелками. Мы с Мозенратом опять произнесли слова приветствия «Общества Аврора» и встали в позу феникса. Мы направились следом за Баронетом Леоном. Было принято решение не отбирать прибор, пока мы не узнаем, как он работает. Сначала дождемся, когда он его активирует. Каково же было мое удивление, что грузчиков оказалась Элис Каберле.
– Элис?! Ты что здесь делаешь? – удивлено спросила я.
– Ха. Ребята попросили меня помочь перенести это. И вы снова встали в позу феникса! – усмехнулась жница.
– Забудь об этом! – не хуже змеи, прошипела я. – Кстати, ты случайно не знаешь, как эта штука работает? – шепотом спросила я.
– Без понятия. Не имею ни малейшего представления, – улыбнулась Элис.

Корабль "Сердце Океана" гостиная пассажиров первого класса
Люди поставили прибор посередине лестницы, а Баронет Леон встал рядом с оборудованием. Я и Мозенрат стояли на лестнице и внимательно наблюдали.
– Вы сейчас её активируете? – сдержано спросила я.
– Пока нет. Ещё не все собрались, – ответил Леон.
– Не все? – нахмурился Мозенрат.
– А! Сволочь! Зачем ты взял прибор?! – в зале появился злой Райан.
– Добро пожаловать, Райан! Я ждал тебя. Сегодня твоя империя погибнет, подобно Помпеям! И на этом месте родится новое государство! – огласил Баронет. – С помощью этого устройства я создам новую империю!!! Тот, кто покорил вечность, должен править другими, утопая в разврате! И имя этой империи Аврора! – с этими словами Леон встал в свою собственную позу феникса.
На втором этаже, возле перил стояли жнецы.
– Че? Вот это шиза... – вздохнул рыжеволосый жнец, заложив руки за голову.
– Хм. Я сейчас же покрашу его в красный, – Ванесса решила завести бензопилу.
– Ой-ой. Вас не волнует, что с прибором может что-нибудь случиться? – насмешливо спросил Леон. Шон вовремя оставил Ванессу, а Баронет тем временем продолжил: – Ха-ха... вот это настоящая сила. Я могу победить вас всех с помощью бокала вина. Ха-ха-ха-ха-ха-ха!
– Я начинаю злиться. Может, я убью его? – предложил Мозенрат.
– Нет, подожди. Хотя я тебя понимаю... – тихо ответила я.
Глаза Баронета Леона были совершенно безумные. Не такие безумные, как обычно, а совсем безумные. Он не походил на человека вообще. Люди, даже самые эксцентричные, не могут так равнодушно смотреть на смерть других людей, не могут выглядеть такими… неразумными. Неожиданно в зал ворвались мертвецы. Мозенрат подхватил меня на руки и отбежал подальше от живых трупов.
– Эй, их слишком много!!! – воскликнул Шон.
– Да включите же это, баронет! – прокричала я.
– Non ("нет" по-французски)! Отныне я не виконт! "Цезарь"... я активирую прибор, если вы будете меня так называть. Я услышу это из твоих нужных уст, моя птичка?
– Давай убьем его! – яростно прошипела я.
– Подожди, пожалуйста. Хотя я тебя понимаю... – ответил Мозенрат.
– У-у-у-у-у-у! Сколько рыцарей жертвуют собой... это место словно развратный Колизей! Ними, не смеша, наслаждаясь вином. Как император Нерон! – воодушевленно высказался Баронет Леон.
– Хочу замочить его!!! – заорал в ответ Шон.
«Хочешь, чтобы и тебя наказали?!» – промелькнуло в мыслях красноволосой жницы.
– Ты сам меня остановил! Эй ты, врубай уже эту штуку! – крикнула рассерженная Ванесса, отрубив голову очередному мертвецу.
– Хе, ладно, – усмехнулся Леон. – Пора основать новую империю. Давайте же. Покажи мне танец феникса, дабы доказать преданность императору!
– Давайте убьем его, – в один голос сказали: я, Мозенрат, Ванесса и Шон.
Вот теперь мы мыслили едино, а Элис Каберле ехидно хихикала.
– О, нет. Вы разве не хотите узнать, как работает прибор? Что же вы? Начинайте.
– Никто не погасит... – сказали я и Мозенрат.
– Пламя в моей груди... – подхватили Ванесса и Шон.
– Потому что я... – подловил Баронет Леон.
– ФЕНИКС!!! – вся компания во главе с блондином в черном костюме встала до жути в смешную позу.
– Отлично леди и джентльмены! Сейчас вы увидите, как армия мертвых падет ниц передо мной!!! – с этими словами Леон нажал на красную кнопку на приборе.
Ничего не произошло. Мертвецы все ещё двигались. На лицах присутствующих отразило недоумением. Лишь одна Элис Каберле ловила кайф: она истерически смеялась.
– А! NON!!! Что это значит?! Райан! Прибор, который ты построил, не работает! – воскликнул Леон.
– Д-да... – сознался Райан.
– Так это не ваш прибор?! – выкрикнула я.
– Да как я мог соорудить что-то подобное? Я его просто одолжил, – ответил Баронет.
– Выходит, ты обманул меня, негодяй?! – в ярости выкрикнул Райан Стокер.
– Какая никчемная выходка, – прошипела Ванесса и спрыгнула вниз.
Лишив пяти мертвецов голов бензопилой, красноволосая жница побежала к Леону.
– Да уже, блеск, – присвистнул Шон. – Ванесса, нет! Нам нельзя убивать людей!!!
И тут случилось неожиданное. Элис Каберле подставила сотобу, которую косой смерти было не перерубить. От увиденной картины, Баронет Леон грохнулся в обморок.
– Хе-хе. Давно так не смеялась... потеря такого человека для меня подобно смерти. Ты согласна, жница? – насмешливо спросила Элис Каберле.
– Коса смерти не может перерезать это?! – у красноволосой жницы был явно шок.
Элис Каберле взмахом сотобы подбросила в воздух Ванессу. Одним легким, практически неуловимым движением черный балахон жницы внезапно распахнулся, являя взору истину. Неизвестных размеров и фасона балахон оказался широкополым черным плащом, под которым Элис умело, скрывала сотобы. В грациозном прыжке Элис кинула пять сотоб в Ванессу, которые попали в стеклянный потолок. Мозенрат прижал меня к своей груди, защитив от подающих осколков.
– Ах.. как грустно. Как грустно было бы, если бы исчез смех, – улыбнулась Элис, откинула со лба длинную челку с изумрудных глаз.
Когда осколки стекла прекратили падать, демон опустил меня на пол.
– Элис легендарная жница? – растеряно прошептала я.
– Мисс Каберле, что это значит?! – Райан подбежал к жнице. – Ты же говорила, что пока есть прибор, мы можем управлять трупами?!
– Да ну? – усмехнулась Элис.
– Так это ложь? Ты обманула меня?! Значит, мы не собираемся распространять в Америке "полное спасение"?! – доктор был шоке.
– Видишь ли, мне было весело наблюдать за тем, как ты на полном серьезе пытаешься оживить мертвецов. Ты идеально подходил моей цели, – усмехнулась Каберле.
– Но наша задача сделать людей здоровыми, – заявил Райан Стокер.
– Нет, это была твоя задача, – возразила Элис. – К тому же с твоими знаниями медицины невозможно воскрешать людей. Ты доверился моим знаниям, никак не связанных с медициной. Я считаю, что человек, который не понимает, как лечит своих пациентов, не может быть доктором, – объяснила легендарная жница.
– Нет... не может быть, – упав на колени, прошептал Райан.
– Славный мальчик, поверил в мою сказку, – сказала Элис, погладив доктора по голове.
– То есть, это ты вдохновила "Аврору" на проведение экспериментов над трупами, – предположила я.
– Это секрет, – усмехнулась Элис. – Но своей позой Феникса вы отплатили огромное количество информации... поэтому я вам расскажу. Хе-хе. Я действительно та, кто заставила трупы двигаться.
– Но зачем?! – потребовала я.
– Ах, да... Я просто хотела унять свое любопытство. Человек – это плоть и душа, когда эти два компонента вместе, человек живет, а его память записывается на кинопленку. Когда плоть увядает, и жнец забирает душу, кинопленка заканчивается, и живой становится мертвым. Жнец забирает из тела душу согласно списку, и жизнь обрывается. Изо дня в день, тихо... беспристрастно. Я занималась этим очень долго, пока однажды не подумала... А что было бы, если бы у конца было продолжение? Что получится, если к бездушной плоти добавить ещё воспоминаний? Жнецы охотятся только за душами. Тело и мозг с воспоминаниями остаются в этом мире, – рассказала Элис.
– Ни фига себе... – удивился Шон.
– Ты монтировала пленку? – спросила Ванесса.
– Хе-хе. – Элис указала пальцем правой руке на мертвецов. – Можете воспользоваться своими способностями и посмотреть записи, – предложила легендарная жница.
Ванесса лишила двух зомби голов, а затем из них показалась пленка, в конце которой были фальшивые кадры с танцующей легендарной жницей в черном костюме.
– После смерти на кинопленке появляется метка. Если к ней присоединить ложные записи, конец никогда не наступит. Если так сделать тело будет по ошибке думать, что жизнь продолжается. И станет двигаться без души! Все живые бессознательно стремятся восполнить утрату. Если на теле появляется рана, она заживает. Если духу одиноко, он ищет других. Поэтому они ищут то, чего им не хватает. Чтобы найти душу, они будут скрывать тела живых. Они хотят установить баланс вечной кинопленки, – рассказала Элис.
– Поэтому они преследуют наши души, ни видя и не слыша нас?! – я была в шоке.
– Однако они не могут сделать чужие души своими. Я могу вмешиваться в их записи, но не могу создавать новые души. Я много работала над ними, но, похоже, они так и останутся безличными куклами. Поэтому я их назвала... не живые... и не мертвые... а странные куклы.
– Какая же ты извращенка... – с отвращением в голосе, произнесла я.
– Хе-хе. Вы ещё слишком молоды, леди, чтобы понять такую красоту, – насмешливо продолжила говорить Элис. – Их прекрасно сшитая кожа белая, как воск, совсем как при жизни. Их уста больше не могут ни возмущаться, ни лгать. После смерти они стали идеально красивы.
– Меня тошнит от этого! – раздраженно прошипела я.
– Может и так, но есть люди, которые хотят иметь таких кукол. Эти куклы не чувствую страха и боли. Они пожирают людей, чтобы достать души. Как думайте? Они лучшее живое оружие, верно? – усмехнувшись, спросила Элис Каберле.
– ЧТО! – в шоке воскликнули: я, Мозенрат, Ванесса и Шон.
– Группа чудаков хотела узнать, на что способны эти куклы. Поэтому мы решили в качестве эксперимента свести равное количество людей странных кукол вместе на круизном лайнере. Пусть убивают друг друга, а мы потом посмотрим, сколько осталось с каждой стороны.
– Сумасшедшая, – с отвращением произнес Мозенрат.
– Хе-хе. Однако я не знала, что мы натолкнемся на айсберг. Поскольку я жница в отставке, у меня больше нет списка. Но зато мне теперь не надо думать, как затопить корабль. Одним выстрелом убью двух зайцев.
– Выходит, что в любом случае корабль бы не доплыл до Америки, – подвел итог демон.
– Но из-за вашего вмешательства должно выжить больше людей. По идее я должна на вас злиться? – насмешливо спросила легендарная жница.
– Хм! Чем больше она говорит, тем больше я не могу это слушать, – прошипела Ванесса.
– Так нельзя! – выкрикнул Шон. – Жнецы не могут глумиться над смертью. Но у неё нет очков. Может, она отступница?
– Она может быть кем угодно. По правилам жнецы не имеют права вторгаться в жизнь и смерть людей! – сердито выкрикнула Ванесса. 
«Отлично сказано, Ванесса!», – Шон мысленно восхитился жницей.
– Самый быстрый способ выдать из неё информацию о живых труппах это связать её и отдать начальству. И как эта тварь посмела изуродовать лицо джентльмена?! Я не могу простить даже такую красавицу, как ты!!! – истерично выкрикнула красноволосая жница и бросилась в атаку. Взмах бензопилы – и тут атака была отбита сотобой.
– Ой-ой, – легендарная жница усмехнулась.
– Щас я тебя, – воинственно выкрикнул Шон, бросившись в атаку с газонокосилкой. Секунда – и жнец получил удар ногой демона в правое плечо. Рыжеволосый жнец проехал спиной по полу десять метров и врезался в деревянную стенку. 
– Что ты делаешь, Мозенратчик?! – возмутилась Ванесса. – Это дело касается только жнецов! Прочь с дороги, неудачники!
– А я выполняю обязанности Лорда Фантомфайта. Поэтому прочь с дороги, неудачники! – голос Мозенрата звучал ровно, но глаза сверкнули очень яростно.
– Ну и ну, – насмешливо произнесла Элис Каберле.
– Восхитительно мужественный, как всегда, Мозенратчик. Ладно. Если ты и дальше будешь упорствовать, мы тоже не будет сдерживаться, – жеманничала Ванесса.
– Наличия слова "Сдерживаться" в твоем словарном запасе удивляет меня больше всего, – холодно ответил Мозенрат.
– Окей пусть самые ловкие и будут победителями, – поднявшись на ноги, с азартом в голосе сказал Шон. – Но я не позволю победить какой-то старушке!
– Хе-хе. Это похоже на охоту на кроликов. Интересно. Какой охотник будет более удачлив? – безумно улыбнулась Элис.
Пора прекратить это безумие. Я превратилась в фею. На мне появился блестящий темно-синий костюм: топ с ромбовидным синим сапфиром на груди, юбка с блестками, полусапожки и перчатки, идущие от локтя до запястья. На голове появилась небольшая серебристая тиара, а за спиной у меня возникли прозрачные крылья с серебристыми искрами. Четверо против одной – кто победит? Шон сразу атаковал Мозенрат газонокосилкой, от которой тот ловко увернулся.
– Упс! Промазал, – азартной сказал Шон Крайтон.
– У тебя ужасное зрение. Я не ошибся? – усмехнувшись, спросил демон.
– О-ой! – рыжеволосый жнец увернулся от летящих серебряных ножей.
– Все жнецы близорукие, – подметила Элис.
– Тем хуже для тебя! – Ванесса в прыжке разрубила сотобу бензопилой.
«ЧТО?! Я сломала её?! Тогда почему я не смог сделать это раньше?!»
Воспользовавшись замешательство красноволосой жницы, Элис Каберле усмехнулась и ударила её сзади по солнечному сплетению. Шон атаковал легендарную жницу сзади, но она подпрыгнула в воздух и приземлилась на плечи Крайтона. Элис резко дернула назад голову юноши. Очки слетели с лица Шона, а затем легендарная жница повалила парня на землю. 
– А-А-А! Блин! Мои очки! – закричал Шон.
– Кажется, ты слишком полагаешься на глаза, малыш, – прошептала Элис.
– Что ты делаешь?! – возмутилась Ванесса, налету поймав очки.
– Спасибо... Ванесса, – улыбнувшись, поблагодарил Шон.
Неожиданно очки жнеца оказались пригвождены к стене серебряным ножом. Мозенрат в грациозном прыжке запустил легендарную жницу семь ножей, которые та успешно поймала сотобой.
– Уверен, что одолеешь меня эти ножиками? – насмешливо спросила Элис.
– Они не так хороши, как косы смерти, но мое столовое серебро самое острое! – ухмыльнувшись, ответил Мозенрат. Демон перехватил сотобу и разрубил её на части серебряным ножом.
– Вижу, – легендарная жница запустила в демона три сотобы, от которых тот увернулся, запрыгнув на лестницу. – Эй, в чем дело? Это все, на что ты способен? Ты разве не хотел поймать меня? Хи-хи!
Непринужденным движением руки легендарная жница извлекла из плена ткани несколько сотоб. Я улавливала каждое мгновенье, на ходу просчитывая варианты своих дальнейших действий. Элис помедлила, и внезапно метнула свое оружие. Я сожгла сотобу ледяным пламенем, а вторая – разлетелась в щепки от красного плазменного заряда. Я запустила малиновый измененный заряда боли, жница уклонилась от очередной моей атаки, а затем кинула сотобы. Неизвестно сколько времени это продолжалось. Я совершенно не ощущала времени. Мы дрались с легендарной жницей практически на полную силу, несмотря на то, что та орудовала лишь сотобами, не используя косу смерти.
– Это уже надоедает... – проворчал Шон, надев очки на законное место.
– Надо торопиться. Корабль наклоняется. У нас не времени, – предупредила Ванесса.
– Ты права, – согласился рыжеволосый жнец.
– Мне все равно, как  это будет выглядеть! – крикнула Ванесса.
– В АТАКУ!!! – заорал Шон.
Жнецы бросились в атаку, на их лицах застыло крайне агрессивное выражение. Ванесса и Шон атаковали легендарную жницу своим косами смерти, но та подставила им сотобу, которую невозможно перерезать.
– Опять?! – выкрикнул Шон.
– Не может быть! Нет ничего, что коса смерти не могла бы разрезать! Как это может противостоять косе смерти?! – красноволосая жница явно была в шоке.
– Коса смерти, которая может разрезать все... ха, – губы легендарной жницы скривились в усмешке. – Не кажется ли вас это утверждение немного странным? Вообще-то меня это не волнует. Хи-хи. Но все же есть одна такая вещь. Которую она не может разрезать.
– Невозможно! – выкрикнул Шон.
Но вот, наконец, легендарная жница пустила в ход свое главное оружие – широкий взмах косой рассек пространство и отбросила в сторону двух раненных жнецов. Элис Каберле держала в правой руке серебряную косу, красиво украшенную скелетом человека с колючим венком на голове. Резкий взмах косы разрубил деревянную колонну, а затем Ванесса и Шон оказались под обломками лестницы. Вот как... утверждение, что коса смерти может разрезать все, не может быть верным, если существую другие косы смерти. Элис виртуозно управляла косой смерти. Огромное оружие с легкостью шелковой ленты искусно летало в её руках. Мозенрат увернулся от очередного удара ужасной косы. Тогда это мерзкое существо, которому мы так доверяли, схватило меня. Мозенрат настолько этому взбесился, что не учуял ловушку.
– Потом, я положу вас в один из моих лучших гробов, – лёгкая усмешка на губах Элис, дуновение ветра за спиной, и ко мне уже тянутся надёжные руки моего мужа.
– Я знала, что ты поведёшься на это, – с этими словами, Элис со всей силы отбросила меня в сторону.
Я пролетела мимо Мозенрата и заметила недоумение в его глазах. Мозенрат спрыгнул с перил, и вот он тянет руку, исполняя давно отданный приказ – защитить. Но демон был поражен её страшной косой смерти Элис Каберле.
– Они могут быть слабыми и хрупкими, но человеческую жизнь нелегко забрать, демон, – ни тени улыбки на лице, ни капли сожаления. В этом вся сущность жнеца – забрать душу человека, чья смерть уже предопределена. – Мне всегда было любопытно. Почему такое ужасное чудовище как ты, притворяется мужем этой девушки, – капли крови на бледном лице и рассечённая грудь косой. Упрямое выражение лица и протянутая рука, чтобы достигнуть её, нужно лишь потянуться.
– Покажи мне свою плёнку… – слова, звучащие словно приговор.
– Мозенрат! – миллионы плёнок заслоняют демона. В тот момент я по-настоящему испугалась за своего мужа, ведь после удара косы смерти, из него посыпались воспоминания... в которых среди печали и гнева, среди смятения и отчаяния, я призвала его… Демон отозвался на зов моего сердца, на крик моей души. Он вышел из Тьмы, заключив контракт со мной, чтобы доставить себе немалое удовольствие. Он поклялся защищать меня, чего бы ему это не стоило…

POV Мозенрата
Мозенрат… да, пожалуй, мне нравится это имя. Почему? Я и сам не знаю. Возможно, я к нему уже привык, хотя полгода не большой срок, особенно для того, кто живет уже не одно столетие, а впереди ожидает вечность. Возможно, причина в том, кто дал мне это имя... Моя сущность заключалась в том, чтобы находить людей с самыми темными и грязными желаниями. Помогать им в достижении их алчных и эгоистичных целей. Чаще не было нужды даже в поиске своей очередной жертвы, поскольку падкие на грехи людишки сами звали меня. И желающих быстрого и легкого богатства, славы, силы, власти было очень много. А цена всегда одна – душа. Я знал о людских пороках и слабостях все. Мне были известны вкус унижения, глубина отчаянья, боль предательства, сила мести, безграничность жестокости… Я мог легко предсказать поступок любого человека, кроме одного… Моя новая хозяйка была слишком молода, точнее совсем еще девушка. Когда я явился на её зов, чтобы заключить контракт, то был сильно удивлен тому, что меня позвала девушка. Обмануть своего хозяина и быстро заполучить желанную душу для любого существа Тьмы всегда было проще простого. И не имеет значение, насколько хитер или умен этот человек, ведь демон всегда мог найти лазейку и заполучить душу своей жертвы в самые кратчайшие сроки. И когда я заключал контракт с ней, я был уверен, что душа этой девушки уже у меня в руках. Несколько дней и список поглощенных мною человеческих сущностей пополнится на еще одну, и я отправлюсь на поиск новой добычи. В принципе, так и должно было случиться, если бы не одно «но». Девушка оказалась не такой, какими я привык видеть женщин. Она была совсем другой. Она совершенно отличалась от моих прежних хозяев. С первой её необычностью я столкнулся уже тогда, когда мои черные когти коснулись её личика, чтобы нанести пентаграмму – печать контракта. В тот момент на меня посмотрели золотые глаза уже далеко не девочки. В глазах девушки не было страха, как у всех предыдущих моих жертв, а только стальная решимость заключить сделку и отомстить тем, кто превратил её жизнь в ад, кто заставил страдать. Печать нанесена, контракт скреплен кровью, а вокруг лежат тела мерзких людишек, убитых по приказу новой госпожи. Все как всегда. Если не учитывать одного момента. Её решимость – моей новой госпожи, вызвала у меня интерес. Надо заметить, у меня никогда не было интереса, как к людям, так и ко всему их миру в целом. Кто-то сказал, что в этом мире ничего не бывает одинаковым. Я был уверен, что эту глупость мог сказать только человек. Почему глупость? Потому что все эти людишки для меня были абсолютно идентичными, и отличались только набором своих желаний и страхов. Я следовал своей природе, пожирая людские души, но при этом никогда не испытывая азарта, как другие подобные мне существа. У меня вообще никогда не было каких-либо эмоций или чувств, только маски. А под ними пустота. Я вообще отличался от своих сородичей. Для меня всегда все было бесцветным и безразличным, а души лишь источником для существования, не более. Но с момента заключения контракта с этой девушкой что-то в моей жизни изменилось. Фурия Ричардсон… так звали мою новую госпожу, которая дала мне имя – Мозенрат Фантомфайт. Так делали и все мои предыдущие хозяева. У меня создавалось такое впечатление, что она не боится своего будущего убийцу, а ведь должна была. В придачу к новому имени эта девушка вышла за меня замуж. Хм, что-то новенькое. Ведь никто раньше не делал ничего подобного. Фурия Ричардсон мертва…. теперь её зовут – Леди Фурия Фантомфайт. Мне бы уже следовало обхитрить эту дерзкую девушку и утолить свой голод, но… в обязанности мужа входила забота о своей жене. И как бы это странно не звучало, но именно из-за этого мне и не хотелось торопить исполнение контракта. Мне впервые доставляло удовольствие заниматься любовью с Фурией. Мне нравилось наблюдать за ней, когда та спала. В это время она выглядела такой беззащитной и маленькой, хотя всем своим видом всегда хотела доказать обратное. Я испытывал нечто похожее на радость когда видел, что приготовленное мною блюдо нравилось этой девушке. Факт появления привязанности к человеку меня немного удивил, но потом я все списал на то, что у меня просто еще никогда не было госпожи столь юного возраста. Я был уверен, что рано или поздно наигравшись с этой «игрушкой» – суровой леди, она быстро потеряет к ней интерес. Я был уверен в этом на все сто процентов, но только до того момента, пока Фурия не начала свою незримую шахматную партию с неизвестными убийцами её родителей. С того дня, как в шахматной партии, придуманной Леди Фантомфайт, был сделан первый ход, мне пришлось столкнуться с её необычностью, с тем, насколько для меня эта девушка отличается от других людей. Мне пришлось испытать те чувства, которые никогда не были свойственны мне, созданию Тьмы. То, что такие существа, как я, никогда не могут ощутить из-за своей природы. Но, видимо, эта самая природа решила сделать исключение. Фурия затеяла игру с очень сильными и влиятельными людьми. Она впутала себя в весьма опасные игры и надо заметить, преднамеренно. Она сделала себя приманкой, в то время как роль мышеловки досталась мне. Я уже сбился со счета, когда Фурия была на волоске от смерти. Леди Фантомфайт практически постоянно «ходила по лезвию ножа», будто не боялась в любой момент сорваться вниз. Фурия постоянно подвергала себя опасности, словно её собственная жизнь для неё не имела никакого значения. Леди Фантомфайт, заинтересовывала меня все сильнее с каждой новой неприятностью, в которую ей удавалось угодить. Другое темное существо посчитало бы это удачей и при первой же возможности, исковеркав значение произнесенного хозяином приказа, лишило бы своего господина жизни, одновременно заполучив его душу. Тем более что в случае с этой девушкой не было даже необходимости делать хоть что-то самому. Достаточно было дождаться удобного случая, отойти в сторону и просто не вмешиваться. В таком случае гибель девушки была бы гарантирована, а поскольку «клиентка» сама оступилась, я получил бы принадлежащую мне душу. Но почему тогда у меня все внутри перевернулось, когда я увидел, как Джейкоб Дарквелл занес нож над моей возлюбленной? Мне проще было притвориться, что я сильно занят исполнением приказа, разбираясь со красноволосой жницей, тем более что бензопила жницы, буквально висела надо мной. Но нет, я отчего-то рванул на помощь Фурия. Я помчался к ней, рискуя быть разрубленным пополам оружием жницы. А ведь это даже для меня, демона, было равносильно гибели. Но в тот момент я даже не задумывался над этим. Я был в дикой ярости! Да как этот смертный посмел поднять руку на мою жену?! Я был готов разорвать его на мелкие клочки! И я так бы и поступил, если бы не приказ Фурии. Как той ночью леди удалось остаться в живых, я при всем своем желании не смог бы объяснить, как и то, что я впервые что-то почувствовал. И причиной этих чувств была Фурия. С этой злосчастной ночи мне пришлось осознать и признать, что жизнь этой девушки для меня стала не безразлична. Я впервые испытывал страх, что для таких существ вообще не свойственно. И страх этот был за жизнь Фурии. Я боялся, что смогу не успеть защитить свою жену от летящей в неё пули или ножа, что жизнь леди может в любой момент оборваться. Боялся, что однажды девушку могут похитить и причинить ей вред. Что это было? Нежелание потерять свою возлюбленную, с которой я еще не наигрался или что-то другое? Ответ на этот вопрос я все никак не мог найти. А случай с преступной цирковой труппой запутал меня еще больше. Тогда в цирке с абсурдным и смехотворным названием «Тигровая Лилия» я помогал Фурии выполнять очередное, по моему мнению, дурацкое и слишком опасное поручение Леди Клэр Найтлерис. Во время расследования этого дела о пропавших детях Фурия серьезно заболела пневмонией. Я знал множество болезней, от которых слабые людишки могут пострадать или умереть. Но с заболеванием, что было у Фурии, я столкнулся впервые. Леди молчала о своей болезни не хуже партизана на допросе, постоянно меняя тему разговора. И неизвестно, чем бы это могло закончиться, если бы не вмешательство Клэр и её мужа Джеймса. Случилось это тогда, когда леди, будучи еще в болезненном состоянии, хотела покинуть дом и отправиться выполнять задание, а эта демоническая парочка, преградили ей дорогу, заявив о том, что серебристая змея больна, и ей категорически нельзя куда-либо уходить. Фурия грубо заявила, что с ней все в порядке и потребовала, чтобы они дали ей пройти. Но дворецкий и экономка и не думали этого делать, и тогда Фурия велела мне убрать этих слуг куда подальше. И вот тут у меня, существа, привыкшего в основном выполнять приказы своих хозяев, появился выбор. Раньше мне было все равно, какое поручение дает мне мой хозяин. Мне было безразлично, к чему это может привести. Может ли выполнение приказа навредить моей жене. И это вполне объяснимо, ведь я не испытывал к своим хозяевам никаких чувств, разве что отвращение. Но сейчас речь шла о Фурии, безопасность которой, по каким-то необъяснимым причинам, стала для меня очень важной. И в тот момент мне нужно было сделать. И, по сути, тогда от моего решения зависело здоровье Фурии. Я не подчинился жене и вместо того, чтобы сопроводить её для выполнения задания, я, манипулируя условиями контракта об обязанности защищать Фурию, вместе с экономкой и дворецким уложил жену в постель. Я впервые решал что-то не за себя, а за кого-то другого, для того, чтобы помочь. Я почувствовал, что у меня появилось дорогое для меня существо. Ответственность за благо, которого мне хотелось взять на себя. Решать за это маленькое создание, что для него будет лучше. И им оказалась моя милая жена… Фурия. По-другому и быть не могло. Ведь так? Её сладкая, нежная, невинная душа. Несмотря на работу серебристой змеи, по вине которых происходят некоторые убийства, её душа осталось практически незапятнанной. То небольшое пятнышко порока на ней, лишь добавляет вкуса, остроты ощущений. Даже сейчас, облизнув губы, я могу чувствовать этот тонкий, ни с чем несравнимый аромат моей жены. Девушка, вынужденная повзрослеть так скоро. Настоящая драгоценность для демона. Становится немного… грустно это осознавать. С каких пор, я стал настолько человечен. С каких пор я стал беспокоиться о душах своих контракторов. Так или иначе, эти вопросы более не вызывают какого-либо удивления или тому подобных чувств как предположим год назад. Скорее, я спрашиваю себя по привычке, зная ответ. Я с самого начала знал, что эта душа – особенная. Правда, я и не мог подозревать, насколько… В сущности демоны есть похитители душ, развращающие их, толкающие людей в пучину мрака и пороков. Но Фурия… мне не хочется причинять ей вред. Боль. Страдания. Она много пережила в свои неполные семнадцать лет, и невольно хочется оградить её от всего этого грязного, грубого мира, так не подходящего для столь идеального создания. Хотелось бы, чтоб она просто жила, без всякой там мести, расследований… хотя бы чуть-чуть. И чтобы я отдохнул от постоянного беспокойства за свою возлюбленную. Ведь её способность попадать в различного рода неприятности просто поражает. Иногда, даже с моими навыками, я не успеваю защитить её от всего. Поначалу, я специально позволял ей попадать в различные опасные ситуации – ведь так её душа приобретала бы, напитываясь изо дня в день, этот восхитительный привкус страха, отчаяния, которыми так любят дополнять свои обеды демоны. Но эта девушка отличалась ото всех жертв, чьи души я поглотил до теперешнего контракта. Вскоре я понял, что подвергать её опасностям нарочно – бессмысленно и глупо с моей стороны, тут бы успеть с её текущими проблемами разобраться, не то что с собственноручно созданными справиться. И постепенно, привычка защищать её от малейших, самых незначительных неприятностей стала доходить до абсурда. Я слишком сильно привязалась к моей милой леди – и всему виной мой неисчерпаемый к ней интерес. И ещё, похоже я привязался не только к её душе. Мне стало необходимо заглядывать в её сапфировые глаза, пытаясь уловить в этом холодном море малейшие всплески эмоций. Касаться её кожи – ощущать гладкость и тепло кожи леди. Находиться рядом с ней. Это нечастое явление, я бы даже сказал – исключительное в своём роде. Демон привязался к собственному контрактору настолько, и беспокоиться о его жизни не только из-за долга. Ты привязала меня к себе, казалось поначалу тончайшей паутинкой интереса, на проверку оказавшейся много прочнее извечного демонического эгоизма и цинизма. И знаешь… я почему-то совсем не против. Люди вообще сами по себе существа весьма интересные, но ты не только увлекательна, ты не устаёшь удивлять меня. Рядом с ней я меняюсь, со мной что-то происходит. Мне постоянно хочется её защищать от всего, даже от самых маленьких проблем и неприятностей. Я ещё не встречал девушку с душой настолько невинной, и в то же время порочной от рождения. Эти противоречия постоянно борются в твоей сущности. Ты поистине бриллиант чистой воды, по сравнению с теми тусклыми стекляшками, которые мне попадались до контракта с тобой.

POV Фурии
– Мозенрат! – из последних сил он протягивает руку и сжимает мою. В душе демона появилось навязчивое чувство, которое не позволяет причинить мне боль.
Прижив меня к себе, демон рухнул спиной на пол. Элис тут же спрыгнул вниз.
– Я знала, что ты сможешь защитить Фурию. Как и ожидалось от демона.
Я приподнялась и посмотрела на бессознательного мужа.
– Мозенрат? – тихо произнесла я. – Мозенрат! – отчаянно закричала я.
– Не зачем так кричать, я тебя прекрасно слышу, – открыв малиновые глаза, с трудом проговорил Мозенрат и медленно сел на пол. Услышав шаги, мы обернулись и увидели идущую к нам жницу.
– Твоя пленка была довольно занятной. Но, похоже, в итоге ты просто делаешь девушку жалкой. Возможно, я просто заставлю вас исчезнуть, – Элис занесла косу для удара.
Корабль затрещал, что-то в его утробе пронзительно, по-человечески, завыло и заухало, а затем он начал наклонятся. Люди начинали падать, соскальзывать и опрокидываться. Они уносятся вниз по палубе, крича и хватаясь за все на лету. Они сбивают других людей, срывая и увлекая их за собой.
– Что?! – воскликнула я.
– Неужели так быстро?! – крикнула Ванесса.
– Дело дрянь! – проворчал Шон.
– Уааа! – по полу начал скользить Райан.
– Ну и ну. Кажется, это вот-вот произойдет? – насмешливо произнесла Элис.
– Черт! – прорычал Мозенрат. – Масса воды тянут нос корабля вниз!
– Райан Стокер родился 24 августа 1954 года. Погиб из-за несчастного случая 20 апреля 1996 года. Примечаний нет, – зачитала Ванесса. – Мозенрат, как видишь, времени нет. Прошу прошения, но я возьму его. Просто стой и смотри.
– Нет уж! – возразил демон, держа меня на руках.
Мозенрат увернулся от атаки газонокосилки. Чтобы затормозить, рыжеволосый жнец ухватился правой рукой за деревянную колонну. Демон ухватился левой рукой за другую колонну, а правой – прижал меня к себе.
– Ванесса сильнее меня, так что оставлю это на него. Добью я тут кое-какого раненого, – задорно произнес Шон Крайтон, готовясь к атаке.
– Хм. Я не могу позволить тебе смотреть на моего мужа сверху вниз, – холодно произнесла я, а мой взгляд выражал призрение. – Раненный? Проиграет тебе? Это даже не смешно, – на моих губах появилась усмешка. – Верно, Мозенрат?
– Абсолютно с тобой согласен, – хрипло ответил демон, отпустив меня.
Я ухватилась за колонну и приняла свой обычный облик. 
– О, боже. Как будто раненого добивают… – договорить Шону не дал сильный удар кулаком в челюсть.
Рыжеволосый жнец отлетел вместе с газонокосилкой на пять метров, а затем демон ударил его ногой прямо в живот. Разозлившись, Шон замахнулся газонокосилкой, чтобы ударить демона, но тот оттолкнулся ногами и сделал сальто назад. Мозенрат, приземлись на ноги, нанес сильный удар ноги в грудь жнеца, от которого тот отлетел на десять метров и врезался в стол. Ванесса бросилась на легендарную жницу сама. Она знала, что не в силах победить Элис, но как же приятно было сражаться с таким существом! Такой увлекательной игры у Ванессы не было еще никогда. Такой серьезной и смертельно опасной игры. Но именно этой серьезностью и опасностью она и завораживала. Весь восторг красноволосой жнецы быстро испарился, потому что в ней врезался летящий рыжеволосый юноша на полной скорости, и они рухнули на пол. Корабль постепенно шел ко дну. Сейчас, или никогда. Последний выпад Ванессы и Мозенрата, от которых Элис успешно увернулась. Только легендарная жница немного не рассчитала, и я ухватила её серебристую цепочку с горным хрусталем, в котором отражались тускло святящейся изумрудные надписи.
– Леди. Я вверю вам их некоторое время. Пожалуйста, присмотрите за этим очень внимательно. Это мое сокровище, –  голос жницы моментально отрезвил меня.
– Подожди, Элис!!! – крикнула я.
– Увидимся, Леди. Давайте встретимся снова, –  Элис замахнулась косой.
Судно раскололось на два части от удара косы смерти Элис Каберле.

Живые, мертвые и нелюди между туманным небом и морем...

Глава 24: продержаться до рассвета
http://i69.fastpic.ru/thumb/2015/0911/01/9141db14382a45e1bdace382305ad601.jpeg
Звуки умирающего корабля и кричащих людей разносятся над водой. Спасшийся пассажиры были совсем недалеко от корабля, когда он начинает уходить под воду прямо на глазах, когда он разваливается поперек надвое. Те несколько неудачников, которые плавают в воде прямо под кормой, пронзительно кричат, когда видят, как киль дамокловым мечом опускается на них. Массивная кормовая часть падает обратно почти в то же положение, ударив по морю и образовав сильную волну вытесненной воды. Менее десятка аристократов, с которыми Фантомфайты и Найтлерисы были как-то связаны, спаслись. Тысячи людей – погибли. Они, может, были не хуже, и не глупее, и не трусливее, и не менее любимы своими родными и друзьями. Просто они не были ни Найтлерисами, ни Фантомфайта. Они не готовились всю жизнь к самому худшему. Корабль «Сердце Океана» скоро утонет полностью. Разрубленное пополам Элис Каберле судно медленно, но верно идёт ко дну Атлантического Океана. Демон, подхватив меня на руки, прыгает высоко в небо, возвышаясь над второй половиной корабля, которая ещё не успела затонуть. Я дрожу. Конечно, на улице, наверное, не больше десяти градусов тепла. Прижав мое тело покрепче, Мозенрат стремительно взбирается вверх по палубе, ища взглядом спасательную шлюпку. На нас летят обломки корабля, сваливаются люди, которые отчаянно цепляются за всё, что попадётся. Преодолев все препятствия, демон, завидев спасательный круг, хватает его и одевает на меня.
– Сделай глубокий вдох!
– А? Что?
– При таком положение дел заранее прошу простить меня! – подняв меня над головой, демон со всей силой кинул меня подальше от судна. Тела людей кружатся и вертятся, некоторые двигаются с трудом, как куклы, другие пытаются конвульсивно дергаться, пока воронка затягивает и поглощает их.

Мэтью оглядел черную гладь воды,  по которой плавали обломки судна.
– Это же нужно быть такими идиотами, – процедил Мэтью Амброуз сквозь зубы, выловив из воды секатором Ванессу. Раздражение, которое испытывал начальник департамента жнецов, нельзя было передать словами. – Не способны даже на то, чтобы просто собрать пленки надлежащим образом, – Мэтью поправил очки привычным жестом руки. – Я так понимаю, вы слишком снижаете темпы работы в то время, когда вас вызывают из отгулов? – Мэтью сурово посмотрел на бессознательных двух жнецов, лежащих в лодке. – Может, вы уже будете брать пример с руководства. Оно мобилизуется тот час, несмотря на то, что из другого департамента. Похоже, сегодня мне опять не удастся закончить с этим во время надлежащим образом. Просыпайтесь Ванесса Стаффорд! Шон Крайтон!
Ванессе досталось рукояткой косы смерти, а Шона он ударил ногой.
– Ооооууу! Мэтью! Ты пришел, чтобы спасти меня, правда-правда?! – обрадовавшись, красноволосая жница выпрыгнула за борт лодки, и тут же была выловлена из воды секатором.
– Это не спасение, – холодно ответил Мэтью, но в душе был раздражен. – Я пришел, чтобы убрать мусор, оставленный двумя диспетчерскими тушками, не способными довести до ума такое элементарное задание самостоятельно.
– Дайте нам минуточку, мы очень устали! – простонал Шон.
– Это работа жнеца – беспрекословно и надлежащим образом собрать души в любое время дня и ночи, – сдержано ответил Мэтью Амброуз.
– Ах, этот взгляд холоднее, чем волны океана. Он не учитывает даже самую возможность существования человеческих прав! Это заставляет пылать мое тело! Не знаю, как тебе это удается, – воодушевленно произнесла Ванесса.
– Это прямо окрыляет вас, не так ли? – ехидно спросил Шон.
– После того, как вы закончите сбор, причем надлежащим образом, возвращайтесь в главный департамент немедленно и составьте мне раппорт! – линзы очков Мэтью Амброуза угрожающе блеснули, внутри него кипела буря.

Я соприкоснулась с ледяным океаном. Вода просто обжигает! Как будто тысяча ножей впивается в тело. Больно. Где же Мозенрат? Я кое-как цепляюсь дрожащими руками за круг. Да что там руки! Меня не слушается всё тело, отчаянно дрожа, стараясь сохранить хоть каплю тепла. Холод. Этот ледяной холод обжигает даже изнутри. Кажется, силы покидают меня. Уже ног не чувствую. Я не могу ими пошевелить. Глаза закрываются и последнее, что я чувствую, это как ледяная вода проникает внутрь. И тут кто-то меня подхватил и посадил в шлюпку. Откашливаясь, я открыла глаза и увидела возле лодки плавающего демона.
– Я предложил, что они не смогли спустить все спасательные шлюпки во время. Поэтому я позаимствовал одну с тонущего судна, – улыбнулся Мозенрат, положив руки на борт лодки. – Прошу, накинь это, пожалуйста, – демон снял с себя фрак и отдал его мне. – Приношу свои глубокие извинения, но я, увы, не смогу приготовить тебе горячий чай.
Я накинула на себе черный фрак. Вдалеке послышались крики, это были пассажиры, которым не удалось добраться до шлюпок, и сейчас они тонули в ледяной воде. Если мы отправимся за ними, они попросту потопят лодку. Мозенрат начал сзади толкать лодку. Мои волосы мокрые... от этого холодно... сонно. Я начала постепенно засыпать.
– Фурия! Тебе нельзя засыпать! – прокричал Лорд Фантомфайт.
И тут демон почувствовал, что кто-то схватил его за ногу. Он обернулся и увидел мертвую блондинку, которая хотела вцепиться зубами в его ногу. Весь сон, как ветром сдуло. Я метнула в зомби плазменный заряд и разнесла его на кусочки. Через несколько секунд вокруг нашей шлюпки всплыли около пяти десятков мертвецов. Они могут передвигаться под водой?! Им ведь не нужно дышать поэтому такой вариант не исключен! Не может этого быть. Поняв ситуацию, демон быстро залез в лодку.
– Как много же ещё там?! – в шоке выкрикнула я, метнув малиновые стрелы боли в голову очередного мертвеца.
– Я не знаю, но вероятно они так и будут тянуться за душами, до тех пор, пока их тела не унесет течением. Ведь ты, дорогая, единственная душа, находящаяся так близко, – ответил Мозенрат, уничтожив веслом двух мертвецов.
– Тогда мы не можем сбежать сейчас. Если мы так поступим, Клэр и все оставшейся там станут их мишенью, – не хуже змеи, прошипела я, со злостью глядя на монстров. – Мы не можем подвергать вышивших такой опасности.
– Уж не знаю, плохо это или хорошо, но на данный момент их интересует душа, находящаяся в непосредственной близости к ним, – взмахом весла, демон уничтожил ещё двоих мертвецов.
– Мы остановим их здесь, – решительно заявила я. – Ты ведь сможешь с ними справиться, не так ли, Мозенрат?
– Нет необходимости в том, чтобы спрашивать меня о чем-либо. Прошу тебя, отдай мне приказ.
– Это приказ, Мозенрат! Уничтожь их всех! – фиолетовая пентаграмма в круге с острыми шипами на моем правом глазе вспыхнула ярким светом.
– Да, любовь моя! – моментально отозвался демон.
Мозенрат ловко орудовал веслом и ножами, убивая одного мертвеца за другим. Я тоже атаковала их. Я уничтожала живые трупы с помощью ледяного огня, красным плазменных зарядов и малиновых сгустков боли. Мы убивали их изящно и стремительно. Вдалеке раздавались одинокие свистки – выжившие в воде люди пытались привлечь к себе внимание спасательных шлюпок и отогнать голодных акул, сплывавшихся на запах крови. О чем они думали? О Боге, который не спешит им помочь? О Смерти, которая способна избавить их от мучений и страха? Или о том, что только веря в себя, можно спастись? Доски покачивалась на черной воде, где сновали хищные рыбы и тонули мертвые тела. Время до рассвета тянулось слишком медленно. Порывистый атлантический ветер леденил до самых костей, наполняя тело колючей болью. Через пять минут, когда мы уже  отбили атаку зомби, я обратила внимание на своего мужа, чье состояние оставляло желать лучшего. Только я собиралась поинтересоваться, как его самочувствие, как Мозенрат тут же ответил на мой вопрос:
– Коса смерти довольно весомый аргумент даже для кого-то вроде меня, – хрипловато произнес мужчина, сморщившись от боли и дикой усталости, лоб покрыла испарина после длительного боя. Кровь запачкала его обычно идеальный внешний вид, кончики волос намокли и потяжелели, а в воздухе висел металлический аромат. Вокруг шлюпки в холодном атлантическом океане плавали мертвые тела, бывшие люди, бывшие ходячие мертвецы, уже окончательно мертвые благодаря нашим стараниям.
– Прости меня за то, ведь я не смогу тебе дать сейчас теплого чая, но, прошу тебя, не засыпай... – виновато произнес демон, словно извиняясь.
– Ты молодец, Мозенрат, – внезапно произнесла я, завернувшаяся в черный фрак своего мужа и чуть дрожа от холода. Темно-синие глаза демонического мужа округлились от удивления, а зрачки расширились.
– По возвращению в поместье тебе нужно будет хорошо отдохнуть и привести себя в надлежащий вид. Сегодня ты со всем справился хорошо.
Эти слова прозвучали странно, ведь я никогда никого не хвалила, даже идеального мужа. Мозенрат по-доброму усмехнулся и прижал меня к себе, наблюдая за тем, как розовеет небо и занимается заря. А потом в дали моря зашумело, и ледяную тишину на грани жизни и смерти разрезал длинный гудок корабельной сирены.
– Фурия... прошу тебя, остановись. Для тебя говорить подобное... мне бы не очень хотело после всего минувшего останавливать ещё и шторм…
После чего в молчании мы наблюдали за рассветом нового дня. И именно в ту ночь в открытом океане у нас зародились какие-то новые чувства...

And you're here in my heart,
And my heart will go on and on.
You're here, there's nothing I fear
And I know that my heart will go on.
We'll stay, forever this way
You are safe in my heart
And my heart will go on and on.

Из песни: Celine Dion – My Heart Will Go On (Love Theme from Titanic)

Аккуратный бант-крест
http://i72.fastpic.ru/thumb/2015/0911/4a/0f7894d63cecbf9ba02e6debf9eadb4a.jpeg

Резной каблук
http://i67.fastpic.ru/thumb/2015/0911/16/040fb3e22e520121489c0990c4e4c416.jpeg

Черные туфли на низком каблуке с ремешком.
http://i66.fastpic.ru/thumb/2015/0911/30/2f8016259dc4a6f59166665e6b250b30.jpeg

Сердце Океана
http://i66.fastpic.ru/thumb/2015/0911/b3/3234a2e504477a48f366c2ec9231bcb3.jpeg

Сотобы
http://i72.fastpic.ru/thumb/2015/0911/a7/_496639172d9992de40a349d95e85e5a7.jpeg

Лизхен – кобра Мелани
http://i67.fastpic.ru/thumb/2015/0911/30/67a4bee81243e28096dec6d9138aa230.jpeg

Каюта Фурии и Мозенрата
http://i71.fastpic.ru/thumb/2015/0911/23/42c7c2a35df68666b22c1079139d0b23.jpeg

Отредактировано Agent_207 (2015-09-11 18:51:32)

+1

12

Глава 25: Лондонский Колледж Аристократов
http://i68.fastpic.ru/thumb/2015/0911/e5/e0b231f34e544037cb8416df411a44e5.jpeg

Префект "Сапфировая Змея" – Блюэр Лоуренс – синеглазый шатен в прямоугольных тонких очках и ровной челкой средней длинны, которые спадает ему на правый глаз. Чрезмерная серьезность и отрешенность немного отталкивает. Всегда носит темно-синий жилет с воткнутой петлицу синей розой.

Префект "Рубиновый Феникс" – Кристина Рэдмонд –  длинноволосая блондинка с задорными красными глазами в красном жилете с черными пуговицами, который оттеняет воткнутый в петлицу красный мак. У неё очень доброе лицо, с примесью некоего кокетства и превосходства, что внушают доверие.

Префект "Аметистовый Волк" – Виолета Мастерс – девушка с черными глазами и черными прямыми волосами, отливающие темно-фиолетовым оттенком. Она носит темно-фиолетовый жилет с воткнутой фиолетовой астрой, а поверх жилета надевает черную мантию с капюшоном. Несмотря на свою мрачность, она очень опытный художник. Она носит готический макияж, который включает в себя черные тени для век, черную помаду и черную роспись ногтей. Терпеть не может танцы, у неё голова от них кружится.

Префект "Топазный Оцелот" – Розалия Вейланд – очаровательная девушка, у неё изумительные золотые глаза, пышные светло-рыжие волосы до локтей, фарфоровая кожа, изумительная фигура и высокий рост. Носит желтый жилет с воткнутым в петлицу золотым тюльпаном.

Префект "Изумрудный Скорпион" – Генри Хеллфайр – платиновый блондин в зеленом жилете с воткнутый четырехлистным клевером, вызывает животный ужас. И не только одним своим видом, но и битой, которую он постоянно носит с собой. Холодные темно-зеленые глаза выдают в Генри мизантропа так же, как и зализанные к верху платиновые волосы.

Помощник префекта Блюэра – Клейтон Делайл – у него синие глаза, черные уложенные волосы и прямоугольные очки. Семнадцатилетний студент-отличник, который, не смотря на свою серьезность, любит соблюдать все традиции своего дортуара.

Помощник префекта Кристины – Морис Коллинс – пятнадцатилетний блондин, у него золотистые волнистые волосы до плеч и голубо-серые глаза.

http://i72.fastpic.ru/thumb/2015/0911/12/00822940c65e2c1e5a7256e9402bdf12.jpeg
Помощник префекта Виолеты – Дьэйн О’Двайер (полудемон) – парень лет шестнадцати. У него холодный взгляд лиловых глаз (вспыхивают темно-фиолетовыми пламенем в приступе агрессии, а зрачки становятся вертикальными), хитрая улыбка, немного взлохмаченные коричневые волосы до плеч, кожаные черные одеяния, массивные ботинки, цепи и ремни.

http://i69.fastpic.ru/thumb/2015/0911/25/fd74d617842cb1a76947b4cb9b930e25.jpeg
Помощница префекта Розалии – Анабель Алфорд (вейла) – четырнадцатилетняя девушка со странностями. У неё характер необычный: взрывной, зажигательный, жаждущий свободы и приключений. Обожающий авантюры и ни перед чем не останавливающийся. Внешность: совершенно непонятная удивляющая прическа. Длинные светло-русые волосы, зеленые глаза. Черное длинное платье, перчатки, иногда носит монокль. Всегда носит с собой записную книгу. Часто ее можно найти сидящей в парке под деревом дремлющей, либо читающей книгу.

http://i72.fastpic.ru/thumb/2015/0911/93/0097b4912f675176ce83c040f0e9e293.jpeg
Помощник префекта Генри – Эдвард О’Фаррелл (дампир) – семнадцатилетний красивый парень. У него желтые глаза, на шее висит серебристый крестик, а синие волосы были собраны в хвост черной лентой. Выглядит даже более зрелым из-за вечно сведенных бровей и агрессивного взгляда. Крайне серьёзен, обладает вспыльчивым характером.

Улицы Лондона, 1 мая, 1996 год
Я летела по мощеной улице, больно ударяясь ногами об камни, с портфелем в руке. От быстрого бега ломило все тело, а дыхание сбилось под чистую. Идеально завязанный ранее галстук сейчас съехал куда-то в сторону, портя образ студентки-отличницы привилегированного учебного заведения для чистокровных волшебников, которое гордо называется "Лондонский колледж аристократов". Но и без этого я чувствовала себя не в своей тарелке: если сейчас сравнить меня и моего мужа, то по внешнему виду никто не сумеет сказать, что перед ними стоит Леди Фантомфайт. Этот стародавний черный плащ с ласточкиным хвостом был слишком узок для меня, а тот же самый галстук скорее напоминал удавку, только вот из-за маленькой длины повесить его, кроме шеи, не на что. Эх, если бы не Лорд Грей и его «невинная просьба», сидела бы я сейчас себе в кабинете, да ела бы шоколадный тортик, запивая его чайком. Отогнав от себя столь искушающие мысли, я с последних сил устремилась по переполненной людьми улице. Впереди уже виднелся центральный вход, значит, можно немного сбавить обороты. Я перешла на ходьбу. Под боком что-то противно кололо, а тяжелый ранец оттягивал плечи, заставляя меня выгибаться и массировать сведенные судорогой мышцы. По окончании дела надо будет попросить у Мозенрата проводить больше уроков физического воспитания – если природа не подарила здоровое тело, значит, буду сама в себе воспитывать выносливость. Сквозь шум утреннего Лондона до моих ушей долетел жуткий скрежет – звук запираемых створок. Я оторвала свой ошалелый взгляд от ног, и с ужасом посмотрела на финиш моего забега по городу с препятствиями. Двое старших учеников с красными повязками дежурных на рукавах, медленно, но уверенно сдвигали две половинки ворот. Надо что-то делать! Черт! Набрав полные легкие воздуха и опять переходя на быстрый бег, я закричала:
– П-погодите!
Парни, обратив на меня внимание, вместо того, чтобы помочь, принялись рывками двигаться навстречу друг другу. Неужели так тяжело хоть на мгновение забыть об этом идиотском соперничестве? Пока я бежала, расстояние между створками становилось все меньше, и меньше. Когда между крайними решетками остался совсем маленький просвет, я сделала последний рывок и под диким взглядом дежурных ворвалась на территорию колледжа. Согнувшись в три погибели и упершись в дрожащие коленки, я едва стояла. Сердце колотилось словно бешенное, готовясь вырваться с грудной клетки, в которой ему было мало места, горячее дыхание обжигало горло и истязало легкие, по спине и лбу градом бежал пот, но все же я чувствовала огромное облегчение. Фух, как же я вовремя! Глубоко вздохнув в последний раз, я выпрямилась, вытер платком лоб и оглянулась. Вот он, Лондонский Колледж Аристократов во всей красе. Я стояла посреди огромного двора перед парадной лестницей в учебный корпус. Так как урок не начался, по территории сновали туда-сюда толпы и толпы учащихся, одетых в такие же нелепые костюмы, которые можно назвать одним словом – форма. Этот наряд был необходим мне, чтобы не выделяться из общей массы до окончания расследования. Я шла спокойно, без лишней, сопутствующей особям благородного происхождения. Мальчики и девочки ходили по улице либо стайками, обмениваясь последними новостями, либо просто спешили в одиночку по классам. На башенных часах было половина десятого. Вот, теперь у меня осталось только тридцать минут, что бы найти нужный дортуар. Пусть здесь их только пять, но раскиданы они по всей территории колледжа, что ни в коем случае не упрощает задачу. Для экономии времени я решила сойти с каменной тропинки и пробежаться по ухоженной зеленой лужайке. Подняв высоко голову, как и положено я ступила на травяной ковер. Оживление и возня, несколькими секундами раньше наполнявшая все пространство вокруг меня, сменилась гробовой тишиной. Это было немного неожиданно. Я оглянулась по сторонам, чтобы узнать, что произошло. Какое же было мое удивление, когда я обнаружила причину столь резкой смены обстановки. На меня смотрели сотни ошарашенных глаз, одни владельцы которых открыли рты, другие же принялись громко перешептываться, изливая на мою голову порицания:
– Не могу в это поверить.
– Какая неслыханная дерзость!
– Определенно, она «Y».
– Что за студентка, она точно не из Р5.
– Что ты...
Гул вокруг меня все возрастал, некоторые юноши и девушки даже тыкали в меня пальцами и просили назваться, но никто так и не сказал, что я сделала не так. Вот вам и первое впечатление! Но какого черта эти ученики разговаривают на непонятном для меня языке? Кто мне объяснит, что значит эти их непонятные «Y» и Р5?
– Эй, смотрите, – воскликнул кто-то из толпы, привлекая мое внимание. – Вот, слева! А вот и они! Р5!
Повинуясь странному рефлексу, я проследила взглядом в указанном направлении. В нескольких метрах передо мной стояли пять студентов. Вокруг них расплескалась непонятная аура, которая затмевала даже солнечный свет, но они, кажись, этого либо не замечали, либо наоборот, делали все возможное, чтобы это сияние никогда не меркло. Своим внешним видом они отличались не только между собой, но и от остальных учащихся. Как и положено, четверо из них носили длинные плащи, как у большинства студентов, но одна студентка была закутана в черную мантию с глубоким капюшоном, который даже в столь жаркую погоду прятал её от солнца. Но вот нижнее одевание, а точнее их жилеты и цветки, резко контрастировали с моими представлениями о школьной форме. Объединяло этих студентов только одно – им всем было по семнадцать лет. Так вот, эта пятерка неторопливо шествовала по той же лужайке в мою сторону. Видимо, их привлекла непонятная шумиха, и они решили выяснить её причину. А что делают с неприятными причинами? Правильно, их стараются удалить. Только я подумала об этом, как меня заметили. Идущая во главе студентов блондинка, осмотрев меня с ног до головы, поменяла выражение своего лица из добродушного на вполне себе такое яростное. Она оставила друзей и кинулась ко мне. Ученики, ранее завороженный присутствием своих кумиров, опять загудели, только не сей раз тише:
– Ох, у девушки неприятности!
– Упс...
– Сейчас ей покажут высший класс!
Подлетев максимально близко ко мне, блондинка остановилась. Она все с тем же ярым выражением схватила меня за галстук и притянула к своему лицу, глазами прожигая насквозь. С мыслью: «Она что, собирается меня ударить?», я закрыла глаза в ожидании наказания. Но ничего похожего так и не случилось.
– Ваш галстук криво повязан, – послышалось мягкое воркование откуда то сверху.
Даже не смотря вокруг, я почувствовала волны замешательства, исходившее от невольных зрителей. Мое собственное удивление не знало границ. Распахнув глаза, я уставилась на стоящую передо мной блондинку. Она с ласковой улыбкой любезно поправляла самую нелюбимую мной деталь одежды. Порадовало то, что в её глазах больше не сквозила ярость, а вернулись искорки.
– Как ваша фамилия? – спросила она у меня.
– Фантомфайт, – на нервной почве только и сумела выдавить я.
Блондинка театральным жестом взялась за подбородок, прикусив указательный палец мелкими белыми зубками.
– Ничего о ней не слышала.
– Все верно. Сегодня я услышал от ректора, что в корпусе «Сапфировых Змеи» будет новенькая. Это ты? – вмешался в разговор платиновый блондин с битой.
Я невольно задрожала. Эх, если бы он где-то оставил свой устрашающий агрегат, то у меня бы не возникла реакция, типа «не хочу, что бы моя голова оказалась в непосредственной близости с этим».
– Да, – опять короткий и лаконичный ответ.
– Правило №48, – подал голос синеглазый шатен в прямоугольных очках, – колледжа гласит: «Единственными, кому разрешено пересекать газон, являются старосты или же те, кому было выдано разрешение старост». Нужно, по крайней мере, выучить правила колледжа перед тем, как в него поступать. – Холодный, сдержанный и расчетливый. Ну сто процентов – ледышка в своей последней стадии заморозки.
– Я очень сожалею... – извинилась я.
– Поторапливайтесь и заходите внутрь. Сегодня солнце очень жаркое, – отозвалась загадочная девушка в черной мантии с капюшоном.
Вот и все, что она сказал. Но, видимо, не только таинственные Р5 услышали её слова. Тут же дворик почти опустел, но несколько зрителей все же осталось досматривать, чем закончиться спектакль по укрощению первогодки. Нацеленным и уверенным движением, золотоглазая девушка со светло-рыжими волосами протянула ко мне свою руку. Оттопырив укушенный указательный палец, девушка мягко дотронулся ним до моего лба.
– Отныне будьте осторожнее, Фантомфайт, – пропела она своим звонким голосочком, а затем развернулась и ушла.
– А тебе везет! Наступила на газон и даже не была наказана за это!
Я полетела головой вперед, получив по спине от налетевшего на меня юноши. Скорее всего, это один из наблюдателей, кои остались после замечания девушки в фиолетовом жилете. Радовало то, что голос его звучал вполне себе безобидно, будто он действительно искренне радовался моей «безнаказанности». В голове сразу же возник образ такого себе мальчика на побегушках, веселого и задорного, который ни в чем и никому не отказывал. Оглянувшись, я решила проверить свои догадки. Передо мной стоял шестнадцатилетний юноша с рыжими короткими волосами, что слегка завивались на кончиках. Его пухленькие щёчки указывали на любовь к кондитерским изделиям, чему я несказанно была рада. В кои-то века нашла человека, который разделяет мои мнения. Интересно, а ему понравятся сладости в исполнении Мозенрата? На меня смотрели большие зеленые глаза, обрамленные длинным ворсом черных ресниц. Казалось, от парня исходит мягкое свечение, но в отличие от «чудесной пятерки» оно было не пафосное, а настоящее, природное и теплое. Парень открыто улыбался, и мне хотелось улыбаться в ответ.
– Как тебе зовут? – поинтересовался рыжик.
– Меня зовут Фурия Фантомфайт. А тебя?
– Я Эмиль О’Рейли. Я тоже первогодка из корпуса «сапфировых».
Я вроде слышала что-то о директоре мебельной фирмы «О’Рейли и Ко», такой себе добродушный без каких-либо темных делишек. Но не знала, что у него есть сын! Позволив своим рукам рассеянно поправить форму, я подняла сапфировые глаза на паренька. Не ожидая такой реакции, тот поперхнулся воздухом и учащенно задышал.
– Приятно познакомиться. Сегодня мой первый день, и я ничего не знаю. Вот, сможешь мне помочь? –  вопрос был чисто риторическим, но все же я дожидалась утвердительного ответа от моего потенциального информатора. Немного помедлив, Эмиль кивнул. –  Что значат все эти «Y» и «Р5»?
О’Рейли, переборов первое впечатление, уже спокойно понимающе кивнул.
– «Y» – это штрафная санкция. Если ты ее получишь, то должна переписать поэму с латинского целых сто раз! – закатив глаза под лоб, сказал юноша. Видимо, уже сталкивался с этими самыми «Y», и это радует, ведь в подобных заведениях весельчаки и балагуры видят и слышат, а, соответственно, знают больше, чем обыкновенные заучки и ботаны. – А Р5, – мечтательно пропел Эмиль, полностью меняясь в лице, – это та пятерка в разноцветных жилетах, что только что тут прошла. Они, старшие студенты и лидеры своих дортуаров, поэтому могут носить жилеты угодного им покроя.
Мой собеседник впал в некое подобие грезы наяву. Казалось, он забыл обо мне, вспоминая прекрасное явление непревзойденных студентов-лидеров.
– А как их зовут? Не хочу попасть в неловкое положение при следующей встрече.
Эмиль, услышав мой вопрос, не вышел из плена своего видения. Он просто крутанулся вокруг своей оси, являя мне сцепленные в молитвенном жесте руки и божественную улыбку фанатичного последователя.
– Та блондинка, что была в красном жилете – старшая в дортуаре, под названием «Рубиновый Феникс», студентка, которая отличается исключительно широкой популярностью, и зовут её Кристина Рэдмонд. Обладатель синего жилета – Блюэр Лоуренс, лучший из лучших в колледже в науках и учебе. Также по совместительству является главой дортуара «Сапфировая Змея». Генри Хеллфайр носит зеленый жилет, он лидер дортуара «Изумрудный Скорпион», отличившийся в колледже по боевым искусствам и спорте. Девушку в желтом жилете зовут Розалия Вейланд – лидер дортуара «Топазный Оцелот», и она самая трудолюбивая студентка в колледже. И последняя, та кто была в фиолетовом жилете – Виолета Мастерс , старшая в дортуаре «Аметистовый Волк» и самая талантливая здесь студентка в области искусств! Пять старших студентов, представители пяти традиционных дортуаров колледжа аристократов, сокращено Р5! Они такие клёвые!
Я слушала всю эту тираду, не смея даже слово вставить. У меня голова разболелась от потока вылитой информации. Тем временем парень уже двигался куда-то вправо по дорожке, и я была вынуждена последовать за ним, так как не хотела потеряться или опоздать к занятию. Но теперь, когда у меня отпала надобность следить за развитием мысли Эмиля, я осматривалась вокруг, стараясь запоминать дорогу, но все же до моих ушей долетали обрывки фраз:
– Я восхищаюсь ими! Вот бы и мне поскорей стать старшим студентом! Но как бы там ни было, у меня никогда не будет такого признания и привилегий, какие есть у нашего старосты. Он такой умный! А красивый-то какой! У него столько поклонников даже среди учащихся других дортуаров, но он никогда и никому не отвечал взаимностью... но о чем это я! Запомни, Фурия, газон пересекать запрещено! – тараторил Эмиль.
Мои мысли, так же как и рассказ Эмиля, прервало трехкратное бомкание огромного колокола наверху знаменитой часовни в готическом стиле. И что это значит? Я решила определить важность этих звуков по реакции моего нового знакомого. Но он страннейшим образом исчез. Здесь что, все ученики наделены тайной техникой «проваливание сквозь землю»?
– Эй, ты чего? – рыжая голова, словно маяк, засветилась из-за ближайшей колонны.— Поторопись, не то опоздаем на урок! Лично я не хочу получить «Y»!

Ну что же, опоздать мы не опоздали, но мне не хочется вспоминать свои ощущения, когда я, наконец-то, уселась за свободную парту в конце класса. Когда меня представляли моим новым одноклассникам, то я чувствовал себя, как под прицелом: одно неверное слово или движение – и мне конец! Но все же поприветствовали меня тепло и дружно, особенно радовался Эмиль. Он любезно разрешим мне разделить с ним одну парту, за которой до этого времени сидел в одиночестве. Все уроки прошли как-то слишком сумбурно. Скорее всего, из-за того, что почти три четверти материала, что мы сегодня проходили, я уже изучала дома под бдительным присмотром темно-синих глаз демона. Как вспомню мои награды за старания там, то сразу же хочется прекратить этот ненужный спектакль с золотыми звездочками, кои не шли ни в какие сравнения со столь желанными поцелуями со вкусом шоколада. После уроков в честь меня устроили вечеринку. Семеро студентов факультета «Сапфировая Змея» начали подбрасывать меня в воздух с помощью белого покрывала. Сумасшедший дом какой-то, а не колледж! И тут раздался знакомый мужской крик:
– Что ещё за шумиха! Я вам сейчас всем «Y» поставлю!
– О, нет, это же методист дортуара!!! – занервничали студенты.
Студенты остановились, чтобы я могла слезть с покрывала.
– Клейтон, почему вы, как старшекурсник участвуйте во всем этом? – спросил методист. – Это традиция нашего дортуара, – ответил брюнет в прямоугольных очках.
– Боже мой… есть традиция, а есть пародийный фанатизм… вам ясно? – методист подошел ко мне и галантно протянул мне левую руку в белоснежной перчатке. – Вы ведь новая студентка. Ваша фамилия Фантомфайт, верно? Добро пожаловать на факультет «Сапфировая Змея». Я – методист факультета, моя фамилия Даркнайт.
В этот раз Мозенрат превзошел самого себя. У него шее висел серебристый крестик, на переносице были овальные очки с тонкими цепочками, а длинная черная мантия казалось, развивалась во все стороны даже без ветра.

Чтобы расследовать новое дело мне пришлось внедриться в это царство традиций и дисциплины. В лондонском колледже аристократов, престижной частной школе, учатся сыновья и дочери аристократов из волшебного мира. И это дело касается не только Деррика Каллахана, сына кузена Лорда Грея герцога Каллахана. Но и других студентов, которые также не вернулись домой. Лондонский Колледж Аристократов – закрытое пространство, не терпящее постоянного вмешательства, даже со стороны правительства. Так что же здесь творится? В частной школе мальчики и девочки от десяти до двадцати лет в течение всего обучения живут в дортуарах. Жизнь студентов контролируется звоном колокола. В частной школе начинается новый день. 6:30 – подъем. 7:00 – утренний чай. 7:30 – начало занятий. 9:00 – завтрак. После завтрака наступает «время помощников». По традиции колледжа младшие студенты должны помогать старшим. Убирать комнаты, гладить форму, готовить грелки на ночь. Короче, выполнять обязанности дворецкого. Ещё одна дурацкая традиция. Помощник отличается от дворецкого тем, что старшекурсник будет иногда помогать ему. Это как иметь брата или сестру в школе. Помощники старост особенные, им можно носить на груди цветы факультетов, как Р5. А если получить разрешение, то можно ходить по лужайке. И ещё я слышала, что им можно присутствовать на полуночном чаепитии, которое организует директриса, вместе с Р5. Если я смогу туда попасть, я встречусь с ней. И Деррика перевели… здесь явно что-то не так. Я обнаружила, что он зарегистрирован на факультете Аметистового Волка. Факультеты враждуют куда серьезней, чем я думала. Я даже не могу увидеть Деррика без помощи директрисы. Статус и деньги здесь ничего не значат. Пока я всего лишь обычная студентка, я не смогу беспрепятственно искать информацию. И это значит, чтобы проникнуть в сердце этой тайны. Я должна понравиться пятерке старост!

Методист – это учитель, который живет в дортуаре колледжа и наставляет студентов, оказывая им помощь в учебном процессе. Кроме методиста, все пять дортуара колледжа имеют в своем распоряжении ещё нескольких работников. Горничная, которая следит за порядком и чистотой в дортуаре, повар, готовящий еду и лакей, помогающий при сервировке стола. Как бы то ни было, методист – единственный человек в дортуаре, который также является учителем. С утра он отправляется вместе с учениками в класс и проводит занятие по своему предмету. Вечером он, вместе со своими учениками, возвращается в дортуар и, в свое свободное время, помогает с домашним заданием тем, кто в этом нуждается. Другими словами… Методист – это почетная работа, так как она требует от учителя, большинство своего времени посвящать ученикам.

Ночью я пришла в кабинет Профессора Даркнайта, в благоприятном настроении.
– Похоже, ты пользуешься популярностью, «Профессор Даркнайт», – усмехнулась я, опершись спиной об закрытую дверь.
– Да, – согласился Мозенрат, поднявшись из-за стола. – Все хвалят способ, которым я объясняю и мою добродетель, – с этими словами, демон положил документы на стол. – Хех. Мне бы очень хотелось показать им, каковы твои истинные методы обучения.
– Я была приглашена на встречу с Р5 в четыре часа по полудню.
– Мне это известно, – ответил Мозенрат, наливая чай в чашку.
– Это редкостный шанс, – я села в синее кресло. – Мне нужно постараться, чтобы заручиться симпатией Р5 и их последователей.
– Ну, будет ли это более изящно? – спросил демон, посмотрев на меня через плечо. – Вместо того, чтобы подкупать, ты завоюешь их симпатию реальным сладостями, – предложил Мозенрат. – Как бы то ни было, завтра в четыре часа дня я должен вести занятие по крикету. Чему мне следует отдать приоритет? – спросил демон, подав мне чашку чая. – Если ты мне прикажешь, я буду ожидать поблизости.
– Я иду туда не за тем, чтобы устраивать драку… я справлюсь в одиночку, – произнесла я, а затем немного отпила чая. – Это приказ, Мозенрат. Приготовь самые лучшие кексы к чаю, чтобы я поразила пятерку! – усмехнувшись, приказала я.
– Да, любовь моя.

Но на следующий же день, в установленное время меня встретили весьма неприветливо. Видите ли, я «опоздала» на два часа, из-за чего меня и выпроводили.

Ночью я пришла в кабинет Мозенрат и села в синее кресло.
– Дьявол!! Он провел меня!! Вот поэтому я ненавижу устные договоренности!!
– Хм. Дорогая, ты недооценила его потому, что он всего лишь студент? Люди обычно завидуют тем, кто превос… уверен, что это не первый раз, когда с тобой случается подобное, – демон не удержался от сарказма. – Ты объяснилась с Лордом О’Фарреллом?
– Бесполезно пытаться разъяснить людям, как это было. И правда в том, что я действительно опоздала, как бы то ни было.
Мозенрат подал мне десерт – клубника со сливками.
– С досады ты собираешь выплакать все глаза, чтобы заснуть?
– Ато! – ответила я, отправив сладкую клубничку себе в рот. Прожевав лакомство, я продолжила говорить: – Я добьюсь фавора у префектов, чего бы мне это не стоило. И верну свой собственный! Я заставлю тебе сожалеть о том, что мой тяжкий труд оказался напрасным… Морис Коллинс! – я зловеще ухмыльнулась.

Получить власть над другими – это нетрудно. Достаточно обладать талантом красиво и убедительно лгать.

Глава 26: войти в доверие
http://i68.fastpic.ru/thumb/2015/0911/1d/ea510e560de5adae8467acc248df6a1d.jpeg
POV Мозенрата
– Морис Коллинс, вероятнее всего, он просто лживый пройдоха, – мрачно произнесла Фурия.
– Почему ты так решила?
– Ты видел его руки? Обычно кожа на ладонях у фэгов грубая, вследствие того, что они очень часто выполняют внеклассную работу. А у этого малого слишком нежные и ухоженные ручки. Другими словами...
– Он пользуется некоторыми бесчестными приемами, так же как и ты?
– Совершенно верно, – подтвердила Фурия, а в мыслях возмущенно добавила: «Часть про меня, ты мог бы и опустить!». Чуть помедлив, леди продолжила: – Кроме того, благодаря наглому и развязанному поведению, просто не остается сомнений.
– Ты сейчас делаешь вывод, судя по себе?
– Хммм. Я уверена, что мне не понадобится прикладывать большие усилия, чтобы доказать его ложь. Но я не позволю ему так просто отделаться, – решительно заявила я. – А ты, Мозенрат, разыщи тех, кто был, когда-либо им обманут. А так же, тщательным образом изучи модель поведения Мориса.
– Как тебе будет угодно.

Утром в классе уже проник слух о том, что Фурия Фантомфайт пренебрегла приглашением Р5. Надо же... а пресловутая Р5 имеет здесь куда больше влияния, чем Леди Фантомфайт ожидала. Она опустила это из виду, и вот что происходит теперь? Фурия будет чертовски настойчива, но она выбьет показания из тех, кто был тогда поблизости и все слышал. Целый день разведки дал нам результат. Как и ожидалось, Морис пользуется чужими услугами для выполнения своих заданий. Всего четверо студентов стали жертвами Мориса Коллинса. И не только это, есть большая вероятность того, что он оставляет большую часть своей работы фэга на кого-то другого. Например, торт-суфле остывает часами. Невозможно приготовить его лишь в отведенное время без чьей-либо помощи. Ночью Фурия проникла рубиновый дортуар с помощью теневого скольжения. Леди незаметно проследила за Морисом, и оказалось не зря. Он тайно отсылает студентам своего дортуара открытки в форме цветка. Кажется, нам наконец-то удалось раздобыть улики. Осталось только сложить все детали воедино.

Лондонский Колледж Аристократов, художественный зал №3
После завтрака, Фурия позвала Мориса поговорить в зал с множеством картин.
– Ну... чего тебе? Зачем ты позвала меня сюда? Я должен быть в лебединой беседке.
– Это не займет много времени. Я просто хотела кое-что выяснить. Коллинс, я абсолютно уверена, что твое сообщение мне было неверным, – произнесла Фурия.
– Почему ты так говоришь? Нечего винить других, – нахмурился Морис.
– Мой друг расспросил наших одноклассников. Знаешь, ты ведь самый хорошенький ученик в школе... и многие за тобой наблюдают. Поэтому восемнадцать человек подтвердили, что ты ошибся и сказал «в четыре часа». Хотя слово «ошибся» здесь не совсем верно  Ты сказал намеренно, – надменно улыбнулась Фурия.
– Пф, это лишь беспочвенные обвинения! – фыркнул Морис.
– Что ж, тогда как ты объяснишь то, что произошло с Джиной Лансад и ещё четырьмя учениками? Все те, кто не явился в лебединую беседку, говорят, что ты дал им ложную информацию. Ты идеальный помощник префекта, но смотришь свысока на слабых... это жестоко и несправедливо. Так поступают только лжецы! Кроме того, ты заставляешь других учеников выполнять обязанности помощника префекта.
– Что-о? Понятия не имею, о чем ты говоришь? – отмахнулся Коллинс.
– Информация, которую Редмонд попросила тебя собрать. Глажка, чистка обуви и даже приготовления сладостей. Ничего из этого ты не делал! Все твои умения – фальшивка!
– Ух, ты. Какое бурное воображение. А как же доказательства? У тебя их нет.
– Есть, – надменно улыбнувшись, Фурия достала из кармана пиджака и продемонстрировала красную открытку в виде розы. – Заметив, что Морис занервничал, Леди Фантомфайт усмехнулась: –  Узнаешь? Это открытки при помощи, которых ты передавал задания своим приближенным. И у меня таких полно... на них даже поставлены время и дата, и все они подписаны твоим почерком.
– Я же велел им избавиться от них. Они так и поступили, – нервно прошептал Морис.
– К счастью, мусор еще не вывезли. Мне пришлось потрудиться... чтобы найти каждый крошечный кусочек открыток... среди гор мусора на школьной свалке. Стоит заметить, они были аккуратно разорваны на мелкие части. Потребовалось немало времени, чтобы восстановить их. Что скажет Кристина Редмонд, когда узнает об этом? – спросила Фурия, к тому времени на полу лежало около двадцати открыток. – Разве ты, ученик такой престижной школы, не опозорен?! Я закрою глаза на то, что ты обманул нас. Но с Леди Редмондом ты должен быть откровенным. Помощники префектов должны быть словно братья и сестры, ведь так?
– Совсем с ума сошла! Никогда в жизни! – лицо Мориса скривилось в злобной гримасе.
Блондин щелкнул пальцами. В зал ворвались трое парней из рубинового дортуара, двое из них схватили леди за руки, а тритий поставил фотоаппарат на пол.
– Что вы делайте?! – закричала Фурия.
– Я бы на твоем месте не приходил сюда вот так просто. Ты идиотка? – спросив, нахальный блондин сжег огненным заклинанием все открытки. – О каких доказательства ты говорила? Не стоило тратить столько усилий, – с этими словами блондин притянул леди за галстук. – Меня бесит твое высокомерие! Тебе все сходит с рук лишь потому, что ты чем-то понравилась префектам! Эксплуатировать – это тоже талант, не находишь?  Я просто хорошо использую заурядных людей для своих целей. В конце концов, я же самый красивый в школе! Когда ты становишься префектом, твоя жизнь кардинально меняется. Ты хоть представляешь, сколько я пресмыкался перед ними, чтобы получить свою должность? Ты ведь у нас везучая. Разве сможешь ты понять чувства самого младшего сана, которому никогда не стать наследником титула?
– Но ведь победа, достигнутая обманом, ничего не стоит! – выкрикнула Фурия.
– Какая ты правильная... меня это уже достало! – разозлился Коллинс. – Я стану следующим префектом рубинового дортуара! И буду любимчиком Кристины Редмонд!! – Морис материализовал из воздуха серый острый кинжал. – Как же глупо с твоей стороны назначать встречу в столь уединенном месте. Никто не придет тебе на помощь.  Сначала мы посмотрим на тебя, а потом сделаем фото, которых будет достаточно, чтобы ты умерла от стыда! – блондин провел лезвием по животу Фурии. – Давайте. Сделайте это, – приказал Морис Коллинс.
– Прошу остановитесь!!! – прокричала Фурия.
Неожиданно двери в художественный зал распахнулись.
– Вы что здесь делайте?!! – раздался громкий бас.
В считанные секунды трое парней были сокрушены битой Генри.
– Я поклялся, что никогда не буду применять силу, и ты вынудил меня нарушить обещание! – холодно произнес Генри, сверля блондина суровым взглядом.
– Ге... Генри! Умоляю, не рассказывай Кристине!! – взмолился Морис, упав на колени.
– Может, и нас попросишь? – сдержанно спросил Блюэр.
– Блюэр и Виолета?! Ч-что вы здесь делайте?! – растеряно спросил Морис.
– Услышав, что наш блестящий ученик, Морис Коллинс собрался учудить... любой бы прибежал, – произнес Эдвард, помогая Фурии встать на ноги.   
– Услышав? – в шоке прошептал Морис, не поверив в услышанное. – Но лебединая беседка далеко отсюда... я не мог говорить так громко, чтобы...
– Видишь ли... звук передается не громкостью... а вибрацией. Если ты можешь передать вибрацию, то звук теоретически будет слышен как угодно далеко. Для передачи звука в отдельные места достаточно присоединить туго натянутую нить к плоской поверхности. Например... – Фурия взяла и оттянула нить с полотна картины, – вот так.
– Не может быть. Нет! Невозможно! Нет!! НЕ МОЖЕТ ТАКОГО БЫТЬ!!! – закричал Морис.
– Я слышала все, – голос Кристины, невероятно спокойный в этой ситуации, был слышан так хорошо, будто его обладательница стояла у двери класса.
– Ред... монд... – голос Мориса, напротив, звучал подавленно и дрожал.
– Даже ты предал меня... – не упрек, констатация факта. Будущий маркиз Эдвард О’Фаррелл представлял себе, с каким трудом Кристине дается это безразличие. – Мне стыдно, что я так ошибаюсь в людях.
– Это... это не...! – но префект не дала ему договорить, грубо оборвав:
– Не желаю слышать твоих оправданий! – в её голосе послышались плохо скрываемые истеричные нотки. – Ты разочаровал меня. Коллинс, я разрываю наши узы родства!
С громким воплем "Нееет!" теперь уже просто учащийся рубинового дортуара упал на колени. Морис даже не старался сдерживать слезы, потоком льющиеся из его глаз и смывающие макияж. В этом ему равных не было – пожалуй, талант комедианта в нем все же присутствовал.
– Фурия. Я несправедливо обвинил тебя. Пожалуйста, прости меня! – виноватым тоном произнес Эдвард, поклонившись перед леди, как подобает истинному джентльмену. 
– Как бы то ни было, я все равно опоздала! Так что не нужно просить прощения, Эдвард, – невозмутимо ответила Фурия Фантомфайт.
– Я и подумать не мог, что ты такая предприимчивая! Теперь я понимаю, почему Эдвард так выделял тебя, – восхитился Генри.
– А ты и правда интересна, – улыбнулась Виолета.
– Ах! – улыбнувшись, Блюэр погладил Фурию по голове. – Ты поступила очень храбро, Фантомфайт. – Спасибо тебе. Мне горько думать, что он обманывал и других людей, помимо тебя...
– Я всегда старалась бороться с несправедливостью, – счастливо улыбнулась Фурия.
– Ты следуешь традициям, честна, благородна и по духу и по крови, – улыбнулся Генри.
– Ты просто образованная ученица колледжа аристократов! – с гордостью произнес Блюэр.

Дортуар "Сапфировая Змея", кабинет Даркнайта
Уставшая Фурия сидела в синем кресле после тяжелого дня.
– Теперь я понимаю, как себя чувствую звезды оперы, – буркнула леди.
– Это все из-за твоей блестящей игры, – я издал смешок. – Ты не думала податься в профессиональные актрисы? – поинтересовался я.
– Это сарказм, верно? – нахмурившись, спросила Фурия.
– Что ты, я искреннее тобой восхищаюсь! – я улыбнулся.
– Так я тебе и поверила! – проговорила Леди Фантомфайт.
– Тебе удалость избавиться от Мориса и заполучить желанное место, – проговорил я, заметив декоративную синюю розу, прикрепленную к черному пиджаку Фурии.
– Но главная цель все ещё далеко... Лорд Грей попросил узнать, почему его родственник Деррик Каллахан и другие ученики закрылись от внешнего мира в школе и перестали общаться с семьями.
– Однако мы не видели их в школе. Ни одного. И это подозрительно.
– Я даже думала вернуть их домой силой... но Лорд Грей попросил лишь расследовать случай. Он определенно думает, что причиной здесь служит вовсе не его мятежный возраст. В школе происходит что-то по-настоящему серьезное! Но это место сковано правилами... – Фурия потянулась в синем кресле. – Я не могу даже расследовать нормально. Просто тюрьма, а не школа, – пожаловалась леди.
– Не потому ли ты пытаешься приблизиться к тем, кто создает эти правила? – я привычно улыбнулся, наливая чай в чашку. – Должен заметить, гораздо более мирным путем, чем обычно.
– Да... но я все ещё помощница помощника префекта. Я не могу пронимать участие в полуночном чаепитии, организованной директрисой, – сказала Фурия.
– Кажется, впереди ещё длинный путь, – произнес я, подав леди чашку чая.
– Все чего я хочу, – это вернуться домой и принять нормальную ванну, – возмутилась девушка. – Как бы там ни было, я наконец-то вошла в круг приближенных префектов. Я постараюсь разыскать информацию о Деррике, – Фурия сделала несколько глотков чая.
– Да... вот уж кто наверняка располагает информацией о Деррике, так это префект его дортуара Аметистового Волка.

На следующий день Фурия пришла в лебединую беседку. Помощником Кристины стала Джина Лансад – четырнадцатилетняя блондинка с короткими золотистыми волосами и темно-малиновыми глазами. И как только Фурия упомянула имя Деррика, все пять префектов вдруг переменились в лице. Кристина упомянула, что Деррик каким-то временем был её помощником... равных ему не было. Как ни посмотри, а он был со странностями. А затем Блюэр сказал, что сама директриса решила его перевести. Приказы директрисы всегда безошибочны. Кроме того... её приказы неопровержимы и не обсуждаются. Странно. Если даже префекты не знаю причин исчезновения студентов. Их поведение говорит об этом. Ошибки быть не может. Лидеры дортуаров что-то скрывают! Но расспрашивать дальше нельзя, это может вызвать подозрения. Фурия решила, что продолжать разговор нет смысла. После двух часов расспросов студентов о Деррике, Фурия села на скамейке в парке.  У кого бы она ни спросила о Деррике, каждый раз она получала новый ответ. Каким же он был, когда учился здесь? Кроме того, только потому «так решила директриса» никому и в голову не приходит усомниться в её решении. В итоге результат нулевой.

Дортуар "Сапфировая Змея", библиотека, 22:00
Фурия вошла в библиотеку с фонарем в руке.
«Что это с ним? Встречаться ночью в библиотеке...», – подумала девушка.
– Эй, Моз... – она не успела договорить, так как я закрыл ей рот и прижал шкафу.
Через пару секунд дверь открылась, и в библиотеку вошел Блюэр Лоуренс.
– Что привело вас сюда в столь поздний час? – поинтересовался я.
Промолчав, префект огляделся по сторонам, чтобы удостоиться, что в библиотеке никого нет. Окончательно убедившись, он перевел взгляд на меня.
– Что-нибудь ищете? – спросил я.
– Нет... прошу прощения, господин Даркнайт.
Как только Блюэр ушел, Фурия вынырнула из моей черной мантии.
– Прости, мне пришлось быть грубым. Кажется, за тобой следили. Это все из-за моих расспросов.
– Итак, поиски следов О’Каллахан никуда не привели. Что бы я ни спросила, все твердят в один голос «таков приказ директрисы», – ответила Фурия.
– То же и преподаватели, – подтвердил я.
– И они туда же… так мы остаемся ни с чем, – Леди Фантомфайт стиснула зубы. – Поскольку мы в тупике, все, что остается любым путем встретиться лично с Дерриком! Пошли, Мозенрат, – с этими словами, Фурия открыла окно и залезла на подоконник.
– Но, дорогая, за позднее прогулки полагаются два Y-балла, – предупредил я.
– Но ведь только учителя могут назначать наказания, господин Дакрнайт?
– Ах да, действительно, – согласился я.

Дортуар Аметистового Волка
Мы с Фурией стояли перед железными воротами в дортуар. Ночью это готическое здание выглядит ещё мрачнее, чем днем. Теперь оно было больше похоже на мрачный дом с привидениями. На территории здания были голые деревья, надгробия и каменные кресты, а по бокам главных ворот стоят две статуи волка.
– Ночью впечатляет ещё больше, – прошептала Фурия.
– И как ты собираешь увидеться господином Дерриком? – спросил я, держа в левой руке фонарь. – Ученики не имеют права заходить на территорию других дортуаров. Если попытаешься проскользнуть за ограду, навлечешь на себе серьёзные проблемы. Или ты надеешься на мои способности, – я ухмыльнулся.
– Твое участие не потребуется, – недовольно ответила леди и взяла фонарь из моей руки. – Если я не могу войти к ним… – с этими словами девушка кинула фонарь в окно дортуара, – то я заставлю их выйти ко мне! Известно ли вам правило №87 колледжа аристократов, Господин Даркнайт? – спросила Фурия, наблюдая за тем, как в огонь начал разгораться в мрачном здании.
– Правило №87 колледжа аристократов гласит: «В случае чрезвычайной ситуации, например, пожара в школе или в одном из дортуаров, все ученики обязаны укрыться в саду, где префекты проведут перекличку». Если об этом кто-то узнает, тебе точно исключат, Фантомфайт, – я улыбнулся демонической улыбкой, а в моих глазах вспыхнуло малиновое пламя. – С другой стороны, чего ещё ждать от серебристой змеи.
– Как говорил Блюэр, очень важно знать школьные правила. Мне не терпится увидеть, что он за человек. Вот мы и встретимся! Деррик Каллахан! – усмехнувшись, довольно заявила Леди Фантомфайт, скрестив руки на груди.

Из горящего здания доносились крики и вопли студентов.
– Скоро здесь будут все, Фурия, – я сгреб девушку в охапку и запрыгнул на дерево.
– Всем быстро наружу!! Быстрее!! – прокричал Дьэйн О’Двайер, распахнув дверь.
Студенты «Аметистового Волка» с криками начали выбегать из горящего здания.
– Мозенрат! Найди Деррика! – приказала Фурия.
– Да, моя любовь, – ответил я, активируя специальное зрение.
Прошло всего две минуты, но Деррика по-прежнему не нигде не видно.
– Черт, это не помогает, – чуть ли на не змеином языке прошипела Фурия. 
– Минутку… как я и думал. В дортуаре «Аметистового Волка» не осталось ни единой дивой души. Как демон, я чувствую души людей даже на таком расстоянии, и поэтому могу отслеживать признаки человеческой жизни. Но я ничего не чувствую.
– Все покинули здание? – спросила Леди Фантомфайт.
– Да. Деррика Каллахана здесь нет. Как и других четырех учеников, что были переведены в аметистовый дортуар.
– Иными словами… Деррика никогда и не было аметистовом дортуаре?!
А дело все более и более запутанное. Я уверен, что «великолепная пятерка» скрывает нечто связанное с Дерриком и остальными. Что ж, если его здесь нет, то продолжать не имеет смысла.
– НЕ СМЕЙТЕ ВХОДИТЬ В АМЕТИСТОВЫЙ ДОРТУАР!!! – вдруг заорала Виолета.
– Но… но ведь…  ты с ума сошла?! – Клейтон опешил от такого заявления, но быстро взял себя в руки. – Сейчас не время для твоих условностей, идиоткка!
– Эй! Это ведь ты глава аметистового дома? Разве твоя гордыня поможет тебе спасти людей? Она абсолютно бесполезна! Что это за правительница, которая даже не способна защитить своих людей?! – началась возмущаться Анабель.
– Ты на кого пасть открыла, придурошная?! – огрызнулся Дьэйн.
– Дьэйн! Все хорошо. Пусть помогут, – разрешила Виолета.
– Черт… – прошипел О’Двайер.

Лондонский Колледж Аристократов, 10:00
На следующее утро вся школа гудела о том поджоге. К счастью студентам удалось погасить пламя прошлой ночью. Но ходят слухи, что это был поджог. Не правда ли, ужасно? Некоторые сильно нервничали по поводу турнира по крикету, который должен состояться четвертого июня. Итак, Деррик и другие ученики исчезли, а из префектов не выудишь ни слова. Все, что нам остается – это встретиться с директрисой. Но единственные, кто может пообщаться с ней на полуночном чаепитии, это префекты и их помощники. Директриса –  занятая дама, но говорят, что она обязательно помещает турнир четвертого июня. И каждый год она приглашает на полуночное празднование ученика, который особенно хорошо показал себя на турнире. Благодаря мне Фурию приняли в команду по крикету на турнир четвертого июня. В конце концов, я дьявольски хороший учитель. Интересно, как ты покажешь себя, «игра, подобающая истинному аристократу»? Что окажется решающим – зависит от мнения директрисы. По сути, здесь нет никакой четкой схемы. Почти невозможно выделиться среди других учеников. Однако… если Фурия Фантомфайт заработает очки, принесет победу своему дортуару и заодно заставит всех прослезиться, она будет превосходна! Она обязательно завоет место на полуночном чаепитии, чего бы ей это ни стоило!

Вежливость – лишь одна половина хороших манер. Другая половина – тонкая ложь.

Отредактировано Agent_207 (2015-09-11 18:54:46)

0

13

Глава 27: турнир по крикету
http://i72.fastpic.ru/thumb/2015/0911/46/4e7447673920ece747c99187444f2846.jpeg
3 июня, большой обеденный зал, вечер перед турниром по крикету

POV Фурии
Началось представление команд дортуаров. Первыми, как обычно, вышли «Изумрудные Скорпионы», и все с трепетом встречали их. Следующими на показ вышли «Рубиновые Фениксы», и от их шарма всё дамы начали обдувать себя веерами и охать от восторга. Выход «Аметистовых Волков» был странным и обескураженным. Все гости в страхе пятились назад и прижимались друг к дружке, попискивая. Виолете это не то, чтобы нравилось, но она была довольна произведенным эффектом. И стоило ей лишь положить руку на плечо одной девушке, чтобы она посторонилась и дала дорогу, как та в ужасе от неё шарахнулась, и, казалось, что леди вот-вот лишится чувств. И всё это на потеху Дьэйну и остальным, но неё для него. Наконец, вышли «Топазные Оцелоты» и «Сапфировые Змеи». После того, как выступление команд окончилось, все разошлись по своим компаниям и продолжили наслаждаться этим вечером. Я с удовольствием оглядела зал: все приглашенные гости выглядели довольными жизнью и общением друг с другом. Несколько детей бегали по залу, смеялись и угощались разноцветными конфетами и морожеными. В зале были расставлены сотня круглых столиков с закусками. Каждый мог подойти со своей тарелкой и наполнить ее едой по своему вкусу. В центре зала на постаменте стоял бронзовый кубок, в котором горел оранжевый огонь, зажженный пятью префектами. Виолета сидела на своем неизменном диванчике и рисовала. Ей были ненавистны все темы, связанные с огромным количеством народа. Она просто на дух не переносила большое скопление людей. Все суетятся, глазеют, шумят, звенят бокалами. Дамы шуршат подолами платьев и игриво хихикают, в то время как джентльмены, сопровождающие их или нет, глупо им подыгрывают. Виолету всё это раздражало. Она всегда старалась укрыться от надоедливого общества, предпочитая оставаться в кругу тех, кто ей близок по мироощущению, а именно среди своих же студентов, которые обладали замечательной особенностью – отпугивать всех и каждого своим странным внешним видом. Эти черные балахоны, накинутые на голову капюшоны, что скрывали лица, всё это наводило ужас на незнающих всех тонкостей искусства господ и дам. И сейчас, с наслаждением вспомнив об этом, девушка еле заметно ухмыльнулась. Виолета придерживалась своей неизменной точки зрения, что крикет – одно сплошное скучное расстройство, гарантирующее головную боль. Была бы её воля, она бы всех этих напыщенных франтов и светских дам выставила бы за двери колледжа. Только тогда она смогла бы ощутить спокойствие и уединение. Кому нужна вся эта пышность? В это время, вокруг все делились впечатлениями, вели оживленные беседы, гуляя по парку колледжа, веселились и отлично проводили время. Согласно традиции, принятой в колледже аристократов… противники выбираются «честно», то есть по жребию. Но наш противник уже избран. Просто потому что дело поручено Мозенрату, а значит, оно пройдет как по маслу. Предварительные торжества? Не смешите меня. Игра уже началась! Я не верю в чудеса. А потому я вырву победу силой!

4 июня, поле для крикета, 9:00
Итак, первый матч чемпионата по крикет между сборными дортуаров сапфировой змеи и рубинового феникса начинается! И должна сказать, игроки сапфирового дортуара играют не очень. Они даже не могут принять ответные меры против игроков рубинового феникса. Надо что-то придумать. Натали, Джейк и Майкл сидели на клетчатом красно-белом покрывале, возле трибун. Клэр сидела на сером стуле и пила шоколадно-молочный коктейль, а рядом с экономкой стоял дворецкий Джеймс Найтлерис.
– Эй, эй, почему игроки дома сапфировых так быстро бегают? – спросил Джейк.
– Когда игрок попадет в калитку за отбивающим, мяч считается «забитым» и отбивающий немедленно выходит из игры. Также он выбывает, если мяч пойман игроком подающей команды без отскока. И ещё в том случае, если мяч попадает в калитку, когда бегущий игрок находится между калитками, – объяснил Майкл. – Только не говорите, что вообще не знаете правила. В крикете играю одиннадцать на одиннадцать, это спорт, положивший начало бейсболу. Хотя стоит заметить, за  пределами Америки он не так уж популярен.  Основные есть три столбика называемые «калитками», и твое отбивающих. Игроки атакуют и защищают калитки. Отбивающий бьет по мячу, чтобы защитить калитку, подающий же атакует тех, стараясь пробить защиту. Если мяч пересекает линию площадки после отскока, начисляется четыре очка. Если мяч пересекает линию без отскока, команда получает шесть очков. Есть несколько способов заработать очки. Если отбивающий успевает забежать за линию противника после того, как он отбил мяч – его команда получает одно очко. Подающий игрок меняется после шести мячей. Это и есть один бросок. С другой стороны, отбивающий может продолжить игру, пока его не заменят. Один иннинг = 10 аутов, после чего атакующие и защищающие меняются, в отличие от бейсбола, инниги длятся очень долго, и традиционный матч в два иннинга может продолжаться до пяти дней. 
– Как долго!! Пять дней на матч?! – в шоке произнесли Натали и Джейк.
– Думайте? Вот поэтому сегодня они меняются, когда происходят замены игроков, а не по броскам. Это исходное правило. Первый матч состоит из двух иннингов, 1 иннинг – десять бросков (60 мячей), всего – 20 бросков, так что они смогут закончить уже сегодня. Не волнуйтесь, – успокоил дампир. – Хотя крикет и долгая игра, каждые два часа мы можем делать перерыв на чай.
«Что они здесь делают?», – подумал Мозенрат, заметив слуг поместья Фантомфайт.
Быстрые мячи трудно отбивать, но если отбить – они летят далеко. Напротив, слабые мячи… один из игроков сапфирового дортуара кинул его слабо, чтобы мяч не улетел далеко! Однако... скорость мяча для Кристины Редмонд ничего не значит! И тут она воспользовалась секретным приемом под название "Рубиновое Торнадо"! Отбив мяч битой, Леди Редмонд заработала шесть очков. Кружась, она использует центробежную силу, чтобы отбить удар. Имеется в виду способ, при котором по мячу наносится сильный удар с полного разворота. Примечательно, что она остается на месте, несмотря на вращение. Судья объявил перерыв.

Сапфировая Змея: 21
Рубиновый Феникс: 80

Пора менять тактику. Я решила стать следующим боулером. Студенты "Рубинового Феникса" были уверены, что они победят. Но они даже не подозревают, что я задумала. И вот судья объявил заключительную часть второго иннинга открытой.
– Выложимся на все сто, Фантомфайт, – сказала Джина Лансад.
– Это я тебе обещаю, Лансад, – ухмыльнувшись, ответила я.
Джина кинула крученый мяч, который я еле успела отбить в сторону. Чем сильнее подающий «закрутит» мяч, тем больше у него шансов вывести бьющего из игры. Я отбивала мячи раз за разом. И каждый раз это становилось делать все сложнее.
– Она только защищается! – сказал Клейтон.
– Нет, погоди. Посмотри в её глаза – она все ещё не сдалась! – заверил Блюэр.
– Прости, Фантомфайт, но это конец, – Джина нахмурилась и приготовилась к броску.
Маркиза Лансад собиралась уже бросить крученный мяч... но тут она выронила его на землю. Джина рухнула на поле, держась за живот. Остальные игроки рубинового феникса тоже упали на землю. Выроненный мяч подкатился к моей ноге. Мои губы скривились в коварной ухмылке. Наш час настал. Контратака – это не только мячи отбивать. Надеюсь, пирог со слабительным быстрого действия был вкусным.
– Так как в силу… эээ происшествия игроки рубинового дортуара не в состоянии продолжать игру, им начисляются штрафные балы. Победителем первого матча стал дортуар Сапфировой Змеи! – объявил судья.

Между тем «Изумрудные Скорпионы» боролись против «Аметистовых Волков».
– Я в игрушки играть не привык. Так что берегитесь! Ты у меня потанцуешь, мачо! Держи!!! – после этих слов, Дьэйн выполнил технику «Вихрь Аметистового Пламени».
Итак, «Вихрь Аметистового Пламени» – это мяч, запущенный с сильным верхним вращением. Стоит мячу коснуться земли, верхнее вращение толкает его вперед. Он пролетает низко над землей. И ещё больше ускоряется! Придать мячу вернее вращение одними лишь пальцами очень сложно. Только по силам этим волшебным рукам полудемона Дьэйна, которые мгновенно осваивают любой музыкальный инструмент. И тут на поле вышел Генри Хеллфайр. Тот самый, которого называют лучшим игроком в крикет в истории школы! Для него не существует такого мяча, который он не отбил бы! Восхитительно, он просто невероятен! Он когда-нибудь устает?! Изумрудный Скорпион победил! Не обращая внимания на то, что «Аметистовые Волки» проиграли, Виолета сделала на траве большой герб своего факультета.

Изумрудный Скорпион: 214
Аметистовый Волк: 120

Нашим противником в решающем бою будет изумрудный дортуар, потенциальный победитель…  есть ли у нас хоть малейший шанс на победу? Итак, мы открываем решающий матч. Дортуар сапфировой змеи против изумрудного скорпиона.
– Что ж, как их наставник, я всегда себя отдам, чтобы подбодрить моих подопечных. Всем приготовиться! – предупредил Мозенрат, подойдя к оркестру. – Видимо, для изумрудного дортуара раскошелиться на оркестр – недопустимая трата. Итак, приготовились. Марш Радецкого!
Окрест начал играть марш, чтобы придать уверенности команде в крикете, но это лишь так кажется со стороны. На самом деле это часть моего хитрого плана. Игроки сапфирового дортуара отбивали мячи, с закрытыми глазами. Дело в том, что неделю назад я посоветовала всем не смотреть на мяч. Поскольку смысл крикета в том, чтобы попасть в калитку, мяч, скорее всего, пролетит через область примерно двадцать восемь дюймов в ширину и девять в высоту. Если махать битой в этой области, теоретически, вы сможете отбить мяч. Условный звук надо просто услышать. Мы услышим сигнал точно тогда, когда нужно замахнуться битой. Отбивающий должен будет просто замахнуться в ту же секунду. В соревновании с другими командами на карту поставлена честь сапфирового дортуара. Настоящие аристократы играют честно. Наш козырь – находчивость. Команда «изумрудных» играет с помощью силы, но с нашей стороны будет, недостойно отплачивать им той же монетой. Поэтому мы продумали стратегию в рамках дозволенных правил, это обеспечило нам небольшое преимущество. И позволило бросить им вызов! Нашим условным сигналом стал удар тарелками. И в ту же секунду игроки отбивали мяч. Мы заработали сорок очков! И все ещё наша подача.
– Что за грязный прием, недостойный леди. Я не допущу, чтобы это сошло тебе с рук! – прокричал Эдвар, а затем сымитировал «Вихрь Аметистового Пламени».
Эдвард не завидует талантам, но искренне их уважает. Ориентируясь на них, он непоколебимой решимостью старается им подражать. Абсолютное подражание. Вот его талант. Он – гений. После отскока скорость и высота полета сильно меняются… это мяч нельзя просто так взять и отбить с помощью сигнала до отскока. Эдвард разрушил мой план с оркестром! Не думала, что он так быстро сообразит. А он не так уж прост. Тогда используем наш следующий ход. И тут Лорд Фантомфайт заметил на балконе ближайшего здания директрису в черном пальто и черным цилиндром на голове. Передав свои очки и палку для оркестра Эмилю, демон побежал за директрисой. В конце концов, она показала себя, директриса! Если мы сможем схватить её, проблема будет решена! Вперед Мозенрат! Демон сбросил себя мантию и отбросил в сторону серебристый крестик. Что ж, с этого момента нам придется полагаться только на свои силы. Я не хотела этого делать но, похоже, нам придется использовать другую стратегию. Чтобы дезориентировать игроков «Изумрудного Скорпиона», за несколько дней до этого Мозенрат пригласил на игру красивых китаянок в прекрасных платьях с глубоким декольте. На постеленном золотом ковре, на поле для крикета, сидели китаянки, которые демонстрировали свои женские ноги. 
«Так это всех отвлекает?! Девушки, демонстрирующие ноги самым откровенным образом… с-с-стыд-то какой!», – Эдвард аж покраснел от смущения.
«Потрясающая эффективность!», – ухмыльнулась я. – «У всех игроков сапфировых проблемы со зрением из-за моей силы изменения, так что их происходящее не трогает. Кто бы мог подумать, что подобная глупость сработает. Пожалуй, этого и следовало ожидать от демона, искушенного в человеческих страстях. Мы продолжим подавлять их, и они не смогут заработать ни одного очка!»
– Я просил вас убраться! – закричал судья.
– Ох! Моя твоя не понимать английский хорошо! – сказала одна из китаянок.
– В таком развратном виде наблюдать за игрой запрещено!
«Черт! Не думала, что они так быстро спохватятся!», – прошипела я.

Сапфировая Змея: 60
Изумрудный Скорпион: 52

Начинается вторая часть матча! Мы должны свети к минимуму штрафные баллы! Несколько дней назад, мы хорошо отрепетировали наш оркестр. А потом я решила проработать несколько запасный планов, если что-то пойдет не так. Один из моих планов был прост – мы просто не будем отбивать мяч. Как объясняла: «Если вы машете битой, есть шанс, что вы отобьете мяч, но вы также можете упустить его. Играя в крикет, вы должны отбить мяч, защищая калитку. Поэтому безопаснее всего будет защищать калитку с помощью биты, при этом, не замахиваясь ею». Как выяснилось, в крикете можно отбивать в любом направлении. Отбивая мяч туда, где защита слабее, можно заработать очки. Получается, что используя силу отбивающего, можно отбить мяч в нужном вам направлении. Важнее всего просчитать, где находится отдаленная от калитки часть поля… и направить туда мяч. Чистый расчет. У нас свой способ бороться,  подобно мечу Короля Артура в камне! Очки-то мы заработали, но с таким противником как изумрудный дортуар… наша стратегия оказалась эффективной.

Сапфировая Змея: 105
Изумрудный Скорпион: 91

Шесть из восьми оверов сыграно. Осталось всего два овера – нам нужно постараться.
Теперь я следующая подающая. Я таила свою силу до последнего! У меня все получится!
Я вышла на поле и подняла левую руку вверх. Игроки с дальней стороны поля собрались вокруг меня. Пришло время серебристой змеи нанести ответный удар.

Мозенрат преследовал директрису, которая все время избегала демона. Вскоре погоня привела демона в большое помещение с лестницей, которая шла по квадратной спирали. Сейчас директриса спокойно поднималась по ступенькам.
«Странно. Ей удается ускользать даже от меня…» – размышлял демон. – «Такое впечатление, будто она умышленно водит меня кругами. Быть может, она почувствовала мое присутствие? Что ж, раз так…» – Мозенрат усмехнулся и быстро рванул по лестнице. – «Я не буде сдерживаться».
Мозенрат сделал несколько прыжков, а затем совершил в воздухе изящное сальто в воздухе. Приземлившись на перила лестницы, демон протянул руку и схватил директрису за рукав черного пальто, но та бесследно исчезла. Директриса словно растворилась… демон даже не чувствовал её присутствия. От неё осталось черное пальто и черный цилиндр.

В этот раз я использовала другую стратегию. Подающий бросает мяч в сторону калитки. Отбивающий защищает её, пытаясь отбивать мяч битой. Само собой, мяч проходит вблизи отбивающего. В этот раз так получилось, что я подала плохо, поэтому мяч едва не попал в лицо игроку изумрудного дортуара. Внезапно, отбивающий взмахом биты отправил мяч в дальнейший полет. Игрок сапфирового дортуара, который по чистой случайности оказался рядом, поймал его. Как видите, этот аут был следствием ряда случайностей.
– НЕЧЕСТНАЯ ИГРА! – начали кричать зрители и студенты.
– МОЛЧАТЬ! – раздался голос Генри, как гром среди ясного неба. – Я не потерплю бабьих пересудов во время священного дл нас сражения! Как можно называть Фантомфайт нечестной? Взгляните на её руки! Разве вы не видите? Её усилия… её преданность делу. Прицелиться отбивающему прямо в лицо… легко сказать, а попробуйте сделать! Не сомневаюсь, ей немало пришлось потрудиться, чтобы достичь этого! Маленькая девочка из сапфирового дортуара, которая никогда не славилась физической силой, так упорно идет к победе. Вы понимаете, что это значит? Змеи намереваются вырвать победу у скорпиона! По-настоящему! Неужели изумрудный дортуар настолько бессилен, что падет из-за одной ловушки?
– Нет, Сэр! – в унисон ответили игроки изумрудного дортуара.
– Так давайте же вложимся на полную и размажем их по полю!
– Да, Сэр! – в один голос выкрикнули «изумрудные».
Должна сказать, что в этой напряженной ситуации чрезвычайно сложно среагировать на низкую подачу. Если мяч попадает в отбивающего, штрафные очки команде не засчитываются – не говоря уже о том, что сложно представить даже возможность опасной подачи… это аристократическое правило и станет их концом.  Если ты защищаешься, мяч будет пойман. Если атакуешь – будет отбит. Это тактика скалы. Тактика, при которой противника провоцируют на ошибки, которые стоят ему очков.

Сапфировая Змея: 105
Изумрудный Скорпион: 97

– Отлично сработано, Фантомфайт, – Лоуренс погладил меня по голове. – Предоставь это мне, – закатав левый рукав, сказал Блюэр. 
Я встала возле калитки, сзади Эдварда. 
– Около года назад, О’Фаррелл. Ты заработал тридцать очков. Сегодня все будет иначе. Правило №8 колледжа аристократов гласит: «Студенты могут прилагать усилия к чему-либо без ущерба для учебы и тренировок». Поэтому в этом году мы победим! – после этих слов, префект сапфирового дортуар бросил мяч высоко в воздух.

«За все шесть лет моей учебы здесь дом сапфировых никогда не занимал никакого места в чемпионате, кроме последнего. Почему-то для нас, это стало нормой. Но была одна студентка, которая думала иначе. Несмотря на то, что она была слабее всех, она думала только о победе. И ради достижения этой цели она продолжала прилагать усилия. Когда это началось? Я привык быть побежденным. Я преуспел в учебе… и в то же время спокойно мирился с поражениями в чем угодно ещё. Но это было ложью. Я хочу победить. Как префект дома сапфировых в своем последнем школьном соревновании. Мне оставалось только производить мгновенные расчеты и составлять детальные планы. И продолжать тренировки, чтобы не отставать от неё. Это все, что я мог», – повествование Блюэра Лоуренса.

Внезапно мяч упал сверху и разрушил калитку. Я ухмыльнулась. Мы сделали это! Наш дортуар лидирует! Выкусите, изумрудные! Мяч вернулся сверху. Это обычный расчет траектории. Он попал сверху прямо в биту, без какой либо задержки на огромной скорости. Мяч был похож на хищника в ночи. Ум или сила… что же победит?

Сапфировая Змея: 105
Изумрудный Скорпион: 97

Место Эдварда занял Генри Хеллфайр. 
– Вперед! – Блюэр бросил мяч в высоко воздух.
Замахнувшись битой, Генри чуть не задел кончиком биты мой лоб. Хеллфайр ударил по мячу и отправил его в разрушительный полет. Мяч попал прямо в одну из трибун, оставив там отчетливую отметину. К счастью никто не пострадал из студентов и зрителей. И счет становится 105 против 103! Генри делает замах вниз битой, словно мечом. Вообще говоря, невозможно сохранять равновесие, действуя таким образом. Сила мускулов, зрение, чувства… Такой удар возможен лишь благодаря исключительности этих качестве Хеллфайра. Эта сила дарована лишь избранным. Сильнейший удар, уничтожающий все вокруг.
«Я столько тренировался и все надежды возложил на эту подачу… чтобы она была вот так просто отбита. Я больше ничего не могу ему противопоставить», – обескуражено подумал Лоуренс.
– Блюэр, – я положила руку префекту на плечо. – Сделай это ещё раз.
– Этот бросок не сработает! Или ты просто хочешь позволить ему отбить мяч обратно нам в лицо?! 
– Блюэр… я благодарна тебе. Именно благодаря твоим усилиям команда дома сапфировых осталась сплоченной и смогла показать себя. Поэтому я хочу, чтобы ты выполнил подачу без сожалений. Кроме того, даже если мы проиграем… я уверена, все думаю точно так же. Пожалуйста, покажи нам свой лучший бросок, – с этими словами, я передала мяч в руки префекта сапфирового дортуара.
– Последний бросок в моей студенческой жизни. И я ставлю честь студента сапфирового дортуара на этот последний мяч! – Блюэр со всей силы бросил мяч высоко в воздух.
– Слишком слабо! – Генри сильно замахнулся битой и задел мой лоб.
Я рухнула на землю. Студенты и зрители были в ужасе и шоке одновременно. Как бы то ни было, небольшая разница в весе мяча решила все. Лишь благодаря этому мы смогли воплотить наш план. Блюэр подал этот мяч так же, как и обычно. И крошечная разница в весе радикально изменила его траекторию. Хеллфайру по силам взять любую подачу. Он слегка отступил в соответствии с траекторией мяча... таким образом, кончик его биты достал до меня. А в то же время из-за не засчитанного мяча Блюэра команда противника получила ещё одно очко. Игрок изумрудного дортуара, который не подавал мяч, надеялся на ничью, поэтому вполне естественно, что он побежал. Но случилось так, что Генри Хеллфайр поставил рыцарское поведение выше победы. Я заметила это, и поэтому дотянулась до мяча, невзирая на рану. Я схватила мяч и бросила его в калитку. Так мы добились положения вне игры, а с команды изумрудного дортуара десять очков. Как ни странно, это был десятый аут. Благодаря мне сапфировый дортуар сумел одержать невероятную победу. Это помогло нам набрать очки и выиграть матч. Кое-кто даже слезу. Это было великолепно! Игроки бросились ко мне и заключили в объятия. А затем они взяли меня и начали побрасывать в воздух, выкрикнув:
– Сапфировое чудо снова явилось! УРАААААААА!
– Подождите минутку! – Мозенрат выхватил меня из рук игроков.
– А он откуда взялся? – недоумевая, ученики смотрели на появившегося учителя.
– Как опрометчиво, – проговорил демон. – Первым делом вам стоило получить медицинскую помощь, – заявил Лорд Фантомфайт.
– Господин Даркнайт… но я так рада, что нам удалось победить, что забываю о боли. Ведь мы показали всем, что если хорошенько постараться, то мы сможем сделать это, – улыбнувшись, я закрыла глаза и полностью расслабилась на руках мужа.
– Ох, вы и в самом деле… – усмехнулся демон, – плохая девочка.

Лондонский Колледж Аристократов, медицинский пункт
Рану на лбу, я заживила сразу, как только попала в медицинский пункт. За пять минут я рассказала своему мужу, как сапфировых дортуар одержал победу в крикете.
– А у тебя как все прошло? – поинтересовалась я.
– Директриса оказалась вот этим... – с этими словами, Мозенрат протянул мне одежду директрисы и её цилиндр. – Мне очень жаль. Я изо всех сил преследовал её, но как только достиг, она превратилась вот в это.
Лорд Фантомфайт пытался поймать её, не сдерживая сил, но ей удалось улизнуть? От демона?! Ускользнуть от демона... подумать только. Да кто же она такая, эта директриса? Это дело становится все более таинственным.
– Ну, раз так, мог бы, и приготовить десерт, – пробурчала я.
– Так и знал, что ты это скажешь. Вот, что я приготовил для тебя, – улыбнулся демон, а затем протянул мне поднос с десертом. – Итонская путаница и бисквитное пирожное с ягодами и льдом. 

Вечером утроили парад лодок по случаю победы. Знаменитый турнир по крикету колледжа аристократов проводится четвертого июня каждого кода. Главное событие после него – лодочный парад дортуара победителя. На мне был синий мундир, на руках – белые перчатки, а на поясе у меня была серебристая изящная шпага. Наша команда села в лодку, и мы поплыли по реке Темзы. Благодаря моим изощренным расчетам нам удалось выиграть турнир. Однако, мы допустили роковой просчет. Блюэр признался мне, что они не верили, что и вправду победим. Поэтому они ни разу не отрепетировали парад. Лодка пошатнулась, и мы все упали в воду, но это не могло испортить нам настроение. Мы смотрели, как вспыхивают и постепенно гаснут в темно-синем небе разноцветные огни.
– Красота... – прошептала я.
– Так красиво... настолько красиво, что я запомню это навсегда, – улыбнулся Блюэр.

Изучай правила, чтобы знать, как правильно их нарушить.

Глава 28: насмехающийся директриса
http://i70.fastpic.ru/thumb/2015/0911/0a/284f732ed864ef732127d66db4ce070a.jpeg

У меня получилось! Наконец-то я получила возможность встретиться с директрисой. На своей кровати я обнаружила нераскрывшейся бутон. За мной явятся, когда под светом луны бутон раскроется в прекрасный синий цветок. Местонахождение пропавших учеников истинное лицо директрисы. Все тайны раскроются на полуночном чаепитии! Ночью четвертого июня, колледж отдыхал после полного событий дня. Все двери надежно заперты. Выходить наружу запрещено все, кроме нескольких избранных. Это те, кто приглашен на полуночное чаепитие. Я оделась в школьную форму и прикрепила к пиджаку синий цветок. В дверь постучали. Клейтон меня привел в сад, где уже был накрыт длинный стол. За столом сидели префекты, их помощники, директриса и её темноволосый мужчина с красными глазами. Я села напротив директрисы.
– Благодарю за присутствие всех кто пришел сегодняшней ночью, – произнесла директриса.
– Прошу, присаживайтесь, – предложил темноволосый мужчина.
– Господа, чай подан, – объявила Кристина. – Думаю, стоит поднять наши чашки и произнести небольшой тост, хотя и, не спорю, это немного занудно. Что скажешь, Лоуренс? – спросила Леди Редмонд.
– Ну что ж. Предлагаю выпить за то, что четвертое июня в этом году прошло гладко и традиции нашего колледжа живы, – начал речь Блюэр Лоуренс. – В честь колледжа аристократов...
– Постойте. Я не могу с чистым сердцем выпить за это, – прервала я.
– В чем дело? – спросил префект сапфирового дортуара.
– Есть кое-что, не дающее мне покоя. Судьба Деррика и его друзей, – с этими словами я поставила чашку чая обратно на стол. – Я не смогу спокойно опустошить свою чашку, пока не встречу их.
– Фурия? – нахмурился Эдвард.
– Госпожа директриса. Не могли бы вы выслушать меня? – вежливо попросила я.
– Фантомфайт! Это грубо! – вмешался Блюэр.
– Я знаю. Однако пятнадцатое правило колледжа гласит: «В любую минуту вы должны со всею душою сочувствовать друзьям своим, и поддерживать их своей любовью». Это кодекс. Я слышала, что около года назад Деррик Каллахан и четверо его друзей перестали возвращаться домой и что их до сих пор держат взаперти где-то на территории колледжа. Собственно при поступлении в школу их родители попросили меня убедить детей съездить домой хотя бы ещё один раз. Но каждая попытка пересечься хотя бы с одним из них давала нулевой результат по вине почти мистических обстоятельств. Мне не удалось увидеть даже намека на их присутствие.  Вспомнить хотя бы неожиданный перевод из факультета рубинного феникса в аметистового волка. Не говоря уже о случае с пожаром. Все без исключения ученики аметистового волка должны были покинуть здание. Но что сказал Виолета? «Все ученики все опасности».
– Виолета? – Дьэйн посмотрел на нее непонимающим взглядом.
– Я уверена, что она просто была не в себе, – добавила Кристина.
– Хотите сказать, перфект ответственный за судьбу престижного колледжа мог допустить столь грубую ошибку? – нахмурившись, спросила я.
– Что ж. Кто знает, – ответила таинственная директриса.
– В любом случае, правда в том, что их там и не было! – я ударила ладонями об стол. –  Пять человек исчезли из-под строго надзора частной школы. Это более чем просто подозрительно, – поднявшись из-за стола, я продолжила рассказывать, не обращая внимания на шокирующие взгляды. – Расследование показало, что на данный момент Деррика и остальных уже нет в колледже. В лучшем случае, они сбежали. В Худшем – они давно мертвы. Я намерена добраться до сути все, что вы с таким упрямством скрывайте! И вероятность того, что к данному делу причастен каждый из вас, невероятно велика! Госпожа директриса! Я требую вмешательства полиции!
– В этом нет необходимости, – проговорил красноглазый заместитель директрисы. – Потому что они здесь. Взгляните.
Дверь в сад открылась, и мы увидели Деррика Каллахана. Это оказался семнадцатилетний блондин с короткими золотистыми волосами и выразительными серыми глазами. На нем был черный костюм с эмблемой факультета аметистового волка. Деррик Каллахан… с ним все в порядке?! Но почему же он появился только сейчас?! Тут что-то не так. Все мои подозрения подтвердились, когда он подошел к Генри и вцепился зубами в его правую руку. Эдвард вскочил и дал блондину ногой в лицо. Отпустив руку, Деррик пошатнулся, но не упал. И тут я заметила на его лбу рану. Такая же, как у тех монстров с «Сердце Океана».
– Явись, Мозенрат! – пентаграмма на моем правом глазе ярко вспыхнула фиолетовым светом.
Я почувствовала знакомое дуновение ветра. Мозенрат эффектно появился за моей спиной в своем обычном одеянии Лорда Фантомфайта.
– Это приказ! Схвати Деррика!
– Да, любовь моя, – демон схватил скатерть и дернул её на себя. Каким-то чудом еда и напитки остались на столе, а Деррик оказался в воздухе. – Истинному английскому джентльмену должно быть известно, как держать себе подобающим образом во время чайной церемоний, – губы демона скривились в усмешке. – Твои манеры никуда не годятся, – Мозенрат скрутил ходячий труп в скатерть и бросил на землю.
Тем временем я исцелила руку Генри. Честная игра уже закончилась.
– Что здесь делает господин Даркнайт?! – Джина была в шоке.
– Что это все значит?! – прокричала Розалия.
– Господин Даркнайт… нет. Мозенрат – мой муж, – произнесла я, наложив иллюзию на свой правый глаз.
– Господин Даркнайт – Лорд Фантомфайт?! – в страхе произнесла Анабель.
– Что?! – в глазах Дьэйна вспыхнуло темно-фиолетовое пламя, а зрачки сузились.
– И я поступила в эту школу с целью найти Деррика и остальных. Однако Мозенрат не смог добиться своей цели… потому что Деррик уже мертв, – я решила рассказать правду, потому что больше нет смысла притворяться.
– Мертв, что это значит?! Он только что двигался… – растеряно прошептала Джина.
– Итак. Пора объяснить вам, что же здесь происходит, директриса! – я достала пистолет и направила на таинственную личность.
– Фантомфайт, что это значит?! – возмутился Клейтон.
– Клейтон! Фурии… нет… Леди Фантомфайт не стоит перечить, – прервал его Эдвард.
– Черт! Да что происходит?! – прошипел Дьэйн.
– Мне уже приходилось видеть людей, с которыми случилось то же, что и с Дерриком. Выкладывайте! Что вы сделали с Каллаханом? – потребовала я.
– Мы… мы хотели защитить… – прохрипел Генри.
– Защитить? – нахмурившись, переспросил Мозенрат.
Генри объяснил, что их школе покровительствует Святой Георгий. Легенда гласит, что он победил дракона, чтобы защитить свою страну. Иными словами, зло надо пресекать в зародыше, иначе беды не миновать. Префекты следовали этой доктрине. Поэтому они решили убить Деррика. После его убийства, префекты попросили помощи у Райана Стокера и его партнерши по исследованиям.
– Быть… этого не может, – прошептала я.
В глазах Мозенрата вспыхнуло малиновое пламя, а зрачки сделались вертикальными.
– В общем, мы подписали контракт с ней, – холодно ответила Кристина Редмонд.
– Ясно, – ухмыльнулся Мозенрат. – Теперь все становится на свои места. Деррик Каллахан ученик, чьи тело и душа пропали. Директриса, способная уйти от моего преследования. «Общество Авроры», организация, которая занимается воскрешением мертвецов. Это должно было стать легкой задачей. Но тот, кто обернул её таким флером тайны… это была ты, не так ли? – демон указал правой рукой в сторону директрисы.
– Директриса тут не причем! Мы сделали это сами! – призналась Кристина.
– А директрису никто ни в чем и не обвиняет. Может, нам обоим пора сбросить учительские маски, – предложил демон. Губы Мозенрат искривились в усмешке.
– Какая жалость, – на губах директрисы появилась безумная улыбка. – А мне так нравилось наблюдать за вами с директорского места. Вы подарили мне первосортный смех. И-хи-хии… – с этими словами директриса сняла цилиндр с головы.
– Ты… Элис Каберле?! – опешила я.
– Здравствуйте, Леди. А вы ни на сантиметр не выросли, – легендарная жница покрутила в руке цилиндр. – Но я рада видеть, что у вас все хорошо. Надеюсь, первое знакомство с жизнью в социуме пришлось вам по вкусу?
– А я все гадал, куда же ты пропала после закрытия своей канторы, – усмехнулся демон. – Но я и в страшном сне представить не мог, что ты работаешь в школе.   
– Ну, это временно, – улыбнувшись, Элис надела цилиндр на голову.
– Должен признать… наше расследование несколько вышло из-под контроля. Вы пятеро совершили убийство Деррика Каллахана. А после заказали его воскрешение в «Общества Авроры». Что же вы настолько хотели защитить, что были вынуждены прибегнуть к таким методам? – поинтересовался Мозенрат.
– Он… его вообще не должно быть в нашей школе, – признался Блюэр.
– Что ты имеешь в виду? – с подозрением в голосе, спросила я.
– Это началось около года назад… – начал рассказ Лоуренс.

В то время объявили новых префектов.
Префект "Сапфировая Змея" – Блюэр Лоуренс.
Префект "Рубиновый Феникс" – Кристина Рэдмонд.
Префект "Аметистовый Волк" – Виолета Мастерс.
Префект "Топазный Оцелот" – Розалия Вейланд.
Префект "Изумрудный Скорпион" – Генри Хеллфайр.
Когда ребята стали префектами, они были просто в восторге. Спустя пять лет после их поступления в школу… они, наконец, стали перфектами. И в тоже время в школе поступил Деррик. На него всегда можно было положиться. Дома он капитан местно крикетной команды. Его рефераты всегда превосходны. Он прекрасно вышивает. Его лирика просто гениальна.  Титул маркиза, жизнерадостный характер, незаурядные таланты. Деррик Каллахан был просто ослепителен. Но из-за этого префекты не замечали, какой глубины тень отбрасывало его сияние. Так продолжалось до тех пор, пока к префектам не пришла прекрасная поэма. На самом деле это было зашифрованное послание, в котором говорилось, чтобы префекты пришли в музыкальный класс в четверг ночью. Хотя последнюю строку со светом, в котором «нет боле месте» префекты так и не поняли. Услышав грубые приказы и болезненные звуки, префекты ворвались в музыкальный зал. Они были потрясенные, увидев, как Деррик и его друзья избивают некоторых студентов. «В свете нет боле места», означает следующее: ни одно из блестящих достижений Деррика не было настоящим. Крикет, вышивка, сочинения, стихи – НИЧЕГО. Он присваивал чужие таланты подлыми способами. Он использовал их, чтобы возвыситься. Все четыре года он находился в этой школе. Лоуренс освободил студентов  и сказал им вернуться в свои комнаты. Деррик иронизирует, говоря: «Мне нужен был всего лишь ещё год. Видите ли, я единственный наследник известного дома маркиза. Мои предки всегда были префектами из поколения в поколение. Вот и все. Как мне это надоело. Я даже не хотел ехать, но они просто упекли меня сюда». Генри впал в ярости от его беззаботности. Деррик попросил их просто закрыть глаза на его желание отвести душу. А затем он решил подкупить префектов с помощью денег от своего отца. Генри начал угрожать ему, что префекты расскажут о директрисе. Но тут из темноты зала вышел красноглазый заместитель директрисы. Деррик Каллахан и четверо остальных студентов заслужили четыре «Y» за нахождение вне своих комнат в ночное время. Но этот нахальный блондин свалил всю вину на префектов, сказав, что они издевались над учениками. Префекты попытались объясниться, но заместитель директрисы не дал им этого сделать. Заметив в его черной мантии бутылку виски, префекты все поняли. Похоже, даже заместитель директрисы был в сговоре с Дерриком. Навальный блондин лениво сказал, что он должен стать в следующем году префектом. Генри схватил биту для крикета и ударил Деррика в затылок, тем самым убив его. Остальные префекты были поражены поступком друга, но затем быстро пришли в себя, чтобы удержать остальных людей в комнате. Когда заместитель директрисы, Деррик и его четверо друзей были убиты, префекты, наконец, осознали, что они натворили. Префекты совершили убийство, ради того, чтобы сохранить традиции Лондонского Колледжа Аристократов. Опасаясь, что Генри примет тяжесть вины, Кристина Редмонд тогда решила возродить Деррика из мертвых. Впоследствии префекты подписали контракт с Райаном Стокером, лидером "Общество Аврора" и директором больницы Карнштейн; и его партнершей по исследованиям – Элис Каберле.

– Нашим действиям нет оправдания в глазах родственников, – продолжил объяснять Блюэр Лоурен, не обращая внимания на то, что помощники префектов были травмированы этой историей. – Но это все, что мы можем сделать для защиты вековых устоев. Мы не хотели разрушить порядок вещей и запятнать доброе имя школы. Ты же понимаешь это, не так ли, Фантомфайт?
– Просто вот так убить кого-то… о чем вы говорите? – в шоке прошептала я.
– Пф. Ххахахахахахахахахахахахахаха! – безумно расхохоталась Элис Каберле, держась за живот. – Невероятно! Ахахахахаха! Это лучшая из возможных наград!! Пффф. Хихихихииии! Фууух. Людишки, чрезвычайно драматичные…  чрезвычайно забавные… и чрезвычайно интересные!
– О? Какая редкость. Похоже, в этом мы согласны, – усмехнулся Мозенрат.
– Наша школа знаменита своим учениками, которые со временем занимают ключевые роли в управлении страной. Мы не можем позволить нашему поколению осквернить традиции, что хранились с честью со дня открытия школы! – серьезно заявил префект сапфирового дортуара.
– Я все понимаю… – вздохнула я. – Меня попросил расследовать это дело один высокопоставленный человек. Разумеется, представители власти не останутся в стороне, узнав правду об это происшествии. Но я попрошу их учесть обстоятельства, – лукаво улыбнулась я. Вернув невозмутимость, я перешла на холодный серьезный тон: – Что ж… теперь разберемся с тобой. Чего же ты добиваешься?! – потребовала я, направив пистолет на улыбающийся легендарную жницу, которая подперла правой рукой свой подбородок.
– Вы подарили мне такой роскошный смех… – Элис вязла тарелку с кусочком яблочного пирога, – что в память о старых добрых временах я расскажу вам. Какое-то время Деррик был в сознании. Он явно отличался от мертвецов с корабля. Точнее…
– Они эволюционировали, – заключила я.
– О, как я рада слышать это, – доев пирог, ответила легендарная жница. – Вы совершенно правы. Даже мертвецы могут эволюционировать! Пока у них есть кадры пленки, – счастливо ответила Элис Каберле.
– Кадры? – сосредоточено нахмурился Мозенрат. –  Те фальшивые воспоминания, которые ты создала? Я думал, что механизм оживления мертвецов состоит в том, что ты прикрепляешь фальшивые воспоминания к пленке умершего человека.
– А вот и нет, – возразила легендарная жница, – но близко. Все не так уж просто… их движущая сила – это их… жажда будущего. В момент, предшествующий смерти, вся жизнь человека пролетает у него перед глазами. Эти образы появляются и исчезают. В то же время в человеке ещё пылает жажда будущего, которое ему полагалось. Планы, надежды. Конечно, они очень обрывочны…. но именно эти обрывки и становятся главными кадрами пленки. Это что-то вроде карты вероятно будущего. Мои же искусственные воспоминания это нечто совершенное. И если собрать воедино обрывки воспоминаний, мысли о будущем и фальшивые кадры… их пленка жизни становится завершенной. Конечно, успехи не блестящие. Все зависит от качества и количества кадров, – улыбаясь, Элис Каберле развела руки в стороны. 
– Я не понимаю, – прошептала я. – Зачем это все?! Во имя чего тебе нужно воскрешать мертвецов?! – прокричав, потребовала я от легендарной жницы ответа.
– Мне просто любопытно, что следует за пределом. Неужели вы никогда не задумывались? После финальных титров нас может ожидать интересная развязка! – счастливо заявив, Элис поднялась со стула и подняла руки в воздух.
– В этом и состоит наше главное различие. Именно поэтому что смерть так неумолима и непреклонна… она прекрасна, – в глазах демона вспыхнуло малиновое пламя.
– Что ж. Я рассказала ровно столько, сколько было оплачено. А теперь… если меня обнаружат некоторые надоедливые особы, начнется возня. Поэтому вынуждена вас покинуть, – Элис Каберле решила сбежать. Ну, уж нет, я не позволю!
– На этот раз ты не уйдешь! – крикнула я. – Держи её, Мозенрат!
– Как пожелаешь! – отозвался демон.
Мозенрат бросился в атаку, но его тут же схватил заместитель директрисы. Элис запрыгнула на каменную стенку и щелкнула пальцами. Из-под земли выбрались четверо пропавших студентов. Префекты и их помощники начали выбегать из сада. Я сожгла одного мертвеца ледяным огнем, второго – разнесла на куски красным плазменным зарядом, а третьего – пригвоздила к стене малиновыми стрелами боли.
– Несмотря на то, что все они Фантомфайты, Фурия отличается от своих предков. Любопытно, – подметила Элис Каберле, сидя на стене.
– А ты что-то не особо спешишь. Неужели ты и правду считаешь, что меня это остановит? Ты меня недооцениваешь, –  усмехнулся Мозенрат Фантомфайт.
– Вовсе нет, – безумно улыбнулась Элис Каберле. – Просто у нас разные цели.
Глаза Мозенрат расширились, поскольку он понял, чего хочет Элис Каберле.
«Не выйдет! Получается, что она ближе к моей жене, чем я. Поэтому первым делом – я должен защитить Фурию», – окончательно приняв решение, демон опрокинул заместителя директрисы головой на землю, и побежал в мою сторону.
– Как я и ожидала, демон, – улыбнулась Элис, прыгнув на другую стену. – Как преданно ты защищаешь леди. Продолжай в том же духе! – безумно улыбнувшись, Элис Каберле станцевала ламбаду на стене. – Хи-хи. Счастливо оставаться.
Легендарная жница спрыгнула со стены с другой стороны сада.
– Мозенрат! Какого черта ты здесь?! Я же приказала схватить её и…
– Согласно нашему контракту, твоя жизнь имеет наивысший приоритет. Я прилагаю столько усилий, чтобы сохранить её, что никому не позволю забрать тебя у меня, – возразил Лорд Фантомфайт, разбив голову последнему живому мертвецу.
– Черт возьми, – прошипела я, вытерев рукавом крови с левой щеки. – Не представляю, как объяснить это Лорду Грею. Я не думаю, что он поверит в то, что Легендарная жница оживляет мертвецов.
– Фурия! Все благополучно эвакуированы! – ворвавшись в сад, объявил Эдвард.
– Мы тоже закончили, – ответила я.
– Фурия. Мне страшно. Если бы так продолжалось, я мог бы стать таким же, как эти перфекты. Человеком, который грех убийства принимает за справедливость! – признался синеволосый парень, сжав обеими руками рукоять шпаги.
– Не беспокойся, – усмехнувшись, заверила я. – Пока ты этого боишься – ты нормален. В отличие от меня, – мрачно добавила я.

Вскоре после этого, я отправила рапорт о событиях Лорду Грею. Наказанием для префектов стал не тюремный срок, а исключение из школы. Разумеется, дело не в снисхождении. Родственник Лорда Грея стал жертвой собственной глупости, чтобы замять скандал. Впрочем, все они ценили школьные традиции, выше собственной жизни. Кто знает, быть может, изгнание для них хуже смерти. Тем временем было объявлено, что Деррик и его друзья погибли, когда на регате перевернулась лодка. Их тела были тайно захоронены. Те, кто знал правду, поклялись молчать. Жизнь в колледже аристократов снова потекла буднично, как будто ничего и не произошло. Новыми префектами стали Клейтон Делайл, Джина Лансад, Дьэйн О’Двайер, Анабель Алфорд и Эдвард О’Фаррелл. Мы с Мозенратом сели в черный бентли и поехали домой. Я не могла не радоваться возвращению туда, где хотя бы на время я позволяла себе полностью расслабиться и забыть обо всех проблемах. Привыкнуть к хорошему так легко. И даже я бессильна перед этим соблазном.

И как бы ни было мне тяжело, я иду вперёд, борюсь, не сдаюсь, не отчаиваюсь, и во что бы то ни было остаюсь всегда верной своей мечте, делу, долгу и поставленной цели.

http://i71.fastpic.ru/thumb/2015/0911/bf/f002cbeb6a2279021bed9bd09f11e0bf.jpeg

Отредактировано Agent_207 (2015-09-11 18:56:26)

0

14

Глава 29: новые женские духи
http://i69.fastpic.ru/thumb/2015/0911/bd/da0cea154e4c832b0b8d7a7bc503b9bd.jpeg
Поместье Фантомфайт, 10 июня, 9:00
Чудесное утро. Всё за окном покрыто туманом, так небрежно лежащим на поверхности земли. Вокруг тихо и умиротворённо, и лишь птицы нарушают эту идиллию.
– Фурия, пора вставать, – пронеслось нежным мужским голосом по комнате. Звонкие шаги и звук отодвинутой шторы окончательно вывели лежащую на просторной белоснежной кровати меня из состояния дрёмы. Я открыла глаза и посмотрела в ту сторону, откуда доносился шорох занавески, и сразу же об этом пожалела, так как яркие лучи солнца ударили по глазам. Сморщившись, я приняла сидячее положение. Лорд Фантомфайт, разбудивший меня, стоял спиной к окну и наливал из изящного фарфорового чайника с розами чай в не менее изящную чашку. Демон подошел к кровати и отдал мне чашку с теплым чаем. Напиток дымился и отдавал приятный запах.
– Этот аромат… Лунная Долина? – с явным знанием многих видов чаёв, спросила я, затем немного глотнула чая. У него оказался приятный аромат и богатый насыщенный вкус.
– Да. Этот чай совершенно недавно появился в нашей стране.
– И ты его достал? – поставив обратно чашку, поинтересовалась я.
– Каким бы я был Лордом Фантомфайтом если не смог бы сделать нечто подобное для своей жены? – невозмутимо ответил Мозенрат, хитро прищурив темно-синие глаза.
– Я поняла. Какие планы на сегодня? – я решила перейти сразу к делу.
– Координатор нового продукта, который мы разрабатываем специально для Хэрродс, попросил, что мы приехали и лично все осмотрели, – четко и медленно произнес демон.
– Что ж, поедем сегодня.

Лондон, Хэррондс

Хэрродс (Harrods) – самый известный универмаг Лондона. Он считается одним из самых больших и фешенебельных универмагов мира. Здание находится на Бромптон-Роуд в королевском боро Кенсингтон и Челси на западе Лондона. Площади универмага составляют 90 000 м², торговая площадь состоит из 330 отделов. Персонал магазина – более 5 000 человек. Универмаг имеет характерный логотип: золотые буквы Harrods на зеленом фоне. Каждый месяц этот огромный магазин посещают до 300 тыс. Девиз Хэрродс: Omnia Omnibus Ubique – «Всем, каждому и абсолютно всё». Некоторые из отделов всемирно известны, например, отдел рождественских товаров или продуктовый. Очень эффектно также ночное освещение фасада, состоящее из 12 000 лампочек.

Я, Мозенрат, Клэр, Джеймс, Мелани Снэйк, Натали, Майкл и Джейк приехали в Хэрродс. Леди Найтлерис была в восторге. Она конечно уже бывала там, но было здорово приехать туда опять. Она просто обожала Хэрродс, да и вообще все магазины. Слуги разошлись по отделам универмага. Пока их нет, можно спокойно подумать. В надежде найти какую-либо информацию о кристалле Элис Каберле, я провела небольшое расследование. В этом кристалле отражались семь имен покойных людей. Следствие заключило, что этих людей ничто не связывало. Однако одно имя выделялось среди остальных. Диаманда Фантомфайт?! Я ничего не знаю о ней, кроме имени! То, что у легендарной жницы был этот кристалл, означает, что она была каким-то образом связана с предыдущими поколениями семьи Фантомфайт. Инициал «Ф» не такой уж редкий для фамилии, поэтому я и предположить не могла, что «Ф» означает «Фантомфайт». Элис Каберле, что же связывало её с семьей Фантомфайт? К нам вернулись довольные слуги, каждый из них купил себе товар по душе. Я тоже не стала исключением и купила исторический роман Артура Уордсмита. Он иногда пишет исторические романы. Хотя, как по мне лучше бы он сосредоточился на детективах. Мы направились к отделу моей компанией, где продавались новые духи под название "Lily of the valley". Что ж, теперь нет необходимости вкладывать средства в рекламу. Но даже так, кто бы мог подумать, что одно рекламное представление Астры Диаз в спектакле "Ромео и Джульетта" возымеет такой эффект. Через час мы разместили рекламу с Астрой по всему городу. Мозенрат признал, что моя алчность не знает границ. Компания «Фантомфайт» использует разные товарные знаки для каждой из торговых линий. Наша кампания выпускает противоядия от змеиных ядов (кобра), модную одежду (пума), женские духи (бабочка), детские игрушки (кролик), драгоценности (саламандра), сладости (змея), коктейли (волк), книги (ворон) и медицинское оборудование (скорпион).

Поместье Фантомфайт, 20:00
Готический зал, изящные подсвечники в форме синих роз, а горящие в них серебристые огни, освещают помещение таинственным светом. Бархатные серебристые и сапфировые сердечки буквально парят в огромных количествах над полом, а высокие вазоны наполнены синими розами. На самой середине лакированного паркета величественно стоит серебристый рояль. Скольких нервов стоило обговорить все тонкости, выбрать лучшего мастера и материал. Восторженный вздох вырвался из моей груди, стоило только отпустить резную ручку дубовой двери и шагнуть внутрь танцевального зала. Бесшумно двинувшись в сторону инструмента, я приблизилась вплотную, любовно проведя самими кончиками пальцев по гладкой поверхности. Идеален. Один взгляд на широкую банкетку, и вот я, со всей элегантностью опускаюсь на специальный стул. Спина держится ровно, как никогда ранее. Я уверенно подняла крышку и, затаив дыхание, коснулась клавиш. Звучат первые, волнительные ноты, и зал наполняется нежной мелодией. Будто ласковое дуновение ветерка в знойный день, будто дождевая прохлада по обнаженной коже. Мягким черным пером по заостренным чертам лица. Переливы звуков позволяют высказаться, освобождают от оков молчания и показного равнодушия куда лучше слов. Я нажимаю на клавиши, пробегая подушечками от одной октавы к другой, изливает душу, отображая в звучании нот наших отношения с Мозенратом. Трепетный, неподатливый перезвон клавиш и мягкий переход вниз, словно усмиряющий вырвавшиеся чувства. Я не знала, сколько просидела вот так, наслаждаясь одиночеством, игрой, и своим откровением, что таилось в душе слишком долго. И вот, увлекшись, я слишком поздно заметила, что уже давно нахожусь здесь не одна.
– Ты играешь с глубоким чувством, любовь моя, – бархатный голос прозвучал совсем близко, в нескольких шагах от меня. – Эта мелодия показывает все, что у тебя на сердце куда четче, чем тебе бы того хотелось.
Я повернулась к демону лицом. Мозенрат наклонился и коснулся своими губами моих, ловя их в нежный поцелуй. Я с удовольствием отвечаю на него, обнимая любимого за шею. Сквозь поцелуй чувствую его легкую улыбку. Он отрывается от меня и шепчет в губы:
– Надеюсь, теперь я прощен?
– Конечно. Я думала, ты не придешь.
– Я не мог не прийти, любовь моя, зная, что ты ждешь меня, – демон обнял меня, крепче прижимая к себе. Я закрыла глаза, вдыхая такой приятный аромат его тела.
Он подхватил меня на руки, раскрыл черные крылья и вылетел из поместья. Это ночь была воистину великолепна. Миллиардами бриллиантов яркие звезды мерцали на небе сапфирового цвета. Луна сверкала в изящном дымчато-серебристом одеянии. Необыкновенное ощущение полёта. Ветер ласкает тело, в глаза светит луна, кажется, что до неё можно дотянуться рукой. Мозенрат с неким подобием восторга ощущал, как с черными перьями крыльев играет ветер.

Темно. Утро или ночь? Непонятно. Вновь закрываю глаза.
– Любовь моя, пора вставать, – бархатный голос мужа будит меня.
Обычное утро, как всегда. Пытаюсь разомкнуть глаза, получается с трудом, в теле тяжесть. Как будто вместо крови свинец, в горле неприятное ощущение. Хм… необычно.
– Доброе утро, Фурия, – Мозенрат подошел к кровати. Его лицо в это время искривилось в непонятном выражении: то ли он недоволен, то ли озадачен.
– Мозенрат? – я не понимаю, что его тревожит.
Демон слегка прикоснулся тыльной стороной ладони к моему лбу.
– У тебя температура, – с важностью в голосе, произнес демон.
Смысл твоих слов я поняла только через несколько минут. К тому времени демон подал мне чай из лепестков черных роз и сказал, чтобы я все выпила. Позже муж оповестил меня о том, что отменил все сегодняшние встречи и посоветовал поспать, как я и поступила. Проспала я весь день, проснулся уже вечером. Через пару минут дверь настежь распахнулась, и вошел мой муж с черной изящной арфой. Мозенрат улыбнулся мне и поставил арфу у камина, там же стоял и синий стул. Лорд Фантомфайт опустился на стул и приложил пальцы к тонким струнам арфы. Как и ожидалось, зазвучала ласкающая слух музыка. Он долго мне играл. Я только удивлялась, как он еще не устал. Я хотела было остановить его как-то, но духу не хватило прервать эту мелодию. Я удобнее устроилась на подушке, не проронив ни слова. Прекратив играть на арфе, демон подошел к кровати и укрыл меня одеялом. Я начинала вновь погружаться в мир снов. Мой муж напоследок проверил «моё самочувствие». Прохлада ладони. Она успокаивает, хочется обнять его руку и прижать к себе, почувствовать больше прохлады. Ещё чуть-чуть и я засну, демон убрал руку. Из-за этого глаза как будто сами пытаются разомкнуться. Мозенрат это заметил это и поцеловал меня в лоб. Этот поцелуй холодный, успокаивающий, усыпляющий.
– Спокойной ночи, – задув свечи, прошептал Мозенрат.

POV Мозенрата
Поместье Фантомфайт, 12 июня, 22:00
– Фурия, пора готовится ко сну, – постучав костяшками пальцев в дверь кабинета, я вошел внутрь, даже не дожидаясь ответа с другой стороны.
И только после того, как моя нога переступила порог стало ясно почему. Фурия спала за столом, рядом с ней лежала маленькая компактная книга – краткие рассказы писателя Эдгара По. В последнее время Фурия сильно увлекается его книгами. Подхожу к стулу. Смотрю в лицо леди, оно спокойное и усталое. Лицо бедной девочки, которая попала без вести, в уголках глаз остались слёзы. Её все достало, она желает умереть, но по правде она цепляется за жизнь как может. Только я это понял, из-за этого мне позволено видеть некоторые слабости Фурии. Ты все ещё пытаешься скрывать свои слабости передо мной, но это бесполезно. Ведь демоны видят слабости человека за милю. Не надо так стараться, все равно я все знаю. Для убеждения того, что леди действительно спит, я проверил её дыхание и сердцебиение.
– Ты ещё такая девочка, любовь моя, – бережно беря Фурию на руки, я не посмел её разбудить, аккуратно унося в спальню. Весь наш путь, девушка так и не открыла глаза, а лишь доверчиво прижималась ко мне, закрывая свое лицо в моем фраке.
Тихо открыв дверь ногой в спальню, я уложил девушку на кровать, и быстро переодев ко сну, укрыл одеялом.
– Сладкий снов, любовь моя, – коснувшись мягких волос девушки, я чуть потрепал их. Эта девочка казалась мне такой беззащитной. Хотелось уберечь её от всех бед.
– Останься… – неожиданно одними губами прошептала Фурия, открыв свои глаза.
Её тонкая ручка нашарила мою руку, сцепляя пальцы. Эта просьба прозвучала не один раз. Она звучала бесчисленное количество раз, когда Фурия была огорчёна, раздавлена одиночеством, страхом и своей же местью. В такие ночи она прижималась к моей груди, слушая мое ритмичное сердцебиение.
– Я никуда не уйду. И буду охранять твой сон, Фурия…
Я вынуждаю отпустить её, выхожу из комнаты и через несколько мгновений вхожу вновь уже в черной шелковой пижаме. Фурия сейчас выглядела настолько милой, что я не мог ослушаться её просьбы. Я лег рядом и укрыл нас обоих одеялом. Фурия повернулась ко мне лицом. Её сапфировые глаза смотрят прямо на меня, а затем леди уткнулась лицом в мою грудь. Я нежно глажу её по голове, перебираю волосы.
– Спокойной ночи, любовь моя, – шепчу тебе у самых губ и нежно целую их.
Эту маленькую вольность я позволяю себе лишь тогда, когда ты засыпаешь.

I close my eyes, the touch of your fingers
Through monochrome the memory lingers
Into your hands I'm resting the pain inside me

I clear my mind, of this unforgiveness.
All of my scars, and all it's traces
You and me, I see
A dream of blind destiny

And it's into your arms I'm melting
And it's the first time I've ever felt like this
You are the hand that's dealt me
The tempter sealing my fate
With a kiss

And in a flash, the stars align
I search beyond the words, wanting a sign
But lost inside your eyes
Lies become clearer to see
They tell a different story
So take the reins and don't let go
I want this pain to scar deep, for I know
All our past recieves healing, with memories concealing,
We cry to the light of the moon.

This night's become a wonderful haven
And in my heart, it's what I've craven.
Addicted to this sea.
I've even lost the need to breathe.

And it's out of my life, you're fading.
And it's the warmth of your arms I still desire.
Stuck all alone, I'm praying
to never share my one kiss with a liar.

And in the dark, I'm left alone.
My heart inside is losing every tone.
And spotting all your lies,
Wise of this path to be free
I'm writing a new story
I fall asleep to tainted dreams
I know that there is more to all that seems
Wanting all my desires to never retire,
I live by the light of the moon.

And it's straight to the sky, I'm flying
And it's the knowledge that you will not be there
Struggling through, I'm trying
To find my own escape out of this snare.

And in a flash, the stars align
I search beyond the words, still wanting a sign
But lost inside your eyes
Lies become clearer to see
They tell a different story
So take the reins and don't let go
I want this pain to scar deep, for I know
In spite of every sign crying this night to be true
The sun will rise without you

So here's another kiss
To tainted bliss
A toast to empty promise
With virtue pretending love as our ending
We fall by the light of the moon

Shadowlink4321 – Monochrome no Kiss (English)

Глава 30: шоколадный поцелуй
http://i71.fastpic.ru/thumb/2015/0911/ee/e3a1eb8d0f71214c07ca068cb15b87ee.jpeg
Поместье Фантомфайт, 14 июня
Большое черное фортепьяно стояло в углу изумрудной гостиницы. Клэр тихо вздохнула и подошла к инструменту. Экономка села за инструмент. Джеймс поднял крышку, открывая взору ряд черно-белых клавиш, и поставил на пюпитр ноты.
– Начнем с самых азов, – коснувшись кончиком указки правой руки девушки, произнес дворецкий. – Расслабь свои кисти, представь, что ты держишь в ладонях половинки разрезанного яблока. Не крепко, едва касаясь нежной кожицы…
Клэр бросила на него быстрый взгляд, а затем выполнил просьбу, хотя было видно, что девушка немного волнуется. Джеймс встал за спиной экономки и положил ладони ей на плечи, постепенно спуская их вниз, к хрупким запястьям девушки. Руки Клэр действительно, как нельзя лучше подходили для игры на фортепьяно: узкие кисти с длинными тонкими пальцами, они будут порхать по клавишам с легкостью бабочки. Алый блеск озарил глаза демона, когда он склонился над ухом девушки, шепча слова на древнем языке. На виске экономки выступила капелька пота, получать знания магическим путем не так уж легко, но Джеймс не хотел причинять девушке боль, а потому произносил заклинание очень медленно, не позволяя своей энергии слишком резко менять память и рефлексы подопечной. В этот миг Лорд Найтлерис вдруг понял, что его жена попросила об этой услуге не из-за праздной прихоти, а лишь желая сделать приятное сестре, и еще крепче утвердиться в высшем обществе Лондона, покорив его своим музыкальным даром. Леди по-прежнему шла к намеченной цели, оставаясь столь же упорной, решительным игроком, каким и была всегда раньше. Только теперь её цели сделались более мирными, но сама суть игрока на поле человеческих судеб от этого не изменилась. Когда Клэр открыла глаза, неописуемое удушающее чувство, словно распиравшее её мозг изнутри, уже прошло, оставив после себя лишь легкую слабость. Джеймс вновь медленно поднял руки на плечи девушки и мягко произнес:
– Как ты себя чувствуешь, дорогая?
– Не знаю… как-то странно, – растеряно ответила Клэр Найтлерис, и осторожно пошевелила пальцами. – И что теперь? Я смогу играть на фортепьяно?
– А ты попробуй, – нужно улыбнувшись, предложил дворецкий, – просто читай ноты и дай свободу своим пальцам.
Клэр постаралась расслабиться, а затем положила кисти рук на черно-белые клавиши. Один взгляд в ноты и пальцы легко заскользили, извлекая из инструмента красивую, стройную мелодию. Экономка сама не понимала, как такое возможно, но руки словно помнили каждое движение, еще несколько секунд, и смотреть на пюпитр уже стало не нужным. Клэр чувствовала, что знает все ноты наизусть, это было удивительное чувство, сравнить которое девушке оказалось не с чем. Если только с полетом.
– Полагаю, Леди Фантомфайт будет в полном восторге, Клэр, – тактично заметил дворецкий, когда Клэр, наконец, оторвалась от клавиш. – А твое прекрасное исполнение украсит теперь любой званый вечер.
Клэр обернулся к дворецкому и одобрительно улыбнулась.
– Ты прав, Джеймс. Фурия будет на седьмом небе от счастья, – она вновь улыбнулась.

Наконец, после долгих сомнений, я выбрал идеальный подарок – дьявольский набор оружия, состоящий из флейты, кинжала (при броске, в любом случае, найдет свою цель) и револьвера (всегда стреляет без промаха), все с личными инициалами Леди Фантомфайт в виде изящного вензеля. Коробка, обитая черным бархатом, анонимная записка внутри, буквы на которой проявятся, лишь тогда, когда девушка возьмет ее в руки. Такой подарок не сможет не порадовать юную леди, а вороное перо, вложенное поверх записки, даст понять, от кого сей необычный дар. Будить Фурию я отправился только в половине двенадцатого. Прежде чем войти в спальню, я прислушался, и обнаружил, что девушка уже проснулась сама. Постучавшись, я вошел в комнату. Фурия сидела на кровати в ночной одежде и держала в руках открытую черную коробку. Она уже, видимо, прочла вложенную записку, и теперь синие глаза леди горели неподдельным любопытством. Такого выражения я не видел у своей жены уже очень давно. Разумеется, она сразу заметила мое появление, но не сочла нужным отвлекаться от занимавших её предметов, пока не рассмотрела их со всей тщательностью, вынимая по очереди из футляра. Фурия взяла из коробки необычный кинжал. Его серебристое лезвие украшал черный вензель, а на черной изящной рукоятке оказались изображена серебристая змейка с сапфировыми глазками. А затем девушка достала из коробки черную изящную флейту. Фурия поднесла музыкальный инструмент к губам и заиграла. Из флейты полились чудесные мелодичные звуки, которые образовывали красивую мелодию. Прозрачные и холодные, они уносились ввысь, в темный потолок и звенели тихими колокольчиками. Мелодия околдовывала, завораживала. В звуке флейты слышались тихие ненавязчивые слова. Это был необычный инструмент. По своему усмотрению музыка «серебристой змеи» может загипнотизировать человека, если того захочет хозяйка дьявольской флейты. Фурия отняла флейту от губ. Мелодия прервалась, замерев на высокой ноте. Наконец, девушка взяла в руку револьвер, провела кончиками пальцев по выгравированному на серебряной рукоятке вензелю, удовлетворенно улыбнулась и подняла взгляд на меня. В глазах леди плясали озорные искорки.
– Ну, чертов демон! – самодовольно хмыкнув, произнесла Фурия.
– Я рад, что мой подарок пришелся тебе по вкусу, любовь моя, – доброжелательно произнес я. Сразу было видно, что подарок пришелся леди по душе.
Но тут девушка неожиданно взвела курок и направила дуло на меня.
– Интересно, а в тебя я попаду? – с вызовом спросила Фурия.
– Желаешь проверить? – ничуть не смутившись, учтиво осведомился я.
Фурия смерила меня оценивающим взглядом и, сделав вид, что раздумывает, как ей поступить, ответила спустя полминуты:
– Пожалуй, как-нибудь в другой раз… а пока что приготовь мне чай "Лунная долина"… – уложив пистолет обратно в футляр, снисходительно произнесла она.

Игровая комната. Фурия так часто упражнялась в метании дротиков, что даже не сомневалась в своей победе. Тем более Снэйк производил поначалу впечатление крайне неумелого и неуклюжего игрока. Сжимая хрупкий дротик в своих тонких пальцах, он долго прицеливался, а затем, промахнувшись мимо мишени, с досадой невнятно что-то прошипел. Выглядело это крайне комично и даже поднимало леди настроение. Однако долго наслаждаться своим явным превосходством девушке не пришлось. К её неприятному удивлению лакей оказался очень способным учеником и вскоре превзошел Леди Фантомфайт. Это вызвало в душе леди глухое раздражение, ведь она ненавидела проигрывать, а уступить новичку, да еще и слуге было втройне обидно. Но сколько она не старалась, лакей все же одержал безоговорочную победу.
– Иди и принеси сюда пустые бутылки, а еще пистолет с патронами… – надменно взглянув на удивленного слугу, приказала Фурия. – Будем соревноваться в стрельбе!
– Но, госпожа, Джеймсу это может не понравиться, говорит Эмили.
– А ты, что на дворецкого работаешь? – с ледяным презрением спросила Леди Фантомфайт. – Так что, иди, исполняй, что велено!
Вскоре вдоль стены игровой комнаты выстроилась целая шеренга разной формы и размера бутылок, бутылочек и даже банок. На предстоящий турнир «снайперов» прибежали смотреть Мелани и Сандра, сделав вид, что просто помогают принести необходимое количество мишеней.
– Заряди, – протянув Снэйку подаренный демоном пистолет, повелительно сказала Фурия.
– Очень красивый револьвер, говорит Оскар, – с искренним восхищением, рассматривая выгравированный на рукоятке вензель, воскликнул лакей.
– Да! Просто потрясающий! – тотчас поддержала его Сандра, уставившись на витиеватые серебряные буквы.
– Даже я никогда не видела ничего подобного, госпожа! – воскликнула Мелани.
– Госпожа, я даже не знал, что вы любите стрелять, говорит Китс.
– А ты еще многого обо мне не знаешь… – надменно хмыкнув, заметила Леди Фантомфайт. – Правила такие – каждый стреляет до первого промаха, затем право выстрела переходит к сопернику. Начинай!
– Синяя бутылка с правого края, говорит Эмили… – объявил лакей свою мишень и, прицелившись, выстрелил. Осколки стекла разлетелись по всей комнате.
Уже третья бутылка разлетелась в дребезги, засыпая мягкий ковер сотнями мельчайших осколков. Но на четвертом выстреле лакей, наконец, промахнулся, а из стены, подняв облако пыли, вывалился кусок штукатурки.
– Теперь очередь госпожи! – радостно объявила Сандра.
Снэйк с заметным сожалением смотрел на живописную трещину, протянувшуюся вверх по стене. Фурия даже не сделала ни одного шага вперед. Она просто вытянула руку с револьвером и объявила цель:
–  Маленькая прозрачная бутылочка в центре.
Раздался выстрел, легкая отдача дернула тонкую руку девушки назад, но она не пошатнулась. Слуги ахнули в один голос, а Сандра восторженно озвучила причину столь бурной реакции:
– Госпожа, вы попали!!!
Леди Фантомфайт лишь снисходительно усмехнулась, взводя курок.
– Жестяная перечница… – сообщила она и закрыла глаза. Последовавший за этими словами выстрел произвел настоящий фурор. Удовлетворенная эффектом, Фурия решила, что спектакль пора заканчивать. Не открывая глаз, она расстреляла все оставшиеся патроны, метко попадая в жалобно позвякивающие мишени.

Фурия сидела в глубоком синем кресле в библиотеке за чтением романа Артура Уордсмита. На небольшом столике стоял бокал с шоколадным коктейлем от кампании «Фантомфайт». В помещении горело несколько серебряных канделябров, помимо тех, которые находились и на стене, так что освещение для чтения было достаточным.
– Дорогая, – я вошёл в библиотеку, – уже поздно, ты не думаешь спать?
– Ещё есть время до сна, – обычным тоном ответила Фурия.
– Да, но ты уже весьма долго читаешь, нужно отвлечься, – я подошёл ближе к креслу, встав сзади. Я осторожно положил свои руки на плечи леди, став большими пальцами легко поглаживать её шею. Фурия отвёла взгляд от книги и, откинув голову назад, посмотрела на меня.
– Расслабься, любовь моя, я сделаю тебе массаж. Твои плечи так напряжены, позволь мне размять их, – я снова улыбнулся и, по лёгкому кивку девушки, принялся массажировать плечи и шею леди.
Фурия снова было принялась читать, но не смогла – мои чуткие движения рук отвлекали леди. Девушка положила книгу на стол и вязла в руки шоколадный коктейль. Фурия съела «шоколадное украшение» с краю бокала и с наслаждение выпила весь коктейль. Девушка лишь успела поставить на столик пустой бокал, как я встал перед леди и взял её двумя пальцами за подбородок, притягивая к себе. Я обнял одной рукой девушку за талию, прижав к себе и нагнувшись, нежно поцеловал её. Фурия распахнула сапфировые глаза, с секунду просто сидела на месте, но в следующий момент уже уверено ответила на мой поцелуй, чувствуя сладкий-сладкий вкус шоколада.

Воспоминания либо греют душу изнутри, либо разрывают на части...

Глава 31: переполох в библиотеке жнецов
http://i67.fastpic.ru/thumb/2015/0911/4a/783b4265e697ef34193d2fdf58e70a4a.jpeg

POV Фурии
Библиотека жнецов, 3 сентября, 1997 год
Я наложила на себя иллюзию, чтобы я выглядела, как жница. У меня желто-зеленые глаза, прямоугольные очки в черной оправе и коричневые волосы, собранные в хвост черной лентой. На мне была белая рубашка, черный пиджак, а на шее завязан иссиня-черный бант. Библиотека была бесконечной. От неё веяло такой древностью, что было трудно дышать. Чудилось, что с каждым глотком воздуха ты вливаешь в себя частички средневековья, античности, доисторической эпохи. Книг и вправду было огромное количество. Высоченные стеллажи с десятками полок уходили вглубь и вдаль здания, напоминая замысловатый лабиринт. Потолка не было видно, и он даже не угадывался за пеленой мягкого белого света, в сумраке помещения отливающего нежно-голубым. Огромные колонны, которые нельзя было охватить руками, уходили вдаль. А внизу, прямо за синеватыми периллами, у которых я стояла, боясь даже шевельнуться, разверзалась пропасть. Бездна, заполненная клубящимся зеленоватым туманом, поглощающая все звуки. Интересно, насколько она глубокая? Настоящее, прошлое, будущее – всё сплелось в ней в одно, всё было Библиотекой. Стоит поспешить. Насколько я помню, жнецы никогда не были образцами благожелательности и гостеприимства. Воспользовавшись теневым скольжением, я оказалась в секретном архиве. Здесь хранятся книги аристократов, погибших при таинственных обстоятельствах и в связи с вмешательством потусторонних сил, а также отдельная полка была выделена семейству Фантомфайт. Фамилии медленно сменялись на корешках одинаковых, синих книг. Сделав пару шагов, я снова и снова подолгу задерживалась, не желая пропустить ни единой фамилии. Почти все даты жизни были в пределах от 1970 до текущего года. Нижние этажи, скорее всего, служили для хранения ещё более старых воспоминаний. Серебристые буквы начали коварно сплетаться в вензеля, годы жизни – в забавные завитушки. Я устало прислонилась к шкафу и протерла глаза. Проморгавшись, я констатировала, что эффект пусть и слабый, но есть. Вскоре я нашла нужную книгу и начала её листать, пока не нашла ответ на свой вопрос. Диаманда Фантомфайт и Элис Каберле были лучшими подругами. В десять лет у юной леди родители погибли в горящем поместье и тогда она решила заключила сделку с демоном. Диаманда Фантомфайт нашла тех, кто убил её родителей, и её душу поглотил демон. Так вот почему легендарная жница не хотела меня убивать. Я напомнила ей Диаманду Фантомфайт своим стремлением мести. Элис Каберле решила убить моего мужа, чтобы освободить меня от контракта. Как это было безрассудно и очень глупо! Если эта легендарная жница вновь попытается напасть на Мозенрата, я её убью, даже глазом не моргнув! За моей спиной раздался рев мотора газонокосилки. Краем глаза я успела заметить, как на нее сверху падает рыжеволосый жнец, и резко отклонилась в сторону. Я тут же убрала иллюзию и вернула себе прежний облик – больше не зачем маскироваться раз меня раскрыли. Внезапно сверху раздался страшный грохот. Звук был такой, будто обвалилось сразу несколько книжных шкафов, весящих под тонну. Поразительно, что библиотека не содрогнулась. Рывком, сдернув с себя черный пиджак, я размахнулась, и со всей силы зашвырнула её в косу смерти Шона Крайтона. А затем я развернулась и бросилась бежать. Красная газонокосилка яростно взревела. Скорее всего, пиджак разорвало в клочья. Книги по обе стороны от меня смазывались в одну длинную, непрерывную, синею полосу с изредка мелькающими серебристыми вкраплениями. Руки и ноги двигались уже механически, но ощущение загнанности всё нарастало. Развилка! Я бросилась туда с удвоенной силой, но ноги поскользнулись на гладком мраморе. Не успев и глазом моргнуть, я поняла, что скольжу по полу на левом боку. Рядом, прямо над самым ухом, пронеслось отвратительное жужжание, и я поняла, что моё неловкое падение спасло мне жизнь – Шон Крайтон пронёсся мимо. Уперевшись руками о шкаф, мне удалось подняться. Шон развернулся в проходе, в глазах у него плескалось какое-то безумное веселье, отчего он стал похожим на Ванессу. Я вынула одну книгу с полки и с силой швырнула её в подрагивающие от нетерпения зубья газонокосилки. Что было дальше – меня не слишком интересовало. Я бросилась налево, стартовав на первой космической. Но судя по негодующим воплям парня и рёву газонокосилки, книжку постигла участь моего пиджака. Однако мне понравилась идея. Продолжая бежать, я скинула ещё пару книг с воспоминаниями на пол. Пусть собирает их, возможно, мне за это время удастся отбежать ещё дальше. Наверху что-то снова прогрохотало, но обдумывать это, не было времени. Пробежав пару десятков метров, я свернула направо, в очередной лабиринт из стеллажей. Рев газонокосилки неожиданно послышался совсем близко. Обернувшись, я не сумела сдержать стона: рыжеволосый жнец нагонял меня. Лицо его было очень сердитым. Кажется, моя хитрость с книгами ему крайне не понравилась. Превратившись в темную фею, я метнула в рыжеволосого жнеца малиновую стрелу боли и взмыла в воздух, оставляя за собой медленно тающий серебристый свет. Меня заметили пятеро жнецов. Выполнив в воздухе «мертвую петлю», я атаковала двух жнецов молнией теней. Выжигая воздух и оставляя за собой дымный след, она устремилась к цели. Выполнив переворот "иммельман", я пустила в ход ледяное пламя и красные плазменные заряды.

POV Мозенрата
Сильно оттолкнувшись от пола, я стремительно прыгнул в сторону и тут же развернулся, чтобы встретиться с опасностью лицом к лицу. Интуиция меня не подвела – сквозь то место, где только что находилась моя голова, со свистом пронеслась длинная коса смерти и замерла в миллиметре от книг с воспоминаниями.
– Мозенрат Фантомфайт! – пронзил мертвую тишину библиотеки звучный, хорошо поставленный голос. – Демон, чья наглость может сравниться только с его самомнением… Чем обязаны такому неприятному визиту?
– Мэтью Амброуз! Жнец, который даже галстук завязывает по уставу, – ответил я колкостью на колкость. – Не могу сказать, что рад встрече.
– Абсолютно взаимно, демон, – процедил жнец сквозь зубы. Он отдернул косу, и та с негромким жужжанием сложилась в его руках. Затем он огляделся и спрыгнул на землю с высокого шкафа, даже не пригибая коленей.
– Что ты здесь делаешь, пособник дьявола?
– А разве это не очевидно? Намереваюсь одолжить воспоминания некой Диаманды Фантомфайт.
Мэтью свёл брови к переносице и поправил очки средним пальцем:
– Я не собираюсь разводить с тобой дискуссии на эту тему. Просто убирайся отсюда вместе со своей девушкой по-хорошему. Хотя… зная тебя, я почти со стопроцентной уверенностью могу сказать, что ты не послушаешься меня.
– Как проницательно! Я действительно никуда не уйду.
Мне нравились сильные противники – они помогают не терять формы. А этот жнец был вполне хорош, лучше многих, с кем мне приходилось встречаться. Я мчался по книжным шкафам с головокружительной скоростью, преодолевая десятки метров за один прыжок. Повторяя каждое моё движение и приземляясь точно в мой след, жнец следовал за мной так, словно стал моей тенью. Коса смерти так и порхала в его руках, нанося коварные удары под различными углами. Не прерывая бега, я легко уходил от них. Я присел, а затем, развернувшись на каблуках, спрыгнул на пол. Я обхватил руками ближайший книжный стеллаж и, не слишком напрягаясь, поднял над головой. Драгоценные книги, которыми так дорожат жнецы, посыпались на пол, как перезревшие яблоки в сентябре.
– Лови, – мило улыбнулся я и, размахнувшись, метнул в жнеца шкаф.
Перевернувшись в полете пару раз, шкаф с оглушительным грохотом врезался в своего собрата, у которого за секунду до этого стоял Мэтью Амброуз. Оба стеллажа рухнули, подняв в воздух тучу пыли и бумажных обрывков. Эхо загудело, отразившись от далёких стен. Послышались тихие стоны, шёпоток, заглушённые разговоры и переливчатый, далекий смех.
– Ты только что испортил около сотни воспоминаний, демон! – в ярости завопил Мэтью Амброуз, успевший отпрыгнуть в сторону, и теперь с ужасом наблюдавший за картиной разрушений.
– Но вы же сами хотели, чтобы я перестал бегать, – резонно возразил я.
Кажется, жнец серьёзно разозлился, его зелёные глаза заледенели. Впившись в косу пальцами, он бросился в атаку. Я легко увернулся от первых ударов, а затем выскользнул из зоны досягаемости за другой шкаф. Неожиданно, меня отвлёкло механическое жужжание и плазматические взрывы. Значит далеко внизу. Фурию обнаружили!
– Так, пора с этим кончать, – тихо прошептал я. И в ту же секунду мне пришлось резко изогнуть спину, чтобы спастись от удара в печень. Появившийся из-за угла Мэтью сложил косу вдвое, приноравливаясь к новым условиям ближнего боя, и нанес серию уколов. Скорее всего, они были предназначены для того, чтобы заставить меня отступать. Должен признать, у него получилось. Мэтью Амброуз наносил всё новые и новые удары, заставляя меня углубляться в библиотеку, что отнюдь не соответствовало моим желаниям. Однако если он думал, что сможет этим остановить меня, то ошибался. Уходя от удара, я сунул руку во внутренний карман пальто и достал оттуда четвёрку остро заточенных ножей. Это оружие меня ещё ни разу не подводило. Легко изогнув запястье, я послал их в смертоносный полёт. Со свистом рассекая воздух, ножи понеслись в сторону жнеца. Они с хирургической точностью врезались в стержень косы и выбили её из рук Мэтью. 
– Почему-то я думал, что вы способны на большее, – с театральным сожалением произнес я. – По всей видимости – ошибся.
Изящно раскрутив два ножа за рукоятки, я отвёл руку назад, прицелился и стремительно бросился вправо. Но недостаточно стремительно, ибо я всё равно оказался пригвожденным к шкафу за воротник пальто. Прежде, чем я успел среагировать и вырваться, левое плечо пронзила резкая боль, и прокатилась дальше вниз по всей длине руки. По груди тонким ручейком начало разливаться тепло. Скосив глаза, я увидел, что из плеча у меня торчит коса смерти на подобии косы Мэтью. Было прискорбно признавать это, но на месте меня удерживали двое подоспевших жнеца.
– Отлично сработано, господа, – сказал Мэтью Амброуз, поднимая с пола свой секатор.
Мэтью настроил что-то в своей косе и проверил ножницы на её конце. Движения его приобрели чисто профессиональный характер. Но то, что свершалось перед моими глазами, в ту минуту волновало меня меньше всего. Мэтью встал напротив меня и направил свою косу так, чтобы её наконечник смотрел точно мне в сердце. Амброуз сжал рукоять косы. Что-то щелкнуло. Стремительно рассекая воздух, коса смерти понеслась мне в грудь. Я закрыл глаза. Подобно ядовитой капле ртути тьма вылилась на тот закуток библиотеки, где мы стояли. Своими чёрными колючими лозами она погасила весь свет и растворила в себе все звуки, растеклась по каменным плитам и окутала всех присутствовавших. Я сделал глубокий вдох, чтобы пропитать мраком всё внутри себя, а затем небрежным движением пальцев разломил косу смерти Мэтью Амброуза, удерживаемую лозами тьмы в миллиметре от моей груди. Металлические щепки расплавились, не долетев до земли. После полугодового пребывания в слабом человеческом теле ощущение силы опьяняло меня, хотелось выпрямиться во весь рост и упиваться страхом врагов. Косы смерти, удерживающие меня на месте, больше не были проблемой. Я прорвался сквозь них так же легко, как если бы они были сделаны из бумаги. Окутывающий меня мрак хлынул в рану на плече, затягивая и исцеляя её. Неважно, где я нахожусь – в мире людей, в Библиотеке Жнецов… тьма есть везде, а это значит, что я везде могу чувствовать себя как дома. Вдруг печать на моей левой руке начала нестерпимо жечь. Проклятье, Фурия в опасности! Проскользнув над периллами, я на секунду замер над пропастью, всматриваясь в её непроглядную даль, а затем спрыгнул вниз и раскрыл за спиной черные крылья. Я падал целенаправленно, каждое мгновение, увеличивая скорость. Отдельные лозы тьмы разлетались вокруг меня во все стороны и превращались в черные перья, сопровождающее меня в головокружительном падении. Бессознательная Фурия в своем обычном обличие падала вниз. В груди вспыхнуло пламя гнева, и тьма вокруг осветилась малиновым огнём моих глаз. Она – моя. Никто в этом подлунном мире не имеет на неё столько прав, сколько имею я. Тот, кто осмелился напасть на неё – получит причитающееся. И мне не нужен приказ, я сделаю это по собственной воле. Я никому не уступлю. Я опустился на необходимое расстояние и мощным рывком прижал девушку к себе. Мрак закутал нас обоих в своё непроницаемое покрывало. Я перенаправил траекторию полёта и осторожно опустился на пол. Правой рукой я скользнул по спине Фурии, проверяя, нет ли у неё каких-либо повреждений. Кажется, всё в порядке. Я снова на высоте. Девушка открыла сапфировые глаза и посмотрела на меня.
– Ты ранен? – Фурия с трудом выдавила из осипшего горла слова.
– Уже нет, – ответил я, а затем в моих глазах вспыхнуло красное пламя.
Сзади что-то шумно загудело, и послышался скрип новых ботинок. Фурия резко обернулась. В шагах десяти от нас стояла тройка темно-русых мужчин в деловых костюмах, как у Шона Крайтона. Все трое были одинаково длинными, худыми и высокими. Внезапно по всей библиотеке пронёсся оглушительный звук пожарной сирены. Меньше¬ чем через минуту мы прибыли на место происшествия. Впереди бегали жнецы с огнетушителями, и время от времени поливали густой пеной шкафы и книги.
– Почему мы здесь? Что тут горело?– спросила Фурия, ничего не понимая.
– Всего лишь одна книга, – раздался голос Мэтью Амброуза слева от меня.
– Какая? – спросила леди, не зная, можно ли мне разговаривать с ним.
Фурия впервые заметила, что у жнеца порядка зеленая радужка на самом деле двухцветная, на внешнем круге светло-зеленая, а у зрачка – тёмно-зеленая.
– Дарквелл, – сказал одно-единственное слово, после чего направился в сторону.
Мой взгляд был устремлен куда-то вдаль, за книжные шкафы и толстые стены, как если бы я видел то, что другим не дано. Верхняя губа у меня была приподнята каким-то рефлекторным движением, и обнажились белоснежные клыки. Что-то странное происходит в последнее время. Пора уходить отсюда, пока жнецы не вспомнили про нас.

Те, кто говорит, что месть не сладка, очень не правы.

Глава 32: Кицунэ
http://i65.fastpic.ru/thumb/2015/0911/d0/b5611a8388c7d5f09d0e4a4a5eac21d0.jpeg
Поезд, третье купе, 10 сентября, 10:00
Огромный черный паровоз пыхтел, пуская в воздух клубы пара.
Клэр практиковала немецкий язык, на котором она плохо говорила.
– Просто ужасно. У тебя жутки акцент, – отметил Джеймс.
– Ииих! – раздраженная экономка легла на диван, держав книгу в руках. – Черт возьми, я больше не могу! Меня от этого тошнит! – в отчаянии выкрикнула Клэр.
– Дисциплина, кстати, не лучше, – без единой эмоции в голосе, ответил Джеймс.
– Ладно, произношение у меня неважное. Но читаю я хорошо. Разве этого недостаточно? – негодовала Клэр, заложив правую руку за голову, а левой – прижимала книгу к себе.
Дело в том, что неделю назад Леди Фантомфайт получила письмо от своей старой знакомой. Она попросила её расследовать ряд необъяснимых смертей, который потряс Южную Германию. Поскольку Фурия была сильно занята, ей пришлось поручить это задание экономке и дворецкому. Алесса поведала о своей поездке в Германию. В общем, она направилась в деревню, где произошла загадочная смерть. Но она не обнаружила там следов заразных болезней. Также ни у кого не было ни симптомов хронических болезней, ни заметных ран вообще. Когда Алесса спросила местных, как умерли те люди, все отвечали, что это было проклятие ведьмы. Все жертвы были разного возраста и пола, и объединяет их одно. Незадолго до смерти все они побывали в лесу Кицунэ, куда запрещено ходить местным жителям. С четырнадцатого по семнадцатый век в Южной Германии проводили жуткие охоты на ведьм. Ведьмам, которым удалось выжить, бежали и поселились в одном лесу. Чтобы защититься, они поселили в этом лесу и своего фамильяра. С тех пор считается, если человек войдет в лес, ведьмы проклянут его.

Германия, деревня "Ущелье Кицунэ"
Через несколько часов, Клэр, Джеймс, Мелани, Снэйк, Майкл и Джейк прибыли в деревню, скрытую в глубине мрачного леса. Благодаря своей безвестности, неузнанные гости зачастую не знают о существовании такого места. Несмотря на уединенную обстановку при ближайшем рассмотрении, дома хорошо выглядят, тем самым указывая на то, что в деревне есть люди. Экономка удивилась, знав, что в деревне живут одни лишь женщины. Самым странным оказалось, что все они носили странные золотые медальоны на шеях и одежду четырнадцатого века. Самым удивительным оказалось, что хозяйкой леса является семнадцатилетняя девушка, одетая в черное старомодное платье и со странным черным убором на голове. У девушки были темно-зеленые глаза, светло бледная кожа, черные прямые волосы достигали лопаток, а две длинные черные пряди спадали с плеч на грудь. Хозяйку леса звали Агнет Джерлинд. Она предложила путника заночевать в "Зеленое Поместье". Что странное твориться в деревне. Сначала они велели путникам убраться, а потом позволили остаться. Клэр не знала, что здесь происходит. Однако, это точно необычная деревня. Снэйк и Мелани испугались, увидев на площади древние орудия пыток. Их использовала во время охоты на ведьм. За всем эти точно должны скрываться что-то оккультное. Клэр, Джеймс, Мелани, Снэйк, Джейк и Майкл прибыли в величественное поместье, которое было больше похоже на замок с изящными башнями. Вокруг него росли странные грибовидные кусты, ядовитые растения, а перед поместьем был расположен фонтан. На входе в поместье путников встретила девушка лет двадцати в белоснежном платье. У неё были светло-голубые прямые волосы до лопаток, бледная кожа и необыкновенные сиреневые глаза. Её звали Сорана, она работала в поместье горничной. В холле поместье было большое окно, каменная спиральная лестница и лысое дерево, украшенное различными фонарями и звездочками. Вскоре Джеймс, Клэр и Агнет прибыл в обеденный зал. Там был длинный обеденный стол, черные изящные стулья с высокими спинками и набалдашниками в виде звезд. В главе стола находился белый стул с большими рогами на вершине спинки, позади него стоял черный камин с решеткой, на нем была пара золотых подсвечников, а на стене висело зеркало в золотой раме, украшенное с верху человеческим черепом. Кованые люстры, свисали на толстых цепях с массивных потолочных балок, на стенах между стрельчатыми окнами висели кованые светильники, а темные деревянные панели закрывают стены. На ужин был подан айсбан, маульташен, венский суп, а на дисерт – роте грютце И все это великолепие приготовил Джеймс Найтлерис – дворецкий семьи Фантомфайт. Клэр уже собиралась приступить к еде, как тут в обеденный зал вбежала блондинка и сообщила, что в деревне видели дьявольского лиса. Клэр выглянула в окно и заметила светящиеся голубые следы на земле. Клэр и Джеймс прибежали на главную площадь деревни. На земле лежали уже давно похолодевшие трупы двух девушек. Экономка подошла к телам и осмотрела их. Следы от когтей и зубов собаки. Что-то тут не чисто… у девушки появились сомнения.

На следующее утро. Снэйк, Мелани, Джейк и Натали бежали по территориям болота, пытаясь найти Сорану, но среди густого тумана не было даже намека на живую душу. Вскоре четверо слуг дошли до еще более затуманенного места. Но тут на их пути встал девятихвостый демонический лис. Красные глаза без зрачков, черные лапы, белая шея, голубое тело и черный зад с задними лапами. Хвосты были серо-голубыми, а концы – красными.
– Так вот как? – Клэр Найтлерис улыбнулась и взглянула на лиса.
Джейк пытался победить огромного лиса – он перекидывал его со стороны в сторону.
Но, лис оказался сильнее и вскоре садовник оказался под лапами у дьявольского лиса.
– Черт, Джейк! – Клэр остановила огромную лапу зверя. – Беги отсюда!
Девушка откинула лиса от себя. Глаза дьяволицы сверкнули фиолетовым цветом.
– Ненавижу лис, но придется тебя приручить, – экономка ухмыльнулась и достала из кармана пару печенье в виде косточек. – Дьявольский лис, хочешь печенье?
Зверь быстро подбежал к девушке и приветливо завилял девятью хвостиками.
– А вот фигушки! – хитрая дьяволица ударила лиса с ноги по морде, а потом снова начала махать перед его глазами печеньем. И так продолжалось до того, пока Клэр не пробила в земле огромную дыру, продолжая колотить лиса.
Вскоре на место прибежал Джеймс Найтлерис.
– Где Клэр? – спросил демон у шокированных слуг.
Натали указала дрожащим пальцем в дыру
– Что?! – Джеймс быстро подбежал к дыре. – Клэр, ты живая?!
– Живая, сейчас вылезу!
Из дыры начала ключом бить горячая вода. А наверху фонтана стояла слегка промокшая экономка с незнакомым парнем на руках, который был облачен в черный костюм. У незнакомца были красные глаза и короткие взъерошенные голубо-серые волосы. Клэр спрыгнула на землю. Парень-лис начал облизывать щеки дьяволицы.
– Фу! Не трогай меня, тупая псина! – экономка выпустила парня из рук, от чего тот заскулил.
Клэр психовала еще несколько секунд, пока не прибежала Сорана.
– Клуто! – вскрикнула девушка, Клуто быстро вскочил и подбежал к хозяйке обниматься.
– Дьявольского лиса зовут Клуто? – экономка покосилась на девушку.
– Да, я подобрала его три месяца назад. Я не хотела, чтобы моя госпожа узнала, и поэтому прятала его в лесу. Я даже и не подозревала, что он может сотворить такое с мирными жителями деревни. Госпожа Найтлерис, возьмите его к себе в поместье! Прошу вас! Я думаю, что под руководством Господина Джеймса он станет послушным.
Дворецкий напрягся – идея по переезду Клуто к ним не казалась ему столь радужной.
– Ну, я не знаю, я ведь просто обычный дворецкий, – пробурчал Джеймс.
– Звучит заманчиво. – Клэр ухмыльнулась. – Мы возьмем Клуто.
– Клэр, ты серьезно? – дворецкий нахмурился.
– Да, это весьма забавно. Тебе так не кажется? – экономка хихикнула.
Джеймс вздохнул. Ему было нечего ответить экономке.

I feel guilty
my words are empty
no signs to give you
i don't have the time for you

you say i'm heartless
and you say i don't care
i used to be there for you
and you've said i seem so dead, that i have changed
but so have you

guilty, guilty i feel so
empty, empty you know how to make me feel

i put a shield upon you
i didn't mean to hurt you
i would have only poisoned your mind
never meant to make you cry

you've been so thoughtless
i can see right through you
you used to be there for me
so don't you leave say goodbye
cause you have changed but so have i

i never thought that the time and the distance
between us made you so much colder
i'll carry the world on my shoulders

The Rasmus – Gulity

Шоколадный коктейль от кампании «Фантомфайт»
http://i72.fastpic.ru/thumb/2015/0911/86/58e0ffefeafe9aefddc9d0c4c19dc986.jpeg

Глаза Фурии
http://i70.fastpic.ru/thumb/2015/0911/33/024103fb5df3022f9f3edb7cb9562533.jpeg

Медальон местных жителей деревни "Ущелье Кицунэ"
http://i70.fastpic.ru/thumb/2015/0911/97/a2c1457f5d0275b75b1cf1e7386aa797.jpeg

Зеленое Поместье
http://i69.fastpic.ru/thumb/2015/0911/e3/f4ceff35264c57a22261b84eaa4ec2e3.jpeg

Дерево в холле "Зеленого Поместья"
http://i67.fastpic.ru/thumb/2015/0911/80/2fcae39918f70e60aa316f6540f81180.jpeg

Отредактировано Agent_207 (2015-09-11 19:00:58)

0

15

Глава 33: история экономки
http://i69.fastpic.ru/thumb/2015/0911/69/5b4e704b18dd3531bb56409aecd28569.jpeg
Неизвестное здание, 1978 год
Запах сырости и гниющей плоти крыс, не единственные спутники в этом забытом месте. Холод каменных стен, которых не пощадило время и мрачная темнота, покровительствующая вокруг, не главные враги жертвы. Страх сковывает, заставляет забиться в угол и дрожать от безысходности. Жертвы, они же узники, по воле случая или может по воле судьбы, брошенные и запертые здесь, давно потеряли надежду. Спасение? Надежда? Вера? Они давно покинули этих людей, уступая место страху. Гейл очнулась в темноте. Было холодно и сыро. Когда голубые глаза черноволосой девочки привыкли к мраку, она увидел очертания небольшой комнаты, где находилась. Два небольших окошка, пропускавших лунный свет, находились высоко под потолком. Гейл сидела на полу, поджав колени. Она не плакала. Она решила больше никогда не плакать, не показывать свои слабости. Вдруг послышались чьи-то шаги. Дверь отворилась и в комнату вошел человек в бардовом балахоне с изображением оранжевой лилий в руническом круге. Он подошел к Гейл и бесцеремонно схватил её за руку. Девочка попыталась вырваться, но человек её крепко держал. Человек в балахоне потянул девочку за собой. Гейл пыталась сопротивляться, но усилия её были тщетны. Они оказались в просторной комнате. На стенах горели свечи. Гейл осмотрелась. Она видела, что со всех сторон её начали окружать люди в одинаковых бардовых балахонах. Они хорошо бормотали что-то на непонятном языке. Девочка еще раз попыталась вырваться, но человек только сильнее сжал руку. Люди в бардовом одеянии сомкнулись вокруг Гейл. Два человека немного надорвали серую одежду на девочке и положили на прямоугольный алтарь. Гейл сопротивлялась и кричала с полумрак. Её пытали, резали на руках и ногах странные символы, больше похожие на неизвестные руны. Из толпы вышел человек с чем-то в руке. Это был железный прут, на конце которого светилась раскаленная печать в виде лилии. Мужчина направил печать на Гейл. Маленькая волшебница в тысячный раз попыталась высвободиться из плена людей в бардовом одеянии, но её крепко держали. Это была невыносимая боль. Раскаленная печать едва коснулась спины. Боль разнеслась по всему телу девочки. В этот момент Гейл поняла, что всегда была одна. Она поняла, что должна быть злой. Она была рождена, чтобы... УБИВАТЬ! Страх, который терзал девочку изнутри, внезапно превратился в силу электричества. Вся комната наполнилась электрическим взрывом и этим сияющим фиолетовым светом. Прикончив этих негодяев, девочка встала и выбежала из зала. Она больше всего хотела почувствовать себя в безопасности… она хотела, чтобы кто-нибудь о ней позаботился. Благодаря маскирующему заклинанию, никто не увидел ослепительно-белой вспышки, когда девочка исчезла из неизвестного здания.

Некогда величественное здание начало ветшать. У хозяев не хватало сил уследить за всей громадной территорией, а слуги сбивались с ног, латая повреждения. Джейкоб Дарквелл грелся у камина, размышляя о будущем своего Рода. Джейкоб был младше своего брата Артоса. Когда-то они были молоды и сильны. А теперь от рода, чьим величием и силой восхищались, чьих знаний боялись, осталось один человек – Джейкоб. Артос умер бездетными, а сам он женился – в двадцать лет. Он женился на Андре, чистокровной волшебнице. От своего отца она унаследовала ослепительную красоту и магический талант. Джейкоб встретил ее, когда ему было пятнадцать лет. В тот день Джейкоб возвращался в свой особняк и решился пройтись пешком, когда в парке встретил грустную девушку с темно-русыми волнистыми волосами. Она повернулась, и маг утонул в невероятных глазах цвета шоколада. Он забрал Андре в свой особняк и когда ей исполнилось шестнадцать, они поженились. Счастье Джейкоба оказалось недолгим. Через два года после свадьбы Андре умерла. Можно было бы снова жениться, но при мысли об этом красноволосый парень скривился. Он не потерпел бы в своей жизни другую женщину. Приемный ребенок тоже не решит проблему – кровь Дарквеллов ядовита и приемыш просто умрет, не пережив ритуала кровного введения в род. Оставался только один вариант – обратиться к Покровительнице Рода напрямую. Джейкоб не хотел остаться последним в Роду. Он провел множество проверок и выяснил ужасающий факт – он стал бесплодным. Через три дня все было готово. Нужные предметы и зелья доставлены, алтарь подготовлен, подношения собраны. Маг провел очистительные ритуалы и, облачившись в ритуальные одежды, спустился в алтарный зал – сердце особняка. Первым делом он уложил на алтарь подношения – связка колосьев, особо подобранные цветы и чаша с его кровью. Затем взмахом ладони зажег установленные на алтаре черные свечи. Пламя взметнулось ровными языками и застыло. Маг встал на колени и запел песню-просьбу о помощи. Зал стал наполняться энергией. Закончив петь, маг четко проговорил заклинание вызова. Неожиданно свечи вспыхнули и молниеносно сгорели, подношения исчезли, и на совершенно чистый алтарь рухнули два тела.
Ледяной голос, шедший из всех уголков зала сразу, произнес:
– Твоя просьба услышана, дар принят. – После чего наступила тишина.
Джейкоб поднялся с колен и подошел к алтарю. На алтаре лежала две девочки, которым на вид было всего четыре годика. У обеих девочек были темно-карие глаза и волосы до локтей. Но только у одной девочки волосы были каштановые, а у другой – темно-каштановые. Рядом с юными волшебницами лежал пергамент, который Джейкоб развернул дрожащими руками. Запись в пергаменте свидетельствовала, что перед ним лежат Клэр и Руди Дарквеллы. Перед ним лежали наследницы Рода Дарквелл.

Когда Клэр и Руди исполнилось ровно тринадцать лет, им подарили родовые кольца. Клэр надела на серебристое кольцо с шестиугольным темно-коричневым морионом на безымянный палец левой руки. Руди надела на указательный палец левой руки серебристое кольцо с ромбовидным камнем, который светился черным светом. Семейство Дарквелл было одним из самых благополучных во всей Англии. В нем подрастали две юные волшебницы. Клэр росла послушной и тихой девочкой: учила уроки, тихонько играла в игрушки, помогала папе, занималась музыкой. А вот Руди доводила отца почти до обморока. Она не желала учиться и слушаться папы, учителя с криками убегали от девочки. Джейкоб, прибегавший посмотреть, что случилось, ужасался: на полу валялись обрывки бумаги, залитые чернилами, вокруг этого валялись поломанные перья и посреди всего стояла Руди с самым невинным видом сообщала: «Мне не понравился этот учитель! Он скучный (плохой, некрасивый, плохо объясняет и т. д.)!» Бедный отец хватался за голову и набирал все новых и новых учителей из разных стран, но картина повторялась на перв3ом же занятии. Наследницы ходили на приемы и завели себе новых друзей.

Девочки росли дружно, но одно событие разрушило их отношения раз и навсегда. Это случилось через две недели после нового года, тогда наследницам было по семнадцать лет. Руди сказала, что отец заперся в кабинете, и о чем-то размышляет вслух. То, что девушки услышали, шокировало их обеих. Руди обрадовалась, но Клэр расстроилась. Маг решил, что она в последнее время стала слишком требовательной и невыносимой. Красноволосый маг решил отправить её к своим родственникам, что эта девчонка не мешала развиваться его милому ангелочку Руди. В конце концов, он решил, что так будет лучше всем, особенно Руди. Юная леди возгордилась, что отец любит её больше, чем Клэр. Со всей яростью девушка ударила наглую сестру по лицу. Руди с трудом сдерживала атаки, её сестра оказалась очень быстрой. Сначала они перебрасывались простыми заклинаниями, затем в ход пошли сильные и сложные. Неизвестно сколько бы продолжалась битва, если бы вовремя не вмешался Джейкоб Дарквелл. Руди начала плакать и свалила всю вину на Клэр. Виновница попыталась оправдаться, но ей не дали этого сделать. Девушка выбежала из особняка и направилась в туманный лес.
– Одиночество, оказывается, – это худшее, что может произойти с человеком… – прошептала Клэр Найтлерис, уходя в темный лес, как можно дальше от особняка.
Сейчас она хотела лишь одного – найти свою настоящую семью, но её планам не суждено было сбыться. Леди Дарквелл похитили люди из Ордена Тигровая Лилия.

Как я могу усталость превозмочь,
Когда лишена я благости покоя?
Тревоги дня не облегчает ночь,
А ночь, как день, томит меня тоскою.

Своим желанием мести ты сможешь заполнить пустоту души.

Глава 34: темная душа
http://i69.fastpic.ru/thumb/2015/0911/42/85b7195d89a61edba0a0d2424a306942.jpeg
Неизвестное здание, ритуальный зал
Живая тень медленно поглощала свет факелов, отчего огонь испуганно сжимался, скудно освещая помещение. Неожиданно, эта тень плавно перешла в центр сцены. Вскоре она приняла чьи-то очертания, а внутри засверкали малиновым пламенем, глаза с вертикальным зрачком. Губы демона скривились в презрительной гримасе. Он глазами искал свою душу. Обернувшись, демон, наконец, увидел её, ту, которая в отчаянии все же призвала своего слугу. Только в ней, он не чувствовал ни страха, ни восхищения, как у остальных. Демон медленно и неотвратимо направился к одной единственной клетке с одной единственной жертвой. Там, на коленях, девушка из последних сил цеплялась за прутья решетки. В этом черном тумане можно было различить лишь изящные, бледные пальцы с длинными, черными ногтями и сапоги на остром каблуке. Но основное внимание привлекало пламя преисподней, заключенное в глазах демона. Клэр внимательно смотрела в эти кошачьи глаза, обладатель которых, медленно шел в её сторону, при этом беззвучно ступая по каменному полу. Демон остановился ровно на шаг от пленницы и лукавая улыбка, больше похожая на хищный оскал, озарила его лицо. Он с удивлением, которого конечно не выдал, заметил, что темно-карие глаза Клэр, в которых отражались все её эмоции, теперь остекленели. Не было ни ярости, которая полыхала несколько минут назад, ни боли, ни слез. Только единственное безразличие. С минуту мужчина и девушка молчали и в упор смотрели друг на друга. Она видела в его глазах горящее пламя ада, а он лицезрел ледяные темно-карие глаза девушки.
– Ах, она прекрасна, – мечтательно выдохнул демон. – Этот полный отчаяния голос дошел до меня. Твоя жертва уплачена. Ты можешь заключить со мной сделку и исполнить свои желания.
– Я… – выдавила из себя девушка непослушными губами, – я хочу… силу…
– Кто-нибудь остановите её! – в панике закричал один из людей в бардовом балахоне. Его поддержали истеричные крики женщин и невнятные команды мужчин. Но ни для девушки, ни для призванного демона, уже ничто не имело значения кроме слов, сказанных от глубокого отчаяния и чернейшей ненависти:
– Я хочу силу, чтобы отомстить тем, кто сделал это со мной! Я заключаю с тобой контракт, демон и с этой минуты ты подчиняешься только мне! Я хочу силу, которой больше ни у кого нет! – в стальном голосе Клэр Дарквелл проскользнули властные нотки. Девушка жадно потянулась к демону, словно могла схватить саму тьму.
– Сколько жадности в этом хрупкой теле,  – с восторгом прошептал демон. – Что ж... пусть она отражается в твоем ледяном глазе.
Демон вытянул левую руку и крепко прижал ладонь к правому глазу пленницы. На тыльной стороне засветился круг, а Клэр Дарквелл вскрикнула от обжигающей боли и зажмурилась. Она была уверенна, что ослепла на один глаз. Открыв веки, девушка ещё с минуту, удивленно хлопала ими. Глаз все также нещадно ныл, но видела она, как и прежде. По щеке, словно слеза, прокатилась влажная дорожка. Когда эта влага коснулась губ, девушка облизнулась и почувствовала вкус собственной крови. На правом глазе Клэр Дарквелл появилась синяя пентаграмма, заключенная в круг тройной пятиугольник. Контракт заключен. Очередная жертва поймана в ловушку хитрым демоном…
– Убить девчонку! – истошно приказали среди толпы паниковавших сатанистов.
Послышались многочисленные выстрелы в сторону демона и пленницы. Живая тень вокруг демона, заметно увеличилась, закрывая собой девушку, и все пули утопали в этом черном тумане, так никого и не задев. Из тени вышел высокий мужчина. Взору пленницы предстал простой дворецкий в черном фраке. На вид ему было двадцать четыре года. Клэр Дарквелл бы удивилась такой смене ролей из демона в дворецкого, но у нее просто не осталось сил даже на обычные эмоции. Она была ослаблена, как физически, так и духовно. Сам мужчина был красив собой. Высокий, с правильными чертами лица и слегка растрепанными иссиня-черными волосами, где-то даже отдающие оттенок синевы, придавали ему какое-то особое очарование. А эти глубокие светло синие глаза, за прозрачными прямоугольными очками в тонкой оправе, заглядывали прямо в душу, раскрывая самые отдаленные её глубины. Демон подошел к девушке и одним легким движением, разогнул прутья клетки. Пленница выбралась из клетки и поднялась на ноги. Клэр кое-как удержала шаткое равновесие. Ослабленный за эти дни организм, требовал срочного отдыха, но хозяйка упорно все игнорировала.
– Ваш первый приказ, моя госпожа? – демон поклонился услужливо.
Клэр Дарквелл дерзко подняла голову и без колебаний произнесла:
– Убей их! – печать в правом глазу засветилась, отдаваясь легким жжением.
Демон во фраке едва ли ни блаженно щурится за стеклами очков – голос его новой хозяйки преисполнен мрачной решимости. Еще один поклон, холодный взгляд в сторону соперника и подземный зал наполняется страшной мелодией из диких криков людей, жалобных завываний, треска костей и влажных звуков спарываемой плоти. Не ощущая сожаления или раскаяния, Клэр Дарквелл понимала, что сама тоже является убийцей, и не только отдав приказ убить всех этих людей, нет. Она только что, собственноручно убила в себе человека. Девушка зажмурилась от режущих слух криков.

Позже, когда место позора Клэр Дарквелл исчезало в бушующем пламени, а сама девушка потребовала от своего слуги защищать её и никогда не предавать, безоговорочно исполнять все приказы и не лгать, девушка поклялась на собственной крови отомстить за свою семью. У демона это вызвало умиленную улыбку. Эта ночь пропитана кровью и смертью. Несколько минут бывшая пленница стояла и смотрела на небо. Клэр не услышала, как сзади подошел демон и накрыл её плечи своим пиджаком.
– Твое имя? – разрезал ночную тишину чуть хрипловатый голос.
– Какое сами пожелаете, – учтиво поклонился мужчина.
– Как звал тебя предыдущий хозяин?
– Джеймс Найтлерис.
– Тебе подходит, – без тени эмоций призналась девушка. – Пусть оно и останется.
Демон взял бывшую пленницу на руки. Девушка обвила его шею руками и положила голову на мужское плечо. Согревшись теплом его пиджака и ароматом ванили, исходящим от одежды и кожи демона, Клэр незаметно для себя задремала.

На следующий день, Клэр избавилась от родового кольца рода Дарквелл, окончательно возненавидев эту семью, которая её бросила. Не желая жить с такой ужасной фамилией, девушка вышла замуж за Джеймса Найтлериса. Выполняя опасные задания, Клэр стала холодной девушкой. Как бы она не старалась скрыть свои настоящие эмоции, но леди со временем влюбилась в демона. Клэр не могла понять, почему она привязалась к Джеймсу. Странная, непонятная нежность. Она такого никогда не чувствовала.

Через два года, девушка напала на след Ордена Тигровая Лилия. До старинного особняка, расположенного вдали от центра Лондона, Джеймс и Клэр добрались по воздуху. Перескакивая с крыши на крышу, с хрупкой ношей на руках, демон убеждал госпожу, что этот способ перемещения самый быстрый. Леди не стала спорить, хотя и не любила подобные «аттракционы». Клэр шла уверенной, твердой походкой, не обращая внимания на трупы охранников, попадавшиеся по пути к главному залу. Джеймс действовал безупречно тихо, настолько, что до слуха леди не донеслось ни одного предсмертного хрипа. Леди пересекла длинный, тёмный коридор и остановилась у огромной двери. Она была выполнена из красного дерева, украшенного резьбой в виде  рун, которые использовал Орден "Тигровая Лилия" в своих ритуалах. Клэр Найтлерис решительно толкнула ее, и перед её взором открылся просторный зал, оформленный в черных тонах. На стенах горели факелы, а посреди комнаты стоял мраморный прямоугольный алтарь. Леди Найтлерис замерла на пороге, в глазах потемнело, дыхание сбилось. Эту комнату: она уже видела ее прежде, как и фигуры людей в бардовых балахонах. Видела в своих кошмарах, и там среди её мучителей был Джеймс. Клэр шагнула в зал, ощущая на себе взгляды всех находящихся в нем людей.
– Это Найтлерис? Что она здесь делает? – подал голос один из мужчин.
– Где охрана? – в голосе второго прозвучало заметное беспокойство.
– Ваша охрана здесь, господа… – с презрительной улыбкой произнесла юная леди и, отступив в сторону от двери, позволил людям увидеть трупы, лежавшие в коридоре.
Клэр с отвращением наблюдала, как садисты, испугавшись, отпрянули назад. Один из них в панике даже схватил ритуальный кинжал, лежавший на алтаре.
– Не советую оказывать сопротивление, господа, – ледяным тоном произнесла Клэр, сорвав с правого глаза черную повязку – Церемониться с вами я не намерена. Я здесь лишь для того, чтобы вынести вам приговор, а исполнит его тот, кого вы так стремились призвать во время своих ритуалов. Джеймс, я приказываю тебе – покажись! – синяя пентаграмма, заключенная в тройной пятиугольник, ярко засияла.
Стоило произнести эти слова, как возле девушки возник нечеткий мужской силуэт, словно сотканный из самой тьмы. Вокруг демона роился вихрь черных перьев, а горящие адским пламенем глаза с кошачьим зрачком, устремили хищный взгляд на замерших в немом ужасе людей. Зрелище было настолько пугающее, что даже Клэр стало немного не по себе, ведь она привыкла видеть своего мужа в человеческом облике.
– Джеймс, убей их, но так, чтобы они успели ощутить всю боль, которую причинили мне.
– Как пожелаешь… — обнажив белые острые клыки, прошипел демон и в тот же миг тела членов Ордена Тигровая Лилия взмыли под потолок, повиснув на сотнях тонких переплетенных между собой цепей, словно в гигантской паутине.
Клэр даже не сразу понял, что произошло, когда сверху донеслись истошные вопли, а на пол закапала алая кровь. Цепи не связали своих жертв, а насквозь пронзили запястья и щиколотки, причиняя невыносимую боль. А затем началось поистине адское представление. Кровь разрываемых на части людей уже залила весь мраморный пол, не запятнав лишь стоящую посреди зала девушку. Демона уже не было рядом, он метался под потолком, превращая тела своих жертв в бесформенные куски кровавой плоти. Хватая каждого, демон с улыбкой издевался над жертвой, убивая её медленно и мучительно. Он был изощрён в своих пытках, и жуткий хриплый смех слился с криками и мольбами в единую дьявольскую симфонию. Столь жестоким и беспощадным волшебница не видела своего мужа еще никогда. Казалось, у Джеймса имелась личная причина ненавидеть тех, кого сейчас он заживо выворачивал наизнанку. Но в сердце леди не возникло жалости, к умирающим в адских муках преступникам, лишь острое чувство брезгливости. Наконец, крики смолкли, и изуродованные трупы членов Ордена Тигровая Лилия попадали на пол. Клэр старалась не смотреть в их сторону, так как от сладковатого запаха крови её уже начинало мутить. До самого выхода из жуткого зала пол блестел от пролитой крови. Проваливаясь во тьму, Клэр даже не сразу поняла, что теряет сознание, но сильные руки демона бережно подхватили её, не позволив упасть на окровавленный пол. Покинув здание, демон взмыл в ясное ночное небо на миг, заслонив черными крыльями бледнеющий лик луны.

Джеймс усадил Клэр на каменную скамейку в саду возле поместья Найтлерис. Контракт был выполнен. Теперь Джеймс должен забрать её душу. В темно-карих глазах Леди Найтлерис плескался страх, хотя она и пыталась его скрыть. Джеймс прикоснулся к щеке девушки. Проведя кончиками пальцев по нежной коже, демон осторожно снял черную повязку с лица своей хозяйки. Пентаграмма на глазу переливалась синим светом. Клэр закрыла глаза. Ведь, умирать не больно, правда? Люди боятся вовсе не смерти. Они страшатся лишь неуверенности в будущем и неизвестности. Но юная леди знала, что её ждет… её ждет вечность во тьме. Джеймс склонился над девушкой и прижался своими губами к мягким губам Клэр. Её губы нежны, как лепестки белоснежных роз. Клэр запустила свои изящные пальчики в иссиня-черные волосы и, разорвав поцелуй, едва слышно вдохнула запретные слова, которые сломали все убеждения Джеймса, перечеркнули все правила, добавили решимость и проникли в самую глубь сознания, заставляя сердце демона неистово колотиться в груди. Всего несколько слов, а мир опять перевернулся с ног на голову. Откинувшись на спинку каменной скамьи и закрыв глаза, девушка ожидала своего конца. Джеймс смотрит на неё и понимает, что не сможет убить её. И плевать, что он нарушит условия контракта. Хотя..... почему же собственно нарушит? Месть Клэр совершена, а Джеймс получил от неё гораздо больше чем просто душу.
– Контракт выполнен, Клэр... – едва слышно прошептал Джеймс, чувствуя жар исчезающей печати с правого глаза девушки.
Облегченно вздохнув, демон подхватил девушку на руки.
– Джеймс, сделай меня полудемоном... – еле слышно прошептала Клэр.
Обнимая демона за шею, и уткнувшись носом в лацкан фрака дворецкого, девушка заснула, уставшая после насыщенного дня.

Ходит по душе тоска,
Тело слушаться не хочет,
И ведут куда-то духи,
Жизнь забрать хотят они.
Но сильна душа моя,
Месть одна лишь её манит,
Умирать мне ещё рано
Заключить мне что ли сделку?
Душу демону отдам
Отомщу за смерть родни
Отомщу за жизнь свою
Будь со мной мой милый друг
Будь моею пешкой
Человек ты или нет
Это мне не важно.
Забирай мою ты душу
Мне её не жалко
Выполняй мои приказы
Будь жестоким и прекрасным
Пусть они узнают горе
Как однажды поняла я...
Будь моею черной тенью
Силой, ловкостью, умом.
Не предай меня мой демон
Верным будь до моего конца...

Заманить жертву сладкими речами, а затем низвергнуть ее в пучину тьмы. Разве это не стиль демона?

Глава 35: истина где-то рядом
http://i69.fastpic.ru/thumb/2015/0911/1d/2dbf9135944fbce1c8498505f3c41c1d.jpeg

Лондон, 9 октября, 17:05, 1997 год

Иммортум – особые жнецы, которые не подчиняются правилам и не следуют законами. В отличие от обычных жнецов, у иммортума радужка глаза двухцветная, на внешнем круге светло-каряя, а у зрачка – шоколадная (от сильных эмоции или в приступе ярости становятся вишневыми с красной каймой у края). У особых жнецов скверный характер – эгоистичный, циничный, агрессивный, мстительный и злопамятный. Иммортум, как известно, не остановиться, пока не убьет своего заклятого врага.

Сандра пропала в районе Инверктон – Лейн. Я слышала, что Скотланд-Ярд день и ночь расследует случаи похищения девочек. Их тела не были найдены. Когда преступник приближался к жертве, он вручал ей кольцо с фрагментом бриллианта Хоуп, хозяина которого будут преследовать неудачи согласно преданиям. Но это лишь только слухи. Находясь в том районе, где пропала девушка, я и моя сестра отправились на её поиски. С нами был Клуто – дьявольский девяти хвоистый лис. Он что-то учуял, приведя нас к особняку. Нашему взору отрылся великолепный пейзаж – на фоне темного, ночного неба возвышалось огромное поместье. Его внешний вид был весьма странным – он больше походил на кукольный домик. На территории поместья мы встретили Ванессу Стаффорд.
– Ну, что? Чувствуете себя так же приятно, как и в своём особняке? – съязвила жница.
– Ванесса, защити нас, – приказала экономка.
– Что? – в шоке сказала красноволосая жница.
– Мы выслушаем любую твою просьбу, – холодно ответила я.
– За каким чертом я должна вам помогать? – проговорила Ванесса.
– Я могу, позволить тебе целый день делать с Мозенратом всё что захочешь, – ухмыльнулась я.
– Что? Всё что захочешь, говоришь?! – засияла Стаффорд. – Даже поцеловать можно?!
– Все, что твоей душе угодно, – с ехидной улыбкой Клэр пыталась скрыть гнев.
Войдя внутрь, первым делом, мы увидели голубоглазую блондинку в синем платье, стоящую на постаменте. Клэр подошла к ней. Неожиданно, «статуя» ожила и схватила экономку за горло. Клэр попыталась вырваться, но неуспешно. Внезапно, пуля пролетела сквозь голову девушки, из ранения посыпались опилки, и девушка упала, опустив при этом экономку. Она обернулась и увидела меня с револьвером в руках.
– Фурия…
– Что такое, сестра? – я улыбнулась. – Я не могла позволить, чтобы она тебя задушила.
– Ты оставь ее, как есть, оставь как есть, оставь как есть. Ты оставь ее, как есть, моя милая леди, – в гостиную вошел двадцатилетний парень, облаченный в необычный костюм.
Внешность его была, мягко сказать, странная – персиково-розовые волосы, желто-рыжие глаза с черными зрачками в виде крестиков, на голове черная шляпа в виде розы, викторианская одежда в черных, белых, фиолетовых, красных и бежево-золотых тонах.
– Неудачная вышла кукла. Я подумал об этом. Я должен сделать более хорошую куклу, – и Сайевус Форрест снова запел. – Материалом будет сталь, будет сталь, будет сталь, материалом будет сталь, моя милая леди.
Вокруг парня собралось много девушек-кукол. Ванесса попыталась напасть на них, но они были сделаны из стали. Мы с Клэр прорвались через толпу кукол и побежали дальше, а красноволосая жница продолжила битву с куклами. Мы пробежали через несметное количество коридоров, и попали в большую комнату, на полу которой изображен рунический круг ненавистного ордена, который испортил нам жизнь. 
– С того самого дня… с моего дня рождения… моя жизнь изменилась. Дни рождения никогда больше не будут радовать меня… – прошептала я, вспомнив события того дня.
– И правда, ничего хорошего на твой день рождения так и не произошло, – Мозенрат сидел на окне этой комнаты. Его силуэт закрывала занавеска, которую развивал ветер. – Потеряла особняк, потеряла родителей. А на этот раз потеряла саму себя.
– Мозенрат! – хором вскрикнули мы с Клэр. 
– Забери их обратно, Мозенрат, – взбешенно сказала я.
– Что забрать? – спокойно переспросил мужчина.
– Слова, которые ты сейчас сказал, – произнесла я.
– Фурия, но ведь ты сама сказали, что тебе надо решить один маленький вопрос… Вопрос, который вернул тебя в трагическое прошлое и погрузил в радость позора. Не ты ведь говорила «Это тело, это кольцо – погибнут вместе и вместе возродятся»? А сейчас, ты не боишься сломать, ни то, ни другое…
– Именно! Не повторяй моих слов, – хладнокровно ответила я.
И тут распахнулись двери, оттуда вышли куклы, сопровождаемые противной музыкой.
– Понятно… ними управляет – музыка, – сделал вывод Мозенрат. – Тогда: «Сталь с тобою мы погнём, мы погнём…» — и демон с помощью этой песни запросто победил этих куколок, допевая припев, – «…Моя милая леди» – став на одно колено передо мной.
– Кого это ты «леди» назвал?! – возмутилась я.
В комнате повисла звенящая тишина…
– Стало непривычно тихо… – проговорил Мозенрат. – Но, я ведь прав?
– Не смей напоминать о том, что случилось два года назад! – выкрикнула Клэр. 
– Леди Найтлерис решила прихлопнуть демона лорда. Что, вспомнила про день рождения любимой сестрички? – в дверях стояла никто иная, как Руди Дарквелл.
У неё были темно-каштановые волосы до локтей, светло бледная кожа и аккуратные черты лица. На левой руке, указательном пальце у неё было серебристое кольцо с ромбовидным камнем, который светился черным светом. Я заметила, что у неё радужка глаза на самом деле двухцветная, на внешнем круге светло-каряя, а у зрачка – шоколадная. Клэр и Руди были похожи друг на друга, как две капли воды, за исключением цвета волос и глаз. Экономка перевела свой взгляд на иммортума – в глазах дьяволицы вспыхнуло фиолетовые пламя, а зрачки сузились.
– Как ты посмела явиться сюда? – экономка злобно посмотрела на наглую девушку.
– Ну, не могла же я не поздравить сестричку. – Руди ухмыльнулась. – Фурия, ты ведь помнишь… в тот день, был сильный пожар в поместье и твои родители погибли…
– Заткнись! Ты можешь все что угодно говорить про меня, унижать, обвинять в чем угодно! Но не смей оскорблять мою сестру и моих родителей! – яростно прокричала Клэр.
Девушка начала нападать на Руди. Однако жница с легкостью уворачивалась от атак. Экономка свирепела с каждой секундой, вводя меня в полное замешательство.
– Как две капли воды, только Клэр… Я никогда не видела её настолько злой. А Руди, она так изменилась – невозмутимая и холодная… истинная жница, – я опустила глаза.
Глаза Руди стали вишневыми с красной каймой у края, а в руках появилась черная коса смерти. В руках экономки материализовался черный меч с рунами на лезвии, покрытый темно-фиолетовым огнем. Жница проткнула дьяволицу косой, но из раны не потекла кровь. Клэр пронзила Руди клинком и откинула к стене. Экономка замахнулась мечом над лежащей на полу жницей. Безумная улыбка не сползала с лица, глаза были полны ненависти и злости.
– Клэр, остановись! – послышался голос Джеймса. 
– Не опускайся до её уровня, ты хочешь быть такой же, как она?! – крикнула я.
– Не сравнивайте меня с ней! – окутанная ненавистью и презрением, девушка перестала видеть черту между добром и злом, она уже не различала, где свои, а где чужие. Именно поэтому напала на Джеймса. Парень не растерялся. Демон отнял у экономки меч, откинул его в сторону и крепко прижал обезумевшую девушку к себе. С моих рук сорвались серебристые энергетические нити и устремились к экономке. Они проникли в тело дьяволицы, лишая её способности двигаться. Мне потребовалась всего десять секунд, чтобы удались всю душевную боль из моей сестры. Когда я завершила свое дело, экономка потеряла сознание. Я приказала дворецкому забрать экономку домой, добавив, что мы сами справимся с этим заданием. Как только двое демонов исчезали в синем портале, Мозенрат подхватил меня на руки и выпрыгнул в окно. На улице мы встретились Клуто и Ванессой, которые стоили возле ворот башни.
– Эти ворота сможет открыть только Дьявольский Лис, – я подтолкнула Клуто к воротам, ошейник на нем засветился, лис завыл от боли и пытался сорвать ошейник с острыми шипами, но превратился в девятихвостого лиса и открыл ворота. – За ним…
Я вошла внутрь, за ней вошли и все остальные. Вскоре мы дошли до назначенного места. Я осмотрела мастерскую и увидела сидящую на стуле Сандру. У неё на безымянном пальце правой руки, было золотое кольцо с бриллиантом Хоуп. Вдруг девушка зашевелилась сама, в руки её попала алебарда, с которой она не произвольно напала на меня. Но демон успел предотвратить подобное, он, обняв меня, сзади отпрыгнул со мной в сторону, тем самым избегая нанесения ударов от лекаря. Вскоре Ванесса обрезала ниточки, которые связывали Сандру с кукловодом. Приглядевшись к балкам, которые были наверху, демон заметил Сайевуса Форреста. Парень связал всех нас нитями марионетки.
– Я долго думал, какой материал использовать для новой марионетки… – привычным заунылым голосом сказал кукловод.
– А вы сами из чего сделали? – Мозенрат ухмыльнулся.
– Из чего я сделан? Я тоже думал над этим… – задумался Сайевус Форрест.
Мозенрат, воспользовавшись моментом, ногой подкинул упавшую алебарду к кукольнику, ударив его. Кукловод ослабил нити, тем самым освободив всех. Демон, схватив упавшее оружие, подпрыгнул к ошарашенному кукловоду и быстро с ним расправился. Кукловод упал вниз и, еле оклемавшись, встал и поплелся к выходу.
– Я должен доложить господину… – но, тем не менее, парень рухнул прямо у двери. Двери, возле которых лежал кукловод, резко открылись.
В комнате был лишь стул, какой-то человек и Клуто.
– Примите мои извинения, из-за моего никудышного дворецкого я не смог встретить вас по-человечески.
– Ты и есть преступник. Почему ты делал девочек куклами?
– Люди и мир, как цветы – красота со временем увядает. Превращение девочек в кукол работа благородная. Она позволяет миру оставаться прекрасным в течение долгого времени. 
– Вкус у вас дурной! Что хорошего в сопливых де... – Ванесса резко замолчала.
– Почему вы охотились за мной? – я задала главный вопрос. – Это ведь была ваша цель?
– Невежеству должен быть предел, – проговорил незнакомец. – Вместо мозга, у моего дворецкого была пшеница. Поэтому, он не понимал, зачем ты мне нужна. Фурия Фантомфайт, та, чье рождение стало днем смерти. Твое тело уже покрыто грязью.
– Откуда ты узнал об этом?
– Я не могу позволить жить в этом мире такому существу, как ты – бесполезному, несчастному, покрытому грязью. Поэтому я решил помочь тебе умереть. Уничтожить грязь! Уничтожить бесполезность! Уничтожить! – запричитал незнакомец.
Я подбежала к креслу, но там оказалась тряпичная кукла. С её колен поднялась маленькая марионетка, которая говорила со мной. Маленькая кукла резко вскочила и побежала прочь. Тот, кто управляет куклой, находится в другом месте. Сейчас все это место обрамлено невидимыми нитями. Признаться, это не особо приятно.

Поместье Фантомфайт, 17:45
Итог выполненной миссии: Сандра спасена, преступника мы покарали, золотое кольцо с бриллиантом Хоуп я решила хранить в особой шкатулке вместе с кристаллом Элис Каберле. Сидя в кресле изумрудной гостиной, поджав ноги под себя и согреваясь кружечкой чая "Lady Grey", я никак не могу перестать думать о нем. Вот как сейчас… за столь короткое время, я успела его изучить. Я знаю, что сейчас он тихо откроет дверь, войдя в помещение. Незаметно подкрадётся ко мне сзади. Укроет меня тёплым пледом, нежно шепча мне на ухо, что пора отправляться ко сну. А я без слов с ним соглашусь и не дожидаясь пока я встану, он подхватит меня на руки, крепко прижимая к себе. А я подамся своей слабости и спрячу своё лицо у него в груди. Он подумает, что я сплю… но даже в это время, я продолжу думать о нем… ведь я люблю его.
– Фурия? – нежный бархатный голос возле моего уха.
Повернув голову, я почувствовала, что демон укрывает меня пледом. Я смотрю в его темно-синие глаза и утопаю в них. На лице мужа нежна улыбка… ни единого изъяна.
– Пора спать.
– М…– кивнув головой, я поставила пустую кружку на стол, а позже крепкие руки подняли меня над полом.
Положив руки ему на плечи, я уткнулась лицом в его грудь. Мозенрат покинул гостиную и направился в сторону нашей спальни. По бокам вдоль стен коридора стояли статуи змеи в глазах, которых наколдованные снежинки переливались разными цветами от бледно-синего, до темно-фиолетового. Вскоре Мозенрат уложил меня на кровать и щелкнул пальцами, переодев нас в ночную одежду. Вдруг я почувствовала, как длинные тонкие пальцы демона щекочут меня, а гладкий мягкий шёлк ночной футболки лишь усиливал это ощущение. По всему моему телу пробежала лёгкая дрожь.
– Ай! Пусти, щекотно же! – я не выдержала и засмеялась, пытаясь отбивать руки мужа. – Да как ты смеешь?! Немедленно прекрати меня щекотать!!!
– Ну, уж нет… – хищно усмехаясь, возразил демон. – Я еще только начал!
Я извивалась, как могла, стараясь прогнать щекотку прочь. Мозенрат настойчиво продолжал меня щекотать, улыбаясь моему звонкому смеху. Уже свалившись набок, я хихикала, будто самая обыкновенная девочка. На миг я почувствовала, что меня отпустили, и оттолкнула демона, который, не удержав равновесия, упал на спину.
– Теперь твоя очередь смеяться! – я усмехнулась, глядя демону в глаза.
Я принялась щекотать мужа. Смех Мозенрата разносился по комнате, прерываемый возгласами типа: «Дорогая, пожалуйста, перестань». Лорд Фантомфайт безуспешно пытался поймать мои руки. Демон прекратил извиваться и смеяться только после того, как я упёрлась ладошками ему в плечи, прижимая его к кровати и довольно улыбаясь.
– Попался! – довольно объявила я.
– Я-то? – демон усмехнулся. – Нет, – один рывок, и муж снова оказался надо мной, – Это ты попалась. – Его движения были слишком резки: детская радость так же резко пропала с моего лица, сменившись удивлением и испугом. Но это не остановило Мозенрата, напротив оно заставило действовать быстрее и решительнее.
– Ты..., – тихо выдохнула я. Слова застряли в горле с прикосновением губ демона. Поцелуй был долгим, наполненным нежностью, Мозенрат даже позволил себе запустить пальцы в мои черные волосы. Когда же наши губы разомкнулись, обрело звук новое окончание начавшейся фразы, – ... идеален.
На губах Мозенрата появилась довольная ухмылка, он лёг рядом со мной, наблюдая за моим сияющим от счастья взглядом. Заботливо укрыв нас одеялом, демон внимательно взглянул мне в глаза.
– Мозенрат, знаешь, – негромко проговорил я, опустив взгляд. – Я думала, что уже навсегда забыла, как это – смеяться.
Лорд Фантомфайт вновь улыбнулся, тепло и совсем не насмешливо.
– В таком случае, я искренне рад, что ты ошиблась, – уже с привычной хитринкой в голосе, ответил демон и прижал меня к своей груди. – Спокойной ночи, любовь моя.

And touch me far beyond
Burn me out, my sin
And take me deeper underground
I know it´s way too late
When this dance has begun
So put on the heat
And let the fire run

Take me away, my black flame

Immaculate you are
In your tender violence
And when you touch my heart
I´ll always lower my defense
Don´t let me wait too long
Cause I don’t like to be save
We know we can´t go wrong
On our way through time and space

Take me away, my black flame

Xandria - Black Flame

Глава 36: осколки страха
http://i68.fastpic.ru/thumb/2015/0911/fa/f64c5a6e43eac39eda02da04ad7810fa.jpeg

Церковь Ордена "Тигровая Лилия", 1 ноября, 11:00
В северной части Англии расположена заброшенная церковь. В ней уже давно не проводили служб, не звонили колокола. Однако год назад там была замечена активность одной из сектантских группировок. Сначала там не было замечено ничего противозаконного, тем не менее, недавно там начали проводить странные ритуалы.
Ближе к полудню, мы принялись думать – а как достать книгу страшного суда? Ответ пришел сам собой. Одна из монашек рассказала нам о женском хоре при церкви. Вечером, красиво одетая в бардовую церемониальную одежду, украшенную оранжевыми лилиями, я шагала по коридорам святыни. Мне было явно не по себе – вся в этой церкви напоминало мне о событиях двухлетней давности. Клэр, Джеймс и Мозенрат ждали в закоулках церкви, на случай, если что-то пойдет не так. К тому времени, я уже была рядом со священником, который был облачен в белую церемониальную мантию с глубоким капюшоном, украшенную оранжевыми рунами и лилиями. Мужчина долго объяснял мне премудрости церковной жизни. Священник положил одну руку на мое плечо, а другую – на зеленую книгу, лежащую на столе.
– Это книга страшного суда? – заинтересовано пролепетала я.
– Я буду читать её тебе, пока ты не уснешь, – произнес священник.
Эти слова повергли нас с сестрой в шок. Клэр стала бледнее, чем обычно. Я уже слышала эту фразу раньше. Я вспомнила детство, как мама читала мне сказки. Да кто он такой?! Что ему надо от меня?! Я резко дернулась, скинув со своей головы руку священника. Я призвала свой кинжал и попала им точно в лоб этого странного человека. Последующая сцена вывела экономку из ступора. Разбив стеклянный витраж у крыши церкви, внутрь залетела Сорана, а на стекольной раме стояла Руди. Клэр передернуло, и она побежала ко мне. Ангел успела отнять меня у сестры и отлететь подальше.
– Отдай мне мою сестру!!! – Клэр разозлилась не на шутку, в глазах полыхало пламя.
– Сначала, попробуй меня поймать! – Сорана улетела в белый ослепительный портал.
В последний момент Мозенрат и Джеймс запрыгнули в портал, оставив двух девушек наедине. Битва набирала все новые обороты. Преимущество переходило то к Клэр, то к Руди, но никто из девушек не желал сдаваться. Особенно, экономка. Дьяволица отчаянно отбивала все атаки жницы, упорно и сильно нападала сама. Церковь превратилась в настоящее поле битвы – все вокруг было разрушено, разбито и разодрано. Но битва не утихала, а как раз наоборот. Чем дальше все это заходило, тем сильнее приемы приходилось использовать. Клэр была на пределе – девушка была ранена в живот косой Руди. Жница тоже была на последнем издыхании – контроль Сораны усиленно действовал на сознание девушки, причиняя ей непоправимый вред. Отбросив в сторону кольт, дьяволица решила использовать последний козырь в своем рукаве. В её руках появился Меч Теней, который быстро покрылся темно-фиолетовым огнем.
– Что, пули закончились, сестричка?! – нахально фыркнула Руди.
Схватка двух сестер длилась уже очень долго. Девушки уже еле стояли на ногах.
Клэр сделала последний рывок и ранила Руди в плечо. Жница упала на пол.
– Вот именно этого я ждала, Клэр, – с улыбкой на лице промолвила Руди. – Я хотела умереть от твоих рук.
Клэр застыла в шоковом состоянии, с легким испугом смотря на сестру.
– Что ты несешь?! – прикрикнула девушка, попятившись назад.
– Именно то, что ты сейчас слышала. Все то, что ты знала обо мне все эти два годы – ложь, – жница вытащила клинок сестры из своего плеча и взяла в руки. – На самом деле, я гораздо хуже, чем кажется на первый взгляд!
Руди проткнула клинком сердце дьяволицы и брезгливо откинула сестру от себя.
– Противная мелкая шавка… – на последнем издыхании прошептала экономка.
Из губ девушки потекла бардовая блестящая крови, темно-фиолетовые глаза потускнели, веки медленно закрылись.

Все вокруг было освещено белым светом, экономка сидела посреди цветущего поля, с лазурного неба падали белоснежные ангельские перья, а впереди стояла я вместе с родителями. Девушка подумала, что вот он конец её жизни, но что-то подсказывало – я тоже в беде. Клэр встала на ноги и подошла ко мне.
– Клэр! – я крепко обняла сестру и спрятала глазки.
– А вот и наша любимая доченька. – Ласково прошептала Джейн.
– Прости за все, что мы сделали тебе, – Джефри улыбнулся.
– Идем с нами в Рай! И мы всегда будем вместе! – сказала Джейн.
Клэр сразу поняла, в чем дело. Девушка крепче прижала меня к себе.
– Нет. Вы не наши родители. – Клэр опустила глаза и посмотрела на меня.
– А кто же? Мы ведь так любим вас! Клэр, прости нас за то, что мы не уделяли тебе должного внимания! Ты всегда была нашей любимой дочкой! Не дайте глупым и негативным эмоциям сбить вас. Ненависть и есть скверна, – произнес Джефри.
– Ты нас не любишь, Фурия? – печально спросила Джейн, заметив мой взгляд.
– Я люблю вас, поэтому и страдаю... мне больно. Во мне осталась одна лишь ненависть, – тихо прошептала я. – Как только я забуду о ненависти, то сразу же перестану существовать! Это уже буду не я! Я не забуду о ненависти! – яростно прокричала я.
– Вы не наши родители! – вскрикнула Клэр. – Исчезните!!!
На глазах экономки появились слезы. Нет. Она уже все давно поняла. Это был всего лишь мираж созданный ангелом, который убил наших родителей.

Все главное действо происходило в Библиотеке Жнецов, где хранились все записи жизней людей. В этом здании сейчас были я, Мозенрат, Джеймс, Мэтью, Ванесса и Натали. Все усиленно помогали демону в борьбе с Сораной. Натали достала книгу судьбы одной из монашек, которая уже была знакома со мной. Жница остановила реальную запись закладкой смерти и начала записывать всю историю её событий так, как было выгодно всем. Неожиданно, записи в книге начали появляться сами, как и должно быть.

В глазах Клэр вспыхнуло фиолетовое пламя, а зрачки сузились. Девушка была вне себя. Какие-то струны её чистой души были задеты той встречей с родителями-миражами. Клэр нападала жестоко и беспощадно не оставляя ангелу не единого шанса.
– Умри! Отправляйся в Ад! – крикнула девушка, нанося очередной удар.
– Ты всего лишь скверна! Что ты сможешь сделать?! – Сорана громко засмеялась.
– Не считай демонов низшими существами, – прошипела Клэр. – Даже мы способны на чувство, в отличие от вас, ангелов. Столько лет я ждала того дня, когда отомщу за всех! За сестру, за родителей, и за себя… – девушка прошептала на последнем издыхании.
Благодаря Натали Эстероэль, я, мой муж и дворецкий оказались в монастыре. Сорана откровенно издевалась, одним взмахом белоснежных крыльев перелетая из конца в конец огромной монастырской залы, избегая золотых и серебряных ножей демонов. Еще один взмах широких ангельских крыльев, и девушка оказалась между рядами скамеек, на которых корчились адепты культа. Очищение продолжалось. Джеймс и Мозенрат явно не спешили нападать снова, понимая тщетность своих усилий. На лице ангела застыла маска высокомерного осознания своего превосходства. Нежные губы изогнулись с презрением.
– Несчастные нечистые создания! Вы навеки связаны кровью, демоны.
– В таком случае, ты навеки связана небесами, – легкая улыбка Мозенрата.
Сорана едва успела обернуться. Ледяной блеск очков жнеца не уступал остротой лезвиям секатора, впившимся ей в горло. В один миг ангел оказалась прикована к стене.
– Ванесса Стаффорд! – точно такой же секатор, как и у начальника, оказался в руках у красноволосой жницы.
– Ура! У меня новая коса! – пара острейших лезвий прибила руку ангела к стене.
– Не забудьте почистить, прежде чем вернуть мне, – холодно добавил Мэтью.
– Вот черт! – расстроилась Ванесса.
Мозенрат подошел ближе. В его руках блеснуло столовое серебро.
– Поиграем в дартс? – нож вошел чуть ниже плеча ангела. – Я, кажется, промахнулся. Куда же я попаду на этот раз? – пять сверкающих лезвий нацелилось в ангела.
Улыбка Сораны не предвещала ничего хорошего. Она закричала, и крик этот вовсе не был похож на крик слабого, загнанного в угол создания. Нет, то был крик разгневанного божьего воина, пусть и падшего. Глаза ее зажглись невероятной чистоты светом, каменные стены здания задрожали, земля под зданием затряслась. Люди начали выбегать из церкви. Дворецкий подхватил на руки бессознательную экономку, а затем мы все покинули разрушающийся проклятое место. Все закончилось. Сорана хотела столкнуть меня в пучину тьмы. Я не могу понять, зачем ей это понадобилось. Клэр так хотелось понять, на правильном ли она пути? Верно ли то, что её настоящих родителей убила не Руди, а Сорана? Нет, лучше не знать, что написано в книге о семье Ричардсон. Я не расстроилась, просто... я должна увидеть этого человека ещё раз. Клэр Найтлерис пожирало какое-то странное чувство, не дающее спокойно жить. Эта битва ужаснула экономку, чем-то предостерегла о том, что дальше все будет гораздо страшнее.

Страх – тоже яд, причем не из тех, которые медленно действуют.

Глава 37: покинутая демоном
http://i67.fastpic.ru/thumb/2015/0911/21/2e0641379171d3ba304815aa79e43621.jpeg

POV Мозенрата
Париж, Эльфовая Башня, 7 ноября, 1997 год
Как всегда – стоит мне отлучиться на пару минут, как эта девушка попадает в неприятности. На этот раз она поднялась на Эльфовую Башню и встретила там Сорану с Руби. То, что она рассказала, повергло Леди Фантомфайт в шок. Семьи Эрнестайн никогда не было на свете! А это значит, что они никогда не были родственниками семьи Ричардсон. Блэкхарты все это время пытались избавиться от семьи Ричардсон, но они не могли этого сделать раньше из-за проклятой метки, которые не позволяла им предать юную леди. И как только Леди Ричардсон погибла, её метка исчезла с рук Блэкхартов. Была ужасная битва, в который выжили немногие. Из рода Ричардсон остались только Джаспер и Деметра, а Брендон и Иоланта погибли в смертельной схватке.
– Сорана, подними свой клинок и лиши Фурию Фантомфайт жизни, – проговорила Руби.
– Гордо вынимая свой клинок из ножен, я несу просветление вашему порочному телу. Позволь мне быть тем, кто отправит тебя в ад…  К новой, чистой жизни. Фурия Фантомфайт, – Сорана бросилась на леди с клинком в правой руке.
В эту секунду я схватил жену с места.
– Вы так гордитесь этим мечом, – холодно, но с усмешкой сказал я, – но он бесполезен, если им не поразить цель. Фурия, похоже, близится конец. Ну же, приказывай.
Фурия удивленно посмотрела на меня, но после чего, уверенно сказала:
– Убей Сорану, – произнесла Леди Фантомфайт, не двигаясь с места.
– Это все... или что-то еще? – я не обращал внимания ни на кого, кроме Фурии.
– И убей... Леди Блэкхарт.
– Как прикажешь, – я взмыл в воздух с ножами в руках. Я кинул их в Леди Блэкхарт, но ангел защитил её и сам «полетел». Я и Сорана сражались в воздухе.
– Какай ужас! – крикнула Руби. – Фурия, прошу тебя. Останови их! Фурия!
Я прыгал по Эйфелевой Башне, а ангел же разрубал все металлические переплёты. Когда на землю стали падать обломки металлической конструкции башни, Леди Фантомфайт испугалась за жизни ни в чем не повинных людей, находящихся внизу.
– Прекрати, Мозенрат! – Фурия приказала мне остановиться.
– Почему? – я встал рядом с девушкой, сжимая в руке ножи.
– Ты привлекаешь лишнее внимание. Если продолжишь, начнётся паника.
– Это же всего лишь люди. Не нужно о них так беспокоиться.
– Нет, мы отступаем!
Я повернул голову к девушке. Она меня удивилась своим неравнодушием. Сорана со смехом как появилась, так и улетела с Руби Блэкхарт на руках, распустив белые крылья. Я смотрел на Фурию искоса и с подозрением… что-то в ней изменилось.

Я возненавидел этот город. И причиной тому было не фиаско, которое мне пришлось потерпеть в битве с ангелом. И не вынужденное прекращение боя из-за приказа жены, задушив в душе свою жажду мести и гордость. Вначале мне очень не понравилось, что в самый разгар схватки с ангелом Фурия отдала приказ прекратить ее. И это только из-за визгливого требования Руби Блэкхарт. Той, кто превратила жизнь юной леди в ад. Она отобрала у девушки способность радоваться и смеяться, как все девушки. Путь черной кареты укажет дорогу в будущее, где откроются все тайны и загадки…
– Зачем ты остановила меня? – спросил я.
– Мне нечего тебе ответить. Битва сильно затянулась. Вот и всё.
– Понятно.
– Хочешь что-то сказать? – обратилась ко мне Фурия.
– Ты мечтаешь отмстить тем, кто отправил тебя в преисподнюю. Но что же тогда там произошло? – я вспомнил тот момент, когда она призвала меня. Перед ней встал выбор, и она выбрала месть. Без колебаний она отдала мне решительный приказ расправиться с врагами. – Тогда ты совсем не волновалась. Тебе известна вся правда, но неужели ты так и останешься верна тьме?
– Я некогда не была ей верна. Просто мне нужен был партнёр.
– Значит, душа становится ещё более драгоценной, – утвердительно произнес я.
– Нет никакого понятия как душа. Надоело. Да что ты вообще… – леди остановилась, почувствовав на себе пристальный, убивающий, прожигающий мой взгляд.
– Ты сегодня очень устала. Давай вернёмся в отель и отдохнём, – я посмотрел в окно кареты. – Что за ненавистный город.
Я испытывал гнев, раздражение, недовольство, разочарование и обиду. Разговор, произошедший в карете по дороге в отель, крайне огорчил меня. На прямой вопрос, почему Фурия остановила меня, последовал очень уклончивый ответ. А когда я стал настаивать, девушка вообще заявила, что не верит в существование души. До возвращения в гостиницу я не знал, как правильно расценить этот поступок. Всю дорогу я наблюдал за своей женой, пытаясь найти объяснение произошедшему. Почему юная леди, которая так долго шла к тому, чтобы отомстить за себя и своих родителей, вдруг остановилась? Почему Фурия отказался от своей цели, в то время как она была так близка? Моя жена была слаба телом, но не духом. А еще она невероятно упряма… тогда в чем же причина? Что-то заставляло Фурию отказаться от своей мести, забыть о прошлом. И теперь у этой девушки появился шанс начать все заново, с чистого листа. Я понимал, что выиграй бой с ангелом, цель леди была бы достигнута, а контракт окончательно исполнен. Но хочу ли я поглотить душу этой девушки? Если бы меня спросили об этом два года назад, то я, конечно бы, ответил «да». Но не сейчас. Передо мной появился очередной выбор. И выбирать теперь пришлось между собственным желанием утолить голод и счастливой жизнью Фурии. И я выбрал. Я ушел, впервые отказавшись от своих желаний, ради кого-то другого. Что меня заставило это сделать? Что это за новые чувства? Почему для меня, важнее всего счастье этой леди? Почему я готов пожертвовать своими интересами ради Фурии? И опять на это не было ответа.

POV Фурии
«Тебе пора спать, любовь моя. Забудь обо всём. Приятных тебе снов».
Эти слова так прочно засели в голове моей голове, что я долго не могла заснуть. И, наконец, забывшись беспокойным сном, я увидела Джаспера, который с искренним выражением лица, уговаривал меня начать всё заново, отказавшись от ненависти, которую я держу в себе. Проснувшись, я резко распахнула глаза. За окном слышалось заливистое пение птиц, в огромную комнату проникали яркие и тёплые лучи утреннего солнца. Я приняла сидячее положение. Париж, город всех влюбленных. Кому-то он дарит возможность любить и радоваться жизнь, а кому-то приносит лишь боль и разочарование. Так думала и я, когда после инцидента с ангелом Сораной, не обнаружила рядом с собой Мозенрата. Сперва я не хотела верить в то, что мой верный муж бросил меня на произвол судьбы, разорвав контракт, так как его всегда манила моя душа, обладающая своим неповторимым «вкусом». Но все улики указывали на то, что демон бросил меня. Я надела белую рубашку, удлиненный синий пиджак с черным лацканом прямоугольной формы, синие шорты, черные туфли на низком каблуке с ремешком, а на шее завязала темно-синий бантик. Спустившись к портье рано утром, я поинтересовалась не видел ли он моего мужа, на что получила утвердительный ответ «нет». Смысла сидеть в этой гостинице уже не имелось, нужно было срочно возвращаться домой, даже если и одной, без своего верного мужа. Успокаивала единственная вещь – пентаграмма хоть и потухла, не отвечая на мой зов, но из глаза все-таки не пропала, следовательно, демон просто был чем-то недоволен и решил меня таким образом наказать. Я в раздумьях шла по улице, заполненной людьми. Слова демона, сказанные прошлой ночью, вновь возникли в моем сознании. Он никогда не задумывался о моем счастье, и ещё эта фраза «Забудь обо всем», он попрощался.
– Я вернусь в Лондон сама, – я сообщила воздуху, обращая свои слова невидимому Мозенрату и одновременно принимая для себя это непростое решение.
Покинув пределы города, я превратилась в фею и полетела в серое небо.

Мои поиски шли до самого позднего вечера. Я слишком устала, чтобы лететь дальше. Пришлось приземлиться. Я приняла свой прежний облик и направилась к пристани. Я понимала, что это конец. Сейчас для меня уже никого не существовало. Все исчезли, пропали, испарились. Жизнь кончена. Без Мозенрата моя жизнь была опустошена.
– Порт так близко... – в неверии проговорила я. – Но даже если так, я не смогла бы найти его без чьих-либо указаний... а он был так близко... – Я стояла на деревянном мостике, и с грустью смотрела на колыхающееся тёмное море и виднеющийся вдали маяк. Я сняла родовое кольцо семьи Фантомфайт и бросила его в темную воду.

Льются слезы мои, лепестки черных роз,
Нас судьба так свела, мы не вместе, мы врозь.
Чувства гложут меня, то ли боль, то любовь.
Не могу без тебя и как будто я мертва.

Каким бы ни был выбор, всегда нужно помнить, ради чего ты продолжаешь сражаться.

Меч Теней
http://i71.fastpic.ru/thumb/2015/0911/cd/b23c836a9cafe642fc0a0a1a2cde4bcd.jpeg

Цвет камня кольца Фурии
http://i66.fastpic.ru/thumb/2015/0911/b8/0e9cf1ad81f3a90cbb39578b8648ddb8.jpeg

Прототип кольца Клэр
http://i71.fastpic.ru/thumb/2015/0911/c2/6a7e919e7436ca3be336be221ce378c2.jpeg

Золотое кольцо с бриллиантом Хоуп
http://i72.fastpic.ru/thumb/2015/0911/a0/24ceb35644fb405f39a702c34f631ca0.jpeg

Рунический круг Ордена "Тигровая Лилия"
http://i72.fastpic.ru/thumb/2015/0911/4b/7d887936bf8b22e6c94dcaa0c8da524b.jpeg

Сорана (истинный облик)
http://i70.fastpic.ru/thumb/2015/0911/20/506e64c1029de6becd950100d4c9c120.jpeg

Цвет глаз Сораны
http://i69.fastpic.ru/thumb/2015/0911/1b/82c7ae7db18961a09a2b425ac116e81b.jpeg

Печать Джеймса Найтлериса
http://i65.fastpic.ru/thumb/2015/0911/60/b28680fb24bd123006d686e35eea7960.jpeg

Сайевус Форрест
http://i68.fastpic.ru/thumb/2015/0911/59/e30029876df720da457d1619086b5b59.jpeg
http://i68.fastpic.ru/thumb/2015/0911/82/145ac03e089e2587d350a63a1140f882.jpeg
http://i67.fastpic.ru/thumb/2015/0911/76/4564c0e9b2311cc6cf7d316653977776.jpeg

Отредактировано Agent_207 (2015-09-11 20:25:03)

0

16

Следующие главы писались под определенные композиции:
Тридцать восьмая: Immediate Music - Dark Side Of Power
Тридцать девятая: A Gleam in the Distance
Сороковая: Ciel

Глава 38: жгучая ненависть
http://i70.fastpic.ru/thumb/2015/0911/b1/7e52c8aedce984d30db57a287cae1cb1.jpeg

POV Мозенрата
Город был захвачен безумным красным пламенем, оно поднималось высоко, охватывая все новые и новые здания. От жара лопались стекла окон, осыпая людей, бежавших по улицам, дождем острых осколков. Мертвые тела людей покрывал пепел, он забивался в глаза и нос, от копоти каменные стены домов становились черными. Стоя на крыше дома и наблюдая за горящим Лондоном, я ощущал тоску по так полюбившейся мне «темной феи», безопасность и здоровье которой для меня уже давно были на первом месте. Ради её счастья я был готов пойти наперекор своей сущности, против своей природы. Я грустил и радовался одновременно. Мне было плохо от мысли, что я возможно больше никогда не увижу свою возлюбленную. Не увижу Фурию, которая для меня теперь была не просто очередной хозяйкой, не ценной «игрушкой», как мне показалось вначале… а очень дорогим и любимым созданием. Тем, ради кого я бы пожертвовал чем угодно. Тогда, смотря на охваченные неистовым пламенем здания большого города, меня утешала только одна мысль. О том, что теперь, когда меня нет рядом, Фурия скоро откажется от мести и возможно, станет счастливой. Что однажды эта девушка снова улыбнется, что когда-нибудь окружающие услышат её радостный смех. И пока я пытался справиться с противоречащими мне сущности чувствами, на горящих улицах, наполненных стонами и криками о помощи, среди обгоревших тел, лежащих вдоль дорог города, показалась… Фурия. Она вернулась? Как такое может быть? Неужели эта девушка променяла тихий и спокойный Париж на охваченный огнем, и полный горя и крови Лондон? Снова отвергла свет и вернулась ради того, чтобы отомстить и попасть в когти того, кто должен уничтожить её душу? Я не понимал, почему она так поступила. Я не знал, что заставило мою любовь вернуться, ибо здесь её ждала лишь смерть. Но одно я знал наверняка... Чтобы не случилось, я не дам этой её погибнуть. Я найду лазейку, обману и сделаю все что угодно, только бы эта девушка жила. Даже если цель Фурии будет достигнута, я обязательно придумаю что-нибудь, чтобы оттянуть время исполнения контракта. С этими мыслями я помчался на помощь своей жене. Яркие оранжевые искры сыпались на девушку, а рядом пробегали люди. Я не мог спокойно наблюдать за тем, как моя жена вернулась в Лондон, охваченный алым пламенем пожара, видеть момент её гибели под какой-нибудь сорвавшейся пылающей балкой. Фурия шла по узенькой улочке между двух и трехэтажных домиков, которые тесно жались друг к другу. Везде в воздухе летали яркие искорки пламени, которое обжигало кожу, стало невыносимо жарко, и тяжело было дышать. Девушка еле-еле передвигала ногами, когда почувствовала, что нога наступила на что-то мягкое и безвольное. Медленно опустив взгляд, он инстинктивно отпрянула назад. То была рука человека, погибшего под завалами рухнувшего дома. Всюду бегали испуганные люди, пытавшие спасти кто имущество, кто детей, а кто и свою жизнь. Краем глаза Леди Фантомфайт отметила появившихся жнецов под руководством Мэтью Амброуза, которые собирали пленки людей, раскладывая по книгам Судеб. Фурия же упрямо шла прямо по направлению к Дворцу Грея, когда услышала негромкий треск над головой. Медленно подняв взор вверх, леди увидела, что от крыши медленно осыпаются обугленные останки, рассыпаясь в воздухе золотыми искорками. Но в следующий миг оторвался самый большой кусок, готовый погрести под собой зазевавшуюся девушку. Внезапно её кто-то толкнул назад, спасая от горящей балки.
– Осторожно! – крикнула Клэр Найтлерис, хватая сестру за шею и роняя на булыжную мостовую. Немного придя в себя, она поднялась на ноги и посмотрела на свою сестру.
– Клэр, что ты здесь делаешь? – спросила Фурия, сидя на мостовой и снизу вверх смотря на экономку.
– Мои глубочайшие извинения. Я должна была защищать лондонское поместье, но как сказать… – печально произнесла Клэр.
– Успокойся, – поднявшись, леди примирительно протянула руку. – Я не собираюсь тебя ругать. Только скажи, почему это произошло.
– Клуто, – ответила экономка.
Я легко переместился на ещё не заполыхавшую кровлю ближайшего здания, негласно сопровождая Фурию, когда почуял присутствие неподалёку другой сверхъестественной сущности. Оглядевшись, я заметил маячившую почти на самой кромке крыши фигуру в светлом костюме. Я переместился поближе, настороженно ожидая подвоха и гадая, что могло понадобиться этому странному созданию в столь неуютном месте.
– Вот и она. Эта девушка всё-таки вернулась в Лондон. Невероятно! Как тебе такой поворот событий? – оживлённо заявила Сорана, словно продолжая давно начатый разговор. –  Ну, как тебе?
Я мрачно посмотрел в ответ. В самом деле, не объяснять же этой сумасшедшей, что до пожара мне дела нет, а от леди иного и ожидать не стоило. Впрочем, не желая упускать случай проверить возникшую догадку о причине возгорания, а заодно и слегка уколоть ангела, я произнёс:
– По сравнению с великим лондонским пожаром 1666 года, огонь горит слабовато.
– Именно, - не обманула мои ожидания Сорана. – Нужно приложить большие усилия, чтобы выжечь из этого города всю скверну и порочность, – раскинув руки и безумно сверкая глазами, она заставила огненные языки за спиной взметнуться до небес. – И когда почти все будет сожжено, на этой незапятнанной земле появятся Врата Надежды, – Сорана продолжала нести свой бред, поблескивая искорками безумия в сиреневых глазах. – Священные врата в новую эру.
«Скоро вам поставят шах и мат», – я мысленно обратился к своей жене, а сердце предательски сжалось от надвигающейся беды. – «Что будешь делать, Фурия?»
Фурия в сопровождении Клэр тем временем бежали в направлении площади, ощущая всем телом жар пламени. Клуто стоял на площадке высокого памятника, изрыгая из своей пасти огненные вихри. Майкл, Джейк, Натали м Джеймс тем временем перезаряжали внизу оружие, готовясь вновь выстрелить по Кицунэ.
– Госпожа, – воскликнул Джейк, когда к ним со спины подбежали Фурия и Клэр.
– Клэр, зачем ты привела её сюда? – сдержано спросил Джеймс, когда девушки остановились перед ними и пытались какое-то время отдышаться от долгого бега.
– Потому что она сама так захотела… – спокойно ответила Клэр Найтлерис.
– Клуто! – крикнула Фурия, надеясь, что лис узнает её голос. Но тот даже ухом не повел в их сторону, продолжая сжигать все на своем пути. Еле слышно прошипев, Леди Фантомфайт до боли сжала пальцы в кулаки, впиваясь ногтями в тонкую кожу.
– Ты сражаешься со мной ради своей госпожи, – Сорана вновь повернулась ко мне спиной. – И сейчас, стоя рядом со мной, ты видишь, как она беспомощна.
– Я не буду ничего делать, пока не получу от неё приказ, – я слегка опустил голову, прикрывая длинными черными прядями боль, просквозившую в моем взгляде. – И у нынешнего меня нет хозяина, которому я подчиняюсь, – еле слышно прошептал я. 
Затем ангел выдал пафосную речь на тему веры, надежды и очищенной от грехов земли. Не слишком впечатлённый ангельской патетикой поджигателя, я перевёл взгляд вниз. Мне было интересно, вспомнит ли всё же девушка о своём муже. Испуганная, надышавшаяся гари, измученная леди всё же держалась прямо и гордо.
– Мы только хотели привести Клуто в чувства, чтобы он стал таким, как прежде, – в глазах Натали Эстероэль стояли первые слезы. – Прошу прощения.
– Но ситуация стала выходить из-под контроля и мы немного испугались… – Майкл вскинул ружье.
– У вас что, нет настоящих пуль? – в голосе Фурии послышались стальные нотки.
– Госпожа, вы что, хотите застрелить Клуто? – в голосе Джейка послышались нотки истерии.
– Посмотрите на его глаза. Он уже потерял себя, – прежняя властная Леди Фантомфайт вернулась. – Это не тот Клуто, которого вы знали, а простая тварь. У него не осталось чувства достоинства, А жизнь без цели трагична и бессмысленна. Вы должны были это понять. Это приказ: убейте Дьявольского Лиса! Своими же руками!
Последние слова леди практически выкрикнула, пытаясь перекричать оглушающий шум бушующего пламени. Эти слова заставили меня широко распахнуть глаза. Пушистые ресницы слегка затрепетали, выдавая мое волнение. Вернулась прежняя властная леди. Хладнокровная девушка, идущая к своей цели по трупам, лишь бы добиться ее. Умерла та нежная и трепетная девочка, какой она стала в Париже.
– Да, госпожа, – один ответ на пятерых, а Фурия лишь утвердительно кивнула головой.
Майкл заряд ружье и прицелился, Джейк оторвал кусок мостовой, готовый кинуть его в дьявольского лиса. Натали превратила кольцо в косу смерти, а Джеймс призвал древний демонический меч бескрайней тьмы – Лэватейн. Почувствовав присутствие иммортума, экономка тут же призвала "Меч Теней" и отправилась на поиски Руди Дарквелл. Иммортум стоял на крыше здания и смотрел на алые языки пламени. Руди с трудом понимала, как её приемная сестра могла так разозлиться. Её фиолетовые глаза, они были полны ненависти и страха одновременно. Руди беспокоила каждая мелочь, которую она могла упустить. Сейчас она хотела понять одно – ради кого Клэр Найтлерис так яростно дралась? Не из-за себя же. Руди уже давно поняла логику жизни сестры. Она живет не для себя. Она живет только ради тех, кто ей дорог. Её не интересуют убийства, она способна убить только тех, кто вредит её близким. Девушка с горечью понимала – если она не поторопится, то скоро её убьют. Руди Дарквелл медленно умирала в муках – гипноз Сораны начал сказываться не только на психическом, но и на физическом здоровье девушки. Увидев то, что и следовало увидеть от приданных слуг, Леди Фантомфайт развернулась на каблуках и побежала в сторону лошади, которую забыли возле фонтана. Фурия грациозно вскочила в седло, пуская лошадь сразу в галоп и направляясь в сторону дворца.
«Да, сейчас я могу только бежать. Раз скоро я умру, то я должна умереть, как душа, которую он жаждет. И чтобы вернуть честь, от которой я отрёклась», – подумала Фурия.
Воспользовавшись моментом, когда ангел отвлекся, я помчался на помощь жене. Леди слишком опасалась за жизнь Руди Блэкхарт, так как думала, что ангел был способен избавиться от своей хозяйки. Охрана не стала препятствовать её проходу внутрь, и Фурия быстро взбежала наверх. Интерьер дворца Лорда Грея был выполнен в бело-серой гамме. Найдя покои Руби Блэкхарт, она зашла внутрь и ужаснулась увиденному. На белоснежном покрывале лежало изуродованное молодое тело, под которым огромным пятном расплывалось кровавое пятно. Следом за ней вбежала служанка и испуганно завизжала на весь дворец, что-то крича по поводу убийцы. Фурия вновь бросилась бежать и практически выбежала из дворца, когда её в круг взяли гвардейцы. Послышался выстрел, он пришел на левый бок леди, из раны сазу же начала хлестать алая кровь. Фурия упала на пол. Внезапно колючий морозный клубок прокатился по моему позвоночнику, а в сознание ворвался беззвучный крик. В воздухе разнёсся дурманящий резкий запах крови леди, едва заметный на таком расстоянии даже для демона, но невообразимо упоительный, хранящий аромат неповторимой души.
«Не успел!», – ахнув, я прыгнул с места, пружинисто перелетая с крыши на крышу.
– Сейчас… я вам… покажу… – она убрала иллюзию с правого глаза. Её кровь из раны текла на пол, сложившись в знак печати контракта. Леди Фантомфайт попыталась встать. – Я не могу… остановиться здесь! – фиолетовая пентаграмма ярко засияла.
«Наконец-то пробудилась, дорогая», – девушке послышался мой голос издалека.
Послышались выстрелы. Резко увеличив скорость восприятия, я сгрёб смертоносные снаряды в ладонь прямо из воздуха и с невозмутимым выражением лица покосился на ошеломлённую Фурию. Леди Фантомфайт явно уже попрощалась с жизнью и не надеялась на спасение. А я, слегка улыбнувшись девушке, повернулся к гвардейцам и с силой послал пули обратно. Ни одна не прошла мимо цели.
– Дорогая, прошу прощения за то, что ненадолго оставил свой пост.
– Чем ты занимался? – с подозрением в голосе, спросила меня Фурия.
– Ах, это, – слегка улыбнувшись, ответил я. – Готовил последний ужин. Сладкий, ароматный, немного горький. Благодаря тебе я получил отличную душу и, похоже, смогу насладиться хорошим ужином, – моя ухмылка стала шире.
Пусть девушка думает, что всё шло по тщательно спланированному сценарию.
– Это приказ: возьми меня к ангелу.
– Сию минуту, – я взял девушку на руки и направился к выходу.

Я усадил девушку в лодку и поплыл по Темзе, сказав, что будет немного укачивать. Мы плыли по речке, окружающей Лондон. Девушка смотрела на догорающие дома, на ещё некоторых живых кричащих людей. Они метались от горящих домов к другим пылающим зданиям. Вдруг она увидела белое перо ангела на воде. Я знал, что полученная пулевая рана станет роковой для девушки. Я чувствовал, как хрупкое тело покидали последние силы, когда мы приближались к недостроенному мосту. Видел всю боль, сдерживаемую Фурией, видел ее плескавшейся на дне её прекрасных глаз. Крепко стиснутые зубы, пальцы, впившиеся в ткань пиджака.
– Куда мы плывём? – спросила Леди Фантомфайт.
– В Англии есть места, построенные демонами. Одно из них носит название Дьявольский Мост, – мы проплыли под мостом. – В противовес ангелы позволили Семье Блэкхарт построить этот Тауэрский Мост, также называемый Священным.
В мосту были выколоты каменные лица. Они будто шевелились и манили к себе, чтобы затащить в свою ловушку.
– Жертвоприношение? – удивилась Фурия. – Это и есть «Священный Мост»?
– Верующие, вступившие на эту территорию намного хуже демонов.
Я сошёл на мост.
– Дорогая, пожалуйста, подожди здесь.
– Я пойду с тобой! – решительно заявила Фурия.
– Позволь объяснить… сейчас ты будешь только мешать.
– Вот как. Но ведь с пламенем даже ты не сможешь справиться.
– Понял. Пожалуйста, идем со мной.
Вместе с Фурией, я поднялся по лестнице. С моста был виден весь пылающий город.
– Горит… Мечта Леди Блэкхарт, мир людей. Всё поглощено великим и блаженным пламенем. Пламя, клубы дыма, море крови – никогда прежде их не было в таком количестве. Согласен ли ты со мной, демон? – Сорана надменно усмехнулась.
– Почему ты убила Леди Блэкхарт? – с жаром выпалила Фурия.
– Глаза её были слепы.
– Слепы? – удивлённо переспросила леди.
– Глаза той, которая ясно должна была смотреть в будущее, остались заперты в прошлом, где и сгнили. И мне не оставалось ничего, кроме как очистить её.
Я посадил леди на кучу потрёпанных, от времени и сильных ветрах коробок.
– Пусть здесь и неудобно, но что есть, то есть, – произнес я.
– Знаю, – ответила Фурия.
– Я жду твоего приказа.
– Убей её. Убей ангела! – фиолетовая пентаграмма ярко засияла в её правом глазе.
– Да, любовь моя, – ответил я, приклонив одно колено и прижав к груди правую руку.
– Когда закончится строительство этого моста, он станет восточным барьером, защищающим Лондон от скверны. А если сюда проникнет демон… Обещаю, ему не поздоровится. Избавься же от скверны, избавься же от сердца, от своей жизни. Стань же чист! – Сорана достала свой клинок из ножен и прыгнула на другую сторону моста. Она пересеклась в воздухе со мной, одарив её уничтожающим взглядом. Разразилась битва. Сорана и я снова взметнулись в воздух и, совершив замысловатый прыжок, столкнулись. Клинок ангела чуть не коснулся меня, но я защитился… ножами. Я приземлился по другую сторону моста и меня начали обвивать умершие души.
– Мозенрат! – чуть не со слезами на глазах, закричала Фурия.
На мосту ещё больше теней обволакивали меня.
– Этот туман… – презрительно фыркнул я.
– Ах, какое блаженство… – умилительно произнёсла Сорана. – Какое блаженство…  Даже ощущение теплейшего меха, касающегося тела, не столь приятно.
– Ангел, скованный скверной? – ухмыльнулся я. – Падший…
– Для меня счастье осквернённых глубже самой глубокой реки. Но… – в меня полетели белые перья, от которых я успел увернуться. – Их отчаяние придаст мне сил.
Все чёрные души Лондона сползлись к этому мосту, образовав над ним лилию. Фурию окружили чёрные тени, желающие заманить и её в свою ловушку.
Ангел распустил крылья, сладко приговаривая:
– О… я чувствую прилив сил. Что же делать? Ведь я ни за что… не сдамся тебе, демон.
– Меня не интересуют женщины, которые любят собак, – фыркнул я.
– Прекрасно. Я принесу страдания в самую глубь твоей души, – ответил ангел.
– У тебя отвратительный вкус, – с отвращением в голосе, проговорил я.
Сорана подняла свой клинок к небу, и он засиял ярким голубоватым светом.
– Время последней кары практически настало, демон. Твоя грудь станет ножнами для моего клинка! – ангел с бешеной скоростью ринулся на демона, желая поразить мишень.
«Я не дам ему умереть! НИ ЗА ЧТО!» – в голове Фурии билась одна единственная мысль.
Клинок ангела, на мгновение, замерев в воздухе, взорвался золотыми брызгами, не причинив демону никакого вреда. Ангел недоумений смотрел на то, как золотистая пыль, оставшаяся от его клинка, медленно оседает на плиту. Фурия встала на ноги и медленно направилась в мою сторону, держась одной рукой за раненный бок. Вокруг леди начали появляться серебристые потоки энергии. Она собиралась использовать последний прием – Ярость Души. Вспышка была настолько яркой, что леди пришлось зажмуриться. Серебристая волна магии уничтожила черные души вместе с символом черной лилии. Сорана пару раз свистнула, пытаясь призвать дьявольского лиса. Но после того как он не появился, ангел понял, что дьявольского лиса застрелили. Сорана начала стрелять белыми перьями по мосту. Я еле успел схватить Фурию, чтобы она не пострадала. Безжалостные снаряды продолжали отчаянно бить по мосту.
– Мозенрат… – Фурия увидела белые перья, застрявшие в моей спине.
– Фурия. У меня к тебе одна просьба, – я склонился ниже над своей женой, к самому её уху. – Пожалуйста, закрой глаза.
– Мозенрат...
– Я твой муж. И не могу позволить тебе увидеть обличье, которое может плохо сказаться на моей репутации. Пока я не скажу «можно», держи глаза закрытыми.
– Поняла, – лицо леди посерьёзнело.
Как только она закрыла глаза, я поднялся и повернулся к ангелу.
– В этот раз тебе посчастливится увидеть мой истинный облик, – с усмешкой произнёс я.
Мрак стал сгущаться вокруг моего тела. Черные перья посыпались с неба, скрывая меня с глаз и лишь хорошо приглядевшись можно было заметить трансформацию моего человеческого тела в истинное демоническое обличие.
– Неприличный… уродливый… коварный… истинный облик…
В ушах стали отдаваться стук острых каблуков и эхо голоса.
http://i68.fastpic.ru/thumb/2015/0911/e1/12960e8eb4963a591778b6f1efe7f8e1.jpeg
http://i67.fastpic.ru/thumb/2015/0911/8c/7c967b44371c78e457bbf86b75696f8c.jpeg
– Д… Демон! – Сорану начало лихорадить.
Я улыбнулся. Мои зубы заострились. Фурия села. До неё доносились взрывы. Послышался безумный крик ангела. Вокруг начинают падать камни. Недостроенный мост рушится. Леди Фантомфайт отбросило в сторону, через край какой-то доски. Леди успела схватиться за него, зажмурившись от боли в раненном и всё ещё кровоточащем боку, помня о том, что она не должна открывать глаза.
Сквозь грохот рушащегося моста, прозвучал мой голос:
– Фурия! Продержись ли ты, пока я отсчитаю от десяти до одного?
– Да! – судорожно сжав пальцы руки, которой держалась за мост, прокричала Фурия.
– Тогда начнём. Десять! – звук вспарываемой плоти. – Девять! – чёрные ногти на руках удлинились и стали похожи на когти.
http://i65.fastpic.ru/thumb/2015/0911/b7/a22dc1c96a0d8f5f2ff7208bf853ccb7.jpeg
В воздух вырывались клубы дыма, хлестала алая кровь, и вперемешку летали белые и чёрные перья.
– Нечистый… – выдыхает ангел.
– Восемь.
– Осквернённый! Бесполезный!
– Семь!
http://i71.fastpic.ru/thumb/2015/0911/12/4e86b49b1347a35b9f643deaa5a5f912.jpeg
– Бесполезный, несчастный! – голос ангела становится всё тоньше, почти срывается на крик.
– Шесть!
Почему-то сквозь подступающую пелену беспамятства Фурии чудится мелодия песенки о мальчике Томе, позже переложенная на "Падает мост лондонский".
– Бесполезный, бесполезный… – вырываю ангелу крыло.
http://i69.fastpic.ru/thumb/2015/0911/9b/ed124e15aff9ecae4cb65fb37845439b.jpeg
http://i69.fastpic.ru/thumb/2015/0911/0d/bac6926f19f7e7a30aa92c6e3f3ef90d.jpeg
– Пять! Четыре! – какой-то утробный звук. Кажется, кто-то захлёбывается кровью. – Три…
– Бескрылый, бескрылый, БЕСКРЫЛЫЙ! – повторяет Сорана.
Всё ещё слышались истеричные вопли ангела и повсюду летели окровавленные перья.
– Два! – крики ангела переходят в какое-то трудно переводимое бормотание, и, в конце концов, срываются в оглушающий крик. Последний крик.
– Один.
Беспощадная схватка между двумя могущественными бессмертными существами длилась недолго, в результате которой ангел лишился своих крыльев, а я исполнил свой контракт. Появилась яркая вспышка, которая прокатилась по всему Лондону. Игра, начатая Леди Фантомфайт, была окончена. Но не её история…  её пальцы изо всех сил сжимали шероховатую поверхность наклонившейся плиты, удерживая от смертоносного падения в реку. Несмотря на боль в боку и быстро расползающееся на белой рубашке красное пятно, она продолжала держаться.
– Всё кончено, Фурия, – произнес я, остановившись у края доски, за которую продолжала держаться девушка, не смотря на то, что она устала.
Фурия открыла глаза. Под ногами леди, единственной опорой для которых сейчас был только воздух, распростёрся охваченный огнем город. Девушка подняла взгляд меня. Я улыбнулся. Как и обещал, я расправился с убийцей. Единственное, ради чего Фурия вернулась в мир живых – это месть. И теперь, когда последняя вражеская фигура пала, для неё все было закончено. Вместе с осознанием этого, леди впервые почувствовала, как тот груз, что давил на неё долгие два года, наконец-то исчез. И сейчас она могла поставить точку в своей же истории. На лице Фурии появилась печальная улыбка. В этой улыбке не было ни капли радости, а только горечь и усталость. Будто эта девушка только что избавилось от своего самого тяжелого груза. Мои темно-синие глаза расширились от удивления, когда пальчики девушки разжались, отдавая её во власть смертоносного падения. Вряд ли за всю историю мира на лице какого-либо из демонов появлялось такое выражение, какое возникло в тот момент на моем лице. Я был в ужасе. Я не успел… и то чего я за последние годы стал бояться больше всего на свете – случилось. Жизнь Фурии оборвалась, и теперь по условиям контракта я должен был поглотить ее душу. И от этого я был на гране отчаянья. Я не хотел забирать ее у этой леди. У той, кого я впервые полюбил. Холодный поток воздуха обдал хрупкое тело девушки. Снова раздался хлопок. За ним – струящийся, переливающийся звон, сопровождавший вытянувшиеся воспоминания на плёнке Фурии Фантомфайт, которые засияли серебристым светом, на фоне бескрайнего ночного неба. Леди чуть сощурилась от света, который излучали её воспоминания. На её лице снова промелькнула улыбка, и девушка закрыла глаза. Последним, что она услышала, стал громкий плеск упавшего в воду тела. Я прыгнул вслед за девушкой. Тело Фурии стремительно шло ко дну.
«Ты ведь солгала мне? Ты обещала жить, пока я не закончу отсчёт».
«Я… солгала».
«Тебе ещё рано умирать», – я подхватил девушку в воде и выплыл наверх.
«Да… а ты никогда не лжёшь. Я хочу тебя спросить кое о чём».
«О чём же?».
«Кто ты сейчас?».
«Что за глупый вопрос. Для тебя, дорогая, я всегда всего лишь лорд».
Мы вынырнули на поверхность. Тауэрский мост светился.
– Его завершил ангел. Этот мост и в самом деле священный.
Между бетонными перекладинами воцарялась крылья ангела. Мы с леди плыли на той самой лодочке, под мостом, которой озарил яркий дневной свет.

Где силы взять, чтоб притворяться,
Сверкать улыбкой и молчать,
В безмолвном гневе задыхаться,
Сковать себя и не кричать?

Глава 39: на пороге отчаяния
http://i67.fastpic.ru/thumb/2015/0911/15/2c54d1be28627f117105fdd17588ea15.jpeg

POV Фурии
Когда я открыла глаза, то обнаружила себя в лодке, которой управлял мой демон. Мозенрат, как идеальный муж, успел сменить на мне одежду. Я была одета во все черное: кофта, хлопковая мини-юбка и туфли на низком каблуке с ремешком. Лодка медленно скользит по гладкой поверхности, волнуя её, заставляя расступаться. Воздух, холодный и обволакивающий, укутывает, точно саваном. Небо, почти сливаясь с водой, делает границу горизонта неразличимой. Они словно скользят в бескрайнем сером пространстве. И, кажется, так будет вечно. Глупый, но сладкий, самообман.
– Дорогая. Уже проснулась?
– Где я?
– Хочешь узнать?
– Не хотела бы – не спрашивала бы. Нет. Лучше не знать. Так будет лучше. Похоже, я очень долго спала, – я посмотрела в воду. – Это…
– Твои воспоминания. Течение принесло их сюда.
– Понятно. Это моя… моя жизнь до этого момента. Я… уже умерла.
– Ещё нет. Я предвидел твою смерть. Это мой последний долг, преданного тебе мужа.
Говорят, что вода обладает памятью... наверное, поэтому, в бескрайнем океане, заволоченном холодным, серым туманом, сейчас отражается вся моя прошлая жизнь. Я отрешенно смотрела на воду. Лодка медленно и мягко рассекала ее, оставляя за собой легкие волны, быстро исчезающие на спокойной глади водных просторов. Все вокруг было таким нереальным. Киноленты, проплывающие мимо лодки. Кадры на них жили своей жизнью. Это были мои воспоминания из прошлого Леди Фантомфайт. И только сейчас, смотря на них, я впервые осознала, что последние годы рядом со мной находились люди, которые, несмотря на то, что ничего не знали обо мне и моих целях, всегда были готовы помочь и поддержать в трудную минуту. Это было так странно. Кадры моей жизни, моей любимой до ненависти жизни, сейчас словно на киноленте проплывали передо мной, оставляя за собой гнетущее чувство пустоты и даже легкого сожаления. Мне страстно хотелось, чтобы эта последняя поездка никогда не заканчивалась, одновременно я мечтала поскорее закончить пытку ожидания неизбежного. Я не могла сожалеть, но что-то отчаянно защемило в груди и какая-то отдаленная мысль, пусть даже не дошедшая до сознания просила меня кричать, плакать, молить о недоступном прощении и освобождении. Какая-то мысль пытается убедить меня в этом. Но я ее не слышу. Может, потому, что не хочу. Может мне уже все равно. Трудно сказать, что испытывает человек, неумолимо двигаясь навстречу не просто своему концу, а исчезновению, уходу в абсолютное небытие. Но внешне я спокойна и безразлична. Там уже не будет сожалений, там не будет боли, там вообще… ничего… не будет. Легкое свечение привлекает мое рассеянное внимание. Я медленно поднимаю глаза. Словно тысячи светлячков, мне навстречу летят светло изумрудные искорки. Их свет совсем не кажется мне холодным. Напротив он приносит успокоение уставшему разуму. Медленно и спокойно я спрашиваю:
– Что это?
– Это твое прошлое. Твои чувства, – с улыбкой ответил Мозенрат. Ему всегда интересно смотреть на людей, которых так удивляют собственные чувства, ведь они их почти никогда не замечали при жизни, никогда не следовали им.
– Мои чувства? – тихо переспрашиваю я, завороженная ровным мягким светом. Я никогда не думала, что они могут быть такими красивыми. – Какие красивые.
– Красивые?
– Да. Пусть я и не чувствую ни одиночества ни грусти, все равно они прекрасны.
Грусть. А хотела бы я ее сейчас испытать? Наверное, нет. Незачем. Я и так слишком много грустила. Теперь небытие могло стать даже наградой для истерзанной души. Просто забыться. Может это будет не таким уж и грустным концом.
– Чудовище, которое показал мне ангел… оно было настоящим.
– Что будешь делать, Фурия?
– Ничего. Люди, которым я должна была отомстить, уже мертвы. И… я тоже… мёртва.
http://i72.fastpic.ru/thumb/2015/0911/33/7ecca9b7be7559f57a81b4d282b21033.jpeg
Из тумана показался темный силуэт острова. Что-то внутри меня вдруг болезненно дернулось. Пришло осознание того, что мое время вот-вот закончится… но вместе с тем пришло холодное и спокойное безразличие. Теперь уже нет никакой разницы, в том, что на самом деле произошло в прошлом. Мозенрат отошел от руля лодки, подошел ко мне и присел на карточки. И тут я почувствовала, как демон что-то надел на мой безымянный палец левой руки. Я увидела серебристое кольцо с темно-синим сапфиром, похожий на змеиный глаз, который изнутри светиться успокаивающим синим светом.
– До самого конца я хотел быть великолепным мужем. Но далее это невозможно, – на лице демона прекрасно сыгранное сожаление. Хотя, может он и не играл…
– Ну и что?
– Оно очень подходит тебе, – вновь улыбается демон.
Идеальный муж, он идеален до конца. Какая-то загадочная улыбка вновь играет на его губах. Он вежлив и учтив… до самого конца. Я медленно подняла руку с кольцом, и закрыла ей для себя свет луны на ночном небе.
– Я Фурия Фантомфайт. Да, просто Фурия Фантомфайт.
Я вновь отворачиваюсь к воде, а демон встал у весла. Слышен легкий шелест воды от движений весла. Кажется, что этот океан никогда не кончится, что все это лишь странная иллюзия, просто очень долгий сон. Медленно остров выплыл из густого тумана. Стали видны отвесные скалы, зубчатые вершины, высокие кипарисы. Мозенрат стал направлять лодку к берегу. Там песок, а дальше, лес. Я уже ничего не чувствует, глядя на то, как берег неумолимо приближается. Может так оно и к лучшему.

Лодка стала чуть касаться дна, плыть дальше оказалось уже невозможным. Я попыталась подняться на ноги, но я устала, и слишком долго просидела в одной позе. Пошатнувшись, я даже произнести не успела приказ… Мозенрат уже все знал за меня. Ловко подхватив меня, он легко и изящно выпрыгнул из лодки, преодолел последнее несколько метров до суши и медленно пошел вглубь острова. Я приклонила голову к груди демона. Со стороны могло показаться, что я тихонько спала, будто эти объятия – самое безопасное и уютное для меня место во всем мире. В принципе, так оно и есть, но одно до сих пор трогает демона: когда, при нашей первой встрече, он явился мне именно в том облике, я сочла его пригодным и симпатичным. Действительно, я самая неординарная и странная девушка, которую демон когда-либо встречал. Наконец-то моя месть свершилась. Я выполнила своё желание отомстить за свою погубленную жизнь. Теперь я могу спокойно умереть, именно так я думала. Хотя правильнее сказать именно в этом я пыталась себя убедить. Как только заключила контракт, я думала, что когда придёт время отдать свою душу, я не буду ни о чём сожалеть. Хотя я и сейчас ни о чем и не сожалею, кроме того что так мало времени провёла рядом тобой, мой персональный демон. Кода ты утром приносил мне чай, я была счастлива, хотя никогда этого и не показывала. Я любила, когда ты обнимал и целовал меня, это было похоже на сон, который может в любую минуту исчезнуть. Ты прекрасно выполнил свои обязанности как моего мужа и телохранителя. Мне будет тебя не хватать. Хотя я сомневаюсь, что душа поглощённая демоном может что-то чувствовать. Сейчас находясь в твоих объятьях я не чувствую ни капли страха, просто мне жалко что как только я закрою глаз больше никогда тебя не увижу. Неизвестно сколько нужно еще пройти, но я бы хотела идти самостоятельно. Что бы еще раз ощутить, что это такое – жить. Идти, дышать, видеть, думать. На острове было много развалин. Здесь словно раньше кто-то жил... но теперь, лишь камни напоминали об этом, пока сам остров хранил вековое молчание. Высокие кипарисы создавали для теней, и без того темной, ночи. Лишь кое, где луна, пробившись сквозь тьму, бросала легкие блики на молчаливых путников. Чем дальше мы уходили, тем больше внутри меня словно натягивалась нить какого-то напряжения. Я пыталась ловить ускользающие секунды, хотя в душе я хотела, чтобы все это поскорее закончилось. Люди всегда сами себя противоречат. Но я ни о чем не думала, слишком устала. Вдали стояло полуразвалившееся здание, чуть заметное между деревьев. Однако и оно говорило о своем былом величии. Но время его тоже, уже ушло. Мозенрат уверенной походкой направлялся к высокой каменной арке, служащей входом. Крыши у этого сооружения уже не было. Как впрочем, и пола, вместо него уже показалась трава. Стены занавесом покрывал дикий плющ, высасывая из них силы, и медленно разрушая. Его шаги гулким эхом отражаются от старых каменных стен. Четко и ритмично. И медленно. Раз… два… три… Он легко поднимается по потрескавшейся, короткой лестнице. Демон, наконец, остановился средь поросших лишайником руин некогда величественного храма. Он очень бережно усадил меня на каменную скамью и отступил назад. Боль в боку притупилась, и мое сознание начало проясняться. Путешествие по реке казалось теперь нереальным, волшебным сном, очнувшись от которого, я осознала, что его игра с этим жестоким миром окончена. Фурия Фантомфайт умрет, отдав свою душу демону, честно заслужившему столь высокую плату. Но, как ни странно, мысль об этом не вызвала у меня страха, скорее мне было немного грустно.
– Приступим, Фурия? – будничным тоном произнес Мозенрат, взглянув на меня с едва заметным сожалением.
Я внутренне содрогнулась от этих слов, внезапно ощутив душевный протест. Разум говорил мне, что все идет так, как и должно быть, но сердце болезненно сжалось. Я не могла до конца осознать, в чем причина такого смятения, просто в этот миг что-то неуловимо изменилось в моем муже. Мозенрат все еще оставался безупречно вежливым, но я понимала – он уже не тот, кем был прежде.
– Мы прибыли? – неожиданно для самой себя спросила. Я сама знала ответ, но все же произнесла эту фразу, словно желая нарушить затянувшееся молчание. Вновь услышать привычный, спокойный голос демона, который каждый раз будил меня по утрам.
– Да, – негромко ответил мужчина, сохраняя учтивую интонацию. Он играл свою роль до последнего, как и обещал.
Я медленно подняла взгляд, сдерживая подступившие к глазам слезы. Мне не хотелось уступать демону в искусстве актерской игры. Ведь Леди Фантомфайт обязана встретить смерть с подобающим ей достоинством. Мозенрат отошел от меня на несколько шагов. Я услышала знакомый шорох крыльев и увидела ворона, сидящего на обломке стены. Я чувствовала, что он внимательно следит за нами.
– Птица наблюдает… – отрешенно сообщила я, заметив ворона, сидящего на ветке старого дуба.
Мозенрат все еще стоял, не двигаясь с места.
– И, правда… – неопределенно подтвердил он, но так и не шелохнулся.
Я внезапно почувствовала, что больше не выдержу пытки ожиданием. Я смело взглянула в темно-синие глаза демона и произнесла:
– Можешь забирать остатки моей души, – я уверена, что это уже не душа истерзанная горем, ненавистью, не знающая чувств. Это только то, что от нее осталось. В этот момент мне показалось, что я потеряла нечто очень дорогое, и от моей души действительно остались лишь опаленные болью обрывки. Мне хотелось, чтобы все это закончилось как можно быстрее, и мой долг по контракту был оплачен сполна.
– Чего и следовало от тебя ожидать. Ты так добра. – С легкой иронией заметил мужчина, но почему-то остался стоять, словно не решаясь сделать свой последний ход. Во взгляде демона почему-то не было радости по поводу предстоящей долго ожидаемой им расплаты. Мозенрат продолжает стоять в стороне, не делая ни шага в мою сторону.
– Это больно? – испытующе глядя в глаза демона, спросила я. В душе мне хотелось сейчас закричать, потребовать от своего мужа прекратить все это прямо сейчас, но… сказанного уже не вернешь. Теперь демон знает, что я испытываю страх.
– Да. Немного… – словно извиняясь, печально ответил мужчина, и тут же добавил, словно пытаясь успокоить: – Но я постараюсь, сделать это как можно аккуратнее…
Я вновь внутренне содрогнулась, на этот раз от обиды и унижения. Мне были не нужны жалкие подачки от моего мужа. Совсем не эти слова я ожидала услышать в ответ.
– Нет. Чем больнее, тем лучше, – твердо отрезала я, но не смогла взглянуть в глаза Мозенрата с той же решимостью. Неизбывная печаль, и чувство обреченности уже затопили гордость, и я тихо добавила: – Забери боль моей жизни. Вместе с душой.
В этот миг уставшей от страданий, потерявшей много крови и лишившейся надежды, мне было уже все равно, что со мной будет дальше. Я хотела лишь одного, чтобы все это поскорее закончилось. Мозенрат на секунду замер, с неподдельным удивлением глядя на меня, но затем его губы неожиданно растянулись в восхищенной улыбке. Грациозно опустившись на одно колено перед скамьей, демон приложил руку к груди, и поклонился.
– Да, Фурия. – Торжественно произнес он.
Я устало откинулась на холодную спинку скамьи и замерла, почти не дыша. Я устала от боли, физической и душевной, от страха смерти, от ненависти и сомнений. Я больше уже ни во что не верила и ничего не ждала, полностью отдавшись во власть своего демона. Мозенрат сделал первый, не решительный шаг к скамье, но его глаза уже изменились. Вертикальный зрачок перечеркивал малиновое пламя радужки. Демон подошел еще ближе, и его пальцы скользнули по моей левой щеке. Я невольно прикрыла глаза, ощущая приятные прикосновения, казалось, Мозенрат успокаивает меня, нежно гладит, стирая одинокую слезу и убирая ненужную иллюзию с моего правого глаза. Пентаграмма на глазу переливалась фиолетовым цветом. Я вновь широко открыла глаза, наблюдая за тем, как ко мне медленно приближается лицо демона, кошачьи зрачки сузились до тонких острых игл, чернеющих на фоне адского пламени. Это зрелище завораживало, но я чувствовала, как предательски дрожат ресницы, еще немного и я уже не смогу сдерживать подступившие слезы.
– Что ж, дорогая… – многозначительно произнес демон.
Я вздрогнула, ощутив, как радужку обожгла боль, по щеке потекли теплые капли крови. Я поняла, что печать контракта снята, но это явилось всего лишь началом. Демон слегка отстранился от меня глаза и плотоядно облизал губы, сейчас передо мной склонился настоящий хищник, способный вызвать лишь непреодолимый ужас. Я инстинктивно попыталась отстраниться, но на мое плечо легла бледная кисть с черными ногтями, намертво прижав мое тело к спинке скамьи. А затем мой бывший муж сделал медленный вдох. Я не смогла сдержать крик ужаса, когда почувствовала непередаваемое словами ощущение, словно незримые волокна покидали мое тело, болезненно отрываясь где-то внутри, нить за нитью. В наполненных слезами глазах резко потемнело, но вдруг я увидела улыбающиеся лица своих родителей. Отец и мать, взявшись за руки, кружились вокруг меня, они казались такими высокими… Джаспер – он тоже был рядом, обнимал меня, смеялся. Клэр, ее счастливое лицо, слезы, смех, нежная улыбка, но исчезала в черной воронке вслед за остальными. Уже не понимая, где я нахожусь, я кричала и билась, стремясь вырваться, пытаясь удержать частички своего «Я». Но любые усилия были тщетны. Неведомая сила забирала у меня все, боль, радость, счастье, прекрасные звездные ночи, закаты и аромат черных роз. Даже самого близкого человека – мужа, который оберегал меня все это время. Его теплую улыбку, бархатный голос, чувство защищенности и заботу, которую он дарил. Неужели и это исчезнет в бездонной воронке?!
– Нет! – Вновь отчаянно закричала я, ощущая, как лопаются внутри тонкие нити, превращая мою личность в ничто, стирая, словно неудачный рисунок. – Нет!!!
Лихорадочно дергаясь, я вдруг вспомнила имя того, кто всегда придет на помощь и защитит от любого врага.
– Мозенрат! Мозенрат!!! – уже в полубреду выкрикнула я. – Мозенрат, спаси меня!!!
В тот же миг боль прекратилась, видения исчезли, а все вокруг заволокла тьма.

Si deus me relinquit,
Ego deum relinquo.
Solus oppressus nigram clavem

Si Deus Me Relinquit

Глава 40: навсегда вместе
http://i72.fastpic.ru/thumb/2015/0911/9b/7ede2d5dff7c11bf95296d52c3bcb59b.jpeg

Поместье Фантомфайт
Очнувшись, я ощутила тепло мягкой постели, запах свежего белья и услышал приятное потрескивание дров в камине, однако невыносимая слабость не позволила мне даже разлепить отяжелевшие веки. Лежа на спине, я прислушивалась к ощущениям своего тела. Боли в боку больше не было, я убедилась в этом, сделав глубокий вдох. А затем ко мне стали постепенно возвращаться воспоминания о той ночи. Я помнила все четко, до момента, когда исчезла печать, после сохранились лишь отрывочные образы. Но и этого хватило, чтобы я резко распахнула глаза и села на кровать. Какое странное чувство. Раньше воспоминания о прошлом всегда приносили мне только боль, а теперь они почему-то стали для меня бесцветными и уже не важными. Когда-то они были для меня ядовитым горьким блюдом, которое мне подала жизнь и заставляла травиться им целых два года. Кружащие вокруг меня образы из прошлого постепенно начали пропадать, а лежащие вокруг меня льдинки таять. Эти стекляшки из воды одна за другой исчезали, так, как когда-то исчезла и боль моей души. Все те ужасные ощущения прошлого, которые все это время были в моей памяти, будто их в ней выжгли.
– Дорогая, тебе пока нельзя вставать… – прозвучал рядом знакомый голос, а в следующую секунду сильные руки поддержали меня, медленно опустив на подушки.
– Моз… Мозенрат? – растеряно прошептала я. – Почему ты не поглотил мою душу?
– По контракту твоя душа должна была стать моей, – тут демон улыбнулся, склонив голову на бок, и продолжил: – что, в конечном счете, и произошло. Теперь она принадлежит мне. В нашем договоре ничего не было сказано о том, что я должен поглотить твою душу. За всё-то время, что я провёл с тобой, я к тебе привык. И мне не хотелось бы сейчас оставлять тебя, – Мозенрат едва заметно улыбнулся.
– Что это значит? – севшим голосом спросила я.
– Это значит, что я хочу остаться с тобой… навечно.
Моя маска хладнокровия при этих словах просто рассыпалась. Из глаз потекли слёзы. Лорд Фантомфайт подошёл и обнял меня. Так нежно, что мне хотелось, чтобы он всегда вот так прижимал меня к себе.
– Ты, правда, останешься со мной навечно?
– Да, любовь моя. Навечно с тобой, – улыбнулся демон.
Месть свершилась, у меня больше не было цели, но и прежней боли я тоже не чувствовала, словно Мозенрат исполнил мою последнюю просьбу. Устало откинувшись на подушки, я прикрыла глаза, на моих бледных губах появилась легкая улыбка.

POV Мозенрата
Через несколько часов ритуальный зал был подготовлен. Посередине комнаты возвышался прямоугольный мраморный алтарь, на котором лежала Фурия. Все-таки она решила стать полудемоном. Мои глаза на мгновения стали алыми, а зрачки сузились до кошачьих. Фурия моментально ощутила сильную усталость, а её глаза сами собой закрылись. Я достал серебристый ритуальный кинжал и начал чертить кровью на сердце леди символы, складывающиеся в пентаграмму заключенную в круг с острыми шипами.  Непередаваемое чувство охватило душу девушки, казалось, что нечто инородное проникает сквозь плоть к самому сердцу. Боли она не чувствовала, но когда последняя деталь пентаграммы заняла свое место, сердце словно пронзили сотни тончайших ледяных игл. Всего секунда и неприятное ощущение оборвалось, а кровь демона вдруг быстро впиталась в кожу, исчезнув без следа. Мягкое фиолетового сияние окутало меня и бессознательную девушку, и тут же впиталось, образуя новую прочную связь… между мной и этой молодой душой. Теперь никто и никогда не заберет у меня мою юную леди. Потому что теперь эта девушка моя. Откуда-то сверху стали падать черные, как уголь перья. Открыв глаза, Леди Фантомфайт слезла с алтаря и направилась в мою сторону. Когда перья перестали падать, я увидел истинный облик Фурии. Глаза дьяволицы полыхнули темно-синим огнём, зрачки сделались вертикальным, её кожа приняла тёмно-серый оттенок, а за спиной выросли крылья с черными перьями. Улыбка стала похожа на оскал потому, что изо рта показались клыки, а чёрные ногти на руках удлинились, и стали похожи на острые когти. Её привычную одежду заменили остроносые лакированные сапоги до колена на резной шпильке и костюм из гладкой черной ткани. Минуту спустя, она вернула себе прежний облик. Её демоническая одежда превратилась в обычную одежду черного цвета, крылья за спиной исчезли, а кожа стала светло-бледной, а черные когти на руках превратились в ногти. В глазах Фурии вспыхнуло ярко-синие пламя, по цвету, оно напоминало бриллиант Хоуп. Зрачки сделались нормальными, а глаза стали привычного сапфирового цвета.
– Вот и все, милая, отдыхай… – произнес я, бережно подняв девушку на руки. – Отныне ты будешь видеть лишь приятные сны, а я всегда смогу почувствовать, если тебе грозит даже малейшая опасность и явиться на помощь, насколько далеко бы не находился.

POV Фурии
Поместье Фантомфайт
Утреннее солнце едва пробивалось сквозь плотные шторы, которыми были задернуты окна спальни, лишь слабый лучик, пробиваясь между ними, падал на мое бледное лицо. Дверь тихо открылась, и в комнату незаметно вошел Мозенрат с подносом в руках. Поставив его на прикроватный столик, демон подошел к окну и резким и свободным движением рук распахнул шторы, позволяя яркому свету пробудить меня. Я приподнялась на постели и села, свесив ноги с кровати.
– Доброе утро, любовь моя, – сказал Мозенрат приятным тоном. – Как я вижу, тебе уже лучше. Сегодня я приготовил тебе шоколадные вафли и чай «Глоток Новой Луны».
Интересно, почему не мой любимый чай "Лунная Долина"? Он закончился, или же меняем традиции? Мозенрат подошел к кровати и подал мне чашку чая.
– Приятный аромат... – прошептала я.
Мне хватило несколько глотков, чтобы окончательно проснуться.  Я слышала, что чайные листья, собирались в ночь на полнолуние, имеют свежий и сладкий аромат. А эти – напротив. Собранные на новолуние, они обладают ярко выраженным ароматом беспросветной тьмы. Этот чай ещё называют «Прорыв Души».

Жизнь постепенно возвращалась на круги своя. Пожар в Лондоне потушили, объект моей мести убит, а Руди Дарквелл освободилась от контроля ангела и теперь живет в моем поместье. Иммортум обнаружился в изумрудной гостиной, за фортепьяно. Её пальцы летали над клавишами так легко и невесомо и извлекали такие звуки, словно она только и делала, что играла на этом инструменте всю свою жизнь. Гостиная наполнилась не мелодией, а каким-то криком души, выражающим все одиночество, какой-то попыткой, в конце концов, выплеснуть все то, что творилось внутри, наружу. Клэр бывала на многих концертах, но ни разу не слышала, чтобы играли так – словно от этого зависела жизнь, словно ничего больше не имело значения, словно было только это старое фортепьяно и музыка, которая рождалась из души. Леди Дарквелл закончила играть, а в зале все еще царила тишина. Клэр вдруг поняла эту грусть в глазах иммортума – воспоминания всегда приносили с собой что-то тяжелое, горькое, а воспоминания Руди, имели привкус пепла.
– Не знала, что ты умеешь, – Клэр переплела свои пальцы с чужими, осторожно беря и сжимая в своей хватке мягкие прохладные руки сестры.
– Я и сама, – Руди отвела взгляд, – забыла.

Я сегодня надела черную одежду, в которой была на загадочном острове. Через полчаса мы с мужем прибыли в танцевальный зал. Из граммофона полились звуки вальса. Я подала руку Мозенрату, и мы закружились в ритме вальса. Именно в этот момент демон забыл обо всех своих раздумьях и полностью окунулся в танец. Он чувствовал то, чего раньше не мог уловить – свободу. Его ноги скользили, он как будто взлетал в небеса. Засматриваясь на меня, он видел в моих глазах нежность и доброту. Вскоре к нам присоединились Клэр и Джеймс, Мелани и Снэйк, Марс и Сандра, Сэм и Шэрон, Эйлин и Кейн. Мелодия понеслась по залу, шелковой лентой сплетая танцующие пары в единый живой узор. Я ничуть не уступала партнеру в искусстве танца. Наши движения точны, слажены и грациозны. Этот танец мог длиться вечность.

Солнце постепенно садилось. Вот и настало время нашего отъезда. Перед поместьем остановилась великолепная черная лакированная карета, запряженная тремя вороными лошадями. Мозенрат широко распахнул для меня дверцу экипажа. Я залезла в карету, удобно устроившись на мягком сидении, а напротив меня сел Мозенрат.
Когда карета отъехала достаточно далеко от поместья, демон решился заговорить:
– Я думаю, нам стоит поговорить, Фурия, – очень вежливо, но с нотками грусти произнес Мозенрат. – Ты ведь хотела задать мне несколько вопросов. Обещаю ответить на них честно…
Демон серьезно взглянул мне в лицо с таким печальным выражением, что я даже опешила. Я долго испытующе смотрела на своего мужа, пытаясь понять, это всего лишь новая игра, или все же нет… в моей глубине души вновь зародилась надежда, но страх обмануться был слишком велик. Однако что-то необычное было сейчас в глазах демона, такое, чего я прежде никогда не замечала. И мне вдруг очень захотелось поверить. Впервые я готова была сыграть в открытую с тем, кто давно стал для меня самым близким на свете существом.
– Хорошо… – серьезно ответила я. – Я готова, даже если это будет последний наш разговор. – В эту минуту я сбросила с себя все маски и разрушила защитные стены, за которыми так тщательно скрывала свою столь драгоценную для демона душу.– Скажи, почему ты явился на мой зов? – глухо заговорила я. – В ночь, когда я впервые увидела тебя.
– Я наблюдал за происходящим в том зале… – так же негромко ответил Мозенрат. – Это была моя работа… просто наблюдать. Совсем еще молодая, хрупкая девушка билась до последнего с необычным порождением некромантии, а потом я увидел твои глаза. В них было столько ненависти и боли. Ты сопротивлялась этому темному существу до последнего, безо всякой надежды на победу. А когда ты пронзила себя мечом, я отделил твою душу от тела и позволил увидеть себя.
– Зачем? – внутренне содрогнувшись от страшного воспоминания, спросила я.
– Не знаю… – задумчиво ответил Лорд Фантомфайт. – Вернее, я тогда не знал этого наверняка, просто не мог больше смотреть. А затем я заговорил с тобой, предложил контракт. В тот момент мне безумно хотелось исполнить твое первое желание…
– Моя душа с первого взгляда показалась тебе привлекательной или обещала стать таковой в будущем? Ты сразу хотел ее? – я неотрывно смотрел в глаза своего мужа.
– Нет. Твоя душа светилась, демоны видят души смертных сквозь их тела, в момент накала эмоций. Ты не была рождена грешной – они сделали тебя такой… – с некоторой горечью пояснил Мозенрат. – Боль и страдания не очищают тех, кто тверд духом, но делают лишь сильнее. А унижение достойных рождает ненависть и ожесточение. Когда последний из фанатиков превратился в кусок кровавой плоти, твоя душа уже изменила свой цвет. Из серебристо-белого ее свечение сделалось фиолетово-синим. Это очень редкое сочетание. Так выглядят чистые души, свершившие однажды великое зло.
– И тогда ты понял, что сможешь вырастить из моей души настоящий деликатес? – с мрачным сарказмом уточнила я.
– Да. Такова моя работа… – демон на секунду опустил взгляд.
– Тогда почему вместо того, чтобы заставить меня страдать, ты делал все, чтобы я вновь почувствовала себя счастливой? – с недоумением спросила я. – Ты восстановил родовое поместье семьи Фантомфайт, изменил мою внешность, дал мне новую фамилию, стал моим мужем, сделал компанию «Фантомфайт» одной из ведущих в мире и нанял верных слуг. Ты ухаживал за мной, выполнял все приказы, даже самые безрассудные. Заново учил улыбаться и ни разу не причинил мне боль, почему? Почему ты все это время не только не искал убийцу моих родителей, но и не взращивал в моей душе зло?
– Я не знаю, что мне ответить… – тихо проговорил Мозенрат. – Прежде такого не случалось. Ты была совсем молодой и очень несчастной девушкой с разбитым сердцем. Я просто не смог повергнуть тебя в новые страдания. Я исполнял роль мужа согласно нашему приказу и не имел права нарушить его… а главное, не хотел. За свою жизнь я заключил несколько сотен контрактов и поглотил души всех, кто носил мою печать. Перед смертью многие из них плакали, выкрикивали мольбы о пощаде, предлагали сделки, но никто прежде в свой последний миг не призывал на помощь меня самого. Увидев в твоих глазах отчаяние, страх, боль и печаль, я понял, что просто не смогу поглотить твою душу. И тогда я решил забрать у тебя боль твоего прошлого.
– Кто же я теперь? – еле слышно прошептала.
– Что значит кто? – с полуулыбкой наигранно удивился мужчина и тут же продолжил: – Ты юная леди, которой предстоит еще очень многому научиться, – спокойным голосом, продолжил Мозенрат. – Любовь моя, ответить на твой вопрос не так-то просто. И объяснить это тебе словами практически невозможно. Тебе следует меньше играть в домино и больше времени проводить с Клэр и Руди. Дорогая, единственное, что я сейчас могу тебе сказать – это то, что придет время, когда ты сама найдешь ответ на свой вопрос и поймешь. Я хочу, чтобы ты жила и была здорова. Хочу, чтобы ты многому научилась и увидела окружающие тебя вещи с хорошей стороны. И прежде всего, я хочу, чтобы ты снова научилась улыбаться, и вспомнила, что значит быть счастливой.
– Счастливой? – растерянно переспросила я.
Я выглядела так, будто уже давно забыла значение этого слова. И сейчас оно для меня звучало так, как если бы его произнесли на неизвестном мне языке.
– Я не понимаю… – в моих глазах вспыхнуло ярко-синие пламя, а зрачки сузились.
– Как я уже сказал, когда-нибудь ты поймешь, – с улыбкой сказал демон.
– Скажи мне… а как выглядит моя душа сейчас? – осторожно спросила я.
– Сейчас твоя душа очень похожа на осеннее ночное небо, она бархатно синяя, лишенная свечения, характерного для большинства человеческих душ, но в этой глубокой синеве мерцают маленькие серебристые искры, совсем как звезды. Они светятся очень неравномерно, одни яркие, другие едва различимы. Это чувства ко всем, кто был и остается дорог твоему сердцу. И одна яркая искорка есть и для меня.
Вспышка заката на секунду озарила карету, окрасив её вишнёвым сиянием.

Преисподняя
Ветер бушует, поднимая белые и тёмно-фиолетовые лепестки роз всё выше к чёрному небу, распространяя пьянящий аромат в прохладном ночном воздухе. Это выглядело так необычно. Я плотнее прижалась к груди демона, бережно державшего меня на руках.
– Куда мы отправимся? – учтиво спросил Мозенрат, с каждым шагом приближаясь к краю обрыва.
– Не имеет значения… – мой голос прозвучал подчеркнуто безразлично. Какое-то время я всё ещё продолжала «любоваться» чертами лица Мозенрата, но после перевёла взгляд на цветущие розы. – Подойдет любое место, пригодное и для демонов, и для людей.
Мозенрат остановился у края обрыва. Закрыв глаза, я стала наслаждаться лёгким бризом, идущим со стороны иссиня-чёрного океана, при этом я всё продолжала держаться за шею своего мужа так, будто от этого зависит мой смысл жизни.
– Приятное чувство… – улыбнувшись, заметила я, – как будто я избавилась от долгого проклятья. Теперь я хочу услышать от тебя только один ответ. И ты знаешь какой.
Сказав это, я открыла свои сапфировые глаза и нежно поцеловала демона в губы. Поцелуй получился страстный и нежный. В прекрасных темно-синих глазах Мозенрата плескалась искренняя любовь и счастье. Разорвав поцелуй, я устремила взгляд вперед, тогда как демон сделал шаг вперед.
– Да, – Мозенрат незамедлительно прыгнул вверх, раскрыв за спиной черные крылья. Поток белых и темно-фиолетовых лепестков взмыл выше, наступила немедленная тишина, но демон-лорд прервал её последним словом: – любимая.

На поляне в ночи вместе с розами,
Утопая в цветах – восхитительно.
Мысли, бывшие сладкими грёзами,
Воплотились теперь упоительно.

Лепестки по ветру развевались
Цепи жизни былой, и сковавшие,
Все сомнения, страхи рассеялись.
Нити фиолетовые, судьбы связались.

Наши души и сердца соединились теперь.
Мысли, бывшие сладкими грёзами,
Воплотились без страха и без потерь
На поляне в ночи вместе с розами.

Конец

Обычный цвет глаз Фурии в аниме стиле
http://i65.fastpic.ru/thumb/2015/0911/7b/dbfb8384de95cb7a80bbcc889bbe507b.jpeg

Ярко-синие демоническое пламя в глазах Фурии, похоже на сияние бриллианта Хоуп
http://i70.fastpic.ru/thumb/2015/0911/f1/5906e0f8920356fee74cae69dd6e75f1.jpeg

Отредактировано Agent_207 (2015-09-11 20:32:30)

+1


Вы здесь » Форум Мозенрата в Стране Черных Песков » Фанфики » Влюблена во тьму