Форум Мозенрата в Стране Черных Песков

Объявление

Добро пожаловать в СЧП!)

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Форум Мозенрата в Стране Черных Песков » Фанфики » Фанфик "Там победа, где согласие"


Фанфик "Там победа, где согласие"

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

Автор: Angelus_Tenebris (https://ficbook.net/authors/223740)

Основные персонажи: Алладин, Мозенрат, Джинн, мельком остальные.
Жанры: Ангст, Юмор, Драма, Фэнтези, Психология, Hurt/comfort, Мифические существа, Дружба.
Статус: закончен

_____________________
Описание: Во время ритуала Мозенрат случайно выпускает из потустороннего мира несколько существ, которые поселяются в ближайших городах и создают жителям проблемы. И вернуть их обратно может лишь тот, кто их освободил.
(Трёхдневная "командировка" Аладдина и Мозенрата в качестве избавителей от нечисти)

___________________

Внимание! Этот фанфик - продолжение моего рассказа "Остров надежды" (http://mozenrath.mybb.ru/viewtopic.php?id=230) Если кто его не читал, временами будет многое не понятно, в частности, почему Аладдин и Мозенрат больше не враги.

0

2

Перед самым рассветом на небе полыхнула далёкая, но довольно яркая вспышка, на мгновение осветив ночные облака с западной стороны.

Стоящий на дворцовом балконе Аладдин протёр глаз одной рукой, а второй продолжал сжимать стакан с водой. Это внезапное явление напомнило ему зарницу, и герой подумал, что в Чёрных Песках сейчас, наверное, идёт сильная гроза.

Ещё несколько минут он смотрел в ту сторону, куда всегда заходит солнце и откуда никогда не появляется, в то время, как с восточной стороны небо уже порозовело. Но других вспышек далее не последовало. Только три яркие полоски, словно хвосты комет, прочертили небо по трём направлениям - к Аграбе и в стороны: южную и северную.

Аладдин удивлённо приподнял брови. Что же за загадочное явление он только что наблюдал?
Он подумал, что обязательно расскажет об этом друзьям, но позже - сейчас весь дворец ещё спал.

Герой оперся локтями на перила балкона и посмотрел вниз, на город, который со временем мог бы стать его. Никто не сомневался, что он этого хочет и ждёт, но сам Аладдин признавался себе, что это совсем не так.
Конечно, стареющий султан не может жить вечно, и кому-то придётся заменить его. Кому-то, кого выберет принцесса.
Аладдин был рад, что принцесса выбрала его, но мысль о том, что ему, не родившемуся правителем и не воспитанному с убеждением, что это неизбежно, давила на грудь огромным и тяжёлым камнем.

Да, он всегда готов прийти на помощь, он добрый, щедрый и справедливый, каким и должен быть правитель... Но все эти светские беседы, переговоры с послами, поддержание отношений с союзниками, урегулирование всей этой политики и каждодневные мысли, как бы не затянуть свой народ в войну или ещё чего похуже... Он хотел и дальше помогать людям и творить добрые дела, но совсем не так.

И боялся, что принцесса его не поймёт. Её с рождения готовили к этой роли, и они с ней были разными настолько же, насколько разные небо и земля.

Вот и сегодня ночью его оставили во дворце, привыкать - накануне приезжал какой-то важный посол из дальних земель обсудить вопросы торговли.
Аладдин слушал и вникал, но сами собой в его голове возникали воспоминания о полётах на Ковре навстречу новым приключениями, его храбрые поступки, без которых он теперь жизни не представлял, а также полные благодарности глаза обычных людей, которые были дороже всего того золота, сверкающего в сокровищнице султана.

Аладдин вздохнул и подумал, что раз уж теперь они с Мозенратом в некотором роде друзья, то, возможно стоит спросить у него пару советов. Правда, обычным правителем волшебник не был, ведь в Чёрных Песках уже несколько лет никто не жил, кроме него самого, его фамильяра и армии нежити, раньше бывшей людьми, а теперь именуемой мамлюками. Да и послы других городов и стран обходили его Мёртвый город за тридевять земель, сначала предпочитая лишний раз не связываться с жестоким и властным чародеем Дестаном, а теперь - с его учеником и преемником, до недавнего времени отличавшимся не столько жестокостью, сколько высокомерием и желанием поставить на колени все волшебные города Семи Пустынь.
Но всё же Аладдин считал, что спросить, как не сойти с ума от всего этого, он у него вполне может.

Он последний раз кинул взгляд на небо с западной стороны и вернулся в свою, выделенную ему комнату, в благоухание полюбившихся ему расслабляющих и дающих прекрасный сон ароматических тонких палочек, которые он поджигал накануне вечером.

До рассвета оставалась ещё пара часов, и он собирался ещё немного поспать.



Едва солнце полностью осветило утреннее небо, ожила и самая главная достопримечательность Аграбы - большой и многолюдный базар.
Чем перечислять, что можно было найти на этом базаре, проще было бы сказать, что на нём не продавалось. Хотя, если бы кому-нибудь и задали этот вопрос, то на него, скорее всего, тоже бы никто не ответил. Потому что найти там можно было всё, что душа пожелает.

Яго очень любил этот базар. И особенно ему нравилось то, что он не утруждал себя покупкой чего-либо - он мог просто и незаметно это стащить.
И как раз сейчас он удобно устроился с большой гроздью спелого винограда на крыше пустующей палатки в конце ряда.

- Не припомню такого замечательного дня с тех пор, как Джафар купил меня из клетки того обалдуя, - удовлетворённо восклицал он, отправляя в клюв очередную порцию ягод. - Хотя нет, были и лучше. Но этот, определённо, тоже очень хорош.

Мимо палатки прошла коза, помахивая белым хвостом-платочком.

Яго свесил голову вниз и проследил за ней взглядом.
- Какой-то недотёпа упустил животину, - сказал он с ничего не выражающей интонацией. - Я не любитель творить хорошие дела, но если один умный и честный попугай вернёт её торговцу, то наверняка получит вознаграждение. - Это прозвучало уже более заинтересованно.

Красный ара слетел вниз, к козе, пощипывающей листья декоративного растения из кадки, и собрался схватить её за рог.
- Позволь-ка, я отведу тебя домой, глупое животное.

Коза повернулась к нему, сверкнув красными глазами, и клацнула длинными острыми зубами в паре миллиметров от его крыла.

Попугай с воплем поднялся выше, теряя пару перьев.
- Аллах на ломаной повозке! - закричал он. - Это что?!

Коза развернулась и убежала за поворот. Яго кинулся следом, но, едва обогнул низкое здание из песчанника, никого там не увидел. Только пустую улицу и небольшое кривоватое деревце.
Попугай сел на одну из веток, и дерево тут же пропало, отчего он едва не хлопнулся на землю. Послышался неприятный и несколько злорадный смех, и в сторону базара метнулся вихрь, напоминающий миниатюрный смерч.

Завопив, Яго кинулся в сторону дворца.

*   *   *

- Помедленнее, мой пернатый друг!.. Я записываю. - Джинн материализовал печатную машинку. - Говоришь, у козы были десятисантиметровые кинжальные зубы? Ты уверен, что тот виноград был не забродивший?

- Ты, шут гороховый! - недовольно закричал ара и повернулся к Аладдину. - Меня чуть не сожрала какая-то чертовщина, а он паясничает!

Аладдин успокаивающе выставил вперёд ладони.
- Ладно, тише, мы тебя слушаем. Продолжай.

Попугай нахохлился.
- Именно такие зубы и были! И красные глаза. Она превратилась в кривое дерево, и оно исчезло, как только я на него сел. А потом появился маленький вихрь и с хохотом умотал на базар.

Печатная машинка исчезла с тихим хлопком.
- Бинго! - вскинул указательный палец Джинн. - Теперь я тебе верю. На базаре орудует шайтан - кто ещё, как не он, любитель притвориться козой, деревом, камнем, а также кувшином и прочей дребеденью. Я бы не сказал, что этот дух - само воплощение зла, но и хорошего от них мало. То перепугает кого до смерти, завыв под лестницей, а иной раз так запутает человека, что будет он бродить в пяти шагах от дома всю ночь. Или вокруг колодца в жаркий день, пока не помрёт.

Аладдин встрепенулся.
- Нужно от него избавиться, и как можно скорее, пока не пострадали люди! - с жаром сказал он. - Если ты знаешь его природу, то, может быть, знаешь, и как это сделать?

- Конечно, - закивал Джинн. - Я и один справлюсь, для меня это раз плюнуть.

Он превратился в большую синюю пружину и, оттолкнувшись от балкона, улетел в город.


Вернулся довольно скоро, неожиданно материализовавшись рядом с Аладдином и приняв карикатурный образ человека, попавшего в бетономешалку.

- Можете закидать меня гнилыми помидорами, но я не смог ничего сделать, - Джин виновато развёл руками в гипсе. - Нашёл его, когда какой-то мирный человек с воплями выпрыгнул из своего собственного дома. Сначала мы с этим духом поговорили по душам. Я сказал ему: "Эй ты, никчёмный комок грязи, тебе лучше убраться по-хорошему, если ты не хочешь, чтобы я сыграл тобой в бейсбол!". А этот гадёныш в ответ: "Не ты меня выпустил, не тебе меня и изгонять". И отделал меня по полной программе, - закончил Джинн, принимая свой прежний облик, и картинно высморкался в платок. - Давно меня так не унижали.

Яго громко хмыкнул, сидя на жёрдочке.
- Стыдобище, - прокомментировал он, но на порядок тише.

- Выходит, он объявился здесь не сам, а его кто-то вызвал? Но кто мог это сделать и зачем? - удивлённо протянул Аладдин. Внезапно вспомнилась странная ночная вспышка.
"Да нет, не может быть!".

Джин потёр пальцами подбородок.
- Это элементарно, Ватсон. Другой торговец с базара сказал, что с той стороны неба под утро прилетело что-то странное... - он указал рукой на Запад. - Выходит, со стороны Чёрных Песков. А кто там живёт и только и делает, что создаёт нам проблемы своими попытками захватить Аграбу и все Семь Пустынь? - Джинн на секунду замолчал, делая вид, что усиленно думает. - Ну что, скажете сразу или будете крутить барабан?

До этого молча наблюдающая за представлением Жасмин поднялась с софы и возмущённо скрестила руки на груди.
- Отчего-то я не удивлена.

- Нет, это не может быть он. Ему больше незачем это делать, - возразил Аладдин, тут же замечая взгляды друзей, полные недоумения. Он смущённо кашлянул. - Ну... То есть, почему сразу он? Почему никто не подумал, например, о Мираж?

В руках Джинна появился чистый свиток и перо, а на лице - очки, и он поправил их жестом натуралиста, собирающегося приступить к изучению насекомого под микроскопом.
- Так-с, а вот с этого места, пожалуйста, поподробней!.. Вопрос первый: с чего Мозенрату вдруг отказываться от своих идей? И сразу вопросы номер два и три: откуда тебе это известно и почему ты так уверен в его невиновности?

Жасмин кинула на Аладдина возмущённый взгляд.
- Я не ослышалась, ты что, его ЗАЩИЩАЕШЬ?

Ал приложил ко лбу тыльную сторону ладони и вздохнул.
- Отлично. Ладно, я скажу, - недовольно пробурчал он. - А ваше дело - верить мне или нет... На прошлой неделе я провёл с ним трое суток на заколдованном тропическом острове. За это время остров очень изменил его и мы... Да, мы подружились. Его перчатка теперь не более чем обычный аксессуар.

Челюсть Джинна с грохотом упала на пол, но он тут же вернул её на место и с серьёзным видом загнул три пальца, припоминая события прошлой недели.
- Трое суток, говоришь? Ал, детка, да ты просто волшебник! Ты можешь быть в двух местах одновременно?

- Для вас прошло не более трёх минут. Это было в тот день, когда мы играли в конное поло, - сказал Аладдин уже с меньшим энтузиазмом.

По скептическому выражению лица Жасмин он мог догадаться, что она не верит ему ни на минуту.

Аладдин почувствовал небольшое раздражение. Неужели они совершенно не могут представить такое? Что ж, как хотят, он их предупредил.

- Я же сказал, что расскажу, как всё было, а ваше дело - верить мне или нет, - Аладдин отстранённо пожал плечами и развернулся, стараясь не показать, что это его расстроило.

- Подожди! - Джинн кинулся к нему, хватая за плечо. - Насколько я знаю, так играть со временем умеют пери. Но не хочешь ли ты сказать?..

Аладдин сунул руку запазуху и достал свой амулет.
- В этом аметисте, что я купил, был заключён дух, её звали Амаль. Амулет сработал в тот момент, когда Мозенрат собирался похитить меня, и мы оказались на острове, - парень вздохнул. - На самом деле, долгая это история.

Джинн свистнул Коврику, и когда тот подлетел, запрыгнул на него, хватая Аладдина за пояс и усаживая рядом с собой.
- Расскажешь по дороге в Чёрные Пески. Я думаю, что проверить твоего "друга" всё же стоит.

*   *   *

В крыше главной башни Цитадели зияла огромная дыра. Джинн заметил её ещё издалека и картинно схватился за голову.
- Он что, опять освободил из книги старину Хартума?

В мрачном тронном зале, освещаемом лишь факелами на стенах, вопреки представлениям Аладдина, было всё не так уж плохо. Возможно, потому что это была не лаборатория и не библиотека, и рушить здесь было практически нечего. Единственное, что создавало беспорядок - обвалившиеся куски крыши, через внушительную прореху в которой можно было наблюдать тёмно-синее небо, вечно затянутое тучами.

- И где же наше юное дарование? - Джинн огляделся и заметил волшебника недалеко от себя. Он распластался на полу, окружённый всевозможными магическими атрибутами. В десятке сантиметров от его головы покоился кусок крыши, величиной с толстый фолиант. - Ты посмотри, да он просто счастливчик!

Мозенрат неподвижно лежал на левом боку посреди какого-то большого и очень странного, начерченного мелом символа, напоминающего пятиконечную звезду. На каждом его углу стояли средних размеров свечки с потухшими фитилями.

- Джинни, он что, мёртв? - воскликнул Аладдин. Ему показалось, что тот даже не дышит.

Джин подлетел к Мозенрату и приложил ухо к его груди.
- Да нет... Просто спит, - пожал плечами он.

Аладдин удивлённо моргнул. Джинн тем временем материализовал себе красный воздушный шарик и надул его. И Аладдин с ещё большим удивлением заметил, что во второй руке синего друга появилась иголка.

- Эй, ты ведь не собираешься... - начал герой, делая шаг к Джинну, но тот быстро закивал с самой хитрой на свете улыбкой.

БА-БАХ!

Аладдин едва не подпрыгнул от резкого и громкого звука, и одновременно с ним, как ошпаренный, вскочил Мозенрат.

Несколько секунд волшебник не мог понять, что произошло, лишь, схватившись за голову, медленно переводил взгляд с одного нежданного гостя на другого. Потом он слегка покачнулся, но тут же выпрямился, скрестил руки на груди и остановил взгляд на Джинне. А точнее, на ошмётках красного шарика и игле, которые тот быстро спрятал за спину.

- Надеюсь, ты сильно вырос в своих глазах, когда сделал это, синий недоумок, - ледяным тоном сказал Мозенрат.

Некстати вспомнилось, как огромная синяя рука Джинна высунулась из лужи чёрного песка посреди тронного зала в Аграбахском дворце, ткнула его, Мозенрата, лицом в этот самый чёрный песок. И мощным щелчком под рёбра, словно сбивая мусор со стола, заставила его на скорости проскользить по гладкому полу метров шесть и затормозить лицом о внушительную мраморную колонну.
Так что сейчас, можно считать, ему ещё повезло.

Джинн схватился за голову, а потом подлетел к нему и комично потрепал за щёку, отчего Мозенрат скривился и отпрянул.
- Ну ты же не очень обиделся, детка? Просто я настолько стар, что все мои шутки давно протухли.

- Как и твоё чувство юмора в целом, - высокомерно фыркнул Мозенрат, скрестив руки на груди.

Аладдин смотрел то на одного, то на другого. Да, эти двое друг друга стоили.
Джинн, конечно, был Аладдину другом. Но всё же герой признавал, что хоть у Джинни толерантности и выше крыши, выглядит она так, словно он её на помойке подобрал. У Мозенрата же, наверное, её вообще не было - когда там наверху эту толерантность раздавали, похоже он решил, что раз не понятно, что это такое, то значит это хрень беспонтовая, никому не нужная.

Мозенрат повернулся к нему.
- Привет, герой. Давно не виделись, - сказал он нейтральным тоном, но Аладдин заметил по его глазам, что тот одновременно и удивлён, и рад его видеть. - Что ты... вы с джинном здесь делаете?

- Пять дней - вроде не так уж и много, - улыбнулся Аладдин и опустил взгляд на пол, где  всё ещё присутствовали следы какого-то ритуала. - Мы здесь по делу, хотели спросить у тебя кое-что. Но сначала ответь, если не сложно, что это такое?

Лицо Мозенрата на мгновение стало озадаченным, но ровно до того момента, как он перевёл взгляд под ноги.
- Ах, это... - пробормотал он и, подняв правую руку в перчатке, щёлкнул пальцами. Ничего не произошло, и Мозенрат нахмурился. - Это был ритуал, но он не получился. Я хотел вернуть силу в перчатку. Даже не так - я хотел наполнить её новой. Той, которая не была бы столь разрушительна для меня. Зажечь её, как потухшую свечу, если хотите.

Он снова посмотрел на Аладдина.
- Но я не помню, почему это не вышло. - Волшебник на минуту замолчал и задумался. - Помню, что открыл портал в другое измерение. В этот момент должно было высвободиться так много энергии, что её хватило бы и для такого мощного артефакта. Нужно было лишь поймать её и направить. Но сегодня ночью мне так хотелось спать, что... - Серые глаза удивлённо округлились. - Нет, не может быть!.. Ксерксис!

Его требовательный крик эхом разнёсся по большому залу, отразившись от стен.

Фамильяр вплыл по воздуху в тронный зал из коридора. Он заметил незванных гостей и истолковал призыв хозяина по-своему, и поэтому с шипением кинулся на Аладдина, норовя укусить его.

Джинн попытался прогнать его появившейся в руке мухобойкой.
- Брысь отсюда, змеюка летучая!

Мозенрат поймал угря за хвост, подтянул к себе и только после этого отпустил.
- Ксерксис, что произошло здесь сегодня ночью?

Фамильяр растянул губы в зубастой улыбке.
- Сегодня ночью хозяин проводил ритуал, чтобы вернуть магию, - поведал он с довольной интонацией и добавил: - Мозенрат умный.

- Это я и без тебя знаю, - отмахнулся волшебник. - Что произошло тут во время этого ритуала?

Ксерксис принял озабоченный вид и в привычном жесте обвился вокруг плеч Мозенрата.
- Портал открылся. Хозяин устал. Была вспышка, но хозяин её уже не видел. Что-то яркое ударилось в потолок и проломило его. Полетело туда, - Ксерксис указал в восточном направлении. - Туда, - кивок в сторону Юга. - И туда. - Он указал плавником на Север. - Всё.

Мозенрат нахмурился и с чувством произнёс несколько слов на непонятном языке. Аладдин предположил, что это какие-то ругательства.

- Подожди, подожди!.. Получается, во время ритуала ты ПРОСТО ЗАСНУЛ? - Джинн выделил интонацией последние два слова и захохотал. Скосил взгляд на колдуна и заметил, что тот недовольно поджал губы. - Нет, ты серьёзно?

- По-твоему, похоже, что я шучу? - с досадой прошипел Мозенрат и дёрнул плечом.

Аладдин не сводил с него изучающего взгляда в течение всего разговора и мог точно сказать, что да, тот не шутил. Потому что усталый вид и тёмные круги под большими глазами просто вопили о том, что последние несколько дней Мозенрат передвинул проблему сна явно не на первое место в списке приоритетов.

Джинн похлопал в ладоши тремя парами рук.
- Поздравляю, юный гений! Сегодня ночью ты выпустил на свободу несколько сверхъестественных тварей. Одна из них, кстати говоря, орудует сейчас в Аграбе. Должен признаться, большего любителя наступать на одни и те же грабли я ещё не видел. Наверное, это твоё хобби. Потому, что после того, как ты вызвал Тердака и тот пытался тебя сожрать, ты освобождаешь Хартума, который чуть не разнёс твою Цитадель по кирпичикам. Мне продолжать?

Мозенрат слушал его пламенный монолог с непроницаемым выражением лица, медленно поглаживая Ксерксиса по загривку здоровой рукой.
- Нет уж, замолчи. Я склерозом не страдаю. И что вы от меня теперь хотите? - хоть он и задал вопрос во множественном числе, но смотрел при этом на Аладдина.

- Как что? - снова влез Джинн. - Ты их выпустил, ты их обратно и отправишь!

Волшебник перевёл на него упрямый взгляд и изогнул левую бровь.
- Да? А если я не хочу? Ты меня не заставишь, синий амбал.

Джинн хотел сказать, что сейчас заставить его - как раз плюнуть, и что он в данный момент не в том положении, чтобы артачиться. Но благоразумно смолчал. Если Аладдин утверждает, что они теперь друзья-неразлейвода, то пусть сам с ним и разбирается.

Аладдин, приготовившийся попросить Джинни помолчать, довольно выдохнул.
- Он не заставит, да, но мы и не за этим пришли, - обратился он к Мозенрату. - Я хотел попросить тебя помочь. Это существо, что в Аграбе, шайтан, сказал, что изгнать его обратно может лишь тот, кто его освободил. И я тебя прошу: помоги избавиться от него. Пожалуйста.

На последнем слове Мозенрат едва заметно вздрогнул, так неожиданно для него это прозвучало. Ещё никто и никогда не говорил ему "пожалуйста".

- Ладно, - кивнул он, не поднимая взгляда. - Конечно. Я знаю, как его прогнать. Но на всякий случай я возьму одну книгу и ещё кое-что по мелочи. Подождите меня здесь.

- Хозяин летит в Аграбу? - прошипел фамильяр. Он уже приготовился привычно скользнуть ему под плащ на плечах, но Мозенрат покачал головой.

- Сегодня останешься здесь. Кому-то же надо контролировать мою армию.

Едва конец его плаща, колыхнувшись, скрылся в коридоре, Аладдин повернулся к всё ещё хранившему молчание Джинну, и всем своим видом говорил: "Ну что, теперь-то ты мне веришь?".



На базаре в этот день торговли не вышло. Когда кто-то брал в руку только что купленный кувшин, он отчего-то с хлопком исчезал. Когда уставший торговец собирался присесть на скамейку, то вдруг обнаруживал себя на пыльной земле. Или что-то чёрное с горящими глазами выскакивало на ребёнка из пустого глиняного горшка, и тогда ребёнок заливался плачем, а его родители спешили унести его подальше.
Но апогеем стало то, что каким-то образом из фонтана пропала вся вода и вылилась ливнем на людей и животных.

И поэтому не было ничего удивительного в том, что ещё до полудня на базарной площади никого не осталось. И не только на площади - жители заперлись у себя в домах, закрывая ставни и надеясь, что эта чертовщина обойдёт их жилища стороной и ничего у них не загорится и не взорвётся. Новости и слухи в городе разносились со скоростью ветра.

Когда Мозенрат сошёл с волшебного Ковра в том месте, где Джинн видел шайтана последний раз, полуденное солнце освещало молчаливый, словно вымерший, город. Через пустую дорожку прокатилась верблюжья колючка, подгоняемая слабым ветерком.

- Это, я так понимаю, последствия? - обернулся он к Аладдину.

Герой кивнул и, оглядываясь, спросил:
- И как ты его здесь найдёшь?

- Я не буду искать, - Мозенрат с усмешкой покачал головой. - Он сам нас найдёт.

И действительно, не прошло и десяти минут, как к ним подошли. Но только, к удивлению Аладдина, рядом с ними стояла девушка, одетая во всё красное. Её можно было бы назвать симпатичной, если бы не жёлтые звериные глаза с вертикальными зрачками.

- Не удивляйся, это тоже один из их обликов, - пояснил Мозенрат.

- Ловко я всех разогнала? - рассмеялась девушка. - Что бы мне провернуть и с вами?

Волшебник усмехнулся.
- Я знаю, что мы с тобой провернём. Чтобы ты убрался... ох, пардон, убралась отсюда, нужны загадки, верно? Так давай быстрее покончим с этим и без всяких разговоров.

Девушка перевела на него свой жутковатый взгляд.
- О, так ты тот, кто меня освободил? Верно, милый, давай покончим с этим. Каковы условия?

Интуиция подсказывала Аладдину, что это бесовское отродье определённо что-то замышляет. Он посмотрел на Мозенрата, и тот ответил ему таким же быстрым, едва заметным взглядом, говорящим о том, что он об этом прекрасно осведомлён.

- Условия просты. Если я выиграю, ты навсегда отсюда уберёшься. С грешной земли, я имею в виду, не только из этого города. Вернёшься туда, откуда явилась. А если же выиграешь ты, то... - волшебник вдруг улыбнулся. - То ты тоже уберёшься отсюда. Да, такое меня устраивает.

Девушка покачала указательным пальцем.
- Остроумно, красавчик. Нет, сделаем так: в случае твоей победы я действительно уберусь. Но если ты проиграешь, то ты... - Её глаза вдруг хищно блеснули. - Возьмёшь меня в жёны.

Мозенрат еле удержался, чтобы не топнуть ногой с досады. Это отродье Иблиса знало, о чём говорило - как же не попытаться затащить человека в Геенну огненную.

Аладдин удивлённо приподнял брови.
- Разве так можно? - во время разговора он переводил взгляд с одного на другого, и теперь остановил его на некроманте. Герой был так взволнован, будто это он сам сейчас стоит и решает свою судьбу.

- В том-то и дело, что нельзя, - пробурчал Мозенрат. - Не только браки, любые отношения, кроме дружбы, с шайтанами, как и с джиннами, запрещены. Ты не знал? Это прямая дорога в Джаханнам.

Аладдин взял его за локоть и чуть отвёл в сторону.
- И что же делать? - спросил он полушёпотом. - Её, конечно, нельзя оставлять здесь, но и так рисковать тоже нельзя. Нет другого выхода?
Он посмотрел на тихо стоявших в сторонке Коврика и Джинна, но последний только виновато развёл руками.

Мозенрат покачал головой.
- Нет, только так. Но я думаю, что я справлюсь, - он снова усмехнулся. - Ты не представляешь, сколько загадок я знаю.

Джинн наколдовал круглый столик с двумя стульями и зонтик от солнца над ним.
Мозенрат и Джана, как она себя назвала, сели друг напротив друга.

- Я начну первая! - сказала Джана тоном, не терпящим возражений, и Мозенрат пожал плечами, вроде как, да пожалуйста.

- А подсказывать ему можно? - влез Джинн, натянув на лицо чеширскую улыбку.

Мозенрат вздохнул.
- Будет лучше, если ты просто помолчишь. - Он не сомневался, что Джинн ответил бы на любую загадку этого бесовского отродья, ведь недаром ему пара тысяч лет. Но правила есть правила.

- Вот моя загадка, - начала Джана. - Ты - караванщик...

Мозенрат приготовился внимательно слушать. Аладдин с Джинном замерли в паре метров от них, чтобы находиться в пределах слышимости.

- ..Останавливаешь караван в Аграбе и берёшь пятерых шейхов. Возле дворца султана трое слезают, но зато садятся двое факиров. На базаре половина шейхов выходит, и садится дважды по столько же дворцовых стражников. На следующей остановке шейхи выходят, но садятся четверо купцов...

Аладдин пытался сосчитать, но запутался на моменте с купцами. Эта чертовка говорила так быстро!..
Но, судя по спокойному и задумчивому лицу Мозенрата, у того всё было в порядке.

- ..Затем стражников высаживают за то, что у них нет разменной монеты, а факиры меняются местами. Теперь отвечай... - Джана прищурилась. - Как зовут караванщика?

Аладдин задержал дыхание.

Волшебник покусал нижнюю губу ровными белыми зубами и улыбнулся.
- Мозенрат. Раз уж ты сказала, что караванщик - это я.

Джана хлопнула ладонью по столу, а "группа поддежки" некроманта дружно выдохнула.

Мозенрат знал, что расслабляться, радуясь первой победе, не стоит.
- Теперь слушай ты. К реке подходят два человека. У берега плавает лодка, которая может выдержать только одного. Оба человека переправились на противоположный берег. Как?

Джана задумалась. В течение минуты несколько раз поменяла своё положение - садилась и так и эдак, пытаясь продумать все варианты.
Мимо них ветерок погнал верблюжью колючку обратно через дорогу.

- Они были на разных берегах! - воскликнула она. - Да! Вот мой ответ!

Мозенрат едва заметно дёрнул плечом.
- Верно. Что ж, я слушаю.

Джинн, сидя на плетённом шезлонге под солнцезащитным зонтиком, выудил из кармана часы с кукушкой, глянул на них и выкинул через плечо. Но до земли они не долетели - исчезли в воздухе.
- Они уже почти сорок минут заговаривают друг другу зубы, - сообщил он Аладдину. Тот сидел на таком же шезлонге справа от него.

- Тихо, я пытаюсь слушать, - Аладдин повернул голову правой стороной, чтобы лучше слышать доносящийся с ветерком разговор. - Он молодец. Я бы половину точно не отгадал.

- Ну неправда, ты тоже умный и смышлёный! - возразил Джинн, скрестив руки на груди. - До сих пор не могу забыть, как ловко ты провёл Джафара. И ведь даже я не додумался до такого.

Мозенрат потёр переносицу. От нервного напряжения у него начинало дёргаться левое веко.
Сейчас была его очередь загадывать, и волшебник думал, что не должен оплошать. Ведь как бы много он ни знал, его запас загадок всё же не был безграничным.

Вдруг он улыбнулся от пришедшей ему в голову мысли. Ну конечно!..

- Где встречается такое, что конь через коня перепрыгивает? - сказал Мозенрат с улыбкой.

Джана на мгновение замерла.
- Дай мне минуту! - нервно потребовала она.

- Ладно.

Шайтан думала несколько дольше. И чем сильнее она убеждалась, что совершенно не знает ответа, тем шире становилась улыбка Мозенрата.

- Я не знаю! - наконец, крикнула она с отчаяньем и помрачнела. - Уууу, ладно! Твоя взяла, я ухожу. Но будь осторожен - вдруг когда-нибудь я снова выберусь оттуда. Я запомнила тебя, милый.

Мозенрат встал из-за стола.
- Всё было честно, так что свои угрозы можешь оставить себе, - он всё ещё улыбался. - Давай, уматывай.

Джинн подскочил к ним, схватил нечисть поганую, скрутил её в бейсбольный мяч, подкинул и со всей души приложил "ясеневым черенком".
- Ну вот, теперь я смог отправить её туда, куда не смог утром, - сказал он, провожая взглядом из-под козырька из руки этот странный мяч, который вдруг вспыхнул в воздухе и исчез.

Аладдин подошёл к Мозенрату и пожал его руку.
- Ты всё-таки её сделал! - с восхищением сказал он. - Но как так получилось с последней загадкой?

Мозенрат смахнул с плеча невидимую соринку.
- Всё гениальное просто. Я вспомнил, что такие существа понятия не имеют о культуре людей. Об игре в шахматы, например.



В султанском дворце развернулся самый настоящий консилиум, и Мозенрат находился в  его эпицентре. В тронном зале, который он не так давно пытался захватить (и почти удалось, кстати говоря), велось активное обсуждение, в котором он по негласному решению не участвовал. Он просто стоял рядом с Аладдином, скрестив руки на груди и слегка хмурил брови.

- Я рад, если он и правда перешёл из разряда врагов в нейтральные союзники, - говорил султан. - Думаю, стоит поблагодарить его за то, что помог избавиться от сегодняшней напасти.

- Но это он выпустил на волю этого шайтана! - с жаром восклицала Жасмин. - И помимо этого, двух других существ, о которых мы не знаем, и которые могут быть опасны!

- К тому же, Гетцистан и Аджман - наши города-союзники, - добавил Джинн между делом. Они с Ковриком играли в "бизнес" в сторонке. - А именно туда подались остальные сверхъестественные беженцы.

Султан закивал.
- И верно! Негоже их оставлять в трудную минуту.

- Пусть теперь идёт и разберётся с этим! - заявила принцесса. - Не хочу, чтобы пострадали невинные люди!

Аладдин кашлянул, привлекая к себе внимание.
- А вам не кажется, что говорить о человеке в третьем лице, когда он сам находится здесь, не очень-то прилично? - поинтересовался он.

Жасмин обернулась к нему.
- Я не собираюсь с ним любезничать, даже если вы вдруг и заключили мир по каким-то непонятным причинам! - хмуро сказала она.

- А что, принцесса, тебе больше нравилось, когда мы задавали друг другу трёпку? - презрительно усмехнулся Мозенрат.

Хоть трёхдневная ссылка на Остров и повлияла на его сознание и душу, слишком долго находившиеся под разрушительным влиянием Дестана, но она не изменила его собственный характер. И любезничать с Жасмин, с которой отношения не сложились даже больше, чем в своё время с Аладдином, он тоже не особо хотел.

- Я избавлю ваши города-союзники от результатов моих экспериментов, но только по той причине, что я сам этого хочу, а не потому, что это требуешь сделать ты, - продолжил он, надменно вздёрнув подбородок.

Не придумав ничего достойного, чтобы парировать, Жасмин нахмурилась ещё больше и смолчала, решив для себя, что встревать в словесную перепалку было бы ниже её достоинства.

Мозенрат решительно развернулся, собираясь уйти, но Аладдин схватил его за локоть, останавливая.

- Я пойду с тобой. Неизвестно, что там, а вдвоём всегда лучше, - сказал он. - Тем более, что теперь тебе придётся долго ехать на лошади. Полетим вместе на Ковре, и будем в Гетцистане до заката.

- Но, Ал... - удивлённо начала принцесса и замолчала, не зная, что говорить дальше. Она не могла ему запретить, хоть и очень хотела.

Аладдин слегка улыбнулся ей.
- Я же сказал, что мы теперь уже не враги, а как вы знаете, друзей в беде не бросают. Или я не прав? - Твёрдо сказал он и перевёл взгляд на Джинна. Тот, уже собиравшийся что-то сказать, застегнул свой рот на молнию и развёл руками, показывая, что ничего против не имеет.

Отчего-то героя посетила мысль, что Мозенрат может отказаться от его помощи, что было очень даже в его стиле.
Но волшебник лишь молча посмотрел на него, еле заметно кивнул и отвернулся. Несмотря на то, что изменения в его устоявшемся внутреннем мире произошли уже с неделю назад, он всё ещё не мог ко многому привыкнуть. Но он бы соврал, если бы сказал сейчас, что в данный момент ему не стало приятно. По прежнему неожиданно, но всё же приятно.

*   *   *

Гетцистан по праву можно было бы назвать городом развлечений. Несмотря на то, что в нём, как и в любом другом городе, был свой квартал бедняков, весь центр и большую площадь города занимали яркие, как конфеты, увеселительные заведения, основной частью из которых являлись казино. Именно наличием казино султан Пастах Аль Зубай гордился больше всего остального.

Гетцистан никогда не испытывал дефицита туристов, и одним богам было известно, что могло натворить опасное (а в этом Аладдин не сомневался) потустороннее существо в таком многолюдном городе.

По дороге Аладдин незаметно наблюдал за волшебником. Тот сидел рядом с ним на Ковре, скрестив ноги, придерживая рукой плащ, чтобы тот не развевался, и, закрыв глаза, подставлял лицо ветру. Аладдин подумал, что, похоже, его новому другу это очень нравится.

Ещё неделю назад Мозенрат мог просто взмахнуть рукой в перчатке и оказаться там, где пожелает. Это было здорово, и этого теперь очень не хватало. Но где начинались ограничения, там открывались новые возможности и эмоции. И Мозенрат подумал: чего ему всю жизнь и не хватало, так это полётов на волшебном ковре.
Много раз, ещё до того, как ему удалось избавиться от Дестана, он смотрел в тёмное небо из окна Цитадели, и когда ветер приятно обдувал его лицо, он на мгновение закрывал глаза и представлял себя свободным, как этот ветер, летящим прочь на ковре-самолёте. Куда? Это было совсем не важно.

- Ты не обижайся на них, - подал голос Аладдин, нарушив это многозначительное молчание. - Мои друзья замечательные. Просто им нужно время, чтобы привыкнуть. Ты слишком долго...

Мозенрат приоткрыл один глаз и скосил его на Аладдина.
- Слишком долго был у них занозой в заднице? Да, я знаю. - Он снова закрыл глаз. - И я думаю, что они и не привыкнут. Как, впрочем, наверное, и я к ним.

Аладдин отрицательно покачал головой.
- Я знаю их не первый год и я уверен. Да и ты тоже мог бы, если ты сам этого захочешь, - герой замолчал на пару секунд и добавил: - Я вот очень хочу.

Мозенрат тоже помолчал какое-то время. И Аладдин, решив, что тот больше разговаривать не хочет, повернул голову в сторону горизонта, всматриваясь, не появились ли первые очертания города.

- Спасибо.

Аладдин встрепенулся от неожиданности.
- Что?

- Я сказал тебе спасибо, - повторил Мозенрат и повернул голову к нему.

- За что же? - Аладдин удивлённо приподнял брови. Он на самом деле не понимал.

Волшебник пожал плечами.
- За всё. За всё, что было на Острове. Другой бы на твоём месте, наверное, послал бы всё к чертям. И главным образом за то, что вызвался полететь со мной. Хоть отправить этих существ обратно могу только я, всё-таки, так будет лучше. Вроде это называется поддержка, да?

Аладдин улыбнулся.
- Да. А ещё "одна голова - хорошо, а две - лучше".


Имея статус самого развлекательного и туристического города Семи Пустынь, Гетцистан мог похвастаться также и обилием гостиничных домов - на любой вкус, цвет и кошелёк.

Аладдин предполагал, что сейчас они так быстро всё не провернут, ведь пока даже неизвестно, что тут такое, и вообще здесь ли остановился их сверхъестественный беглец. Поэтому он предложил снять номер.
Мозенрат, конечно, с ним согласился. Но когда они остановились в первой попавшейся гостинице и выбрали самую приличную комнату с двумя кроватями, Мозенрат вспомнил, что у него нет с собой ни монеты. Единственное, что он в спешке прихватил с собой, собираясь лететь в Аграбу - это рюкзак со всякой магической атрибутикой, и толстую книгу в кожаном переплёте о всевозможных существах мира.
Аладдин, который предусмотрительно деньги взял, заплатил за номер, и Мозенрат стал пребывать в несколько скверном расположении духа.

- Я считаю, что нам стоит сходить на разведку. Посмотрим на обстановку в городе, поговорим с местными, расспросим, не было ли чего странного, - предложил Аладдин, оглядев комнату и кинув на кровать свою небольшую дорожную сумку.
"Заодно купим тебе новую зубную щётку" - мысленно добавил Аладдин, вспомнив, какой тот чистюля.

Мозенрат кивнул.
- Хорошая идея, сходи. Мне нужно на пару часов отлучиться.

- Куда? - обернулся к нему Аладдин. - Зачем?

- За деньгами, если ты не против, - усмехнулся Мозенрат. - Я не взял в Цитадели ни монеты.

Взгляд Аладдина стал подозрительным и удивлённым одновременно.
- Уж не хочешь ли ты сказать, что ты...

Мозенрат мотнул головой.
- Нет, я не собираюсь воровать их, если ты об этом. Я их выиграю, - он покосился на героя, пребывающего в крайней степени удивления, и добавил: - В покер. Или в рулетку. Кстати, одолжи пару золотых, сегодня же верну с процентами. Здесь есть какое-нибудь казино?

Аладдин подумал, что его экс-соперник, а ныне друг, наверное, никогда не перестанет удивлять его. Но всё же достал из мешочка с монетами три золотых динара и протянул их Мозенрату.

- Конечно, это же город развлечений. Вроде бы, самый популярный называется "Гнёздышко", - жестом, всё ещё полным замешательства, он взъерошил волосы на затылке и вдруг весело улыбнулся. - Когда мы с друзьями были в этом городе последний раз по делу Нефира, Яго там здорово ощипали.

- Отлично.
Мозенрат уже собирался развернуться, чтобы уйти.

- Но, послушай, играть в карты... Где же ты этому научился? - продолжал Аладдин. - Это ведь так... несколько... ну... - Он сбился и неловко кашлянул.

Волшебник коротко кивнул, насмешливо прищурив серые глаза.
- Плебейски, да? Ты это хотел сказать, герой?

- Не в твоём стиле! - нашёлся Аладдин и улыбнулся своей сообразительности.

Мозенрат молчал около минуты, не сводя с него задумчивого взгляда. Аладдин уже собирался спросить "Что?", когда тот снова заговорил.
- Мне было семнадцать, когда мне удалось сбежать. У Дестана было задействовано несколько охранных заклинаний, не дававших мне покидать Цитадель без его сопровождения, но в тот раз я смог обойти их все. Взял только моего фамильяра, немного воды, мешочек монет и самого лучшего арабского скакуна. К утру был уже в каком-то большом торговом городе к востоку от Чёрных Песков и к северу от Аграбы, не запомнил его названия. Я был чертовски доволен собой, потому что всю дорогу усердно заметал следы, и пребывал в полной уверенности, что в ближайшее время этот сын шакала меня там не найдёт.

Аладдин прислонился к стене, внимательно слушая. "Он сам рассказывает мне это - значит, доверяет!" - с радостью подумал он, потому что случалось такое столь же редко, как лунное затмение. На Острове он из своего товарища по несчастью едва ли не клещами вытягивал каждое слово о том, что касалось его самого.

- Первым делом я снял с руки и продал золотой браслет и перстень с рубином, решив, что в виде денег они будут мне нужнее. По дороге из лавки перекупщика зашёл, как мне казалось, в таверну. Но в том заведении, и отдалённо не напоминающем казино, играли в карты на медные и серебряные монеты. Эти типы не вызывали желания находиться рядом, но внезапно мне захотелось научиться такому "ремеслу". Я выбрал самого приличного на вид мужчину и предложил ему пару золотых в обмен на его уроки.

Мозенрат сделал паузу и вдруг усмехнулся.
- Я всегда был способным учеником. Стоит ли говорить, что уже на следующий день я обобрал до нитки каждого второго в этой никчёмной таверне.

- И чем всё закончилось? Они не попытались убить тебя? - с интересом спросил Аладдин.

Волшебник покачал головой.
- Нет. Тот карточный шулер, что научил меня игре, предложил мне поехать с ним. Он собирался уезжать на рассвете, и я принял его предложение, потому что не мог оставаться долго в том городе. Но Дестан нашёл меня быстрее, чем я предполагал - вечером второго дня. - Мозенрат чуть нахмурился и сжал губы. - Нагрянул внезапно, словно песчаная буря, и был зол, как стадо ифритов. Он вернул меня обратно в Цитадель.

Аладдин удивлённо приподнял брови.
- И всё? И ничего не было?

- А что ты хочешь услышать? - резко бросил Мозенрат, но тут же взял себя в руки, мысленно прогоняя прочь некстати всплывшие в его голове воспоминания. И этот ненавистный, насмешливый и властный голос, холодный, как замёрзшее озеро.
"..Хорошо развлёкся, мой мальчик? Что ж, теперь моя очередь..."

- Мне надо идти. И так задержался тут с тобой, - пробурчал волшебник и развернулся, чтобы уйти.

- Извини, - Аладдин сделал шаг к нему. - Подожди, может, пойдём вместе?

Мозенрат покачал головой, не оборачиваясь.
- Я и один справлюсь. А ты вроде тоже куда-то собирался, верно?

Отредактировано Стейси (2017-09-18 21:05:50)

0

3

Найти это казино не составило труда, стоило только спросить у случайного прохожего.

"Гнёздышко'? Конечно, знаю! Хоть бы спалил его Аллах!.. Иди прямо по улице, а затем направо - не ошибёшься."

И действительно, ошибиться было невозможно. Казино сверкало едва ли не всеми цветами радуги и больше походило на огромный леденец, чем на здание. На крыше башенки виднелось большое декоративное гнездо с тремя такими же внушительными пёстрыми и красочными яйцами.

Мозенрат остановился и на пару минут задержал взгляд на этом величественном храме радости, а затем решительно зашёл внутрь.

"Никогда, слышишь, никогда уважающий себя высокородный чародей и правитель не снизойдёт до общения со всяким сбродом и уличным отребьем, и тем более, не будет играть в азартные игры!" - говорил Дестан, но Мозенрат считал, что в его наставнике было столько дерьма, что оно выплёскивалось на поворотах.

Вид казино изнутри ничуть не уступал виду снаружи. Очевидно, султан Гетцистана не пожалел никаких средств для своего детища.

Мозенрат осмотрелся: людей здесь хватало - одни занимали небольшие карточные столики; другие столпились у рулетки; а третьи поочерёдно кидали кости на большом, оббитом зелёным бархатом столе, на котором уже высилось несколько башенок из монет.

Волшебник выбрал свободный карточный столик в дальнем углу зала, и появление партнёра по игре не заставило себя долго ждать.

- Могу я присоединиться к вам, молодой господин?

Мозенрат поднял взгляд и увидел стоящего рядом с его столиком незнакомца. Плащ скрывал его одежду, но когда он откинул капюшон, стало понятно, что этот мужчина далеко не бедняк. Вероятно, торговец пряностями или украшениями.

Чародей кивнул, и незнакомец сел на стул напротив, слегка наклонившись вперёд, чтобы можно было не повышать голос.
- Моё имя Нибрас, будем знакомы.

- Очень приятно. Но я предпочту остаться инкогнито, - усмехнулся Мозенрат.

- Как будет угодно молодому господину.

Нибрас покрутил пальцами один из своих щегольских усов. Его чёрные, как беззвёздная ночь, глаза смотрели с лёгким загадочным прищуром. Он жестом подозвал юношу, разносившего напитки.
- Бутылку самого лучшего вина и два бокала. Поторапливайся.

Мозенрат отрицательно покачал головой, когда юноша пошёл по поручению.
- Я не буду пить.

Нибрас усмехнулся.
- Предпочитаешь держать свой ум острым и трезвым двадцать четыре часа в сутки?

- Мы же играем в покер! - приподняв брови, Мозенрат сказал это таким тоном, будто объяснял что-то умственно отсталому.

- А я считаю, что бокал-другой на моё умение играть ничуть не повлияет. Даже наоборот, - подмигнул мужчина.

Юноша принёс вино и бокалы, и Нибрас наполовину наполнил один из них.

- Как насчёт того, чтобы сыграть в карты не на деньги? - вдруг предложил он.

Мозенрат чуть напрягся.
- Что ты имеешь в виду? У меня нет ничего, что я мог бы дать тебе. Лишь пара золотых, которые я могу поставить на кон.

Нибрас слегка пригубил вино.
- Если ты проиграешь, я не возьму ничего у тебя прямо сейчас, но, возможно, мне что-то понадобится позже. Через несколько лет, например. О, не волнуйся, много я не возьму, лишь самую малость. Но если ты выиграешь... - Он кинул взгляд на перчатку на правой руке Мозенрата. - Ещё недавно эта вещь была могущественным магическим артефактом, а теперь годится лишь для того, чтобы скрывать за ней твоё скелетированое предплечье. Я мог бы вернуть тебе твою магию. Соглашайся, ученик Дестана.

Глаза Мозенрата распахнулись.
- Кто ты такой, Иблис тебя побери? - ошарашенно, но вместе с тем, требовательно спросил он.

- Скажем так, я отношусь к тем немногим людям, кому по чьей-то неведомой воле открыто прошлое, настоящее и будущее. Я заметил тебя сразу же, как только ты зашёл сюда - тебя было невозможно не заметить. И дело даже не только в красивой дорогой одежде или в светлой коже и серых глазах, нетипичных для жителей этой страны. Я почувствовал твою магическую ауру. - Нибрас отодвинул в сторону бокал с вином, не отводя взгляда с молодого волшебника. - Я посмотрел на тебя и понял, что знаю о тебе всё. Ты умён, образован, талантлив. В двадцать лет ты стал новым правителем Чёрных Песков, заменив Дестана два года назад. Но это всё не легко тебе далось, ведь так?

Мозенрат нервно повёл плечом.
- А тебе-то какое до этого дело?

- Я просто хочу, чтобы ты убедился - я всё знаю о тебе, - улыбнулся Нибрас, но его улыбка не выглядела слишком доброжелательной. - Я знаю, почему ты заматываешь свою шею в платок почти до самого подбородка. Почему ты отдал руку за силу перчатки и превратил Дестана в нежить, как только тебе представилась такая возможность. И что в возрасте девяти лет тебя ему самолично продала твоя родная властолюбивая матушка, и ты...

Волшебник тряхнул головой, выходя из оцепенения, и стукнул ладонью по столу.
- Ну всё, достаточно! Ради всех богов, просто прекрати! - он сжал губы, чувствуя, как нижняя нервно дрогнула. Кем бы ни был этот странный незнакомец, он был прав, говоря, что знает о нём всё. И чёрта с два Мозенрату это нравилось.

Нибрас кивнул.
- Ладно, хорошо. Ты уже убедился достаточно, я полагаю. А ещё мне кажется, что тебя заинтересовало моё предложение. Это так?

Мозенрат медленно выдохнул, и на его красивом лице отразилась досада.
- Это так. Без магии перчатки я чувствую себя каким-то калекой! - мрачно сказал он. Перчатка была с ним всего два года и медленно убивала при этом, но он неимоверно привык к ней - его собственная магия в большей степени была в его знаниях и по силе не могла сравниться с той.

- Ну так что? Ты согласен? - Нибрас говорил не требовательно, но заинтересованно.

Мозенрат задумался. Предложение было таким заманчивым!.. Но этот незнакомец не стал бы предлагать такие условия, если бы не был уверен в своей победе.

- Ты сказал, что в случае твоей победы ты возьмёшь у меня что-то через несколько лет. Что это будет? Ты и сам ещё не знаешь?
Вдруг вспомнилась одна из сказок, что он читал когда-то в детстве. Мозенрат не помнил точно, о чём она, лишь только то, что злой колдун в обмен на что-то забрал у принцессы  её дитя.
- Уж не ребёнка ли? - усмехнулся Мозенрат. Мелькнула мысль согласиться, потому что он не был уверен, что они у него когда-либо будут.

Нибрас потряс головой.
- Нет, ни в коем случае. Зачем мне дети?.. Я ведь сказал, это сущий пустяк, уверен, ты даже не поймёшь, что я что-то у тебя забрал. Ну так что же?

"Слишком просто... Нет, пока не стоит. Я..."

- Мне надо подумать, - ответил Мозенрат. - Я ведь могу подумать насчёт этого, так?

- Конечно, ты можешь. Я тебя не тороплю, - кивнул Нибрас. - Но я надеюсь, что ты примешь правильное решение. Ведь если тебе повезёт, то ты ничего не теряешь, а наоборот. Подумай над этим.

Мозенрат поднялся из-за стола.
- Если я решу принять твоё предложение, я приду сюда завтра после полудня, идёт? - спросил он, и, получив утвердительный кивок, с усмешкой добавил: - А сейчас, с вашего позволения, я пойду и поиграю на деньги с кем-нибудь другим.

Нибрас проводил его взглядом и хищно улыбнулся. На его практике ещё ни один человек не отказывался от его предложений.
И он был уверен, что этот юноша согласится.

*   *   *

Аладдин медленно летел на Ковре по улицам Гетцистана, внимательно оглядываясь вокруг. Создавалось ощущение, что всё в этом городе в порядке: дома и здания в целости и сохранности, и люди, что попадались ему по дороге, отнюдь не выглядели напуганными или несчастными. Пару раз он даже останавливался рядом с каким-нибудь прохожим, который удивлённо начинал таращиться на волшебный ковёр, и спрашивал, всё ли у них в городе в порядке за последние сутки. Оба незнакомца наградили его полным недоумения взглядом и едва ли не покрутили пальцем у виска.

Аладдин уже стал думать, что они ошиблись, решив, что существо направилось именно сюда, когда Ковёр зарулил в квартал Уличных Крыс. Такой квартал был абсолютно в каждом городе, и Аладдин, который сам вырос в таком же, уже собирался попросить Коврика подняться чуть повыше, так как некоторые личности в таких кварталах не отличались дружелюбием.

Но внезапно в глаза бросился красивый и довольно дорогой двухэтажный дом, окружённый каменной оградой. Он выделялся среди прочих, словно золотая монета в груде медяков.
Аладдин на миг опешил. Кто мог построить такой дом в этом квартале?

- Добрый вечер, - обратился он к пожилому мужчине, сидящему на ступеньках своего донельзя простенького жилища. - Вы не знаете, чей это дом?

Мужчина поднял на него удивлённый взгляд.
- Ещё вчера на месте этого дома была жалкая хижина, в которой ютились вдова Зейнаб и двое её детей. А сегодня в полдень я вышел из дома и увидел это. - Он указал рукой на роскошный дом. - Не знаю, что за неведомая сила здесь побывала, и кто тут теперь живёт.
Он встал со ступенек и скрылся за дверью.

Аладдин подумал, что можно было бы на минуту представить, что эта женщина вдруг нашла лампу с джинном, и одним из её желаний стал добротный дом. Но он знал, что такие вещи определённо не валяются на дороге - три года назад он самолично спустился  за такой в подземную пещеру, в которую и войти-то мог далеко не каждый. Поэтому герой решил, что версия с джинном здесь отпадает.

"С джинном - рабом лампы. Но если тут поработала какая-то другая сила..."

А в том, что здесь замешано что-то сверхъестественное, сомневаться не приходилось. Даже самые лучшие строители во всех Семи Пустынях не построили бы такой дом за одну ночь.

- В Квартале Уличных Крыс... - вслух закончил свои размышления Аладдин, словно подводя итог.

Он направил Ковёр вверх, и тот, перелетев забор, завис над крышей дома. От ворот к дому вела аккуратная каменная дорожка, а по обеим сторонам от входной двери росли красные розы в больших глиняных горшках. На скамейке под окном, в тени декоративного персикового дерева сидела красиво одетая женщина и вышивала бисером.

- Ну-ка, Коврик, попробуем поговорить с ней, - шепнул Аладдин, и волшебный ковёр послушно опустился перед воротами со стороны улицы.

Аладдин постучал в дубовую дверь большим тяжёлым кольцом, свисающим из пасти медной львиной головы.

Женщина открыла, настороженно выглядывая из-за двери. И Аладдин подумал, что он очень удачно надел свой светлый наряд "принца Али", которым Джинн наградил его как только он загадал первое из трёх желаний.

- Добрый вечер, уважаемая госпожа, - придав себе важный вид, Аладдин вовсю импровизировал. - Моё имя Али, я из дворцовой стражи, и мне поручено следить за порядком в этом квартале. Всё ли у вас спокойно?

Женщина неловко поправила пёстрый платок на голове. Уж как-как, а "уважаемой госпожой" её ещё ни разу не называли.
- Да, всё спокойно. Спасибо за заботу, благородный юноша, - смущённо ответила она.

Аладдин окинул взглядом ворота.
- Один хороший человек сказал мне, что ещё вчера здесь был старый домишко, в котором жила вдова с двумя детьми. Что с ними случилось?

На мгновение выражение её лица стало растеряным, но тут же его сменила озабоченность. Женщина вышла за ворота, прикрыв двери, и тихо сказала:
- С ними ничего не случилось. Вдова Зейнаб - это я. А это - наш новый дом, - её глаза распахнулись. - Вы же не отберёте его у нас?

- Нет, если вы ответите мне, откуда он у вас появился, - Аладдин тоже слегка понизил голос. - Вы его построили? За одну ночь?

На лице вдовы вновь отразилась тревога.
- Нет, но... Вы, наверное, мне не поверите, но этот дом мне дал один благородный  господин. Он волшебник, - это слово она произнесла с неким благоговением. - Сегодня утром, едва встало солнце, я пошла на базар. И там ко мне подошёл этот человек, он был хорошо одет. Сказал, что видит, как бедна моя одежда, и спросил, не хочу ли я много золота и хороший дом. Я испугалась и хотела убежать, но он сказал, что сейчас даст мне всё это просто так, только, возможно, через несколько лет придёт и возьмёт у меня взамен какой-нибудь пустяк. Я особо не поверила ему, но согласилась. Он пожал мне руку и сказал идти домой. И когда я вернулась сюда, то... - Зейнаб на секунду зажмурилась. - Старого дома не было. Вместо него стоял этот, и мои дети выбежали из него красиво одетые. Вот и всё. Пожалуйста, поверьте мне!..

Аладдин задумчиво кивнул.
- Я вам верю, - он подумал, что здесь всё-таки замешан джинн. Но какая ему с этого выгода? Аладдин не мог поверить, что тот вдруг сделал это по доброте душевной. В том, что все существа, которых случайно выпустил Мозенрат, злые, герой не сомневался.

Поблагодарив вдову за информацию и пожелав приятного вечера, Аладдин запрыгнул на волшебный ковёр и полетел обратно в гостиничный дом. Он подумал, что Мозенрат уже мог вернуться, и ему нетерпелось поделиться с ним своими соображениями.


Поднявшись в номер, Аладдин застал Мозенрата странно задумчивым. Тот сидел на своей кровати, скрестив ноги по-турецки, и строил башенку из золотых и серебряных монет у себя на колене. Увидев Аладдина, он с еле заметной улыбкой кивнул ему в знак приветствия.

Аладдин сел на свою кровать, закинув под спину подушку и, не откладывая в долгий ящик, рассказал ему о странностях, что видел в квартале бедняков, и что поведала ему вдова Зейнаб. Он не отрывал от некроманта взгляда, следя за его реакцией.

Мозенрат медленно поднял на него удивлённые глаза.
- Вот как?.. - протянул он. - А она не описала его внешность?

- Нет, только то, что он был прилично одет, - пожал плечами Аладдин. - А у тебя есть подозрения по поводу того, кто бы это мог быть?

- В казино я встретил одного странного незнакомца. Он много что рассказал обо мне и предложил вернуть мне мою магию, если он проиграет мне в карты. Но если проиграю я, то он забрал бы что-то у меня... Похоже, мы говорим об одном и том же. Интересно, и кто же он тогда? Может быть, злой джинн?

Аладдин округлил глаза.
- Надеюсь, ты с ним не играл? - взволнованно спросил он.

Раздался хлопок, и из облака розового дыма, который тут же рассеялся, появился Джинни.

Аладдин от неожиданности едва не свалился с кровати. За три года он так и не привык к тому, что Джинн имеет привычку появляться внезапно, как чёрт из табакерки.

- Ну что, как дело продвигается? - Джинн завис в воздухе с большим картонным стаканом поп-корна, сидя словно в невидимом кресле.

- Минуточку!.. А ты как тут оказался? - герой потянулся к сумке, заглянул в неё и вытащил лампу. - Я же тебя с собой не брал!

Джинн закивал, потом засыпал себе в рот весь оставшийся поп-корн, смял стакан и отправил его в никуда.
- Верно! Я сам взял себя с тобой. Потому что подумал, как же мой дружочек-пирожочек тут один-одинёшенек, - он потрепал его за щёку и сунул в руку Аладдину большой круглый леденец на палочке.

- Джинни, прекрати!.. - Аладдин тут же вернул ему леденец обратно, желая прямо сейчас провалиться под землю. Это же надо вытворять такое на глазах у Мозенрата! - И я не один, ты что, не видишь?

Волшебник, тем временем, с интересом наблюдал за всем этим, и Аладдин подумал, что, судя по прищуру его глаз, всё происходящее его очень даже забавляет.

Джинн обернулся к Мозенрату и с виноватым видом стукнул себя по лбу тыльной стороной ладони.
- И правда, как я мог забыть, что у тебя в друзьях теперь этот высокомерный бледный мальчишка! Ах, прелесть-то какая! - умильно сказал он в образе заботливой мамочки, выудил из воздуха второй леденец и сунул волшебнику. - И ты держи, чтобы тебе не обидно было.

Мозенрат подавил в себе желание запустить этот леденец тому в лоб, но лишь откинул его в сторону на другой конец кровати и скрестил руки на груди. Он в который раз убедился, что глубоко заблуждался, когда считал, что джинн - очень полезное и очень нужное ему приобретение.

- Так чем вы тут занимаетесь? - снова спросил Джинн. - Операция проходит успешно?

Аладдин вкратце рассказал ему о новом доме вдовы и незнакомце, который подбивает на странные условия игры. И когда он спросил у друга, что тот думает по этому поводу, Джинн напряжённо почесал затылок.

- Как вы сказали зовут этого незнакомца?

Мозенрат повёл плечом, кинув на Джинна снисходительный взгляд.
- Мы пока и не говорили. Его имя Нибрас, а разве это имеет какое-то значение?

Джинн подпрыгнул так живо, что едва не выдернул из уха золотое колечко, которое задумчиво теребил.
- Ещё бы!.. Именно оно всё мне и сказало! Это же имя одного из демонов, а именно - низшего дьявола, ответственного за развлечения, - Джинн принялся загибать пальцы. -  Любит азартные игры, дорогие вина, разные сделки, и на досуге не прочь развлечься тем, что пытается выиграть в карты душу для своей коллекции у какого-нибудь бедолаги. Или предлагает исполнить любое желание, говоря, что плату сразу не берёт. Ну вы уже поняли, что у него за плата, верно?.. К тому же, неплохо считывает информацию о прошлом человека и о его желаниях, чтобы было проще им манипулировать. - Он снова повернулся к некроманту. - Насколько я понял, ты с ним всё же не играл?

Мозенрат выглядел так, словно задумался о тщетности бытия.
- Нет, - медленно сказал он, припоминая, как в один момент у него мелькала мысль согласиться на партию.

- Спасибо тебе, Господи, за маленькие радости! - вскинул руки к потолку Джинн.

Аладдин вскочил с кровати и стал взволнованно ходить по комнате туда-сюда.
- Тогда всё сходится. Мы нашли то, зачем сюда прилетели. И получается, это его на свою голову повстречала вдова Зейнаб, и они заключили сделку! А может быть, он уже и ещё кого-то в это затащил, если он целый день торчал в казино! - герой остановился и уставился на некроманта. - Если теперь мы знаем, что это за существо, тебе известно, как от него избавиться?

Мозенрат достал свою книгу и принялся листать её.
- Да. Я проведу обряд экзорцизма - изгнания демона, после чего он уже не вернётся. Никогда раньше этого не делал, но попробую. - Он задержался взглядом на одной из страниц. - Здесь есть текст заклинания и способ, как для начала заманить его в ловушку. После его изгнания все сделки, что он проводил, аннулируются.
Волшебник захлопнул книгу и поднялся на ноги.
- Завтра. Я договорился встретиться с ним завтра после полудня, если вдруг решу принять его предложение. Ночью я подумаю, как всё это провернуть.

Аладдину показалось, что с волшебником что-то не то. Он сделал шаг к нему и тихо, чтобы не услышал Джинн, спросил:
- Что с тобой?

Мозенрат с досадой дёрнул плечом.
- Ничего кроме того, что я дурак, - хмуро ответил он. - Хоть ненадолго и самую малость, но я позволил себе представить, что этот Нибрас и правда просто волшебник с даром ясновидения, который мог бы помочь. Да, возможно, случилось бы чудо, я бы обыграл его, и ему пришлось бы выполнить свою часть сделки. Но даже тогда... Демон... - волшебник поморщился. - Больше не хочу быть частью этого зла. Но и эту беспомощность ненавижу.

Мозенрат снял и кинул на кровать свой красивый головной убор, так не похожий на обычную чалму, взлохматив густую кудрявую шевелюру. Он ушёл в ванную комнату, и Аладдин услышал, как тот перебирает стеклянные бутыльки и баночки с пенами и ароматическими маслами для купания.
Спустя несколько минут послышался звук набираемой воды в большую ванну.

- Ал, это так падает свет или ты на самом деле выглядишь немного расстроенным? - спросил Джинн, приподнимаясь со своего гамака, который он соорудил себе пару минут назад.

Аладдин пожал плечами, не отрывая взгляда от закрытой двери ванной. Он не думал, что Мозенрату было настолько сложно снова стать обычным человеком. Всё надеялся, что пройдёт немного времени, и его новый друг привыкнет. И порой, хоть он мог и заблуждаться, герою казалось, что тому просто страшно.
Конечно, вряд ли представлялось возможным, что Дестан мог бы вернуться, ведь сложно воскреснуть из мёртвых, особенно, если тебя превратили в бездушного и безмозглого раба-зомби. Но никто и никогда не может знать что-то наверняка, ведь так?


Аладдин открыл глаза и увидел, что его подушка залита серебрянным светом ночного солнца. Он повернулся на другой бок и увидел, что соседняя кровать пуста, даже не тронута. Тогда герой приподнялся на своей кровати и оглядел комнату.

Мозенрат читал книгу, неподвижно сидя за столом у окна. И в лунном свете, падающем на его лицо и кисть левой руки - единственные участки кожи, не скрытые одеждой, - он ещё больше походил на дорогую фарфоровую куклу. Только теперь Аладдин точно знал, что хоть внутри всё ещё и было немного холодно, но уж точно не было пусто.

Аладдин медленно встал, потерев лицо ладонями.
- Ты когда-нибудь спишь?

- Бывает иногда, - кивнул волшебник, не отрываясь от книги. - Вчера, например, было очень даже удачно, не находишь?

Герой подошёл к окну, оперся на него руками и поднял лицо к яркой россыпи звёзд на тёмном небе.
- Интересно, что это такое - звёзды? Ты никогда не задумывался над этим? - он повернул голову к столу.

Мозенрат поднял на него взгляд, и его глаза слегка улыбались.
- Это огромные газовые шары, которые излучают свет и находятся в космосе на невероятно далёком расстоянии от нас. Они холодные и безразличные, как бы люди ни пытались романтизировать их, - сказал он и, заметив, каким взглядом смотрит на него Аладдин, добавил: - Я же говорил, что во времена моего ученичества, помимо всяких магических ритуалов и языков, я изучал ещё и многие науки, и астрономия - одна из них.

Герой озадаченно потёр переносицу.
- Существует ли такая, которую ты не знаешь? - восхищённо пробормотал он. С того дня, как они вдвоём оказались на Острове, Аладдин уже не раз ловил себя на мысли, что общаться с учеником Дестана даже куда интереснее, чем с кем-либо из его старых друзей.

Мозенрат задумался, но буквально на пару мгновений.
- Если можно назвать её так... Тогда могу сказать, что в такой науке, как любовь, я ни черта не смыслю.

- Я думаю, ты заблуждаешься, - с улыбкой ответил Аладдин.

Мозенрат покачал головой.
- Нет. Когда-то давно, когда я был маленьким, в моей другой жизни, я любил Мираж. Мать всегда любишь, какой бы она ни была. Но после того, что она сделала и исчезла из моей жизни, я больше не смог. Когда тебя не любят - это одно. Но когда используют как разменную монету - совсем другое. Думаю, когда рядом нет никого, кто бы любил тебя и кого мог бы любить ты, забываешь, как это. Я вот забыл.
Он поднял взгляд на Аладдина, и тому на мгновение показалось, что глаза волшебника блестят, но в них только отражался лунный свет.
- Помню, ты рассказал мне о том, что тебе тоже пришлось в жизни нелегко. Но, в отличие от меня, ты не забыл о доброте. Ты... молодец.

Аладдин улыбнулся, стараясь не показать, как он удивлён. Если бы ещё неделю назад кто-нибудь предположил, что Мозенрат скажет о нём что-то хорошее, он посмеялся бы ему в лицо. Но теперь, после трёхдневной ссылки на Остров надежды, поменялось очень многое, да так быстро, что они оба не до конца привыкли к новому положению вещей. Аладдин, правда, привыкал намного быстрее.

- Ответишь на вопрос?

- Ммм?..

- Почему ты сам вызвался избавить наши города-союзники от этих существ? - поинтересовался Аладдин. - Я никогда раньше не замечал за тобой желания спасти город, или что-то вроде того.

Мозенрат негромко засмеялся.
- Верно, - кивнул он. - Я никогда не хотел почувствовать себя героем и на людей мне было практически всё-равно. Но я знал, что ты попросишь меня об этом, и избавил тебя от необходимости это делать. Тем более, что отправить этих гадёнышей обратно могу только я.

- Тогда я точно могу сказать, что твоя амнезия закончилась в тот момент, когда ты впервые назвал меня другом на Острове, - уверенно сказал Аладдин.

Мозенрат привычно поднёс левую руку к плечу, но тут же отдёрнул, вспомнив, что Ксерксиса он сам неосмотрительно оставил в Чёрных Песках.
Он вдруг подумал, что Аладдин может быть прав.



Задрав половину пёстрого ковра и оголив дощатый пол, Мозенрат рисовал мелом дьявольскую ловушку, стоя на коленях. Она представляла собой пятиконечную звезду, заключённую в ровный круг. С внешней стороны круга у каждого угла звезды он добавлял по какому-то странному символу.

Джинн внимательно наблюдал за его стараниями с соседней кровати.
- Вы только посмотрите на этот шедевр мирового искусства!.. Готов поспорить, что в детстве ты ходил в кружок "Очумелые ручки", - умилительно сказал он.

Мозенрат кинул на него быстрый взгляд, не отрываясь от дела.
- Я бы поведал тебе о кружках моего детства, да только боюсь ранить твою неустойчивую психику, - отозвался он. - Ты у нас и так на всю голову пришибленный.

Аладдин подавил смешок в поднесённом ко рту кулаке.
- Что это? - с интересом спросил он.

- Пентаграмма. Магический символ, встречающийся ещё со времён египетских пирамид, - объяснил Мозенрат. - В книге написано, что правильная пентаграмма защищает от злых духов, демонов и прочей нечисти. Её можно нарисовать или носить в виде амулета. Конкретно эта, начерченная на полу, послужит Нибрасу ловушкой - если он встанет на неё, не сможет выйти.

Джинн спрыгнул на пол, крутанулся на месте и предстал в форме агента ФБР и в чёрных очках.
- Все готовы к операции? Повторим план действий: я выслеживаю негодяя, мы скручивам его, Аладдин кидает на Ковёр, и под конвоем доставляем в место его будущего заточения, сэр.

- Помилуй, - иронично отозвался Мозенрат, поднимаясь и отряхивая руки. - Может быть, вам с собой ещё передвижной цирк прихватить и всю окружную ярмарку в придачу? Я пойду в "Гнёздышко" один, как вчера и сказал. Мы с ним договорились, что я приду после полудня, если решу принять его предложение.

Джинн сунул в рот сигару, поправляя только что появившуюся у него на голове шляпу-котелок.
- Не могу поверить в то, что сейчас скажу, но этот парень с каждым днём нравится мне всё больше, - сказал он и обратился к волшебнику: - Запомни одно важное правило, когда идёшь на сделку, Джонни: сначала деньги, потом товар.

Мозенрат изогнул левую бровь, не понимая, о чём тот вообще толкует, и отмахнулся от реплики, как от назойливой мухи. Он подцепил ногой задранный край ковра, возвращая его в прежнее положение, так, что тот расправился и закрыл собой дьявольскую ловушку.

- Я пошёл в казино. А вы снимите соседнюю комнату и, как услышите, что мы пришли, придёте сюда. - Мозенрат задумчиво поднёс левую кисть к подбородку. - Хотя, можете и остаться там. Не знаю, как всё это здесь будет выглядеть.



С утра и почти до следующего рассвета в "Гнёздышке" не переводились люди, желающие попытать свою удачу. Иначе говоря, почти круглосуточно заведение жило своей жизнью.
Именно такая мысль пришла Мозенрату в голову, когда он снова опустился за тот же столик в уголке, что и вчера вечером.

- Рад снова видеть тебя, ученик Дестана.

Услышав знакомый голос, волшебник вскинул голову, встречаясь взглядом с тёмными глазами его вчерашнего собеседника.

- Да, я... - Мозенрат тихо кашлянул. - Я решил принять твоё предложение.

Во взгляде Нибраса отразилось мрачное торжество, сменившееся предвкушением.
- Что ж, повторюсь - я очень рад! - он чуть отодвинул стул, собираясь сесть напротив, но Мозенрат поднялся из-за стола и покачал головой.

- Знаешь, этот шум вокруг мешает мне сосредоточиться. Вчера из-за этого я проиграл пару золотых, хотя до этого со мной такого не случалось. - Это была, разумеется, ложь, но, как говорится, ложь во спасение. - Ты не будешь против, если мы сыграем эту партию в моём гостиничном номере? Я остановился здесь совсем неподалёку. Карты пусть будут твои. - Мозенрат улыбнулся. - Я просто хочу честной игры.

Нибрас почесал бородку. А, впрочем, какая разница, где играть? Он очень хотел заполучить душу этого молодого чародея. Он знал, что выиграет в любом случае, независимо от того, где это будет проходить.

- Хорошо, я согласен.

Едва они оказались на улице, Нибрас схватил его за руку и шепнул:
- Подумай о своей комнате.

Мозенрат представил себе дверь в их гостиничный номер, и на пару мгновений вокруг него зарябило, как бывает с воздухом в жаркий день. Не успел Мозенрат удивиться тому, что это было, как они уже стояли на втором этаже возле их комнаты.
- Не знал, что ты так можешь, - хмыкнул некромант, толкая дверь плечом, и Нибрас самодовольно ухмыльнулся.

Мозенрат кивнул на стол у окна, предлагая своему спутнику пройти и выбрать себе место первым. Хоть он и нарисовал пентаграмму довольно большой, но всё же хотел убедиться, что тот точно по ней пройдёт.

Нибрас двинулся к столу, и когда он ступил на ковёр, Мозенрат на секунду задержал дыхание.
Шаг. Ещё один.

Внезапно Нибрас замер на середине пути. В замешательстве он хотел сделать ещё шаг, но не смог сдвинуться с места.

Мозенрат почувствовал ликование: информация в книге не обманула, и это действительно сработало!
Он прошёл мимо пленника к столу, туда, где кончался ковёр. Нагнулся и откинул один его край, открывая часть пентаграммы.

- Дьявольская ловушка. Как тебе? - Мозенрат довольно скрестил руки на груди.

Нибрас на секунду опустил взгляд на пол, а когда снова поднял глаза, они как-то странно сверкнули. Он заметил, что Мозенрат достал из-под подушки книгу и стал листать её.
- И что же ты хочешь сделать?

- Отправить тебя туда, откуда случайно выпустил, - отозвался Мозенрат, останавливаясь на нужной странице. - Чтобы ты больше не заключал своих чёртовых сделок на души людей, которые даже понятия не имеют, на что они соглашаются.

- О, так значит, это был ты? - протянул Нибрас и усмехнулся. - А ты уверен, что хочешь сделать это?

Волшебник поднял на него взгляд, оторвавшись от книжных страниц.
- Назови мне хоть одну причину, по которой я не должен отправить тебя обратно в ад.

Нибрас пожал плечами.
- Я не врал, когда сказал, что могу вернуть тебе магию. Я на самом деле могу это. Твоя перчатка станет, как и прежде, - в его глазах снова промелькнуло хищное выражение. - Тебе нужно лишь стереть часть этой штуковины, что на полу. Давай, сделай это, хороший мальчик.

Мозенрат вздрогнул. Ему показалось, или демон стал говорить голосом Дестана?

- Если ты меня выпустишь, разойдёмся по-хорошему, - продолжал Нибрас. - Если же нет, я когда-нибудь всё равно выберусь и найду тебя. И знаешь, что я сделаю в первую очередь? Да, я воскрешу твоего дорогого наставника. Думаю, он будет очень рад снова увидеть тебя...

- Заткнись! - рявкнул Мозенрат, и Нибрас и правда замолчал, увидев в его глазах ярость и мрачную решимость. В книге говорилось, что после этого ритуала демон больше не сможет выбраться на свободу, но а если вдруг?.. Нет, Мозенрат даже думать об этом не хотел. Но он не собирался отступать, даже если это бесовское отродье и дальше будет  пытаться напугать его.

Он стал читать короткое заклинание на латыни. Уже после первых строчек Нибрас согнулся, словно от удара в солнечное сплетение, а затем выпрямился и дрогнул, словно телевизионная помеха.

- Будь уверен, ты об этом пожалеешь! - прошипел Нибрас и снова дёрнулся, как плохое изображение.

-..liberate service te rogamus, audi nos! - закончил Мозенрат и вскинул голову.

Демон полыхнул, как зажжённая спичка, и исчез.

Мозенрат положил книгу на стол, не отрывая взгляда от тёмного пятна гари на ковре.

Дверь распахнулась, и в комнату вбежал Аладдин в сопровождении Джинна.
- Извини, мы... - герой кинулся было к волшебнику, но резко остановился, едва не наступив на чёрное пятно. - Ой, это... Ты его уже изгнал? Извини, мы даже не слышали, как вы зашли.

Мозенрат пожал плечами.
- Я же сказал, что вам лучше было и не приходить. Да, ритуал получился.

Аладдин заметил его подавленый вид.
- Он что-то говорил тебе? Что он тебе такого сказал?

- Ничего. - Волшебник на мгновение замолчал, снова кинув взгляд на ковёр над дьявольской ловушкой, и вдруг улыбнулся. - Ничего кроме того, что нам наверняка придётся платить за порчу чужого имущества.

*   *   *

Аджман был одним из небольших и не сильно населённых городков, во множестве раскиданных на просторе арабских пустынь. Солнце уже опустилось за горизонт, когда волшебный ковёр, неся на себе двоих друзей, влетел в город, подсвеченный огнями факелов и разноцветных фонарей.

- У них что, сегодня какой-то праздник? - поинтересовался Аладдин, оглядываясь по сторонам. На улицах всё ещё было очень оживлённо.

Мозенрат насмешливо кивнул.
- Да, какой-нибудь День Дураков, - заявил он.

- С каждой минутой я всё больше убеждаюсь, что ты на самом деле любишь людей, - хохотнул герой.
Он остановил Коврик у уютного с виду двухэтажного гостиничного дома и спрыгнул на вымощенную камнем дорожку.
- Не знаю, как ты, а я бы чего-нибудь перекусил. Предлагаю кинуть сумки в номер и посетить какое-нибудь чудесное заведение.


Несмотря на поздний час, в таверне "Гарцующий пони" было многолюдно. Занимая почти все столики, мужчины сидели за ними по трое-четверо, пили вино, закусывали копчёными говяжьими ломтиками и фруктами, и увлечённо общались друг с другом.

Мозенрат заметил пустующий столик недалеко от входа и, схватив Аладдина за рукав, потянул за собой.

Едва они расположились за столом, рядом материализовался вертлявый мужичок в пёстрых одеждах. Он сжимал блокнот в одной руке, и карандаш - в другой.
- Что будет угодно молодым господам?

Мозенрат растерялся, совершенно не зная, чего бы ему хотелось, но Аладдин вдруг быстро сообразил:
- Принесите два ваших фирменных и поднос с фруктами.

Едва мужичок ускакал, лавируя между столиками, волшебник перевёл на Аладдина притворно возмущённый взгляд.
- Ты хоть представляешь, что там у них может быть за фирменное? - он приложил к груди здоровую руку. - Это такое завуалированное понятие, что мне даже немного не по себе.

Аладдин лишь весело отмахнулся.

За соседним столом сидели трое пожилых мужчин и оживлённо что-то обсуждали. Мозенрат и не пытался подслушивать, но они говорили довольно громко, и это получалось само собой.

- Прошлой ночью кто-то раскопал могилу моего соседа, почтенного Гассана, - сокрушался сухонький старичок в светлом тюрбане. - А ведь его только позавчера схоронили. Утром смотрят - ни тела, ни драгоценностей. Ладно, шайтан с ними, драгоценностями, но ведь умерший-то зачем понадобился?

Мозенрат с усмешкой указал взглядом себе за плечо.
- Ты слышишь это, Ал?

- Наверное, какой-то сумасшедший гений ворует тела для своих экспериментов, - предположил Аладдин. - Знал я одного сумасшедшего гения, Механикуса, но тот вряд ли стал бы раскапывать могилы. Тот больше по технике специалист.

- Или, может, просто вор. Драгоценности ведь тоже пропали, - добавил Мозенрат, но тут же покачал головой. - Хм... Ну а тело, в таком случае, зачем прихватили?..

Подошедший официант поставил перед ними на стол тарелки и небольшой поднос со свежими фруктами.
- Мутаббаль из печёных баклажанов! - отрекомендовал он. - Приятного аппетита!

Через несколько минут Аладдин заметил, что Мозенрат даже не притронулся к своей еде, лишь равнодушно ковырял вилкой в тарелке.

- Вообще-то, стоит попробовать, - сказал Аладдин, нацепляя на вилку кусочек, но Мозенрат лишь так же равнодушно пожал плечами. - Если ты всегда так ешь, тогда я и не удивляюсь, почему ты настолько худой, - продолжал герой. - В народе это называется "бараний вес".

Мозенрат слегка прищурился.
- На себя посмотри, герой. Ты что, меня взвешивал?

- Я тебя не раз по земле валял. И из ловушки на Острове вытащил, - его большие карие глаза лукаво прищурились. - Ты не видел, но я делал это одной рукой. О, я кое-что придумал для тебя.
Аладдин сунул руку в карман и положил на стол четыре золотые монеты.
- Сходи разменяй на медяки.

Мозенрат удивлённо приподнял брови, переводя взгляд со стола на деланно серьёзное  лицо Аладдина.
- Зачем?

- Насыпем тебе в карманы, - хохотнул Аладдин, отщипывая от грозди зелёного винограда одну ягодку.

Волшебник весело фыркнул.
- Похоже, на тебе сказывается длительное общение с твоим синим шутом.
Он остановил проходящего мимо с подносом официанта, и когда тот немного наклонился, что-то шепнул ему. Мужичок закивал и испарился.

- Что ты сказал ему? - поинтересовался Аладдин. Но Мозенрат лишь загадочно улыбнулся.

Вернувшийся официант поставил на стол красивую бутылку вина, явно дорогого, и небольшой бокал. Аладдин с удивлением наблюдал за тем, как Мозенрат открыл бутылку, налил четверть бокала и выпил в пару глотков.

- Ты меня заколебал, - пояснил Мозенрат, беря в левую руку вилку и накалывая на неё кусочек. - Я не сказал бы, что люблю вино, нет. Но есть у меня одна странность - когда я его выпью, мне хочется есть. Не спать, не искать приключений, не петь песни, а есть. - Он попробовал этот замысловатый "мутаббаль с баклажанами" и признал, что Аладдин был прав. - Странно, правда?

Аладдин засмеялся, глядя, как тот снова плеснул себе немного вина.
- Пожалуй, ты сам - самая большая странность, что я встречал в жизни.

Он чуть отклонился в сторону, кидая взгляд на соседний столик, но тот уже пустовал.


К тому времени, как друзья вышли из "Гарцующего пони", улицы опустели. Более того, фонарики и факелы в этом квартале затушили, и он весь был погружён в полумрак.

Аладдин огляделся, пытаясь вспомнить, с какой стороны они пришли.
- И о чём я думал, когда оставлял Джинни с Ковриком в гостиничной комнате? - он почесал затылок.

Мозенрат хохотнул в кулак, стоя за его спиной.
- Ты думал о том, что такое звё-ё-ё-ёзды... - протянул он, и с блаженной улыбкой запрокинул голову. - Я в жизни не чувствовал себя лучше. А друзья пьют на брудершафт?

Аладдин с добродушной усмешкой обернулся через плечо и покачал головой.
- Я и не думал, что тебя так с двух бокалов... - он заметил большую декоративную пальму в бочке чуть выше по улице, которую видел по дороге сюда. - Кажется, я знаю, куда нам идти.

Мозенрат двинулся следом за ним, что-то бормоча себе под нос. Прислушавшись, Аладдин разобрал нечто вроде "Летит Инаме на крылатом коне, всё выше и выше, и кажется мне..."

Они прошли один небольшой квартал, и Аладдин заметил невдалеке свет разноцветных фонариков.
- О, так мы уже почти...

Рядом послышалось негромкое рычание, не позволившее ему закончить свою мысль. Преграждая дорогу, из темноты внезапно вынырнула лохматая тёмно-серая собака и резко кинулась на Аладдина.

Мозенрат сунул руку ему за пояс, где у того были небольшие кожаные ножны, молниеносно вытащил маленький ножик и, не целясь, метнул его в собаку.

Псина завизжала и, прихрамывая на правую заднюю лапу, скрылась в темноте.

- Козлина! - крикнул ей вслед Мозенрат и хихикнул, чувствуя какое-то странное веселье.

Аладдин обернулся к нему.
- Ух, спасибо. Всё произошло так быстро, что я даже не успел напугаться, - он почесал затылок и с улыбкой вздохнул. - Эй, а ведь это был тот самый мой любимый нож. И тебе всё-таки удалось его у меня стащить.

- А ну заткнулись там! - завопил кто-то в темноте с балкона соседнего дома. - Спать мешаете!

Мозенрат вскинул голову, собираясь что-то крикнуть в ответ, но Аладдин зажал ему рот ладонью и потянул за собой в сторону улицы, освещаемой разноцветными фонариками, ведущей к гостиничному дому, в котором они остановились.

*   *   *

Волшебный ковёр неторопливо плыл по воздуху, лавируя среди опушённых жасминовыми кустами улочек. Солнце стояло в зените, и временами можно было увидеть, как воздух дрожал от жары.

- Ты уверен, что третье существо остановилось именно здесь? - Мозенрат щелчком пальцев стряхнул с Коврика какую-то соринку. - Мы уже часа два кружим по этому городу, и не заметили тут ничего необычного.

Ковёр влетел в знакомый квартал, и вдалеке показалась вывеска "Гарцующего пони", приближающаяся к ним по мере передвижения.

Аладдин покачал головой.
- Я уверен. Судя по тому направлению, что указал твой фамильяр, Аджман - самый ближний город от Чёрных Песков. Когда я так же осматривался в Гетцистане, мне приходила точно такая же мысль, как и тебе. Но в результате, я узнал кое-что интересное. Жаль, что расспросить сейчас практически некого - всех разогнала жара. Кстати... - он повернулся к своему спутнику и окинул его взглядом. - А тебе-то в твоей тёмной одежде не слишком жарко?

- Не слишком, мне вообще не жарко, - пожал плечами Мозенрат. Он на пару секунд сжал запястье Аладдина своей здоровой левой рукой, и герой почувствовал, что она довольно холодная.

Аладдин хотел спросить, что это - результат ношения перчатки, влияние его Мёртвого города, или же он сам по себе такой холодный и бледный? Но не успел: на дорогу перед ними выскочила женщина в неприметной тёмно-коричневой одежде.
Коврик резко затормозил, отчего его пассажиры едва не кувыркнулись с него вперёд, а женщина неловко отскочила в сторону, кинула на них сердитый взгляд и молча заковыляла вдоль домов, припадая на правую ногу.

- Коврик, дружище, предупреждать же надо! - воскликнул Аладдин, вытаскивая из-под себя свой светлый плащ.
Ковёр виновато развёл кистями.
Аладдин повернулся к Мозенрату и увидел, что тот внимательно смотрит на уходящую женщину.
- Что? - не понял герой.

- Сегодня ночью, когда на тебя напала собака, в какую лапу я ранил её твоим ножом? - не отрываясь, спросил Мозенрат.

Аладдин в раздумии обхватил подбородок указательным и большим пальцем правой руки.
- Видно было довольно плохо, но, кажется, в правую. А что?

- Коврик, давай незаметно за ней, - приказал Мозенрат и, когда волшебный ковёр поднялся повыше и полетел в некотором отдалении, волшебник обратился уже к Аладдину: - У меня появилась одна мысль.

Женщина прошла ещё две улицы, прежде чем остановилась у старого домишки. Она оглянулась и скользнула за тёмное грязное покрывало, заменяющее дверь.

Ковёр завис недалеко от этого дома на высоте трёх метров от земли, и Мозенрат, глядя на грязные тёмные окошки, задумчиво покусал нижнюю губу.

- Ну, так что за мысль у тебя появилась? - не вытерпел Аладдин.

- Ты знаешь, кто такие гули? - обернулся к нему Мозенрат. - Это самая тёмная разновидность джиннов. Они - оборотни, убийцы и трупоеды. Раскапывают только свежие могилы, так как кости для них совершенно не привлекательны. Если нет мертвецов, то нападают на живых людей. Также не упустят возможности прибрать к рукам золотишко, украшения или одежду.

Аладдин встрепенулся.
- А помнишь, вчера в таверне трое мужчин говорили о том, что, теперь уже позапрошлой ночью, кто-то раскопал недавно умершего... как его там... Гассана, вроде. Не важно!.. Главное, что он пропал, и драгоценности тоже!

Мозенрат спокойно кивнул.
- Да. Вчера я не придал этому значения, даже когда на нас ночью напала собака - а это одна из их ночных личин. Но сейчас, когда увидел эту женщину, я понял, что здесь замешан гуль. Правда, я не могу  с точностью утверждать, что наш нарушитель спокойствия - именно эта женщина, это может быть и обычная бродяжка, подвернувшая ногу. Видишь ли, днём, они стараются выглядеть неприметно. А тыкать в каждого подозрительного типа холодным оружем, как-то совсем не вариант, согласись?

- И что же нам делать? - в замешательстве спросил Аладдин. - Может быть, зря мы отправили Джинна в Аграбу?

- Он бы нам всё равно сильно не помог, - покачал головой Мозенрат. - Сделаем вот что: сейчас пойдём и купим клинок из дамасской стали. Подошла бы и стрела с наконечником из меди или серебра, но клинок будет надёжнее. А к ночи спрячемся неподалёку от кладбища и будем наблюдать. На "охоту" эти твари выходят каждую ночь.

Аладдин едва заметно поёжился. Перспектива провести ночь на кладбище совсем его не обрадовала.

*   *   *

Полная и яркая Луна низко висела в тёмном ночном небе, освещая ряды надгробий. На одном из могильных камней сидел ушастый филин, и его зловещее уханье разносилось в ночной тишине.

Аладдин осторожно выглянул из-за разросшегося кустарника арты. Он повернулся к  Коврику, который вынырнул из-за его спины, и приложил палец к губам, словно тот мог что-то сказать.

- Да успокойся ты и не высовывайся лишний раз, - сказал ему Мозенрат, сидя на песке, и дёрнул его за светлый плащ, заставив опуститься рядом. - Вообще-то, несмотря на то, что гули нападают на людей, они их боятся. Так что сиди спокойно и не спугни. Когда он придёт и начнёт раскапывать могилу, мы услышим.

- А потом?..

- Незаметно подберёмся сзади и отрубим голову, - невозмутимо отозвался Мозенрат.

- Да уж... - пробормотал Аладдин, рисуя на песке острым кончиком клинка из дамасской стали "решётку" для игры в "Крестики-Нолики".

Они прилетели сюда ещё на закате. Мозенрат сразу отыскал свежую могилу, которая могла бы заинтересовать гуля, а после - спрятались за высоким кустом арты неподалёку от неё.

Филин последний раз тревожно ухнул и улетел прочь. Не успел Аладдин порадоваться этому событию, как послышался негромкий треск, словно кто-то наступил на сухую ветку.

Аладдин открыл рот, чтобы что-то сказать, но Мозенрат приложил к своим губам костяной указательный палец в перчатке.
Послышались тихие, но отчётливые шаги, которые остановились, по ощущениям, на расстоянии около пяти метров от них.

Существо издало негромкий довольный рык и стало раскапывать землю.

Мозенрат схватил свой клинок и вскочил на Ковёр следом за Аладдином. Коврик взлетел над кустом и метнулся к сгорбленной фигуре, освещаемой серебряным лунным светом.

Аладдин успел лишь заметить, что у существа синеватая, отвратительного цвета кожа, сильно выступающий позвоночник и длинные заострённые уши. Больше ничего разглядеть у него не вышло, потому что в тот момент, когда Мозенрат занёс своё оружие, собираясь отрубить голову гуля прямо на лету, волшебнику не хватило какой-то доли секунды - существо вдруг резко обернулось и мощным ударом руки-лапы отшвырнуло от себя волшебный ковёр. И уже через пару секунд герои смогли почувствовать все прелести столкновения с землёй.

Аладдин поднял гудящую от встряски голову и схватился одной рукой за хилый кустик травы, пытаясь встать, но понял, что в полёте на землю Ковёр каким-то образом обернулся вокруг него и теперь изолировал его вторую руку.

Он глянул перед собой и увидел, как гуль, молниеносно принявший облик здоровенной лохматой собаки, с рычанием прыгнул на него.
Аладдин прикрыл голову свободной рукой. Рядом с его ухом послышался визг, и псина рухнула на него сверху, не успев сомкнуть зубы на его шее.

Тяжесть вдруг исчезла, и Аладдин приподнялся на одной руке, помогая Ковру освободиться.

- Ты как? - хрипло спросил Мозенрат, наклоняясь и хватая его за руку.

Аладдин поднялся на ноги, чувствуя, что его мир всё ещё немного шатается.
- Мать моя женщина... - пробормотал он.
Аладдин посмотрел вниз, на медленно исчезающее тело собаки, в боку которой торчал дамасский клинок. Потом перевёл взгляд на Мозенрата, вытирающего кровь из носа тыльной стороной левой ладони. И внезапно, поддавшись порыву души, шагнул к нему и заключил в объятия.
"Не сделал этого на Острове, так сделаю сейчас."

- Ты меня спас, - выдохнул Аладдин, смыкая руки за его худыми плечами.

- Я тебя спас, - кивнув, подтвердил Мозенрат и неожиданно обнял его в ответ. - Должен будешь, - добавил он весёлым тоном.

Аладдин кинул взгляд на горизонт, где небо уже начало светлеть, и с улыбкой подумал, что если Судьба не подарила братьев с рождения, это совсем не означает, что она не сделает это позже.
Преподнесёт, как подарок, когда ты этого совсем не ожидаешь.

THE END.

________________
Если честно, сначала я хотела закончить фик на такой ноте: Мозенрат говорит Аладдину, что теперь знает, чем займётся - заберёт его ковер и будет избавлять города от нечисти, если таковая будет встречаться (в приквеле он говорил, что не знает, что ему делать теперь). Аладдин типа такой:" Я с тобой, чувак, не хочу быть султаном")0))0)
Хэппи Энд :D

Отредактировано Стейси (2017-09-07 21:07:01)

0


Вы здесь » Форум Мозенрата в Стране Черных Песков » Фанфики » Фанфик "Там победа, где согласие"